Хосе-Мария Эскрива

ХРИСТОС ПРОХОДИТ РЯДОМ

К оглавлению

9. ЕВХАРИСТИЯ, ТАЙНА ЛЮБВИ И ВЕРЫ*

Перед праздником Пасхи Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их²⁵⁰. Этот стих из Иоанна Богослова возвещает нам о близости великого чуда и предваряет то, о чем поведал святой Лука: И сказал им: очень желал Я есть с вами сию пасху прежде Моего страдания²⁵¹. Мы просим Святого Духа помочь нам понять каждый жест и каждое выражение Иисуса, Который пожелал стать пищей для наших душ. Просим, ибо хотим жить сверхъестественной жизнью и признаем, что только Он имеет глаголы вечной жизни²⁵².

С верою в душе мы исповедуем вслед за Симоном Петром: И мы уверовали и познали, что Ты Христос, Сын Бога живого²⁵³. С верою мы подражаем смелости Иоанна, который припал к груди Учителя²⁵⁴, возлюбившего ближних Своих и, как мы только что слышали, возлюбившего их до конца.

Нет слов, чтобы объяснить хотя бы отчасти тайну Великого Четверга. И в то же время нетрудно представить себе, что должен был чувствовать Иисус в эту последнюю вечерю, которую Он проводил с ближними накануне Крестной Жертвы.

Подумайте о таком человеческом опыте, как разлука людей, любящих друг друга. Они хотели бы всегда оставаться вместе, но долг, каков он ни был, заставляет их расстаться. Они хотели быть вместе, но не могут. Человеческая любовь, сколь она ни велика, все же имеет границы. Прибегая к символу, расстающиеся обмениваются памятными подарками, сувенирами. Например - фотографиями с дарственными надписями, столь пылкими, что удивляешься: почему не загорелась бумага? Они не могут сделать больше: желания тварей всегда превосходят их возможности.

Но что невозможно для нас, то возможно для Господа. Он оставляет нам не символ, не сувенир, не фотографию, которая желтеет, бледнеет и уже не имеет смысла для тех, кто не был свидетелем этой любви, но саму реальность - Себя. Уходя к Отцу, Он остается с нами. Сам Христос, совершенный Бог и совершенный Человек, под видом хлеба и вина присутствует среди нас реально - Телом и Кровью, Душою и Божеством.

Радость Великого Четверга

Как хорошо мы понимаем теперь молитву, которую христиане возносят перед Святыми Дарами! Воспой, язык мой, тайну славного Тела сего и сей честной Крови, пролитой во искупление мира Сыном Пречистой Девы, вечным Царем всех народов²⁵⁵. Благочестиво поклонимся Богу, сокровенному²⁵⁶ в Святых Дарах, - это Тот же Иисус Христос, Который родился от Марии Девы, страдал и был принесен в жертву. Тот Самый, из пронзенных ребер Которого истекла кровь и вода²⁵⁷.

Во время Священной Трапезы мы принимаем Самого Христа. Возобновляется память о Его Страстях, душа сокровенно общается с Ним и обретает залог грядущей славы²⁵⁸. Важнейшие главы из истории любви Бога к нам, людям, церковная Литургия уместила в несколько коротких строф.

Бог нашей веры не есть некто отдаленный и равнодушно взирающий на людские тревоги, стремления и судьбы. Он есть Отец, Который так возлюбил Своих детей, что послал Слово, вторую Ипостась Пресвятой Троицы, воплотиться, умереть за нас и искупить нас. Он нежно привлекает нас к Себе действием Духа Святого, пребывающего в наших сердцах.

Творец излил любовь на Свое творение. В понимании этого факта - корни радости Великого Четверга. Словно все другие доказательства Его милосердия недостаточны, Господь наш Иисус Христос устанавливает Евхаристию, чтобы мы могли всегда видеть Его рядом с нами. А еще - насколько мы можем судить об этом - потому, что, движимый Своей Любовью, Он не хочет без нас обходиться. Святая Троица, Единый Бог возлюбил человека, сотворенного по Его образу и подобию²⁵⁹ и обóженного. Он искупил первородный грех, унаследованный всем потомством Адамовым, а также личные грехи каждого. Он жаждет пребывать в наших душах: Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим.²⁶⁰

Евхаристия и тайна Пресвятой Троицы

Это Троичное излияние любви к людям было чудесным образом увековечено в Евхаристии. Мы все учили по Катехизису, что Святая Евхаристия является Таинством и Жертвой. Мы учили, что Иисус реально присутствует не только в Причастии, но и во всех дарохранительницах мира, как сокровище на алтаре. Таинству Евхаристии Церковь посвящает другой праздник - “Corpus Christi”, Тела и Крови Иисуса Христа. Сегодня, в Великий Четверг, мы концентрируем наше внимание на Святой Евхаристии, Пище и Жертве, на Божественной Литургии и Святом Причастии.

Троичное излияние любви наиболее очевидно в Божественной Литургии, соединяющей действие всех Трех Ипостасей Пресвятой Троицы. Поэтому в конце некоторых литургических молитв, обращенных к Отцу, я люблю повторять слова: Через Христа, Твоего Сына и Господа нашего, Который живет и царствует в единстве Святого Духа во веки веков. Аминь.

В Божественной Литургии мы постоянно взываем к Отцу. Священник есть представитель Иисуса Христа - Предвечного Священника, Который в то же время является и Жертвой. Действие Святого Духа не менее чудесно, чем действие Отца и Сына. По словам св. Иоанна Дамаскина силой Святого Духа совершается преложение Хлеба в Тело Христово²⁶¹.

Это действие Святого Духа выражается очень ясно, когда священник взывает к Богу о благословении приношений: Приди, Освятитель, всемогущий и вечный Боже, и благослови эту жертву, уготованную Пресвятому Имени Твоему.²⁶² Об освящении жертвы мы просим Утешителя, посланного нам Отцом и Сыном. Активное присутствие Святого Духа в жертве мы признаем и тогда, когда говорим перед причастием: Господи Иисусе Христе, Сын Бога Живого, по воле Отца, при содействии Святого Духа смертью Своею оживотворивший мир...²⁶³

Итак, мы видим, что в Евхаристии присутствуют все ипостаси Пресвятой Троицы: Сын приносит себя в жертву по воле Отца и при содействии Святого Духа. Будем учиться обращениям к Пресвятой Троице, Триединому Богу: Три Божественных Ипостаси, но одна субстанция любви, одно освящающее действие.

Омыв руки, священник говорит: Прими, Пресвятая Троица, эту жертву, которую мы приносим Тебе в память о Страстях, Воскресении и Вознесении Иисуса Христа, Господа нашего²⁶⁴. И в конце Литургии - молитва горячего поклонения Триединому Богу: “Placeat tibi, Sancta Trinitas, obsequium servitutis meae...”, да будет угодным Тебе, Пресвятая Троица, поклонение слуги Твоего; эту жертву, которую, несмотря на свое недостоинство, я принес Твоему величию, сделай достойной угодить Тебе и способной, по милосердию Твоему, привлечь Твою милость ко мне и ко всем тем, за кого я принес ее.²⁶⁵

Я повторю: Литургия есть действие не человеческое, но божественное. Священник служит замыслу Господа, предоставляя Ему свой голос и свое тело. Он действует не от своего имени, но “in persona et in nomine Christe”, от Имени и Лица Христова.

Благодаря любви Пресвятой Троицы ко всем людям из присутствия Христа в Евхаристии совокупность благодатей Божиих изливается на Церковь и человечество. Это жертва, о которой пророчествовал Малахия: Ибо от востока солнца до запада велико будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву.²⁶⁶ Здесь говорится о жертве Христа, принесенной Отцу при содействии Святого Духа. Этот драгоценный дар увековечивает в нас искупление, иными словами - делает то, на что не были способны все жертвы Ветхого Завета.

Божественная Литургия в жизни христианина

Будучи воспринятым Церковью даром Пресвятой Троицы, Литургия ставит нас перед главными тайнами нашей веры. Мы понимаем, что Литургия - цель всех Таинств²⁶⁷, корень и средоточие духовной жизни христианина. В ней достигает своей полноты жизнь благодати Божией, вложенной в наши души Крещением и укрепленной Миропомазанием. Участвуя в Евхаристии, - пишет святой Кирилл Иерусалимский, - мы принимаем обóжение Святым Духом, Который не только сообразует нас со Христом, как это бывает в Крещении, но и уподобляет Ему, приобщая ко всей Его полноте²⁶⁸.

Уподобляя нас Христу, излияние Святого Духа делает нас детьми Божиими. Утешитель, Который есть Любовь, учит нас соединять нашу жизнь с любовью. И, слившись со Христом, “consummati in unum”, совершены воедино²⁶⁹, мы можем быть среди людей тем, чем блаженный Августин называет Евхаристию: знаком единства, связью Любви²⁷⁰.

Я не открываю ничего нового, говоря, что некоторые христиане, имеющие очень бедное представление о Литургии, видят в ней чисто внешний обряд, а то и социальную обязанность. Наши черствые и скаредные сердца способны привыкнуть даже к величайшему дару Бога. В Литургии - в той самой Литургии, которую мы служим сейчас, - действует Пресвятая Троица. Мы слушаем Бога и говорим с Ним, мы Его видим, Он служит нам пищей. Ответить на эту великую любовь можно лишь всецелой отдачей себя: и души, и тела. И, когда нам не хватает собственных слов, мы воспеваем Его величие устами всего человечества: “Pange, lingua!...”, воспой, язык мой...

Участвовать в Литургии - значит быть в постоянной молитве, в личной встрече с Богом. Мы Ему поклоняемся. Мы Его восхваляем. Мы обращаемся к Нему в нуждах наших и воздаем Ему благодарения. С Ним и в Нем искупаем грехи наши. И очищаемся. И чувствуем связь со всей Церковью, со всеми христианами.

Но как откликнуться, как отозваться на эту любовь, которая столь велика? Решение нетрудное и доступное всем христианам: участвовать в Литургии с любовью, сделать ее встречей с Богом, ибо в этой Жертве содержится все, чего Он от нас ожидает.

Позвольте мне обратить ваше внимание на то, что вы так часто наблюдаете: на развертывание Литургической службы во времени. Если мы проследим ее шаг за шагом, то, возможно, Господь откроет, в чем нам следует совершенствоваться. Он укажет нам те недостатки, которые надо искоренить. Отношения с братьями и со всеми людьми мы увидим такими, какими им следует быть...

Священник направляется к алтарю Бога юности и радости нашей. Литургия начинается с радостного песнопения, ибо Господь здесь. Та же радость вместе с благодарностью и любовью выражается в целовании престола, символа Христа и воспоминания святых, малого пространства, освященного, ибо здесь совершается Таинство, действенность которого бесконечна.

Обряд покаяния, молитва “Confiteor”, исповедуюсь, выявляющая наше недостоинство, - не отвлеченное воспоминание об ошибке, но реальное присутствие всех наших грехов и ошибок. Поэтому мы повторяем: “Kyrie eleison, Christe eleison”, Господи, помилуй. Христе, помилуй. Если бы прощение, в котором мы нуждаемся, зависело от наших заслуг и достоинств, горькая скорбь овладела бы нашей душой. Но, по милости Божией, мы получаем прощение от Его милосердия и славим Его в благодарственном гимне: Слава! - Слава в вышних Богу! ибо Ты один свят, Ты один Господь, Ты один Всевышний, Иисус Христос, со Святым Духом, в славе Бога Отца.

Слушая Слово Евангелия или Посланий, мы принимаем свет Утешителя, Который говорит языком человеческим, чтобы наш ум понял и узрел, чтобы наша воля укрепилась и дело совершилось. Ибо мы - единый народ, который исповедует единую веру: Народ, собранный в единстве Отца, Сына и Духа Святого²⁷¹.

Затем - приношение: хлеб и вино человеческие. Этого мало, но есть еще молитва: Прими нас, Господи, стоящих пред Тобой со смиренным духом и сокрушенным сердцем. Да будет эта жертва наша пред Тобою угодна Тебе, Господи Боже. Воспоминание о нашем убожестве и желание принести Господу только то, что чисто, вновь овладевают нами: Я омою руки свои, я люблю обстановку дома Твоего.

Мгновение назад, перед омовением рук, мы взывали к Святому Духу и просили Его благословить эту жертву, приносимую Святому Имени Его. После очистительного обряда мы обращаемся к Святой Троице, “Suscipe, Sancta Trinitas...”, прося принять то, что мы приносим в память о жизни, Страстях, Воскресении и Вознесении Христа, в честь Пресвятой Богородицы и всех святых.

Да послужит эта жертва спасению всех. “Orate, fratres”, молитесь, братья, - просит священник, ибо моя жертва - это ваша жертва, жертва всей Церкви. Молитесь, братья, даже если вас мало, даже если присутствует только один мирянин, даже если никого нет кроме священника. Ибо любая Литургия - это вселенское всесожжение, искупление всякого колена и языка, и народа и племени²⁷².

Через общение святых все христиане принимают благодатные дары, исходящие из любой Литургии, отслужена ли она перед тысячными толпами или перед одним рассеянным служкой. В любом случае земля и небо смыкаются и воспевают вместе с ангелами Божиими: “Sanctus, Sanctus, Sanctus”, Свят, свят, свят, Господь Бог Саваоф.

И я, ликуя, присоединяюсь к этой хвале ангелов. Мне это не трудно, ибо, служа Литургию, я знаю, что они окружают меня и поклоняются Пресвятой Троице. А еще я знаю об участии в ней Богородицы, столь близкой к Пресвятой Троице. Ибо Она - Матерь Христа, совершенного Бога и совершенного Человека. Она Мать Его Тела и Его Крови. Зачатый во чреве Пречистой Девы, не знавшей мужа, одной лишь силой Духа Святого, Иисус воспринял всю кровь от Матери - ту самую Кровь, которая приносится в жертву на Голгофе и в Божественной Литургии.

Начинается Евхаристическая молитва. Мы вступаем в нее с тем сыновним доверием, которое позволяет нам называть нашего Отца Всемилостивым. Мы молимся Ему за Церковь и за всех христиан: за Папу и наших близких, за друзей и коллег. Католик, наделенный вселенским сердцем, молится за всех, ибо его вдохновенное рвение не может исключить никого. Чтобы наша просьба была услышана, мы вспоминаем, какими узами мы связаны с Приснодевой, Владычицей нашей, а также с той горсткой людей, которые первыми последовали за Христом и умерли ради Него.

“Quam oblationem...”, просим Тебя, Господи, милостиво прими эту жертву... Пришло время освящения Святых Даров. Теперь Христос действует через священника: Это есть Тело Мое... Это есть Чаша Крови Моей... Иисус с нами! В пресуществлении Святых Даров вновь проявляется безграничное безумие Любви Божией. Пусть каждый в этот момент скажет в молчании Господу: “Ничто не отделит нас от Тебя, ибо Твоя беззащитность под видом Хлеба и Вина соделала нас добровольными рабами Твоими: “Praesta meae menti de te vivere, et te illi semper dulce sapere”²⁷³, дай мне жить Тобою всегда и наслаждаться нежностью Любви Твоей.

Теперь - еще молитвы, ибо мы, люди, должны всегда просить. Молитвы за нас, за упокой душ наших умерших братьев. Все наши измены, наше ничтожество тоже здесь. Тяжело это бремя, но Он хочет нести его за нас и с нами. Канон заканчивается еще одной молитвой Пресвятой Троице: “Per Ipsum, et cum Ipso, et in Ipso...”, через Христа, со Христом и во Христе, Который есть наша Любовь, Тебе, Богу Отцу Всемогущему, в единстве Духа Святого всякая честь и слава во веки веков.

Иисус - Путь и Посредник: в Нем - все, вне Христа - ничего. Вместе со Христом, Который научил нас молитве Отче наш, мы дерзаем называть Всемогущего нашим Отцом. Творец неба и земли - Вселюбящий Отец, Который постоянно ждет, пока мы к Нему вернемся, как новые блудные сыны.

“Ecce Agnus Dei...”, вот Агнец Божий, берущий на Себя грехи мира... “Domine, non sum dignus... ”, Господи, я не достоин, чтобы Ты вошел под кров мой... Сейчас мы примем Христа. Когда встречают знатных земных особ, все одеты торжественно, празднично, играет оркестр, подносят цветы. Как же должны готовиться мы, чтобы принять в нашу душу Христа? Подумайте: что бы мы делали, как бы себя вели, если бы нам дано было причаститься один-единственный раз в жизни?

Когда я был ребенком, частое причащение еще не практиковалось столь широко, как сегодня. Я помню, как готовились мы к причастию, как приводили в порядок свою душу и плоть. Самый лучший костюм, тщательно причесанные волосы, чистое тело, немного духов... Это была чуткость влюбленных сильных душ, умеющих отдавать любовь за Любовь.

Мы заканчиваем Литургию со Христом в наших душах. Благословение Отца, Сына и Святого Духа сопровождает нас в течение дня, просто и естественно освящая все наши честные деяния.

Принимая участие в Божественной Литургии, вы учитесь общаться с каждой из Божественных Ипостасей: с Отцом, порождающим Сына; с Сыном, рожденным от Отца; со Святым Духом, исходящим от Отца и Сына. Обращаясь к одной Ипостаси, мы обращаемся к единому Богу; обращаясь к трем Лицам, к Пресвятой Троице, мы также обращаемся к единому и истинному Богу. Любите Литургию, дети мои. И причащайтесь ревностно и благочестиво, даже если чувствуете себя холодными. Причащайтесь с верой, надеждой и любовью.

Общаться с Христом

Кто не любит Божественную Литургию, кто не старается участвовать в ней со рвением и любовью, тот не любит Христа. Любовь делает нас чуткими и отзывчивыми. Она учит тонкостям и нюансам поведения - иногда незначительным, но выражающим чувства любящего сердца. Так должны мы участвовать в Литургии. Поклонники коротких и наскоро отслуженных Литургий лишь доказывают своим поведением, что они еще не поняли смысла Евхаристической Жертвы.

Наша любовь ко Христу, Который нам предается, требует, чтобы в конце Литургии мы посвятили несколько минут личному интимному благодарению, продолжающему в тишине сердца то общее благодарение, которым является Евхаристия. Как к Нему обращаться, как говорить с Ним, как себя вести?

Христианская жизнь не стеснена жесткими, негибкими нормами, ибо Святой Дух не правит всеми душами коллективно, но внушает каждой в отдельности те намерения, вдохновения и любовные устремления, которые помогают ей постичь и совершить волю Отца. Тем не менее, я полагаю, что, ведя диалог со Христом во время благодарения за причастие, нам всем следует подумать о том, что Господь - наш Царь, Врач, Учитель и Друг.

Он Царь - и желает царствовать в сердцах детей Божиих. Но не будем думать о царствах человеческих. Христос не властвует и не принуждает, ибо Он не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить²⁷⁴.

Его царство - это мир, справедливость и радость. Христос, наш Царь, ожидает от нас не пустых разглагольствований, но дел, ибо не всякий, говорящий Мне: “Господи! Господи!”, войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего небесного²⁷⁵.

Он Врач, лечащий нас от эгоизма, если мы позволяем Его благодати проникнуть в глубины наших душ. Он показал нам, что самая опасная болезнь - лицемерие: гордыня, скрывающая личные грехи. Поэтому с Иисусом-Врачом надо быть искренним до конца. Только высказав всю правду, можно продолжить: “Domine, si vis, potes me mundare”, Господи! если хочешь (а Ты хочешь всегда), можешь меня очистить²⁷⁶. Господи, Ты знаешь мою слабость. И я осознал ее и страдаю. Мы показываем Ему наши раны, быть может, уже гноящиеся: “Господи! Ты, исцеливший столько душ, помоги и мне признать Тебя божественным Врачом, когда Ты пребываешь в моем сердце после причастия, или когда я созерцаю Тебя, ждущего нас в дарохранительнице”.

Он Учитель, обучающий нас науке, которой только Он владеет вполне. Это наука безграничной любви к Богу и, в Боге, ко всем людям. В школе Христа мы учимся, что наша жизнь не принадлежит нам: Он положил душу Свою за всех людей, и если мы за Ним следуем, то должны понять, что не можем присвоить свою жизнь и пользоваться ею, не разделяя чужую боль и чужие печали. Наша жизнь принадлежит Богу - и мы должны расточить ее на служение Ему и всем людям, щедро заботясь о душах и показывая словом и делом всю глубину христианских идеалов.

Иисус ждет, что мы сами пожелаем усвоить эту науку, ждет, чтобы сказать нам: Кто жаждет, иди ко Мне и пей²⁷⁷. И мы говорим: “Научи нас забывать себя, думая о Тебе и о всех человеческих душах”. Господь Своею благодатью поможет нам двигаться вперед - подобно тому, как в ту пору, когда мы начинали писать (помните палочки нашего детства?), нашей рукой водила рука учителя. И мы начнем наслаждаться счастьем проявления своей веры. Это другой дар Божий - дар твердой христианской жизни, в которой все смогут читать чудеса Божии.

Он Друг: “vos autem dixi amicos”, Я назвал вас друзьями²⁷⁸. Он сделал первый шаг и возлюбил нас раньше, чем мы Его узрели. И в то же время Он не навязывает, но дарует Свою любовь, превращая ее в чистейший знак дружбы: Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих²⁷⁹. Он был другом Лазаря. И заплакал, когда увидел его мертвым. И воскресил его. Точно так же, увидев нас холодными, без чувств, без желаний, с пересохшей, угасшей душой, Он вернет нам жизнь: Лазарь, друг Мой, встань и ходи²⁸⁰, выйди из этой тесной жизни, которая не есть жизнь.

Наше молитвенное размышление в Великий Четверг заканчивается. Если Господь нам помог (а Он всегда готов помочь), если наши сердца для Него открыты - то мы почувствуем потребность любить. И сумеем, живя служением, распространить эту любовь среди людей. Ибо Я дал вам пример²⁸¹, повторяет Он Своим ученикам, омыв их ноги перед последней Вечерей. Сбросим с наших сердец гордыню, амбиции, честолюбие - и как в наших душах, так и вокруг нас воцарятся мир и радость, укрепленные личной жертвой.

Закончим сыновней мыслью о любви к Марии, Матери Божией и нашей. Позвольте мне рассказать вам об одном воспоминании моего детства. Когда Святой Папа Пий X поощрил частое причащение, на моей родине распространилось изображение Богоматери, поклоняющейся Святым Дарам. Пречистая Дева учит нас общаться с Иисусом, встречая и распознавая Его во всех обстоятельствах нашей повседневности. Учит сейчас, как и всегда. И особым образом в этот высший момент Евхаристической Жертвы, соединяющий время с вечностью, Иисус жестом вечного Первосвященника привлекает к Себе все сущее и ставит пред Ликом Отца “divino afflante Spiritu”, с дыханием Духа Святого.

10. СМЕРТЬ ХРИСТА, ЖИЗНЬ ХРИСТИАНИНА*

Эта неделя, которую народная традиция именует Страстной, дает нам повод созерцать и переживать последние минуты земной жизни Христа. Благочестивые обычаи этих дней устремлены к Воскресению Христову, которое, по слову апостола Павла, есть основа нашей веры²⁸². Не будем, однако, торопиться, проходя этот путь. Не будем забывать о той простой реальности, которую мы иногда не понимаем: мы не примем участия в Воскресении Господа, если не соединимся с Ним в Его Страданиях и Крестной Смерти²⁸³. Чтобы сопровождать Христа в Его Славе на исходе Страстной недели, необходимо прежде войти вместе с Ним в Его Жертву и стать одной плотью с Ним, умершим на Голгофе.

Щедрый дар Иисуса противостоит греху, поверить в реальность которого тем труднее, чем он очевиднее, - тайне беззакония, “mysterium iniquitatis”, необъяснимому озлоблению твари, которая в своей гордыне восстает против Творца. Эта история столь же стара, как и род человеческий. Вспомним падение наших прародителей и ту цепь беззаконий, которая тянется из рода в род вплоть до наших личных восстаний и бунтов. Нелегко измерить зло, которое содержится в грехе, и постичь все то, что говорит нам вера. Вспомним: даже в отношениях между людьми считается, что тяжесть оскорбления пропорциональна званию оскорбленного, его личным качествам и достоинствам. А если человек оскорбляет Бога? Если тварь отрекается от Творца?..

Но Бог есть любовь²⁸⁴. Пропасть беззакония и лукавства, созданная грехом, покрывается безмерной Любовью. Бог никогда не оставляет Своих людей. Он знает, что жертвы Ветхого Завета не в состоянии искупить наши ошибки и восстановить утраченную гармонию, что нужно самопожертвование Человека, который был бы в то же время и Богом. Чтобы хоть как-то приблизиться к этой непостижимой тайне, вообразим, что Пресвятая Троица в постоянном любовном общении трех Ипостасей держит совет и решает от века, что единородному Сыну Отца должно воспринять нашу человеческую природу, взять на Себя все наши слабости и скорби и принять смерть на древе Крестном.

Пламенное желание исполнить спасительный замысел Отца наполняет всю жизнь Иисуса со дня Его Рождества в Вифлееме. Он повторял ученикам в течение всех трех лет совместного с ними пребывания, что Его пища есть творить волю Пославшего Его²⁸⁵. К вечеру Страстной Пятницы Его Жертвоприношение свершилось: И, преклонив главу, предал дух²⁸⁶. Этими словами апостол Иоанн описывает смерть Христову: Иисус умирает под тяжестью Креста всех людских беззаконий, всех наших грехов.

Будем созерцать Господа, Который изранен от подошвы ноги до темени головы из любви к нам. Видя Христа, Который сделался недвижным трупом, снятым с Креста, видя израненного, оборванного Иисуса на руках Его Матери, мы могли бы решить, что эта сцена - ясное доказательство поражения... Где толпы, которые за Ним следовали? Где Царство, установление которого Он предвещал? И все же это не поражение, но победа: время Его Воскресения и явления во Славе, которую Он завоевал послушанием, никогда не было так близко, как в этот час скорби.

Смерть Христова призывает нас к полноте христианской жизни

Мы только что снова пережили драму Голгофы - то, что я назвал бы первой и главной Литургией, отслуженной Христом. Отец предает на смерть Сына. Иисус, единородный Сын Бога, обнимает древо, на котором примет мучения. Его жертва принята Отцом. Как плод Креста Святой Дух изливается на все человечество²⁸⁷.

В трагедии Страстей Христовых наша жизнь, а также история всего человечества обретают свое истинное значение. Страстная неделя не сводится к одному лишь воспоминанию. Она есть созерцание тайны Христа, которая продолжается в наших душах. Христианин обязан стать “alter Christus, ipse Christus”, другим Христом, Самим Христом. Крещение возвело нас в сан священников нашего собственного бытия, чтобы приносить духовные жертвы, благоприятные Богу Иисусом Христом²⁸⁸, и совершать любое из наших дел в духе послушания воле Божией, продолжая во веки миссию воплотившегося Бога Сына.

Эта реальность заставляет нас по контрасту вспомнить о наших личных слабостях, о нашем ничтожестве. Но признание своей греховности не должно превращать нас в скептиков, отказавшихся от великих идеалов и высоких душевных стремлений. Ибо Господь любит нас такими, какие мы есть: участниками Его жизни, ведущими борьбу за достижение святости. Святость! Как часто мы произносим это слово, забывая о его значении. Для многих это не конкретная цель, не живая реальность, но некий недостижимый идеал, общее место аскетической литературы. Совсем иначе думали первые христиане, так просто и естественно называвшие друг друга святыми: Приветствуйте Филолога и Юлию, Нирея и сестру его, и Олимпана, и всех с ними святых²⁸⁹; приветствуйте всякого святого во Христе Иисусе²⁹⁰.

Сейчас, когда Иисус уже умер, а слава Его триумфа еще не явлена, настало лучшее время для испытания наших стремлений к христианской жизни и святости. Мы смотрим на наши слабости и с верой во власть Божию принимаем решение вложить любовь во все дела нашей жизни. Опыт греха должен вести нас к сокрушению сердца, к более зрелому и глубокому решению быть верными, уподобиться Христу воистину и упорно продолжать ту священническую миссию, которую Христос поручил всем Своим ученикам: быть солью земли и светом мира²⁹¹.

Думать о Смерти Христовой - значит принимать всерьез наш повседневный долг и ту веру, которую мы исповедуем. Страстная неделя не может быть священным промежутком в контексте жизни, заполненной исключительно земными интересами. Она должна быть путем в глубину Любви Божией для тех, кто словом и делом являет ее пред всеми людьми.

Но Господь ставит условия. Об одном из них сообщает святой Лука - и мы не можем обойти его молчанием: Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего, и матери, и жены, и детей, и братьев, и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником²⁹². Жестко сказано. Конечно, слово “ненавидеть” не выражает адекватно мысль Иисуса, которая не сводится также и к тому, чтобы любить меньше, как толкуют иногда эту фразу, стараясь ее смягчить. Эта резкая констатация страшна не потому, что предполагает негативное или беспощадное поведение. Ведь это сказал Тот же Иисус, Который приказывает любить ближнего как самого себя и полагать душу свою за людей. Он просто показывает, что в отношениях с Богом невозможны половинчатые решения. Мы могли бы понять Его так: любить больше, любить лучше, не эгоистической и легкомысленной, но Божией любовью.

Вот о чем идет речь. Обратим внимание на последнее из требований: если кто... не возненавидит... самой жизни своей. Вот чего ждет от нас Господь. Кто заботится только о личных удобствах, сосредотачивая на себе чужое бытие или бытие всего мира, тот не в праве называться христианином и считать себя учеником Христовым. Надо отдать себя без остатка, не словом или языком, но делом и истиною²⁹³. Любовь Божия призывает нас нести свой Крест, чувствуя на своих плечах бремя грехов всего человечества, и исполнять каждому в своей профессии и жизненном статусе точный и полный любви Замысел Отца. В том месте Евангелия, о котором мы размышляем сегодня, Иисус продолжает: И кто не несет креста своего и идет за Мною, не может быть Моим учеником²⁹⁴.

Примем без страха волю Божию, примем без колебаний решение строить свою жизнь в согласии с тем, чему учит нас и чего требует от нас наша вера. Неизбежны борьба, страдания и боль - но если мы верим воистину, то никогда не будем несчастны. Даже в скорби, даже оклеветанные, мы обретаем счастье и любовь к ближним, чтобы и они участвовали в нашей сверхъестественной радости.

Христиане перед лицом Истории

Быть христианином - не титул, но сущность, из которой рождается миссия. Раньше мы вспоминали о том, что Господь призвал всех христиан быть солью земли и светом мира. Опираясь на этот призыв и тексты Ветхого Завета, апостол Петр точно определяет миссию последователей Христа: Вы - род избранный, царственное священство, народ святый, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет²⁹⁵.

Быть христианином - не случайность, но божественная реальность, которая укрепляется в самых глубинах нашей жизни, даруя нам ясное видение и твердость решения жить по воле Божией. Так мы учимся, что паломничество христианина в миру должно стать постоянным служением, которое проявляется по-разному (ибо зависит от личных обстоятельств каждого), но всегда - во имя любви к Богу и ближнему. Быть христианином - значит действовать, не думая о таких мелочах, как честолюбие и престиж, а также о том, что кажется куда более возвышенным и благородным: о благотворительности, например, или о сочувствии чужому горю. Единственной основой наших поступков должны стать размышления о глубинном смысле той любви, которую явил Христос, умерев за нас на Кресте.

Не всем христианам удается проникать в эту тайну Иисуса. Например, те, кто видит в христианстве лишь совокупность благочестивых обычаев, не понимая их связей с повседневной жизнью, с той готовностью, с которой мы должны спешить на помощь ближнему и противиться несправедливости.

Я бы сказал, что люди с такой ментальностью еще не поняли, что значит Воплощение Сына Божия, принявшего тело, душу и голос человека, чтобы разделить нашу участь вплоть до высшего и страшного опыта смерти. Может, и не желая этого, они смотрят на Иисуса как на чужого среди людей.

Другие, напротив, думают, что во имя человечности следует умолчать о некоторых основных характеристиках христианского учения. В молитвенной жизни, в постоянном общении с Богом они видят бегство от ответственности, уход от мира, забывая, что именно Иисус явил образец любви к людям и самоотверженного служения им. Только углубившись в тайны любви Божией - той любви, которая идет до самой смерти, мы сможем отдавать себя другим без остатка, не впадая в равнодушие и не боясь трудностей.

Вера в Христа умершего, воскресшего и пребывающего в каждой минуте нашей жизни просвещает нашу совесть, призывая к участию всеми силами в истории человечества. Христианин - не апатрид в той истории, которая началась с сотворения мира и будет длиться до скончания веков. Он гражданин града земного, с душой, жаждущей Бога, любовь Которого открывается ему уже на этом, земном этапе, а с ней - и цель призвания всех людей, живущих на земле.

Если мой личный опыт имеет хоть какое-нибудь значение, то я могу сказать, что всегда понимал свою священническую, душепастырскую работу как задачу, цель которой - поставить каждого человека перед всеми требованиями его жизни, помогая ему открыть то, чего ожидает от него Господь. Эта конкретность не ставит границ той святой независимости и благословенной личной ответственности, характеризующим христианское сознание. В основе этого поведения и этого духа - уважение к запредельности Богооткровенной истины и любовь к свободе человеческой твари. Я мог бы добавить, что оно основывается также и на уверенности в том, что история не предопределена, а открыта тем многочисленным вариантам, которым Господь не хочет препятствовать.

Следовать за Христом - не значит убегать от мира в храм, пожимая плечами при упоминаниях о развитии общества, об успехах или заблуждениях людей и народов. Христианская вера, напротив, помогает нам видеть мир как творение Господа и поэтому ценить все благородное и прекрасное, признавая достоинство любого из людей, сотворенного по образу Божию, и восхищаясь особым даром свободы, который делает нас хозяевами наших поступков, способными, с помощью благодати Божией, созидать наше вечное блаженство.

Свести веру к земной идеологии - значит преуменьшить ее, поднимая религиозно-политический флаг, чтобы осудить, якобы с благословения Божия, тех, кто не разделяет наших мнений о проблемах, которые по самой их природе можно решить по-разному.

Углубить смысл смерти Христовой

Это отклонение от темы предпринято с единственной целью: напомнить, что христианская жизнь обретает свое значение в Боге. Люди не были сотворены для того, чтобы создать самый справедливый мир, какой только можно вообразить. Мы были поставлены на земле, чтобы вступить в общение с Богом. Иисус обещал нам не преходящие удобства и земную славу, но обители в доме Отчем, ждущие нас в конце пути²⁹⁶.

Литургия Страстной Пятницы содержит чудесный гимн: “Crux fidelis”. Он призывает нас воспевать и праздновать славную борьбу Господа, трофей Креста, чудесный триумф Иисуса. Искупитель мира побеждает, принося Себя в жертву. Бог, Господин всего сущего, утверждается не силой оружия или земной властью Своих ближних, но величием Своей беспредельной любви.

Господь не сводит на нет человеческую свободу - напротив, именно Он эту свободу дарует. И поэтому ждет от нас не вынужденных ответов, но решений, исходящих из самой глубины наших сердец. Он хочет, чтобы знающие нас люди увидели за нашими личными слабостями, ошибками и лишениями эхо любовной драмы Голгофы. Мы получили от Бога все, что у нас есть, чтобы быть солью, придающей вкус, и светом радостной вести: Бог есть Отец, безмерно любящий Своих детей. Христианин - соль земли и свет миру не потому, что всегда побеждает, а потому, что свидетельствует о любви Божией. Как соль не будет солью, если не сможет солить, так и христианин не будет светом, если не станет свидетельствовать об Иисусе примером своей жизни и познанием учения Христова. То есть - если утратит все, что составляет суть и смысл его жизни.

Мы должны глубоко усвоить то, что открывает нам Смерть Христова, не останавливаясь на внешних формах и стереотипных фразах. Необходимо воистину погружаться в сцены Евангелия, в которых мы живем в эти дни: скорбь Иисуса, слезы Его Матери, бегство учеников, мужество святых жен, смелость Иосифа и Никодима, которые просят у Пилата Тело Господа...

Приблизимся к Иисусу мертвому, к этому Кресту, который виден на вершине Голгофы. Приблизимся к Нему с той внутренней сосредоточенностью, которая есть знак христианской зрелости. Божественные и человеческие события Страстей Господних проникнут в нашу душу как слово, которое говорит нам Бог, чтобы снять покров с тайн наших сердец и открыть нам то, чего Он от нас ожидает.

Много лет назад я видел картину, которая запечатлелась в моей памяти. Она изображала Крест Христов, а рядом с ним - трех ангелов. Один из них безутешно плакал, другой держал в руке гвоздь, словно желая убедиться, что все это правда, а третий был погружен в молитву. Это - программа, всегда актуальная для каждого из нас: плакать, верить, молиться.

Стоя перед Крестом, будем страдать за наши грехи и грехи всего человечества, приведшие Иисуса к смерти. Будем веровать, чтобы проникнуть в чудесную истину, превосходящую любое разумение, и восхититься любовью Божией. Будем молиться, чтобы жизнь и смерть Христовы стали примером в нашей жизни и стимулом нашей щедрости. Только тогда мы сможем называться победителями, ибо победит в нас Воскресший, и обратит смерть в жизнь.

11. ПРИСУТСТВИЕ ХРИСТА СРЕДИ ХРИСТИАН*

Христос жив. Вот великая истина, которая наполняет нашу веру. Иисус, умерший на Кресте, воскрес. Он победил смерть, силы тьмы, боль и страх. Не ужасайтесь, - говорит ангел женщинам, вошедшим во гроб. - Иисуса ищете Назарянина, распятого; Он воскрес; Его нет здесь²⁹⁷. “Haec est dies quam fecit Dominus, exsultemus et laetemur in ea”, сей день сотворил Господь: возрадуемся и возвеселимся в оный!²⁹⁸

Пасхальное время - это время радости, которая живет в сердце христианина не только в эти дни церковного года, но и во всякий день. Ибо Христос жив: Он не стал чем-то прошлым, прошедшим и оставившим по Себе лишь чудесные воспоминания.

Нет, Он жив. Он есть Эммануил, что значит: с нами Бог. Его Воскресение говорит нам, что Бог не оставляет Своих ближних. Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя²⁹⁹. Так Он обещал и исполнил Свое обещание. Радость Божия осталась с сынами человеческими³⁰⁰.

Христос живет в Своей Церкви

Но Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам³⁰¹. Таков был замысел Божий: умирая на Кресте, Иисус даровал нам Дух Истины и Жизни. Христос пребывает в Церкви Своей: в ее Таинствах, Литургии, проповеди, во всем ее служении.

Особым образом Христос присутствует среди нас в повседневном даре Святой Евхаристии. Поэтому Божественная Литургия есть корень и средоточие христианской жизни. В любой Литургии Христос пребывает во всей полноте - Глава и Тело. “Per Ipsum, et cum Ipso et in Ipso”, через Христа, со Христом и во Христе, ибо Он есть Путь, Он есть Посредник. В Нем мы находим все. Вне Его наша жизнь пуста. Во Иисусе Христе и Им наставленные, мы “audemus dicere”, дерзаем говорить: “Pater noster”, Отче наш. Мы дерзаем называть своим Отцом Создателя неба и земли.

Присутствие Иисуса в Святых Дарах - залог, корень и смысл Его присутствия в мире.

Христос живет в христианине. Вера говорит нам, что человек, пребывающий в благодати, обóживается. Мы мужчины и женщины, но не ангелы. Мы твари из крови и плоти, с сердцем и страстями, с радостями и печалями. Но обóжение совершается во всем человеке как предвкушение славного воскресения. Христос воскрес из мертвых, первенец из умерших. Ибо, как смерть через человека, так через человека и воскресение мертвых. Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут³⁰².

Жизнь Христа - наша жизнь, как Он обещал Своим Апостолам на последней Вечери: Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим³⁰³. Христианин должен жить в согласии с жизнью Христа, делая Его чувствования Своими - и тогда он сможет воскликнуть с апостолом Павлом: “Non vivo ego, vivit vero in me Christus”, и уже не я живу, но живет во мне Христос.³⁰⁴

Христос - фундамент христианской жизни

Я хотел бы напомнить вам отдельные эпизоды бытия Христова, которое есть основа жизни христианина. “Iesus Christus heri et hodie; ipse et in saecula”, Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же³⁰⁵. Глядя вокруг себя, наблюдая ход истории человечества, мы то и дело замечаем всевозможные улучшения и прогресс. Наука дает человеку все большее ощущение власти над миром. Техника господствует над природой в гораздо большей степени, чем в прошлом, и человечество мечтает с ее помощью достичь высшего уровня культуры, материальных благ, единства.

Некоторые склонны умалять значение этого развития, напоминая нам о том, что люди продолжают страдать от несправедливости и войн, еще более ужасных сегодня, чем раньше. Они правы. Но вместе с тем я хотел бы напомнить всем людям о том, что в духовной сфере человек остается человеком, а Бог - Богом. В этой области высшая точка прогресса уже достигнута: это Христос, Альфа и Омега, начало и конец.³⁰⁶

В духовной жизни нет новой эпохи, к которой надо стремиться. Все уже дано во Христе, Который умер, Который живет и пребывает вовек. Но мы должны соединиться с Ним через веру, делая Его жизнь нашей жизнью, чтобы доказать, что любой христианин - это уже не “alter Christus”, другой Христос, но “ipse Christus”, Сам Христос.

“Instaurare omnia in Christo”, дабы все небесное и земное соединить под главою Христом³⁰⁷ - таков девиз, который апостол Павел дает христианам из Ефеса. Устроять все сущее по духу Христову, поставить Иисуса в самую гущу земного бытия. “Si exaltatus fuero a terra, omnia traham ad meipsum”, и когда Я вознесен буду от земли, все привлеку к Себе³⁰⁸. Своим Воплощением, Своей трудовой жизнью в Назарете, Своей проповедью и чудесами в землях Иудеи и Галилеи, Своей смертью на Кресте и Воскресением из мертвых Христос является центром и средоточием всего сущего, Главой и Господом всех тварей.

Мы призваны провозглашать это Царство Христово, возвещать его словом и делом. Господь хочет видеть Своих ближних на всех площадях и перекрестках мира. Некоторых Он призывает к пустынничеству - чтобы они, отвергая превратности человеческого общества, своим свидетельством напомнили всем людям о том, что Бог существует. Другим Он доверяет священническое служение. Но большее число Своих ближних Он оставляет в миру, при земных занятиях. Поэтому христиане должны привести Христа во всякую среду, во все ситуации, в которых совершаются труды человеческие: на заводы и в лаборатории, на поля и в мастерскую ремесленника, на горные тропы и на улицы больших городов.

Думая об этом, я люблю вспоминать беседу Христа с учениками по дороге в Эммаус. Иисус идет рядом с этими людьми, которым их жизнь представляется лишенной всякого смысла, ибо они почти уже утратили надежду. Он понимает их боль, проникает в их сердца и дарует им капли той жизни, которую носит в Себе.

Когда, придя в селение, Иисус делает вид, что хочет идти дальше, оба ученика удерживают Его и почти заставляют остаться с ними. Потом они узнают Его, когда Он преломляет Хлеб. Они восклицают: “Господь был с нами!” И говорят друг другу: Не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам на дороге и когда изъяснял нам Писание?³⁰⁹ Христианин должен позволить Христу присутствовать среди людей. Он должен так говорить и действовать, чтобы его друзья и знакомые почувствовали “bonus odor Christi”, благоухание Христово³¹⁰. Он должен действовать так, чтобы Лик Учителя явился в деяниях ученика.

Христианин знает, что он привит ко Христу Крещением, что он способен бороться Христа ради в Миропомазании, призван действовать в миру своим участием в царском, и пророческом, и священническом служении Христа, ставши с Ним единой плотью в Евхаристии, Таинстве единства и любви. Поэтому, подобно Христу, он должен жить лицом к людям, глядя с любовью на тех, которые его окружают, а также на все человечество.

Вера помогает нам узнать во Христе Бога, узреть в Нем нашего Спасителя, уподобиться Ему и действовать так, как Он действовал. После того, как Он развеял сомнения апостола Фомы, показав ему Свои раны, Воскресший восклицает: Блаженны не видевшие и уверовавшие³¹¹. Тут, - объясняет св. Григорий Великий, - особым образом дело идет о нас, ибо мы обладаем духовно Тем, Кого не видели телесно. Речь идет о нас, но с условием, что наши дела соответствуют нашей вере. Воистину верует только тот, кто в своих делах осуществляет свою веру. Поэтому апостол Павел говорит о тех, которые видят в вере только слова: “Они говорят, что знают Бога; а делами отрекаются”³¹².

Во Христе невозможно отделить Богочеловека от Спасителя. Слово стало плотью и обитало с нами, “ut omnes homines salvi fiant”, чтобы все люди спаслись³¹³. Мы с нашими лишениями и личным ничтожеством являемся другим Христом, Самим Христом и тоже призваны служить всем людям.

Необходимо, чтобы беспрестанно звучала эта заповедь, которая останется новой на протяжении веков: Возлюбленные! пишу вам не новую заповедь, но заповедь древнюю, которую вы имели от начала. Заповедь древняя есть слово, которое вы слышали от начала. Но притом и новую заповедь пишу вам, что есть истинно и в Нем и в вас: потому что тьма проходит и истинный свет уже светит. Кто говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме. Кто любит брата своего, тот пребывает во свете, и нет в нем соблазна³¹⁴.

Наш Господь пришел, чтобы принести мир, Благую Весть и жизнь всем людям. Не только богатым или нищим, не только мудрым или простодушным, а всем нам, которые есть братья, дети единого Отца. Есть одна только раса - раса детей Божиих. И один язык - тот, который, не нуждаясь в словах, говоря сердцу и духу, помогает нам познать Бога и возлюбить друг друга.

Созерцание жизни Христа

Каждый из нас должен стараться воплотить в своей жизни любовь Христову. Но, чтобы стать “ipse Christus”, Самим Христом, надо увидеть себя, посмотревшись в Него, как в зеркало. Мало иметь общую идею о духе, которым обладал Иисус, - надо учиться у Него верному поведению. И прежде всего - созерцая Его жизнь, Его путь по земле, оставленные Им следы, чтобы извлечь из них силу и свет, мир и покой.

Когда мы любим человека, то хотим знать все подробности его жизни, его характера, чтобы отождествиться с ним и стать одним целым. Поэтому мы должны созерцать жизнь Иисуса с Его Рождества в Вифлееме вплоть до Его смерти и воскресения. В первые годы моего священства я имел привычку дарить Евангелия и другие книги, повествующие о жизни Христа. Ибо нам надо хорошо ее знать умом и сердцем, чтобы в любое время, без помощи книг, закрыв глаза, мы могли видеть ее, словно заснятую на пленку. Чтобы в любых обстоятельствах слова и дела Господа приходили нам на память. Чтобы мы почувствовали, что вошли в Его жизнь.

На самом деле думать об Иисусе, представляя себе сцены из Его жизни, мало; мы должны проникнуться ею целиком, перевоплотившись, став действующими лицами. Мы должны следовать за Христом так же близко, как Его Матерь Мария, двенадцать апостолов, святые жены и толпы, которые собирались вокруг Него. Поступая так, мы почувствуем, что слова Иисуса преображают нас, проникая в самую глубину наших душ, ибо слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные³¹⁵.

Мы должны идти к Евангелию и созерцать Любовь Христову, если хотим привести к Нему других. Мы должны созерцать главные моменты Его Страстей, ибо Он Сам сказал: Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих³¹⁶. Но не менее важны и другие моменты Его жизни - например, Его привычная манера общения с теми, кто встречается на Его земном пути.

Чтобы довести до людей Свое спасительное учение и явить им Любовь Божию, Христос, Совершенный Бог и совершенный человек, поступил и человечно, и божественно. Бог снизошел к вочеловечению. Он принял нашу природу. Всю - кроме греха.

Я испытываю глубокую радость, думая о том, что Христос хотел стать истинным человеком, облекшись в нашу плоть. Я растроган этим чудом: Бог любит человеческим сердцем.

Задержимся на некоторых из множества сцен, описанных Евангелистами. И начнем с тех, которые показывают общение Иисуса с первыми двенадцатью. Апостол Иоанн, изливающий в Евангелие опыт своей долгой жизни, рассказывает о первой беседе со Христом, воссоздавая очарование момента, о котором невозможно забыть: Равви... где живешь? Говорит им: пойдите, и увидите. Они пошли и увидели, где Он живет; и пробыли у Него день тот³¹⁷.

Диалог божественный и человеческий, который преобразил жизни Иоанна и Андрея, Петра, Иакова и многих других. Который готовил их сердца к восприятию властного слова, сказанного Иисусом у моря Галилейского: Проходя же близ моря Галилейского, Он увидел двух братьев, Симона, называемого Петром, и Андрея, брата его, закидывающих сети в море; ибо они были рыболовы. И говорит им: идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков. И они тотчас, оставив сети, последовали за Ним³¹⁸.

В течение трех последующих лет Иисус живет вместе со Своими учениками. Он их знает, Он отвечает на их вопросы и рассеивает их сомнения. Он - Равви, Учитель, Который говорит со властью. Он - Мессия, посланный Богом. Но в то же время Он доступен и близок. Однажды Иисус отлучается, чтобы помолиться. Ученики стоят неподалеку и, может быть, смотрят в Его сторону, стараясь угадать Его слова. Когда Иисус возвращается, один из них просит: “Domine, doce nos orare, sicut docuit et Ioannes discipulos suos...”, Господи! научи нас молиться, как и Иоанн научил учеников своих. Он сказал им: когда молитесь, говорите: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое...³¹⁹

С властью Бога и любовью человеческого сердца Господь встречает апостолов, которые, изумленные успехами их первой миссии, рассказывают Ему о непосредственных результатах их апостольского служения: Пойдите вы одни в пустынное место и отдохните немного³²⁰.

Сцена, подобная этой, повторяется в конце земной жизни Иисуса, незадолго до Вознесения. А когда уже настало утро, Иисус стоял на берегу; но ученики не узнали, что это Иисус. Иисус говорит им: дети! есть ли у вас какая пища? Это вопрос человеческий. Но продолжает Бог: Закиньте сеть по правую сторону лодки, и поймаете. Они закинули, и уже не могли вытащить сети от множества рыбы. Тогда ученик, которого любил Иисус, говорит Петру: это Господь.

И Бог ждет их на берегу: Когда же вышли на землю, видят разложенный огонь, и на нем лежащую рыбу и хлеб. Иисус говорит им: принесите рыбы, которую вы теперь поймали. Симон Петр пошел и вытащил на землю сеть, наполненную большими рыбами, которых было сто пятьдесят три; и при таком множестве не прорвалась сеть. Иисус говорит им: придите, обедайте. Из учеников же никто не смел спросить Его: “кто Ты”, зная, что это Господь. Иисус приходит, берет хлеб и дает им, также и рыбу³²¹.

Эту нежность и отзывчивость Иисуса чувствуют не только ученики, но и святые жены, а также все, кто его окружает: мытари (Закхей) и представители синедриона (Никодим), законники и язычники, здоровые и больные, отдельные люди и многочисленные толпы.

Евангелия рассказывают нам о том, что Иисус не имел где преклонить голову. Но они говорят нам также, что Иисус имел дорогих и искренних друзей, всегда готовых принять Его в свой дом. Они говорят о том, что Иисус сочувствует больным и Сам испытывает боль в присутствии невежд и пребывающих в заблуждении. Они говорят нам о Его отвращении к лицемерию. Иисус плачет об умершем Лазаре и сердится на торговцев, оскверняющих храм. Его сердце умиляется пред болью вдовы Наинской.

Каждое из Его человеческих деяний есть в то же время деяние Божие, ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно³²². Христос есть Бог, Который стал человеком абсолютно. И в человеческом Он открывает нам божественное.

Вспоминая человеческую нежность Христа, Который растрачивает Свою жизнь в служении людям, мы не только обретаем пример для подражания, но и открываем Бога. Все дело Христа имеет сверхъестественное значение: Он открывает нам бытие Божие и учит верить в любовь Бога, нас сотворившего и вовлекающего в Свою сокровенную жизнь. Я открыл имя Твое человекам, которых Ты дал Мне от мира; они были Твои, и Ты дал их Мне, и они сохранили слово Твое. Ныне уразумели они, что все, что Ты дал Мне, от Тебя есть³²³. Так восклицает Иисус в долгой молитве, сохраненной для нас Иоанном Богословом.

Поэтому отношения Иисуса с людьми не остаются на уровне слов или поверхностных поступков. Он принимает людей всерьез и хочет открыть им божественный смысл человеческой жизни. Он умеет быть требовательным, умеет ставить людей перед их долгом, выводя из комфорта и конформизма тех, которые Его слушают, чтобы вести их к познанию Трисвятого Бога. Голод и скорбь трогают Иисуса, но более всего Его трогает невежество. Иисус, выйдя, увидел множество народа, и сжалился над ними, потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря; и начал учить их много.³²⁴

Христос и наша повседневность

Мы прочли несколько страниц из Евангелия, созерцая Иисуса в Его отношениях с людьми. Мы, будучи другими Христами, учились приводить Христа к нашим братьям. Будем применять этот урок к нашей обыденности. Ибо обычная жизнь не пустяк, если Сам Господь захотел, чтобы большинство Его детей освящалось именно в обыденных обстоятельствах.

Надо повторять снова и снова, что Иисус не призвал группу избранных людей. Он открыл нам, что Бог любит всех и от всех ожидает любви. От всех - вне зависимости от их рода занятий и социального положения. Повседневная жизнь имеет большую ценность: все земные пути могут стать поводом для встречи со Христом, отождествления с Ним и исполнения Его божественной миссии на том месте, где мы находимся.

Бог призывает нас через события повседневности, через боль и радость окружающих нас людей, через благородные устремления наших коллег по профессии, через мелочи семейной жизни. Бог зовет нас и через большие проблемы, конфликтные ситуации и задачи каждого исторического периода, что у большей части человечества пробуждает стремление и идеалы.

Мы хорошо понимаем нетерпение и тревогу тех, кто, имея естественно-христианскую душу³²⁵, не может стоять, опустив руки, пред личной и социальной несправедливостью, на которую способны сердца человеческие. Сколько веков люди сосуществуют в этом мире! И в то же время - сколько ненависти и фанатизма во взоре тех, кто не хочет видеть, и в сердце тех, кто не хочет любить!

Земные богатства - в руках немногих. Культурные блага заперты во дворцах. А вне этого - жажда хлеба и знаний, человеческие жизни (святые, ибо они от Бога), с которыми обращаются как с простыми вещами, материалом для статистики. Я понимаю и разделяю то нетерпение, которое заставляет обращать взоры ко Христу, постоянно призывающему воплощать в реальности новую заповедь Любви.

Все обстоятельства нашей жизни - это божественные глаголы, которые требуют от нас ответной любви и постоянной отдачи себя всем людям. Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним: тогда сядет на престоле славы Своей; и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов по левую. Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: “приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира. Ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне”. Тогда праведники скажут Ему в ответ: “Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? или жаждущим, и напоили? Когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели? Когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе?” И Царь скажет им в ответ: “истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне”³²⁶.

Во всех наших братьях-людях необходимо узнать Христа, идущего нам навстречу. Ни одна человеческая жизнь не может быть рассмотрена отдельно, ибо она переплетается с другими жизнями. Никто не является отдельным стихом. Все мы строчки единой поэмы, творимой Господом при содействии нашей свободы.

Ничто не чуждо рвению Христову. Кто ищет теологическую глубину во всем, не ограничиваясь внешними признаками, а проникая мыслью в суть вещей, тот вряд ли сможет сказать, что существуют реальности (благородные, положительные или безразличные) только мирские, после того как Слово Божие сотворило Свою обитель среди сынов человеческих. После того как Сын Божий работал Своими руками, дружил и был в послушании, познал голод и жажду, скорбь и смерть. Ибо благоугодно было Отцу, чтобы в Нем обитала всякая полнота, и чтобы посредством Его примирить с Собою все, умиротворив через Него, Кровию креста Его, и земное и небесное³²⁷.

Мы должны любить мир, работу и все человеческие реалии, ибо этот мир хорош. И если его Божественная гармония повреждена грехом Адама, то для того и послал Отец Сына Своего единородного, чтобы мы приняли Духа усыновления и, став детьми Божиими, освободили творение от беспорядка и примирили все сущее с Богом.

Ни одна человеческая жизнь не повторяется. Каждая - плод особого призвания, которому надо следовать с ревностью и в духе Христовом. Если мы живем по-христиански в миру, если наша повседневность отвечает всем требованиям веры, то мы станем Христовым присутствием посреди людей.

Постигая высокое достоинство миссии, к которой призвал ее Господь, душа может поддаться гордыне. Ложное восприятие призвания Христова заставляет нас позабыть о том, что мы - ничтожество и прах, хрупкие глиняные сосуды, что зло обитает не только вокруг, но и внутри нас, в нашем сердце, и делает нас способными на всевозможные низости. Только благодать Божия тверда, как скала. Мы же всего лишь пески. Зыбучие пески.

Минуло двадцать столетий христианства - и вот, размышляя над историей человечества и сегодняшним положением в мире, мы с болью замечаем, как мало людей именуют себя христианами. И как часто изменяют своему призванию те, кто только что чванился этим именем. Много лет назад один человек, добрый, но без веры, показывал мне глобус, восклицая: Вот перед вами провал Христа! Сколько лет Он вкладывал Свое учение в сердца людей - и вот, пожалуйста: нет христиан!

Так думают многие и в наше время. Но Христос не потерпел неудачу. Его жизнь и слово оплодотворяют мир постоянно. Его дело, миссия, порученная Ему Отцом, осуществляется и сегодня. Оно пронизывает историю и приносит с собой истинную жизнь: Когда же все покорит Ему, тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему, да будет Бог все во всем³²⁸.

Бог хочет видеть нас соработниками в деле, которое Он совершает в миру. Он берет на Себя риск нашей свободы. Меня трогает до глубины души образ Младенца Иисуса - слабого, беззащитного, не способного к малейшему сопротивлению. Бог предал Себя в руки человеческие, унизился до нас, чтобы к нам приблизиться.

Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба³²⁹. Бог снисходит до уровня нашей свободы, нашего несовершенства, наших лишений. Он помещает Свои сокровища в глиняные сосуды - чтобы мы открыли Его другим, смешав свою человеческую немощь с Его божественным всемогуществом.

Опыт греха не заставляет нас сомневаться в своей миссии. Если наши грехи часто мешают узнать в нас Иисуса, то мы должны бороться со своим убожеством и стремиться к очищению, помня, однако, что Бог не обещал нам полной победы над злом уже в этой жизни. Он только хочет, чтобы мы продолжали бороться. “Sufficit tibi gratia mea”, довольно для тебя благодати Моей³³⁰, - говорит Он Павлу, молящему удалить из его плоти унижающее его жало.

Именно в нашей слабости проявляется Его всесилие, которое побуждает нас к борьбе с нашими недостаками, даже зная, что нам не достичь полной победы здесь, в этой жизни. Жить по-христиански - значит начинать все снова и снова. Христианская жизнь - это каждодневное возобновление.

Христос воскреснет в нас, если мы участвуем в Его Страстях и Смерти. Мы должны полюбить Крест, преданность, самоотречение. Христианский оптимизм - не легкомысленная уверенность в том, что у нас все и всегда получится. Его корни - в сознании свободы и надежде на благодать. Христианский оптимизм требует от нас усилий и щедрого ответа на Божий призыв.

Так является Христос: не вопреки людскому ничтожеству, но как бы через него. Через жизнь людей, сотворенных из плоти, слепленных из глины. Через наше бытие, превращенное в постоянное служение. Через наше стремление стать лучше, возлюбить ближних чистой любовью и, покорив свой эгоизм, отдать им себя полностью, без остатка.

В заключение я хотел бы поделиться с вами своим последним размышлением. Обеспечивая присутствие Христа среди людей и являясь в жизни, как “ipse Christus” - Сам Христос, христианин старается не только любить, но и в своей человеческой любви открывать ближним Любовь Божию.

Иисус понимает всю Свою жизнь как откровение этой Любви. Видевший Меня видел Отца,³³¹ - отвечает Он Филиппу, одному из Своих учеников. По этому учению апостол Иоанн призывает христиан, поскольку они познали Любовь Божию, являть ее в своих делах: Возлюбленные! будем любить друг друга, потому что любовь от Бога; и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога.

Кто не любит, тот не познал Бога; потому что Бог есть любовь. Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через Него. В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши. Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга³³².

Наша вера должна быть живой и проявляться на деле в непрерывном общении с Богом. Христианская жизнь - это жизнь молитвенная. Давайте же стараться быть в присутствии Божием денно и нощно. Христианин никогда не бывает в одиночестве, ибо непрестанно общается с Богом, пребывающим рядом с нами и на Небесах.

“Sine intermissione orate”, непрестанно молитесь³³³, - призывает апостол Павел. Напомнив об этом апостольском завете, св. Климент Александрийский пишет: Нам было повелено хвалить и почитать Слово, о котором мы знаем, что Оно есть Спаситель и Царь, а через Него Отца - не в избранные дни, как это делают некоторые, но постоянно, в течение всей нашей жизни и всеми возможными путями³³⁴.

В каждодневных занятиях, в минуты борения с эгоизмом, в радостях дружбы - во всем этом христианин должен искать и находить Бога. Через Христа и в Духе Святом он имеет доступ к сокровенной жизни Отца и проходит свой путь в поисках Царства, которое, будучи не от мира сего, все же готовится и начинается в этом мире.

Надо пребывать в общении со Христом - в Слове и Хлебе, в Евхаристии и Молитве. И общаться с Ним, как с другом, как с живым - ибо Он воскрес. В Послании к Евреям читаем: А Сей, как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее. Посему и может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них³³⁵.

Христос, воскресший Христос - наш спутник, наш Друг, Который дает себя видеть только в полумраке, но реальность Которого наполняет всю нашу жизнь желанием быть с Ним во веки. И Дух и невеста говорят: прииди! И слышавший да скажет: прииди! Жаждущий пусть приходит, и желающий пусть берет воду жизни даром... Свидетельствующий сие говорит: ей, гряду скоро! Аминь. Ей, гряди, Господи Иисусе!³³⁶

12. ВОЗНЕСЕНИЕ ГОСПОДНЕ*

Литургия дает нам еще раз узреть последнюю тайну жизни Иисуса среди людей: Его Вознесение на Небо. Сколько событий произошло с момента Его Рождества в Вифлееме! Мы видели Его в яслях, когда Ему поклонялись пастухи и волхвы; мы созерцали долгие годы Его молчаливого труда в Назарете; мы сопровождали Его в странствиях по земле Палестины, когда Он проповедовал Царство Божие и творил добро всем людям. И позже, во время Его Страстей, мы страдали, слыша, с какой ненавистью Его обвиняют, как жестоко с Ним обращаются, видя, как Его распинают.

За скорбью - сияющая радость Воскресения. Какое надежное и светлое подспорье для нашей веры! Мы уже не можем усомниться. Возможно, как и апостолы, мы еще слабы и готовы спросить Его вместе с ними в день Вознесения: Не в сие ли время, Господи, восстановляешь Ты царство Израилю?³³⁷ Не пришла ли пора исчезнуть окончательно всем нашим сомнениям и слабостям?

Ответ Иисуса людям - Его Вознесение. Подобно апостолам, мы ликуем и печалимся, видя, как Он от нас уходит. И впрямь: трудно примириться с Его физическим отсутствием в этом мире. Я растроган, когда думаю об этом высшем проявлении любви: Он ушел, чтобы остаться. Ушел на Небеса и питает нас Собою, Своим Телом в Евхаристии. И тем не менее нам не хватает Его слов и дел, Его взгляда, Его улыбки. Мы хотели бы снова и снова видеть, как Он, утомленный, садится у колодца³³⁸, плачет о Лазаре³³⁹, долго молится³⁴⁰, жалеет народ³⁴¹.

Мне всегда казалось естественным, что Богочеловечество Иисуса вознеслось в славу Отца. И я всегда этому радовался, в то же время полагая, что в день Вознесения также естественна и печаль - знак той любви, которую мы испытываем к нашему Господу Иисусу Христу. Будучи Богом, Он стал человеком - совершенным человеком, плотью от нашей плоти и кровью от нашей крови. А потом Он нас оставил, чтобы идти на Небеса. Нам так Его не хватает, но может ли быть иначе?

Общение с Иисусом в Хлебе и Слове

Научившись созерцать тайну Христа чистым взором, мы поймем, что уже сейчас можем стать к Нему очень близко и телом, и душой. Он ясно показал нам путь: Хлеб и Слово. Питание Евхаристией. Познание и исполнение того, чему Он пришел научить нас. И общение с Ним в молитве. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем.³⁴² Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его, и явлюсь ему Сам³⁴³.

В этих словах - не только обещания, но суть и сама реальность жизни истинной, жизни благодатной, которая дает нам возможность личных встреч с Богом. Если заповеди Мои соблюдете, пребудете в любви Моей, как и Я соблюл заповеди Отца Моего и пребываю в Его любви³⁴⁴. Это обетование Иисуса на последней вечери - лучшая преамбула ко дню Вознесения. Христос знал, что Его уход необходим, ибо только после Его Вознесения тайным и непостижимым для нас образом будет явлено новое излияние Любви Божией - Третья Ипостась Пресвятой Троицы: Но Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пришлю Его к вам³⁴⁵.

Он уходит и посылает нам Святого Духа, который правит в нашей душе и ее освящает. Действуя в нас, Утешитель подтверждает то, о чем извещал нас Христос: что мы дети Божии, ибо не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: Авва, Отче!³⁴⁶

Видите? Это действие Пресвятой Троицы в наших душах. К этой обители Бога, сотворенной в глубинах души, имеет доступ каждый христианин, который ответил на благодать Божию, влекущую к единению со Христом в Хлебе и Слове - в Евхаристии и молитве. Церковь предлагает нам ежедневно размышлять о реальности Хлеба Жизни и посвящает ей два великих праздника: Страстной Четверг и праздник Тела Христова. Поэтому в день Вознесения мы будем размышлять о наших отношениях с Иисусом, слушая Его Слово.

Молитвенная жизнь

Молитва к Богу жизни моей³⁴⁷. Если Бог есть жизнь, то вполне естественно, что наше христианское бытие должно быть соткано из молитвы. Но не подумайте, что молитва - это некий акт, который мы совершаем, чтобы затем прекратить. Праведник день и ночь размышляет о законе Господа³⁴⁸. Утром я думаю о Тебе³⁴⁹, и вечером молитва моя возносится к Тебе, как фимиам³⁵⁰. Целый день может стать молитвой. С вечера до утра и с утра до вечера. Более того: Писание напоминает нам о том, что и сон должен быть молитвой³⁵¹.

Вспомните, что говорят Евангелия об Иисусе: порой Он целые ночи проводил в беседе с Отцом. Как любили первые ученики этот образ Иисуса в молитве! Видя Его постоянство, они просили Его: “Domine, doce nos orare”³⁵², Господи! научи нас молиться так, как ты молишься.

Апостол Павел распространяет повсюду живой пример Иисуса. Он пишет: “orationi instantes”,³⁵³ в молитве будьте постоянны. И Евангелист Лука одной чертой рисует поведение первых христиан: Все они единодушно пребывали в молитве и молении³⁵⁴.

Характер доброго христианина куется в молитве, с помощью благодати Божией. Молитва, равная жизни, не остается всегда неизменной. Сердце обычно изливается в словах, в тех устных молитвах, которым научил нас Бог (“Отче наш...”) или Его ангелы (“Радуйся, Мария Благодатная...”). В других случаях мы используем освященные временем, порожденные страстью влюбленных сердец литургические молитвы (“lex orandi”), благодаря которым изливалось благочестие многих миллионов наших братьев по вере, например - многие антифоны: Sub tuum praesidium..., Memorare..., Salve Regina...*

В другие моменты достаточно возгласов, словно стрелы, возносящихся к Господу - тех спонтанных молитв, которым мы учимся, читая со вниманием Житие Христово: “Domine, si vis, potes me mundare”, Господи! если хочешь, можешь меня очистить³⁵⁵; “Domine, tu omnia nosti, tu scis quia amo te”, Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя³⁵⁶; “Credo, Domine, sed adiuva incredulitatem meam”, Верую, Господи! помоги моему неверию³⁵⁷, укрепи мою веру; “Dominus meus et Deus meus”, Господь мой и Бог мой!³⁵⁸; “Domine, non sum dignus”, Господи! я не достоин...³⁵⁹ и других кратких восклицаний, которые истекают из глубины души и соответствуют конкретным обстоятельствам нашей жизни.

Основой нашей молитвенной жизни должны стать и те минуты, которые мы ежедневно посвящаем непосредственной беседе с Богом. Диалог без шума слов, если возможно, перед Дарохранительницей, чтобы поблагодарить Господа - Он так одинок! - ждущего тебя вот уже двадцать веков. Молитвенное размышление - это диалог с Богом от сердца к Сердцу, в котором участвует вся душа: ум, воля, память и способность воображения. Медитация, придающая сверхъестественную ценность нашей бедной земной жизни, нашей обыденности и повседневности.

Благодаря духовному размышлению, а также устным и спонтанным молитвам, мы можем естественно и без демонстрации обращать нашу жизнь в постоянную хвалу Господу, оставаясь в Его присутствии, как влюбленные, которые не перестают думать о том, кого любят. И тогда все наши дела, даже самые незначительные наполнятся духовным содержанием и станут действенными.

Поэтому, когда христианин вступает на путь непрерывного общения с Богом (и это путь для всех, а не только для избранных), его духовная жизнь возрастает, его душа укрепляется в привлекательной и требовательной борьбе за исполнение до конца воли Божией.

Руководствуясь этим путем молитвы, мы можем проникнуть в другую тему, которую предлагает нам сегодняшний праздник: апостольское служение, применение на практике учения Христова, переданного ближним незадолго до Его Вознесения на Небеса: ...и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли³⁶⁰.

Апостольское служение: соискупление со Христом

Дивно-естественно, как все, что исходит от Бога, жажда апостольского служения воспламеняет созерцательную душу и подвигает ее на служение: Воспламенилось сердце мое во мне; в мыслях моих возгорелся огонь³⁶¹. Это тот же огонь, о котором говорит Христос: Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!³⁶²

Огонь апостольского служения раздувает молитва: нет лучшего способа распространить от края до края земли эту борьбу за мир в душах, к которой призван всякий христианин: восполнять недостаток скорбей Христовых³⁶³.

Мы знаем, что Иисус вознесся на Небеса. Но христианин может общаться с Ним в молитве и Евхаристии так же, как и первые двенадцать апостолов, и воспламеняться апостольским рвением, чтобы исполнить с Ним это служение со-спасения, состоящее в том, чтобы сеять радость и мир. Служить: апостольство - это служение. Уповая только на собственные силы, мы ничего не достигнем в сверхъестественном. Будучи инструментами в руках Божиих, достигнем всего: Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе³⁶⁴. Бог в Своей безграничной доброте решил использовать эти неуклюжие инструменты. Так что нет и не может быть у апостола иной цели, как только позволить Господу действовать, проявляя полную готовность, чтобы Бог совершил Свое дело спасения через Свое творение, через избранных Своих.

Апостолом является тот, кто привит ко Христу, отождествлен с Ним через Крещение, и через Миропомазание обрел способность бороться ради Него. Апостол призван служить Богу в миру через общее священство верных. которое является соучастием в священстве Христа. Общее священство, которое существенно отличается от священства, получаемого через рукоположение, дает возможность участвовать в обряде и помогать людям в их приближении к Богу словом и примером, покаянием и молитвой.

Каждый из нас должен стать “ipse Christus”, Самим Христом. Он единственный посредник между Богом и людьми³⁶⁵, и мы соединяемся с Ним, чтобы с Ним предложить все сущее Отцу. Наше призвание детей Божиих в миру требует, чтобы мы не только достигли личной святости, но и прошли по дорогам земли, обращая их в пути, которые через препятствия приводят дущи к Господу. Живя как обычные граждане, участвуя во всех земных занятиях, мы должны быть закваской³⁶⁶, которая квасит все тесто.³⁶⁷

Христос вознесся на Небо - и теперь все честное в человеке может быть искуплено и возвышено. Св. Григорий Великий излагает эту великую идею христианства словами, полными силы: Итак, Иисус отошел туда, откуда пришел, и вернулся оттуда, где продолжает пребывать. В самом деле, в миг вознесения Он Своим Божеством соединил Небо и землю. Сегодня мы должны торжественно праздновать отмену осудившего нас приговора, того решения, которое подчиняло нас разложению. Природа, о которой было сказано: “ибо прах ты, и в прах возвратишься” (Быт 3, 19), вознеслась на Небо со Христом.³⁶⁸

Поэтому я повторяю без устали, что можно и должно освящать мир. В частности, эта задача доверена нам, христианам. Мы должны очистить мир от поводов ко греху, которыми сами его обезобразили, и принести его Господу как духовное приношение, ставшее достойным благодатью Божией и нашими усилиями. После того, как Слово приняло человеческую природу в своей полноте и освятило землю Своим присутствием, трудом Своих рук, уже нельзя сказать, что есть исключительно-мирские благородные реалии. Великая миссия, полученная нами в Крещении, - это со-искупление. Любовь Христова торопит нас³⁶⁹. Возьмем же на наши плечи часть того божественного дела искупления душ человеческих.

Искупление, совершенное в смерти Иисуса, в позоре и славе Креста, - для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие³⁷⁰, - будет продолжаться волей Божией до того, как придет час Господень. Невозможно жить согласно Сердцу Иисусову, не чувствуя себя посланным, как Он, “peccatores salvos facere”, чтобы спасти грешников³⁷¹ и убежденным в необходимости все более и более вверять себя милосердию Божию. Поэтому, главное наше желание - чувствовать себя соискупителями Христу и спасать с Ним все души, быть “ipse Christus”, Самим Христом, предавшим Себя для искупления всех.³⁷²

Перед нами великое задание. Мы не можем остаться пассивными, ибо Христос сказал нам ясно: трудитесь, пока Я возвращусь³⁷³. Мы не можем сидеть сложа руки в ожидании пришествия Христа, Который вернется владеть Своим Царством. Распространение Царства Божия - не исключительная задача тех членов Церкви, которые представляют Христа, ибо приняли от Него священство. “Vos autem estis corpus Christi”, и вы тело Христово³⁷⁴, -говорит Апостол Павел и дает нам точный приказ: трудиться до конца.

Сколько еще предстоит сделать! Неужели двадцать веков прошли впустую? Нет, мы работали много. Усилия тех, кто старается умалить достижения наших предшественников, не кажутся мне ни объективными, ни искренними. Двадцать веков мы трудились, и трудились всегда, не покладая рук, а часто и с большим успехом! Наверное, были и ошибки, и отступления, но ведь и сегодня мы нередко видим страх и застенчивость рядом с самоотдачей и великим мужеством. Но человеческая семья возобновляется постоянно - и каждое поколение должно с новыми силами помогать ее членам открывать для себя величие призвания детей Божиих. Необходимо снова и снова учить людей заповедям Любви к Богу и ближнему.

Христос однажды и навсегда указал нам Путь Любви Божией: апостольское служение - это любовь, выходяшая из берегов, отдающая себя другим. Внутренняя жизнь требует нарастающего единения со Христом в Хлебе и Слове. Стремление к апостольству - это точное и необходимое проявление внутренней жизни: кто наслаждается любовью Божией, тот чувствует заботу о душах. Невозможно отделить внутреннюю жизнь от апостольского служения, как и невозможно отделить в Иисусе Христе Богочеловека от Искупителя. Слово стало плотью, чтобы спасти людей - чтобы они стали с Ним одно. Вот причина Его пришествия. Апостольский Символ веры говорит о том же: нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес...

Апостольское служение является частью самой природы христианина: это не чье-то самовольное прибавление, не надстройка, чуждая его повседневным занятиям и профессональной жизни. Я повторяю это без устали с того момента, как Господь решил произвести на свет Opus Dei! Необходимо, чтобы мы, каждый в своем звании и жизненном статусе, освящали свой повседневный труд, освящались в труде и освящали других исполнением своего профессионального долга.

Апостольство подобно дыханию христианина: без этого страстного движения души не могут жить сыны Божии. Сегодняшний праздник напоминает нам о том, что попечение о душах является любящим заветом Господа, Который, вознесясь во Славу, посылает нас, как Своих свидетелей, во все концы света. Наша ответственность велика, ибо быть свидетелем Христа - это прежде всего вести себя по Его учению и бороться за то, чтобы наши дела были подобны Его делам и столь же привлекательны. Необходимо вести себя так, чтобы окружающие, глядя на нас, могли сказать: “Это христианин, ибо он не имеет в себе ненависти и способен понять, ибо он не фанатик и владеет своими страстями, ибо он жертвует собой и распространяет мир. Ибо он любит”.

Пшеница и плевелы

Я изложил вам не свою идею, а учение Христа об идеальном пути христианина. Этот путь высок, привлекателен и чудесен. Но, быть может, кто-то спросит себя: Возможна ли такая жизнь в современном обществе?

Господь призвал нас во времена, когда все говорят о мире, но мира нет: ни в душах, ни в обществе, ни между народами. Говорят постоянно о равенстве и демократии, но повсюду процветают касты - закрытые, непроницаемые. Он призвал нас в момент, когда проповедуют понимание - но понимание блистательно отсутствует даже среди людей, которые действуют искренне и хотят упражняться в добродетелях милосердия. Не забывайте этого: милосердие - не столько в подаянии, сколько в понимании.

Мы живем в эпоху, когда фанатики и люди нетерпеливые, неспособные вникнуть в чужие мотивы, обороняются, обвиняя в агрессии тех, кто от них страдает.

Мы, наконец, призваны в эпоху, когда все говорят о единстве - и в то же время достигает высшей точки разъединение между самими католиками, не говоря уж о человечестве в целом.

Я никогда не говорю о политике, ибо это не мое призвание. Чтобы описать положение в современном мире, мне, священнику, достаточно вспомнить о притче Господней: Царство Небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своем; когда же люди спали, пришел враг его и посеял между пшеницею плевелы и ушел³⁷⁵. Ясно, что поле плодородно, а семя доброе. Ясно также, что Хозяин поля бросил семя в землю искусно и в подходящее время. К тому же, он поставил стражу для охраны новых посевов. И если появляются плевелы - значит, нет ответной любви, ибо люди (и в частности христиане) заснули и позволили врагу приблизиться.

И когда нерадивые слуги спрашивают Хозяина, откуда появились плевелы, то ответ очевиден: “inimicus homo hoc fecit”, враг человек сделал это³⁷⁶. Враг! Мы, христиане, которые должны были бы бодрствовать, чтобы все доброе, поставленное Творцом в этом мире, развивалось в служении истине и добру - мы заснули. Прискорбная леность душ в то время, как враг и его служители продолжали действовать без устали. А теперь посмотрите, как выросли плевелы! И какой повсюду обильный посев!

У меня нет призвания пророка-горевестника: не хочу, чтобы из моих слов перед вами выросла грустная и безнадежная панорама. Я не стану клясть время, в которое мы живем по провидению Божию. Мы любим нашу эпоху, ибо она ставит нам пределы, словно рамку нашей жизни, в которых мы должны достичь личной святости. Мы не впадаем в наивную и бесплодную ностальгию, ибо знаем, что на самом деле мир никогда не был лучше. С самого начала, от колыбели Церкви, когда еще звучала проповедь первых двенадцати, начались ереси и жесткие гонения, распространилась ложь и воспылала ненависть.

Тем не менее, не приходится отрицать, что зла стало больше. В этом поле Божием и наследстве Христовом, которое есть земля, взошли плевелы. Взошли очень обильно! Не позволяйте обманывать себя мифом о постоянном и необратимом прогрессе. Упорядоченный, разумный прогресс хорош и угоден Богу. Но тот, о котором столько крика - это ложный прогресс, ослепляющий многих, ибо часто мы не замечаем, что человечество в некоторых областях отступает и теряет то, что было завоевано раньше.

Повторяю: мы, получившие этот мир в наследство от Господа, должы хранить свой ум и сердце бодрствующими. Должны быть реалистами, свободными от пораженческих настроений. Только окаменелая совесть, только безчувственность, вскормленная рутиной, только фривольная рассеянность могут, глядя на мир, не видеть зла, оскорблений, нанесенных Богу, и вреда, нанесенного душам, иногда непоправимого. Нам следует быть оптимистами, но наш оптимизм должен рождаться от веры в могущество Божие, - ведь Бог не проигрывает сражений! - а не от глупого человеческого самодовольства.

Посев мира и радости

Что делать? Я сказал вам, что не буду касаться социальных и политических кризисов, культурных болезней или развалов. Я говорю о зле в свете христианской веры - как об оскорблении, нанесенном Богу. Христианское апостольство - не политическая программа, не культурный выбор, но потребность души распространять добро, сеять мир и радость, заражать всех вокруг жаждой любви. Несомненно, что из апостольского служения происходят духовные плоды для всех: больше справедливости, больше понимания, больше уважения между людьми.

Вокруг нас множество душ - и мы не имеем права быть препятствием на их пути к вечному блаженству. Мы обязаны быть истинными христианами и достигать святости, не обманывая Бога и людей, ждущих от нас поучения и примера.

Основой нашего апостольского служения должно быть желание понять других. Повторю еще раз: милосердие - не столько в подаянии, сколько в понимании. Не стану от вас утаивать, что я узнал на собственном опыте, как это тяжко - быть непонятым. Я всегда стремился к ясности, но некоторые люди упорно не желали меня понять. Ну что ж, для меня это еще один повод стараться понимать других, стараться понимать всех. Но все же вовсе не пафос, вызванный обстоятельствами, должен побуждать нас к расширению наших сердец до вселенских, католических пределов. Дух понимания - это знак христианской любви доброго сына Божия. Ибо Господь хочет, чтобы мы прошли по всем честным путям земли, распространяя не семя плевелов, но семя братства, прощения, оправдания, любви и мира. Никогда не считайте себя чьим-то врагом.

Христианин готов со всеми ладить, своей дружбой приближая людей ко Христу Иисусу. Он жертвует собой с радостью и для всех - без пристрастий, не разделяя души на разные категории, не снабжая их этикетками, как товары в лавке или засушенных насекомых. Христианин не отделяется от других - иначе его жизнь была бы плачевной. Он должен сделаться всем для всех, чтобы всех спасти³⁷⁷.

Если бы мы так жили, если бы мы умели вкладывать в наши поступки семя щедрости и стремления к миру, то все люди могли бы на деле пользоваться законной личной независимостью и нести ответственность за свои земные дела. Каждый христианин стремился бы стать на защиту чужой свободы, а уж потом своей. Любовь побуждала бы его принимать окружающих такими, какие они есть (ибо каждый без исключения имеет слабости и совершает ошибки) и помогать им с благодатью Божией и человеческой тактичностью в преодолении зла, в искоренении плевелов - чтобы все мы могли друг друга поддерживать, исполняя с достоинством наше звание человеческое и христианское.

Будущая жизнь

Апостольская миссия, которую Христос доверил Своим ученикам, имеет конкретные социальные последствия. Это страшная ошибка думать, что для исполнения своего христианского призвания надо обратиться спиной к миру и отчаяться в природе человеческой. Ибо все честное, даже самое незначительное, имеет как человеческое, так и божественное значение. Христос, совершенный человек, пришел не для того, чтобы истребить, но чтобы освятить человеческое, восприняв нашу природу во всем, кроме греха. Он пришел разделить все людские стремления, кроме печальной истории зла.

Христианин должен освящать общество изнутри, будучи полностью в мире, но не будучи от мира сего - в том смысле, что мир (не по своей природе, но вследствие согласия на грех) несет в себе отрицание Бога и сопротивление Его спасительной воле.

Праздник Вознесения Господня напоминает нам еще и о том, что Христос, призывающий нас действовать в этом мире, ожидает нас на Небесах. Другими словами, земная жизнь, которую мы так любим, не окончательна - ибо не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего³⁷⁸, неизменного.

Но мы не должны толковать Слово Божие в рамках наших ограниченных горизонтов. Господь не хочет, чтобы мы были несчастны на нашем земном пути и ждали утешения только в жизни вечной. Он хочет, чтобы мы были счастливы уже здесь, но в то же время - с нетерпением ожидали вечного счастья, которое может даровать только Он.

Здесь, на земле, созерцание сверхъестественных реальностей, действие благодати в наших душах, любовь к ближнему как плод любви к Богу являются уже предвкушением Неба, началом того, что должно возрастать с каждым днем. Мы, христиане, не допускаем двойной жизни. Мы сохраняем простое и крепкое единство жизни, в котором переплетаются и сливаются все наши поступки.

Нас ждет Христос. Наше жительство - на небесах³⁷⁹. Но в то же время мы полноправные граждане земли, которые в несправедливости, трудности и непонимании сохраняют спокойствие и радость, ибо знают, что они возлюбленные дети Божии. Будем упорствовать в служении Господу - и увидим, как возрастает в числе и святости этот народ соискупителей Христу, это христианское воинство, ведущее битву за мир в душах людей. Будем душами созерцательными, говорящими с Господом в любое время, с первого помысла дня до последнего помысла ночи. Будем вкладывать сердца наши во Иисуса Христа Господа нашего, идя к Нему через Марию, Матерь нашу, а через Него - к Отцу и Святому Духу.

А если Вознесение Христа оставило в душах привкус печали - направимся к Его Матери, по примеру Апостолов, которые, возвратившись в Иерусалим, единодушно пребывали в молитве и молении с Мариею, Матерью Иисуса³⁸⁰.

13. ВЕЛИКИЙ НЕЗНАКОМЕЦ*

Повествуя о событиях Пятидесятницы, когда Святой Дух в виде огненных языков сошел на учеников Христовых, Деяния Апостолов дают нам возможность присутствовать при великом проявлении власти Божией, указавшей Церкви путь между народами. Победа, которую Христос Своим послушанием, Крестной жертвой и Воскресением одержал над смертью и грехом, явилась тогда в божественной ясности.

Ученики, уже бывшие свидетелями славы Воскресшего, испытали в глубине души силу от Духа Святого: их умы и сердца открылись новому свету. Раньше они пошли за Христом и приняли с верой Его учение, не всегда понимая весь его смысл. Нужно было, чтобы пришел Дух истины, на всякую истину наставляющий³⁸¹. Они знали, что только в Иисусе могут найти слова жизни вечной, они были готовы следовать за Ним и положить за Него свою душу, но они были слабы. И когда настал час испытаний, они бежали, оставив Его в одиночестве. В день Пятидесятницы это прошло: Святой Дух, Который есть Дух крепости, утвердил их и наполнил храбростью. Слова Апостолов звучат сильно и ясно на улицах и площадях Иерусалима.

Мужчины и женщины, пришедшие в город из самых разных регионов, слушают их в изумлении. Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились, Парфяне, и Мидяне, и Еламиты, и жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Асии, Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, прилежащих к Киринее, и пришедшие из Рима, Иудеи и прозелиты, Критяне и Аравитяне, слышим их нашими языками говорящих о великих делах Божиих?³⁸² Эти очевидные чудеса заставляют их внимательно слушать то, что проповедуют Апостолы. Тот Самый Дух Святой, Который действовал в учениках Господних, трогал сердца внимающих и приводил их к вере.

Святой Лука нам рассказывает, что после того, как Святой Петр провозгласил Воскресение Христово, многие из окружающих его людей приблизились, спрашивая: Что нам делать, мужи братья? И Апостол ответил: Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святого Духа³⁸³. Писание говорит нам, что в тот день к Церкви присоединилось около трех тысяч душ.

Победное сошествие Святого Духа в Пятидесятницу - не изолированное событие. В Деяниях Апостолов нет ни одной страницы, на которой не говорилось бы о Его действии, о том, как Он правит первой христианской общиной, воодушевляет ее жизнь и дела: Он воодушевляет проповедь Святого Петра³⁸⁴, утверждает учеников в вере³⁸⁵, благославляет Своим присутствием призыв, обращенный к язычникам³⁸⁶, посылает Савла и Варнаву в дальние земли, для мощения новых путей Церкви Христовой³⁸⁷. Словом, Его присутствие и действие главенствуют во всем.

Актуальность Пятидесятницы

Эта глубокая реальность, которую открывает нам Священное Писание не есть простое воспоминание о прошлом, об ушедшем в историю золотом веке Церкви. Нет, несмотря на грехи и слабости каждого из нас, она определяет жизнь нынешней Церкви Христовой, да и жизнь Церкви в любой момент ее истории. И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек³⁸⁸, сказал Господь Своим ученикам. И сдержал обещание: воскреснув, вознесся на Небеса и в единении с предвечным Отцом послал нам Святого Духа, Который нас освящает и дает нам жизнь.

Сила и власть Божии озаряют лик земли. Святой Дух продолжает поддерживать Церковь Христову, чтобы она всегда и во всем была поднятым знаменем язычникам³⁸⁹, которое возвещает человечеству милость и любовь Божию. Несмотря на нашу ограниченность, мы можем смотреть на небо с доверием и радостью: Бог нас любит. Он избавляет нас от грехов. Присутствие и действие Святого Духа в Церкви есть залог и предвкушение вечного блаженства - той радости и мира, которые предлагает нам Бог.

Как эти первые приблизились к Святому Петру в день Пятидесятницы, так и нам надлежало принять Крещение, в котором Бог, наш Отец, овладел жизнью нашей, соединил нас с жизнью Христа и послал нам Святого Духа. Господь, говорит нам Святое Писание, спас нас банею возрождения и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатью, мы по упованию соделались наследниками вечной жизни³⁹⁰.

Опыт нашей слабости, наших ошибок, скорбное зрелище малодушия и скаредности некоторых людей, зовущих себя христианами, видимый провал или искажение некоторых апостольских предприятий, - все эти последствия греха и узости человеческой, - могут, тем не менее, стать испытанием для нашей веры, искусительным поводом для вопроса: так где же сила и власть Божии? Пришло время очнуться и проявить добродетель надежды чище и энергичнее, чтобы тем укрепилась и верность наша.

Позвольте мне рассказать вам событие из собственной жизни, имевшее место много лет назад. Однажды мой друг - человек честный, но не верующий, - сказал мне, указывая на глобус: “Посмотри: от севера и до юга, от запада до востока”. - “И что же я должен увидеть?” не понял я. - “Провал Христа. Сколько веков Он старался вложить Свое учение в жизнь людей - и вот результат”. Сперва я опечалился: в самом деле, прискорбно видеть, что многие еще не знают Господа, а из тех, кто Его знает, опять же, многие живут так, словно они Его не знают.

Но это впечатление продлилось всего лишь краткий миг, уступив место любви и признательности. Ибо Иисус восхотел, чтобы каждый из людей стал свободным сотрудником Его Искупительного служения. Нет, это не провал. Жизнь и учение Христа оплодотворяют мир постоянно. Искупление, Им совершенное, достаточно и преизобильно.

Бог хочет иметь не рабов, а детей. Он уважает нашу свободу. Спасение продолжается - и мы в нем участвуем: Христос хочет, говорит нам впечатляюще апостол Павел, чтобы мы восполняли недостаток в плоти нашей скорбей Христовых за Тело Его, которое есть Церковь³⁹¹, “pro Corpore eius, quod est Ecclesia”.

Стоит, стоит рисковать своей жизнью и отдавать себя без остатка в ответ на Его доверие и любовь. И главное - стоит принять всерьез нашу христианскую веру. Читая Апостольский символ веры, мы провозглашаем, что веруем в Бога, Отца Всемогущего, в Иисуса Христа, Сына Божия, Который умер и воскрес, и в Духа Святого, Господа и Подателя жизни. Исповедуем, что Церковь, Единая и Святая, Вселенская и Апостольская, является Телом Христовым, обителью Духа Святого. Мы радуемся отпущению грехов и надежде на грядущее воскресение. Но проникают ли эти истины в глубину наших сердец? Не остаются ли они лишь на уровне наших уст? Божественная весть Пятидесятницы, весть победы, радости и мира, должна быть неколебимым основанием образа мышления, жизни и действий любого христианина.

Сила Божия и слабость человеческая

“Non est abbreviata manus Domini”, вот, рука Господа не сократилась³⁹². Бог сегодня такой же всемогущий, как и в прежние времена. Его любовь к людям не стала меньше. Наша вера учит нас, что все творение, все движения земли и светил, все честные деяния людские - все от Бога. И восходит к Богу.

Действие Духа Святого может пройти незамеченным, ибо Господь не открывает нам Свои замыслы, а грех человеческий часто скрывает дары Божии от наших глаз. Но вера напоминает нам о том, что Господь действует постоянно: Он, Который нас сотворил, сохраняет нас в бытии; Он, Своей благодатью, приводит всякое творение к свободе славы детей Божиих³⁹³.

Поэтому поведение, которое нам следует иметь пред Духом Святым, христианское предание определяет так: послушание. Быть чуткими к тому, что Духом Божиим совершается вокруг и в нас самих: к харизмам, которые Он дарует, к движениям и учреждениям, которые Он побуждает, к чувствам и решениям, которые Он возбуждает в наших сердцах. Святой Дух вершит в миру дела Божии. Он, по словам Литургического гимна, Податель милостей, Свет сердец, Гость души, Отдых в труде, Утешение в слезах. Без Его помощи в человеке не может быть ничего чистого и ценного, ибо только Он очищает от грязи, лечит раны, воспламеняет холодное, выпрямляет кривое и приводит людей к пристани спасения, к вечному блаженству³⁹⁴.

Наша вера в Святого Духа должна быть полной и совершенной: это не туманное верование в то, что Он присутствует в мире, но признательное принятие знаков и реальностей, с которыми Он особым образом связывает Свою силу. Когда придет Дух истины, возвестил Иисус, Он прославит Меня, потому что от Моего возьмет и возвестит вам³⁹⁵. Святой Дух послан Христом, чтобы совершать в нас освящение, заслуженное Им за нас на земле.

Поэтому вера в Святого Духа невозможна, если нет веры во Христа, в Его учение, в Его Таинства, в Его Церковь. Тот не действует в соответствии с христианской верой и не верует в Святого Духа, кто не любит Церковь, не доверяет ей, но лишь указывает на слабости и несовершенства ее представителей, кто судит ее извне и не способен ощутить себя ее сыном. Я думаю, что действие Божественного Утешителя должно быть особенно обильным и важным во время Литургии, когда священник возобновляет Крестную Жертву на алтаре.

Но великие сокровища благодати Божией христиане носят в глиняных сосудах³⁹⁶. Бог доверил Свои дары хрупкой и слабой человеческой свободе. Наша похоть, наша гордыня, наша любовь к комфорту иногда отвергают Его поддержку - и в конце концов мы впадаем в грех. Очень часто в последние десятилетия, читая Апостольский символ веры и исповедуя божественное начало Церкви, Единой, Святой, Вселенской и Апостольской, я добавляю: “несмотря ни на что”. Когда я говорю об этой своей привычке и слышу вопрос: “что вы имеете ввиду?”, то отвечаю всегда одинаково: “грехи - мои и ваши”.

Все это правда, но никак не дает нам право судить Церковь по-человечески, без веры, думая только о личных качествах и недостатках нескольких клириков или мирян. Рассуждающий так рассуждает поверхностно. Главное в Церкви - не то, как мы, люди, отвечаем на благодать Божию, а то, как действует Бог. Церковь - это Христос, Который присутствует между нами. Бог, Который идет к человечеству, чтобы спасти его, призывая нас Своим Откровением, освящая нас Своей благодатью, поддерживая нас Своей постоянной помощью в малых и больших сражениях повседневной жизни.

Может случиться так, что мы усомнимся в других и, во всяком случае, каждый из нас обязан сомневаться в себе самом, венчая свой день глубоким и искренним актом покаяния. Но мы не имеем права сомневаться в Боге. Не верить в божественное происхождение Церкви, в спасительную действенность ее проповеди и Таинств - это значит не верить в Бога и в сошествие Святого Духа.

До того, как Христос был распят, не было и примирения, -пишет Святой Иоанн Златоуст. - А как не было примирения, то и Дух Святой не был послан. Отсутствие Святого Духа было знамением гнева Божия. Сейчас, видя Его посланным во всей полноте, можно ли сомневаться в примирении? Но вы не беспокойтесь, если вас спросят: “Где же теперь Святой Дух? Когда творились чудеса, мертвые воскресали и прокаженные исцелялись, то можно было говорить о Его присутствии. Но как узнать теперь, что Он в самом деле здесь?” Я докажу вам, что Святой Дух и теперь пребывает посреди нас.

Если бы не было Святого Духа, то мы не смогли бы сказать: “Господи Иисусе”, ибо никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым (1 Кор 12, 3). Если бы не было Святого Духа, то мы не смогли бы молиться с верой. В самом деле, когда молимся, говорим: “Отче наш, сущий на небесах...” (Мф 6, 9). Если бы не было Святого Духа, то мы не смогли бы назвать Бога Отцом. Ибо как мы это узнали бы? Апостол учит нас: “А как вы сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: Авва, Отче!” (Гал 4, 6)

Итак, взывая к Богу Отцу, вспомни, что внушил тебе эту молитву Святой Дух, действующий в твоей душе. Если бы не было Святого Духа, то не было бы в Церкви ни единого слова мудрости или ведения, ибо сказано: “дается духом слово мудрости” (1 Кор 12,8). Если бы не было Святого Духа, то не было бы и Церкви. Но если Церковь существует, то очевидно, что есть и Святой Дух³⁹⁷.

Повторяю: за пределами человеческих слабостей Церковь есть знамя и в каком-то смысле всеобщее Таинство присутствия Божия в миру (но не в том смысле, в котором определялась догматически сущность семи Таинств Нового Завета). Быть христианином значит быть возрожденным Богом и посланным к людям, чтобы возвестить им Спасение. Если бы наша проповедь была храброй, а наша вера живой и сильной, то мы бы видели, что вокруг постоянно совершаются чудеса, подобные чудесам апостольских времен.

И в наши дни прозревают слепые, которые уже утратили способность видеть небо и созерцать дела Божии. Встают и ходят расслабленные, которые были скованы своими страстями и уже не могли полюбить. Обретают слух глухие, которые не хотели слышать о Боге. Говорят немые, чей язык был связан отказом признать свои падения. Воскресают мертвые, жизнь которых была убита грехом. Мы снова и снова становимся свидетелями того, что слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого³⁹⁸. И подобно первым христианам, мы радуемся, видя силу Святого Духа и Его действие в умах и волях Своих творений.

Дать людям познать Христа

Я понимаю все события в жизни каждого человека и в поворотных пунктах истории, как призывы, с которыми Бог обращается к людям, чтобы они встретили истину, и как повод для христиан возвещать - словом и делом, с помощью благодати, - Духа, Которому они принадлежат³⁹⁹.

Каждое поколение христиан должно соискупать и освящать свою эпоху. Для этого надо понять и разделить стремление других людей, чтобы научить их посредством дара языков тому, как следует отвечать на действие Святого Духа, на благодатные сокровища, которые постоянно изливает на нас Сердце Божие. Нам, христианам, надлежит возвещать древнюю и всегда новую весть Евангелия тому миру, к которому мы принадлежим и в котором живем.

Неправда, что все люди нашей эпохи, абсолютно все, остаются закрытыми или равнодушными к тому, что говорит христианская вера о судьбе и бытии человека. Неверно, что люди нашего времени заботятся только о земном и не хотят смотреть на небо. Конечно, нет недостатка в сторонниках закрытых идеологий. Наша эпоха знает малодушие и великие замыслы, трусость и героизм, благородство и уныние. Одни мечтают о новом мире, более справедливом и человечном; другие по-прежнему упорствуют в своих заблуждениях или, быть может, разочарованные провалом своих идеалов, ищут убежище в эгоистическом стремлении к личному комфорту.

Всем этим людям, где бы они ни находились, в час триумфа или провала, мы должны напоминать ясную и торжественную весть Святого Петра, провозглашенную вскоре после Пятидесятницы: Иисус есть краеугольный камень, Спаситель, вся наша жизнь, ибо вне Его нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись⁴⁰⁰.

Из всех даров Святого Духа есть один, в котором все христиане нуждаются особо: дар мудрости, который дает нам познать Бога, насладиться Богом, делает нас способными судить о вещах и событиях жизни. Если бы мы жили в соответствии с нашей верой, то, созерцая историю и мир вокруг нас, испытали бы в сердце эти чувствования Иисуса Христа: Видя толпы народа, Он сжалился над ними, что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря⁴⁰¹.

Нельзя сказать, что христианин не видит все хорошее, что есть в человечестве, что он не ценит чистые радости, не причастен к земным стремлениям и идеалам. Напротив, он чувствует все это в глубине души и разделяет, и осуществляет с особой напряженностью, ибо знает лучше всех глубины человеческого духа.

Христианская вера не умаляет сердце, не ограничивает благородные стремления души, но расширяет их, открывая нам их истинное значение. Мы не призваны к “какому-нибудь” счастью, а призваны к близости с Богом, к познанию Бога Отца, Бога Сына и Бога Святого Духа. Мы призваны любить Триединство Божие, а в Нем - всех Ангелов и всех людей.

Провозглашать ценность и достоинство человеческой природы, утверждать, что посредством благодати Божией, возносящей нас на сверхъестественный уровень, мы были созданы для достижения достоинства сынов Божиих, - вот оно, великое дерзновение христианской веры! Дерзость немыслимая, если бы она не была основана на спасительном Завете Отца, утверждена Кровью Христа и сделана доступной постоянным действием Духа Святого.

Мы должны жить верой, возрастать в вере, чтобы о каждом из нас, о каждом христианине можно было сказать то, что много веков назад написал один из великих Учителей Восточной Церкви: Как тела прозрачные и блестящие, проникнутые лучами, изливают свет, так же и души, движимые и просвещенные Святым Духом, становятся духовными и приносят другим свет благодати. От Святого Духа - познание грядущего, понимание тайн и сокрытых истин, распределение даров, небесное гражданство, общение с ангелами. От Него - радость, не знающая конца, постоянство в Боге, уподобление Богу и самое чудесное, что можно вообразить: обóжение.⁴⁰²

Осознавать, сколь высоко человеческое достоинство - величественное и несказанное достоинство детей Божиих, обретаемое через благодать, - и соединять его со смирением, означает взращивать целостный христианский характер, ибо не наши силы спасают нас и дают нам жизнь, а милость Божия. Не надо забывать эту истину - иначе наше обóжение исказится в самонадеянность и гордыню. И, когда человек осознает на собственном опыте свою слабость и убожество, он, рано или поздно, потерпит крушение в своей духовной жизни.

Смею ли я сказать, что я свят? - спрашивал себя блаженный Августин. - Сказав “свят” в смысле освятителя, ни в ком не нуждающегося, чтобы освящаться, я оказался бы гордецом и лжецом. Но если под словом “свят” понимать того, кто освящен - по слову из Левита: “будьте святы, ибо Я свят”, - тогда свято и Тело Христово до последнего человека, живущего на краю земли. И пусть он скажет со своим Главой и под Главой: “я свят”⁴⁰³.

Любите Третью Ипостась Пресвятой Троицы: учитесь слышать божественные побуждения - эти поощрения, эти упреки, - в сокровенных глубинах вашего сердца. И идите по земле со светом, который изливается в ваши души. И Бог надежды наполнит вас миром. И надежда будет возрастать в вас непрерывно силою Духа Святого⁴⁰⁴.

Общаться со Святым Духом

Жить в Духе Святом - это значит жить верой, надеждой и любовью. Это значит - дать Богу овладеть нами и изменить наши сердца, чтобы стали они по мере Его. Зрелая, глубокая и сильная христианская жизнь не создается экспромтом, но является плодом возрастания в нас благодати Божией. В Деяниях Апостолов жизнь первой христианской общины описывается короткой, но полной значения фразой: И они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах⁴⁰⁵.

Так жили первые христиане, так должны жить и мы. Размышление над вероучением и его освоение, встреча со Христом в Евхаристии и личное с Ним общение - молитва не анонимная, а лицом к Лицу с Богом, - должны стать основой всей нашей жизни. Если этого нет - что останется? Более или менее интенсивная деятельность, умные рассуждения, благочестивые правила? Быть может. Но - без истинной христианской жизни, ибо не будет единения со Христом и личного участия в деле спасения.

Это учение применимо к любому христианину - ибо все мы, без исключения, призваны к святости. Не бывает христиан второй категории, живущих по упрощенному или облегченному Евангелию. Все приняли единое Крещение - и хотя бывают разные харизмы, и люди живут в разных ситуациях, но есть один только Дух, приносящий божественные дары, - единую веру, единую надежду и единую любовь⁴⁰⁶.

Поэтому мы можем задать себе самим этот вопрос апостола: Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?⁴⁰⁷ И воспринять его как призыв к общению с Богом - более личному и прямому. К сожалению, для многих христиан Утешитель остается Великим Незнакомцем. “Утешитель” - всего лишь слово, которое произносят неосознанно. Для многих Он - что-то, а не Кто-то, не одна из трех ипостасей единого Бога, с Которым мы общаемся, Которым живем.

Мы должны обращаться к Нему просто и доверчиво, как учит нас Церковь на Литургии. Так мы лучше познаем нашего Господа и в то же время яснее поймем значение великого дара, благодаря которому мы называемся христианами. Мы поймем все величие и всю истинность того обóжения, того соучастия в божественной жизни, о котором я говорил.

Ибо Святой Дух - не художник, рисующий в нас божественную сущность так, словно Сам Он ей чужд. Не этим путем приводит Он нас к обóжению. Он Сам есть Бог и от Бога исходит, запечатляется, как печать на воске, на сердце того, кто Его принимает и таким образом, сообщая Самого Себя и Себе уподобляя, Он восстанавливает природу в согласии с красотой божественного образца и возвращает человеку образ Божий⁴⁰⁸.

Желая хотя бы в общих чертах наметить образ жизни, побуждающий нас общаться со Святым Духом с близостью, и вместе с Ним - с Отцом и Сыном, - мы должны остановиться на трех основных понятиях: послушание, жизнь в молитве и единение с Крестом.

Во-первых - послушание, ибо Святой Дух есть Тот, Кто Своими внушениями привносит сверхъестественный оттенок в наши помыслы, желания и поступки. Это Он побуждает нас принять и глубоко усвоить учение Христово. Это Он дает нам свет - чтобы мы осознали наше личное призвание, и дает силу - чтобы осуществить все то, чего ожидает от нас Бог. Если мы послушны Святому Духу, образ Христов запечатлится в нас - и с каждым днем мы будем все ближе к Отцу. Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии.⁴⁰⁹

Если мы руководствуемся этим жизненным началом, которое в нас пребывает и которым является Святой Дух, то наша духовная жизнь будет возрастать, и мы будем предавать себя в руки Отца нашего небесного с простотой и доверием ребенка, бросающегося в объятия своего отца. Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное⁴¹⁰, - говорит Господь. Это традиционный и всегда актуальный путь духовного детства, происходящий не от сентиментальностей или отсутствия человеческой зрелости. Он есть духовная зрелость, которая погружает нас в чудеса божественной любви, побуждает признать наше убожество и полностью отождествить свою волю с волей Божией.

На втором месте - жизнь в молитве, ибо самоотдача, послушание и доброта христианина рождаются от любви и к любви устремляются. А любовь ведет к общению, к беседе, к дружбе. Христианская жизнь требует постоянного диалога с Триединым Богом - и приводит нас к этой близости Дух Святой. Ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме духа Божия⁴¹¹. Постоянно общаясь со Святым Духом, мы также станем духовными, ощутим себя братьями Христа и сынами Бога, к Которому не побоимся воззвать, как к Отцу нашему⁴¹².

Будем привыкать к общению с Духом Святым - ибо Им освятимся. Будем доверять Ему, просить Его о помощи и чувствовать Его близость. Наше бедное сердце постепенно расширится - и будет возрастать с каждым днем наше желание любить Бога, а через Него - и все творение. И в нашей жизни реализуется последнее видение Апокалипсиса: Дух и Невеста, Дух Святой и Церковь Христова - то есть каждый христианин, - обращаются ко Христу Иисусу и просят Его: прииди и останься с нами навсегда⁴¹³.

И наконец, единение с Крестом - ибо в жизни Христа Голгофа предшествует Воскресению и Пятидесятнице. Так же должно быть и в жизни каждого христианина. Мы, - говорит нам апостол Павел, - сонаследники... Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться⁴¹⁴. Принятие Духа Святого -