Хосе-Мария Эскрива

ХРИСТОС ПРОХОДИТ РЯДОМ

К оглавлению

1. ХРИСТИАНСКОЕ ПРИЗВАНИЕ*

Начинается новый церковный год, и антифон сегодняшней Литургии напоминает нам о том, что в основе христианской жизни каждого из нас лежит призвание, полученное от Бога. “Vias tuas, Domine, demonstra mihi, et semitas tuas edoce me”, укажи мне, Господи, пути Твои, и научи меня стезям Твоим¹. Укажи нам, Господи, следы Твои, чтобы мы могли следовать за Тобой, достигая полноты Твоих заповедей, полноты любви².

Размышляя о решении, которое вы однажды приняли, о твердом намерении всегда и во всем следовать требованиям веры, вы, как и я, должно быть, благодарите Господа всем сердцем своим, ибо осознаете без ложной скромности, что в этом решении нет вашей личной заслуги. Обычно мы учимся обращаться к Господу в детстве, глядя на своих родителей-христиан. Затем учителя, коллеги, знакомые разными способами помогают нам не потерять Христа.

Впрочем, я не хочу обобщать: открой свое сердце Господу и расскажи Ему свою историю. Быть может, однажды хороший друг, обычный христианин, такой же, как и ты, раскрыл перед тобой панораму веры, глубокую и новую - но в то же время и старую, как Евангелие. Он заронил в тебе мысль следовать за Христом неотступно, серьезно, становясь апостолом апостолов. Быть может, на время ты лишился душевного покоя - до тех пор, пока ты не решился ответить на этот призыв Иисуса. Ты следовал за Ним добровольно, потому что ты так хотел - это и есть самый сверхъестественный мотив любого христианского поступка. Покой вернулся в твою душу и превратился в душевный мир. Пришла радость - глубокая и постоянная, и покидает она тебя лишь тогда, когда ты от Него удаляешься.

Я не люблю говорить о людях избранных, особенных. Но если нас избирает Христос, то именно избранность должна быть темой наших раздумий. Апостол Павел пишет: “elegit nos in ipso ante mundi constitutionem ut essemus sancti”, Он избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы³. Мы избраны - но наша избранность не наполняет нас гордыней, не возбуждает чувства превосходства. Напротив: именно в ней мы обретаем смирение. Слышал ли кто-нибудь из вас о памятнике кисточкам великого живописца? Ведь кисти - это всего лишь орудие, посредством которого создается гениальное полотно. Вся заслуга принадлежит художнику. И мы, христиане, - только кисти, инструменты в руках Создателя мира и Спасителя всего человечества.

Апостолы - обычные люди

Меня всегда волновал эпизод из Евангелия о призвании первых двенадцати. Поразмыслим же о нем неторопливо, прося этих святых свидетелей Господа помочь нам следовать за Христом так же, как последовали они.

Эти первые апостолы, которых я глубоко почитаю и люблю, были - по нашим, человеческим критериям, - не особенно-то важными птицами, о которых нечем гордиться. Их социальное положение не назовешь высоким. Пожалуй, только Матфей зарабатывал на жизнь с избытком - но и он оставил все, когда попросил его об этом Иисус. Все же прочие промышляли по ночам рыбной ловлей, чтобы прокормиться.

Но низкое положение в обществе не имеет значения... Эти бедные рыбаки были необразованны и не очень умны: они не понимали сверхъестественных истин. Даже самые простые сравнения и примеры казались им непонятными и туманными. Снова и снова обращались они за помощью: “Domine, edissere nobis parabolam”, Господи! изъясни нам притчу⁴. Когда Иисус говорит им о закваске фарисейской, они думают: это Он упрекает нас за то, что мы забыли купить хлеба⁵.

Бедны, невежественны... Да к тому же не всегда прямодушны, не всегда искренни. Зато всегда честолюбивы и часто спорят о том, кто из них будет почитаться бóльшим, когда Христос восстановит на земле царство Израилево... Впрочем, царство это они понимают по-своему... Спорят и во время Тайной Вечери, в тот самый момент, когда Иисус готовится принести Себя в жертву для спасения всего человечества⁶.

И веры в них мало. Сам Христос об этом свидетельствует⁷. Они видели, как Он воскрешает мертвых, исцеляет всевозможные болезни и немощи, умножает хлебы, успокаивает бури и изгоняет бесов. Они это видели - но только блаженный Петр, избранный главой апостолов, сумел без раздумий ответить на вопрос Учителя: Ты Христос, Сын Бога Живого⁸. Впрочем, верует он на свой лад - и вот уже прекословит Христу, готовому принести Себя в жертву ради спасения душ человеческих. Иисус вынужден прервать его словами: Отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн; потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое⁹. Святой Иоанн Златоуст поясняет: Петр рассуждал слишком по-человечески и пришел к выводу, что все это: Страсти и Смерть Иисуса - недостойно Его и дурно. Но Иисус исправляет его и говорит: нет, страдание Меня достойно; а ты так судишь, ибо рассуждаешь по-человечески, по плоти¹⁰.

Итак, они - маловеры. Но, быть может, сердца их пылают любовью к Учителю? Кажется, они и в самом деле Его любили. Во всяком случае - на словах. Порой они отдавались высоким и благородным порывам: Пойдем и мы умрем с Ним¹¹. Но в час испытания бежали все - кроме Иоанна, который любил Его воистину. Только этот отрок, младший из апостолов, остался у Креста. Остальные не знали той любви, которая сильнее смерти¹².

Такими были ученики, которых избрал Господь. Такими Он их призвал. Такими они оставались - вплоть до того дня, в который, исполненные Духа Святого, они стали столпами Церкви¹³. Обычные люди, со своими недостатками и слабостями. Они сильнее в речах, чем в делах. И все же Христос их избрал - чтобы сделать ловцами человеков¹⁴, соспасителями Ему и управителями благодати Божией.

С нами случилось то же самое. И в семейном кругу, и среди друзей и коллег мы могли бы без труда найти людей, более, чем мы, достойных призвания Божия. Они - скромнее, благороднее и великодушнее. Они - умнее, солиднее и влиятельнее нас. И таких, как они, в мире - множество.

Когда я об этом думаю, мне становится стыдно. И в то же время я понимаю, что наша человеческая логика не в состоянии объяснить чудо благодати. Бог часто отыскивает и берет в Свои руки не самые лучшие инструменты, чтобы стало ясно, что это дело Его, а не наше. Апостол Павел вспоминает с дрожью день своего призвания: А после всех явился и мне, как некоему извергу. Ибо я наименьший из Апостолов, и недостоин называться Апостолом, потому что гнал церковь Божию¹⁵. Так и пишет Савл Тарсянин - с присущими ему прямотой и силой.

Это призвание, как я уже упоминал, получено нами не оттого, что мы его заслужили. Ведь мы так ясно осознаем свои недостатки, свое убожество... Мы знаем, что вера, светоч наших душ, и любовь, нас ведущая, и надежда, нас поддерживающая, - это безвозмездные дары Божии. Поэтому, если смирение не возрастает в нас с каждым днем - значит, мы забыли напоминание апостола Павла: Господь избрал нас, “ut essemus sancti”, чтобы мы были святы. Цель Божьего избрания - личная святость. Мы не должны терять ее из виду.

Только через смирение мы можем постичь это чудо божественного призыва. Христос Своей рукой собирает нас с пшеничного поля. Он сжимает зерна в Своей пронзенной руке, и после разбрасывает их - чтобы они, орошенные Его кровью, умерев, стали жизнью и, уйдя в землю, проросли полновесными золотыми колосьями.

Настал час пробуждения

Апостольское послание, которое мы читали во время Литургии, напоминает нам о том, что Христос ждет от Своих апостолов - от нас! - готовности, ревности и усердия. Наступил уже час пробудиться нам от сна. Ибо ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали. Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света¹⁶.

Не без основания, вы скажете, что это совсем не просто. Враги человека, враги его святости силятся поставить препоны этой новой жизни, этому облечению в жизнь Христову. Я не нашел лучшего перечня препятствий на пути христианской преданности, чем слова апостола Иоанна: “concupiscentia carnis, concupiscentia oculorum et superbia vitae”, все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская...¹⁷.

Похоть плоти - это не только беспорядочные порывы наших чувств, не только сексуальное влечение, которое, конечно, должно контролироваться, но само по себе не является чем-то нечистым, поскольку его можно и должно освящать. Поэтому я никогда не говорю о порочности. Я говорю о чистоте - ибо о ней говорит и Христос, обращаясь ко всем людям: Блаженны чистые сердцем; ибо они Бога узрят¹⁸. Призванные Богом проявляют добродетель чистоты по-разному. Одни - пребывая в браке. Другие - отказываясь от земной любви, чтобы отдать себя всецело любви Божией. Ни первые, ни вторые не являются рабами чувственности, ибо сами властвуют над своим телом и своим сердцем. А значит - вольны самоотверженно вручать их другим.

Обычно я говорю не о чистоте, но о святой чистоте. Христианская святая чистота - это не горделивое чувство собственной незапятнанности, но ясное сознание того, что ноги у нас из глины¹⁹ - и лишь благодать Божия избавляет нас от соблазнов дьявола. Я считаю искажением христианского учения упорство тех, кто желает писать и проповедовать только на эту тему. Ведь они забывают о других качествах, не менее важных не только для христиан, но и для тех, кто хочет жить в согласии и мире.

И впрямь - святая чистота не единственная и даже не главная христианская добродетель. Тем не менее, она необходима для повседневного освящения нашей жизни. Без нее невозможно и апостольское служение. Чистота - это не отрицание, но ликующее утверждение. Не унылый отказ от того, что мы любим, но результат любви, с которой мы вручили Господу свои тела и души, способности и чувства.

Я говорил, что похоть плоти не сводится к чувственности. В самом деле, она несет в себе также любовь к удобствам, поиск легких путей в жизни. Она идет на все возможные компромиссы и не боится нарушать Закон Божий.

Поступать так - значит целиком поддаться закону греха, от которого предостерегает нас апостол Павел: Итак я нахожу закон, что, когда хочу делать доброе, прилежит мне злое. Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих. Infelix ego homo! Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?²⁰ И тут же - ответ апостола: Благодать Бога моего Иисусом Христом, Господом нашим²¹. Мы можем и должны бороться с похотью плоти, ибо Господь безотказно дарует нам Свою благодать - если мы смиренны.

Другой враг, о котором говорит апостол Иоанн, - это похоть очей, ценящая лишь то, чего может коснуться. Похоть очей, устремленных к земному и закрытых для небесного. Беспорядочная любовь к земным богатствам. Беспорядочное поведение тех, кто смотрит на людей и события нашей жизни, нашей эпохи с исключительно человеческой точки зрения.

Глаза души ослепляются. Разум объявляет себя суверенным и способным понять все без помощи Божией. Это - тонкое искушение ума, данного Богом человеку, чтобы тот мог познать и полюбить Его добровольно. Забывая об этом, гордый ум ощущает себя центром всего сущего. Он снова поддается искушению дьявола: Вы будете, как боги²² - и в результате, переполненный себялюбием, поворачивается к любви Божией спиной.

Когда мы так поступаем наше бытие предается целиком в руки третьего врага - “superbia vitae”, гордости житейской. И дело здесь не в мелочном самолюбии, не в преходящих тщеславных помыслах. Нет, гордость житейская - это самодовольство, что полностью овладевает душой человека. Гордыня - худшее из зол, источник всех падений. Мы неустанно должны бороться с ней. Не зря говорят, что наша гордыня умирает лишь через день после нашей смерти. Она - высокомерие и надменность фарисейские, мешающие действию благодати Божией. Она - снисходительность, людей презирающая, людьми пренебрегающая. Ибо, где гордость, там и обида и посрамление²³.

Милосердие Божие

Сегодня начинается Адвент* - и это время прекрасно подходит для размышлений о том ущербе, что наносится душе, когда она обуреваема легкомыслием и чувственностью. О безумии разума, который противится Богу. О высокомерной самонадеянности, которая делает невозможными любовь к ближнему и любовь к Богу. Все это - препятствия на пути к святости. Поэтому сегодня за Литургией мы молимся о милосердии Божием: К Тебе, Господи, возношу душу мою. Боже мой! на Тебя уповаю, да не постыжусь, да не восторжествуют надо мною враги мои²⁴. И в антифоне во время приношения даров повторяем: На Тебя уповаю, да не постыжусь вовек!

Сейчас, когда приближается миг нашего спасения, так утешительно звучат слова апостола: Когда же явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего, Бога, Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости²⁵.

Священное Писание постоянно говорит нам о милости Божией: ею полна земля²⁶, она нисходит “super omnem carnem”, на всякую плоть²⁷. Уповающего на Господа окружает милость²⁸. Она предваряет нас²⁹, драгоценная³⁰ и великая³¹. Господь печется о нас как вселюбящий Отец, Он вспоминает нас по милости Своей³², которая блага³³ и благовременна... во время скорби, как дождевые облака во время засухи³⁴.

В Нагорной проповеди Иисус одной фразой выражает всю историю милости Божией: Блаженны милостивые; ибо они помилованы будут³⁵. И в другом месте наставляет учеников Своих: Итак будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд³⁶. В наших сердцах глубоко запечатлены уроки милосердия, преподанные Иисусом: Его притчи о блудном сыне, о заблудившейся овце, о милосердном заимодавце. Его поведение в эпизоде с грешницей, взятой в прелюбодеянии, и в истории о воскрешении сына вдовы Наинской³⁷. Конечно, чудо воскрешения Христос мог совершить и из чувства справедливости: ведь умер единственный сын бедной вдовы, смысл всей ее жизни, ее опора в старости... И все же не чувство справедливости, но милосердие побуждает Его к действию, ибо Он сжалился, видя скорбь человеческую.

Как обнадеживает душу сострадание Господне! Итак, когда он возопиет ко Мне, Я услышу; ибо Я милосерд³⁸. Это - и призыв, и обещание, которое Он исполняет всегда. Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи³⁹. Враги нашего освящения бессильны, ибо милость Божия предваряет нас. И если мы, по своей вине, падаем грехом, то Господь спасает и поднимает нас. Ты научился избегать небрежности, удалять от себя высокомерие, обретать благочестие, не быть рабом земного, не предпочитать преходящее вечному. Но поскольку человеческая природа не может ходить уверенно в этом скользком мире, добрый Врач дал тебе средство против заблуждения, и милосердный Судия не лишил тебя надежды на прощение грехов⁴⁰.

Ответ человека на любовь Божию

Милость Божия создает питательную среду для роста христианина. Она помогает нам прилагать усилия, дабы вести себя как сын Божий. Каковы же главные средства для утверждения и укрепления нашего божественного призвания? Назову лишь два из них: это духовная жизнь и познание христианского учения т.е. глубокое познание нашей веры.

Во-первых - духовная жизнь. Многие ли знают, что это такое? Когда люди слышат о духовной жизни, они представляют себе то прохладный полумрак храма, то строгую атмосферу каких-то церковных ризниц... Более четверти века я повторяю, что это совсем, совсем не то! Говоря о духовной жизни, я имею в виду обыкновенных христиан, которые в труде и во время отдыха, дома и на улице беспрерывно обращаются к Богу. А ты - разве ты не чувствуешь потребности постоянно взывать к Иисусу? Ведь непрерывная молитва становится твоим обóжением. В сущности, это и есть христианская вера. Святой Климент Александрийский писал, что становится Богом человек, желающий того же, чего желает Бог⁴¹.

Поначалу это совсем непросто. Мы стараемся, обращаясь к Господу, благодарить Его за действенное отцовское о нас попечение. Постепенно мы начинаем ощущать любовь Божию как царапину в душе, хоть дело здесь совсем не в наших чувствах и ощущениях. Христос следует за нами как влюбленный: Се, стою у двери и стучу⁴². А ты - не чувстуешь ли порой, в течение дня, желание беседовать с Ним о своих делах и событиях своей жизни? Не говоришь ли ты Ему тогда: “Я Тебе расскажу об этом потом - когда буду наедине с Тобой, в молитве”?

Молитва - это время, специально предназначенное для беседы с Господом и размышлений. В ней изливается сердце и укрепляется воля. В ней, благодатью Божией, человеческая реальность наполняется духовным содержанием. В ней ты обретаешь богатые плоды: ясные и конкретные решения исправиться, обратиться ко всем людям с чуткостью, отдать себя без остатка, как хороший состязатель, в этой христианской борьбе за мир и любовь.

Со временем твоя молитва уже не прекращается ни на минуту, как биение сердца, как пульс. Без этого постоянного богоприсутствия невозможна жизнь созерцательная. А без нее ты вряд ли сможешь работать за Христа - ибо если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его⁴³.

Самопожертвование - соль нашей жизни

На своем пути к святости обычный христианин не отрекается от мира, ибо мир - это место его встречи со Христом. Он не избирает путь монашествующего, посему ему не нужна особая одежда или какие-либо иные внешние знаки отличия. Знаки его внутренние: постоянное присутствие Бога и неустанное самопожертвование. На самом деле все это - молитва, ибо самопожертвование есть не что иное, как молитва плоти и чувств.

Христианское призвание - это призыв к покаянию, искуплению и умерщвлению плоти. Нам предстоит искупить свои грехи - сколько бы мы ни отворачивали свое лицо от Лика Божьего! - а также грехи всего человечества. Христианин движется вперед по следам Христовым: Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, Его самоотречение, Его скорбь на Кресте, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем⁴⁴. Наш путь - самопожертвование. Только на этом пути мы обретаем “gaudium cum pace”, покой и радость.

Поэтому не стоит смотреть на мир глазами, полными печали. Читая жития, мы нередко замечаем, что биографы святых - разумеется, неумышленно! - причиняют ущерб учению Христову, заостряя внимание на необычных явлениях в жизни этих верных рабов Божиих. Мы видим, что они не похожи на нас, порой уже с колыбели. В некоторых житиях говорится, что святой во младенчестве никогда не плакал и в духе самопожертвования по пятницам грудь не сосал... Мы же с тобой появились на свет, как Бог велит - заходясь от плача. И жадно сосали материнскую грудь, нимало не заботясь о Великом Посте...

Лишь постепенно, с помощью Божией, мы осознали, что жизнь - не череда часов и дней, похожих друг на друга, но “spatium verae poenitentiae” - время, данное нам для истинного покаяния и самосовершенствования. Умерщвляя плоть, христианин готовится к приятию благодати и побуждений Святого Духа. И вместе с благодатью Божией, повторю, придут мир и радость, терпение и настойчивость на христианском пути⁴⁵.

Умерщвление плоти - соль нашей жизни. И лучшее умерщвление плоти - это борьба с ее вожделениями, похотью очей и гордостью житейской. Самопожертвование проявляется во всем, вплоть до мелочей и малых дел, наполняющих наши дни. Мы выбираем себе умерщвления, которые не умерщвляют других и делают нас более чуткими, более внимательными ко всем людям. Если ты обидчив, если ты думаешь только о себе и унижаешь других, если не умеешь отказаться от лишнего, а порой и от необходимого, если горюешь, когда жизнь идет не так, как тебе хотелось бы, - то уверяю тебя, что ты не понял истинного смысла христианского умерщвления. Но ты все понял правильно, если стремишься стать всем для всех, чтобы спасти всех⁴⁶.

Вера и разум

Жизнь в покаянии и молитве, в сознании того, что Бог усыновил нас во Христе, - вот основа благочестия детей Божиих. Благочестие - добродетель детей. Но ребенок полностью предается Отцу, лишь ощутив и признав свою беспомощность. Молясь, я часто думал о необходимости быть как дети, как младенцы... Верящие, что духовное младенчество - это признак робости или неопытности в делах житейских - неправы. Все совсем наоборот: для достижения его нужна железная воля, сильный характер и зрелость, закаленная в кузнице жизни.

Мы благочестивы как дети, а не как невежды. Каждому человеку следует серьезно, по мере сил изучать богословие, то есть доктрину Христа, изложенную в научной форме. В жизни христианина должны найти себе место и благочестие детей, и познания богословов.

Устремление к богословскому познанию мира - выверенному и строгому, - проистекает из страстного желания познать Бога и любить Его. Из страстного стремления души постичь самую суть мира - творения Божия. Находятся люди, стремящиеся с завидным постоянством воскресить старый миф о несовместимости веры и науки, человеческого разума с божественным Откровением. Но это проистекает из поверхностного понимания проблемы. Видимость, выдаваемая за действительность.

Если мир вышел из рук Божиих, если Господь сотворил человека по образу и подобию Своему⁴⁷ и одарил его сознание искрой Своего света, то человек должен стремиться к постижению разумом божественного смысла естественной реальности, и верой - сверхъестественного значения всего земного. Мы не должны бояться науки, ибо любое исследование - подлинно научное исследование, - непременно приводит к истине. То есть - ко Христу, сказавшему: “Ego sum veritas”, Я есмь истина⁴⁸.

Подлинный христианин должен стремиться к знаниям. Все может и должно вести к Богу: как мастерство ремесленника, так и отвлеченные научные дисциплины. Ведь нет честного труда, который нельзя освящать и в котором нельзя освящаться. Нет труда, через который невозможно было бы освящение окружающих нас людей. Свет христианской жизни должен светить не на дне долины, но на вершине горы - чтобы люди видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного⁴⁹.

Труд, учеба, исследование - все обращается в молитву. Все - с утра до вечера - становится поводом для общения с Богом. Тут главное - единство жизни, простое и крепкое. Ведь работа, обращенная в молитву, становится апостольским служением.

Адвент - время надежды

Сегодня первое воскресение Адвента - и мы уже начинаем считать недели, отделяющие нас нас от Рождества Христова. Мы размышляли над чудом христианского призвания. Мы видели, что Христос рассчитывает на нас в деле освящения мира. Мы поняли, что с нашей помощью Он хочет приблизить людей к Себе, приобщить их к святости, соединить с Церковью и распространить Царство Божие по всему миру. Господь любит нас преданными и верными, чуткими и влюбленными. Он любит нас святыми - Своими.

С одной стороны - гордыня и чувственность, одиночество и эгоизм. С другой - любовь и преданность, милосердие и жертва, смирение и радость. Ты должен выбрать. Господь призвал тебя к полноте веры, надежды и любви. Нет у тебя права жить по принципу "моя хата с краю".

Однажды в железной клетке я видел пленного орла, грязного, почти без перьев. В когтях он сжимал окровавленный кусок падали. Я смотрел на него и думал о себе. О том, что со мною будет, если я не последую призванию, полученному мною от Бога. Мне стало Мне стало жаль этого орла, одинокого пленника, рожденного, чтобы подняться к небу и созерцать солнце. И ты можешь вознестись до смиренных вершин любви Божией и служения всему человечеству, если в твоей душе не останется тайников, куда не может проникнуть свет Христов. Если отбросишь в сторону все заботы, которые тебя от Него отдаляют - чтобы только Христос царствовал в твоем уме и сердце, в твоих словах и делах. Вся жизнь твоя переполнится Богом - и чувства, и труд, и мысли.

Мы читали в Евангелии: Восклонитесь и поднимите головы ваши, потому что приближается избавление ваше⁵⁰. Адвент - это время надежды. Широкий горизонт нашего призвания - то единство жизни, основой которого является присутствие Бога, Отца нашего, - может и должен стать нашей повседневной реальностью.

Проси об этом Марию и духовными очами стремись увидеть, как она ожидает рождения Сына. И она, Матерь Божия, сделает тебя “alter Christus, ipse Christus” - другим Христом, Самим Христом!

2. ТРИУМФ ХРИСТА - В СМИРЕНИИ*

“Lux fulgebit hodie super nos, quia natus est nobis Dominus” - Народ, ходящий во тьме, увидит свет великий; на живущих в стране тени смертной свет воссияет... Ибо младенец родился нам⁵¹. Сегодня эта великая весть наполняет ликованием сердца христиан. Через них она обращена ко всему человечеству. Бог с нами. Это чудо озаряет наше бытие. Каждый праздник Рождества Христова должен быть для нас новой встречей - особой встречей, - с Богом. Мы хотим, чтобы свет и благодать Его проникали в самые глубины наших душ.

Мы молимся пред ликами Младенца, Марии и Иосифа. Мы созерцаем Сына Божия, ставшего плотью - уподобившегося нам. Мне вспоминается путешествие в Лорето, совершенное мною 15 августа 1951 года. Я прибыл туда по особой и дорогой моему сердцу причине - чтобы посетить Святой Дом. Когда я служил там Божественную Литургию, преисполненная благочестия толпа мешала мне сосредоточиться. Я не ожидал, что великий праздник Успения Божией Матери привлечет в Лорето так много людей, почитающих Мадонну с такой истовой верой, с такой любовью. С точки зрения литургических правил народ проявлял свое благочестие... скажем так: не всегда уместно.

Например, всякий раз, когда я, как то следует по обряду, целовал алтарь, вместе со мной к нему прикладывались три-четыре крестьянки. Это меня сбивало - но в то же время и трогало. Мое внимание привлекла надпись над алтарем: “Hic Verbum caro factum est” - здесь Слово стало плотию. Предание гласит, что в этом Святом Доме жили Иисус, Мария и Иосиф. Здесь, в этом Доме, построенном людьми, на этом кусочке заселенной нами земли Бог обитал с нами.

Иисус Христос - совершенный Бог и совершенный человек

Слово стало плотию. Наш Господь - “perfectus Deus, perfectus homo”, совершенный Бог и совершенный человек⁵². Эта великая тайна должна восхищать всех христиан. И я не перестаю восхищаться. Я хотел бы вернуться в Лорето. Я иду туда мысленно, чтобы снова созерцать жизнь Иисуса-ребенка и размышлять над словами: “Hic Verbum caro factum est” - Здесь Слово стало плотию.

“Iesus Christus, Deus Homo” - Иисус Христос, Богочеловек. Это чудо - одно из тех “magnalia Dei”, великих дел Божиих⁵³, над которыми стоит размышлять постоянно, благодаря Господа, пришедшего во плоти, чтобы принести на землю мир людям доброй воли⁵⁴. Всем людям, кто хочет соединить свою волю с волей премудрого Бога. Не только нищим или богатым, но всем людям - всем братьям! Ведь все мы братья во Христе - дети Божии, братья Иисусовы. Его Мать - наша Мать.

На земле есть только одна раса - это раса детей Божиих. Все мы должны говорить на одном языке - это язык, которому учит Отец наш Небесный. Язык общения Иисуса с Его Отцом. Язык ума и сердца, звучащий сейчас в вашей молитве. Язык душ созерцательных, людей духовных, глубоко осознавших, что они - дети Божии. Язык пылких порывов души, прекрасных побуждений ума и воли, стремления к истинным добродетелям, к праведности и счастью.

Мы созерцаем Младенца, лежащего в колыбели, ибо Он - наша Любовь. Мы смотрим на Него, зная, что тайна сия велика есть. Мы принимаем ее через веру, через веру проникаем в ее содержание. Для этого необходимо смирение - нам не стоит сводить величие Божие к нашим убогим и произвольным человеческим понятиям. Мы знаем, что эта тайна - сокровенная тьма и в то же время яркий свет, руководящий всей жизнью человеческой.

Мы видим, - говорит Иоанн Златоуст, - что Иисус вышел из нас, из нашей человеческой природы, и родился от девственной Матери. Но мы не можем постичь, как совершилось это чудо. Не будем стараться его объяснить. Примем то, что Бог открыл человеку, не пытаясь любопытством своим проникнуть в то, что Бог от него утаил⁵⁵. Такая почтительность поможет нам понимать и любить. И тайна станет прекрасным уроком - более убедительным, чем любые человеческие рассуждения.

Божественное значение земных странствий Иисуса

Проповедуя перед яслями, я каждый раз смотрю на Младенца Иисуса, Господа нашего, спеленутого, лежащего на соломе. И хотя Он Младенец и молча пребывает с нами - я вижу в Нем своего Наставника, ибо учусь, используя Его уроки. Уроки эти - вся Его жизнь, которую мы познаем, размышляя над эпизодами Нового Завета и проникая в божественное значение земного странствия Иисуса.

Познавая Христа, читая и перечитывая Евангелие, размышляя над его страницами и пытаясь вновь и вновь, как и сейчас, молиться перед яслями, мы сможем воспроизвести жизнь Христову в своей жизни. Нам важно понять уроки, которые Иисус преподает нам с самого Своего младенчества, с самого Рождества, с тех пор, как Его очи отверзлись к благословенной земле человеческой.

Иисус Христос, Сын Божий, рос и жил, как один из нас, чтобы мы смогли постичь божественное значение земного бытия - самой обычной, обыденной жизни. Тридцать лет, то есть бoльшую часть Своей жизни среди людей Он жил в неизвестности. Думая об этом чуде, мы исполняемся восхищением. Иисус жил в тени - но эта тень стала для нас светом, стала для нас солнцем, сиянием, просвещающим наше бытие и придающим ему истинное значение. Ведь мы - обычные христиане. Мы живем так же, как и миллионы людей на земле.

И такой же была жизнь Иисуса, бывшего тридцать лет “fabri filius” - сыном плотника⁵⁶. Затем три года Его общественного служения - среди толпы, на глазах у всего мира. Народ изумлялся: Кто же Он такой на самом деле?.. Откуда Он все это знает? Ведь это всего лишь “faber, filius Mariae” - плотник, сын Марии⁵⁷, живущий самой обычной жизнью, как и прочие Его земляки... И в то же время Он - Бог, пришедший искупить человечество и привлечь к Себе все⁵⁸.

Не питая в сердце ответной любви, мы не можем созерцать Его жизнь среди людей - как последние три года, так и те тридцать лет, когда Он был никому не ведомым плотником, сыном плотника. Господь призывает нас к большей щедрости, к большей преданности. Он желает, чтобы мы отказались от эгоизма, от стремления к комфорту. Он знает, что нам трудно отдать себя другим без остатка. Пребывая во плоти, Он видел и недостаток любви, и отсутствие преданности. Те, которые на словах готовы были идти за Ним до конца, на деле следовали лишь издали. Вспомните эти печальные сцены из Евангелия, в которых апостолы мечтают о земной славе и строят планы на будущее, - такие пустые, такие далекие от того, чему учил их Иисус... Но Господь не оставляет Своих избранных. Более того - Он передает им поручение, данное Ему Отцом.

Господь призывает нас и задает вопрос, который когда-то задал Иакову и Иоанну: “Potestis bibere calicem, quem ego bibiturus sum?” - можете ли пить чашу, которую Я буду пить?⁵⁹ То есть - чашу полной отдачи воле Отца. “Possumus!” - Можем!⁶⁰ Так отвечают Иаков и Иоанн. А мы с вами? Готовы ли мы во всем исполнять волю нашего Отца? Верно ли, что мы предали Господу наши сердца полностью? Или это всего лишь слова, говоря которые, мы в сердце своем продолжаем думать лишь о себе да о себе - о своих интересах, о своем комфорте, о своей гордыне? Нет ли в нас чего-то такого, что несовместимо с нашим христианским званием и не дает нам очиститься? Сегодняшний праздник дает нам еще один повод исправиться.

Иисус вопрошает каждого из нас. Он вопрошает, не я. Задать такой вопрос я не посмел бы даже себе. Продолжу вслух свою внутреннюю молитву - и пусть каждый из вас вместе со мною скажет Господу в сердце своем: “Господь мой, я так ничтожен! Сколько малодушия мною проявлено, сколько допущено ошибок!” А можно сказать еще откровеннее: “Спасибо Тебе, Господи! Ты поддерживаешь меня Своей рукой. Без Тебя я готов на любую мерзость. Не оставляй меня, обращайся со мной, как с ребенком. Сделай меня сильным, великодушным и цельным человеком. Помоги моей неопытности, веди меня Своей рукой, Господи, и дай, чтобы Твоя Мать, Дева Мария всегда оставалась рядом со мной и защищала меня. Только так, отказавшись от самонадеянности и отдавшись под Твою защиту, мы, «possumus!» - сможем во всем Тебе уподобиться”.

“Possumus!” - можем! В этом слове нет и тени самонадеянности. Ведь Иисус в самом деле хочет, чтобы каждый из людей был в силах идти по пути, Им указанному. Он сделал этот путь человеческим. То есть - как раз по нашим силам. Вернее - по нашей слабости. Ради этого Он так Себя смирил. По этой причине Он умалился, принявши звание раба. Он, Господь Бог, равный Отцу! Он умалил Себя, но не в милосердии и не в праведности, а лишь во всемогуществе и великолепии⁶¹.

Милосердие Божие облегчает нам дорогу - так не будем же глухи к Его призывам! Не откажемся сопровождать Его в пути! И не думай, что ты слишком слаб и не можешь, не в силах за Ним последовать. Ведь Он указал нам путь примером Своей жизни. Итак, прошу вас настоятельно, братья мои: не допустите, чтобы такой драгоценный Образ был показан вам напрасно. Сообразуйтесь Ему и обновляйтесь духом⁶².

Он ходил, благотворя

Видите, какая это насущная необходимость - познавать Христа, созерцая Его жизнь с любовью. Много раз я искал в Писаниях что-то вроде точного определения или краткой биографии Иисуса. И нашел наконец. Вот послушайте, что говорит о Нем Дух Святой: “Pertransiit benefaciendo” - ходил, благотворя⁶³. Вся жизнь Христа на земле: от рождения Его и до самой смерти - заключена в этой фразе и к ней сводится: Он ходил, благотворя. В другом месте Священного Писания сказано: “bene omnia fecit”, все хорошо делает⁶⁴. Он довел до конца все, что начал. Он творил добро и только добро.

И вот мы с тобой задумываемся, смотрим в себя и спрашиваем: нет ли в нас чего-то такого, что следует исправить? Во мне я вижу немало того, что надо искорененить - но в то же время осознаю, что совсем не в силах творить добро без благодати Божией. И Сам Христос утверждает, что без Него мы ничего не можем делать⁶⁵. И вот: мы взываем о помощи к Господу - через Его Мать, Марию, - обращаясь к Нему так, как это делают все любящие Его души. Не добавлю к этому ничего, ибо каждый должен говорить с Богом особо - так, как подсказывает его душа. И я в своей молитве прилагаю эти советы к своим собственным немощам.

“Pertransiit benefaciendo” - ходил, благотворя. Что делал Иисус, чтобы изливать столько добра - одного добра везде, где бы Он ни был? Святые Евангелия донесли до нас другое описание жизни Иисуса, которое уместилось в трех латинских словах: “erat subditus illis” - и был в повиновении у них⁶⁶. Мы будем любить добродетель послушания особенно сейчас, когда повсюду в мире - непослушание, разъединение и ропот.

Я друг свободы. Именно поэтому я так люблю добродетель послушания. Необходимо чувствовать себя сыном Божиим и жить, исполняя волю нашего Небесного Отца. Мы слушаемся Бога - ибо мы так хотим. Это и есть самый сверхъественный мотив нашего поведения.

Дух Opus Dei, которому я пытался следовать в своей жизни и которому учил многих людей более 35 лет, возбудил во мне глубокое понимание и страстную любовь к свободе личности. Наделяя людей Своей милостью и даруя им особое призвание, Господь как бы протягивает им Свою любящую и сильную руку. Ведь Он взыскует нас и обращается к нам как к Своим детям. Он знает все наши слабости и хочет, чтобы мы взяли Его руку. Это требует усилия - но оно явится доказательством нашей свободы. Мы приложим его, если мы смиренны, если чувствуем себя детьми и любим то благословенное послушание, которым отвечаем на благословенное отцовство Божие.

Позвольте же Господу вмешаться в вашу жизнь - исполнясь доверия, не мешая Ему делать то, что Он делает. Мы, люди, так часто прибегаем к защите рубежей нашего эгоизма... Мы хотим во что бы то ни стало быть царями, даже если царство, которым мы правим, - это всего лишь наше ничтожество. Думаю, что вы уже поняли, почему необходимо отдать себя Иисусу - чтобы Он сделал нас истинно свободными. Только так мы сможем служить Богу и всему человечеству. Только так мы сможем понять всю истинность слов апостола Павла: Но ныне, когда вы освободились от греха и стали рабами Богу, плод ваш есть святость, а конец - жизнь вечная. Ибо возмездие за грех - смерть, а дар Божий - жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем⁶⁷.

Мы нуждаемся в предупреждении - ведь нас всегда влечет эгоизм, и море различных искушений. Бог хочет, чтобы добродетель веры сопутствовала нашему послушанию, ведь Воля Его в тишине проявляется. Иногда - словно негромкий голос звучит в глубине совести. Тогда необходимо внимать Ему, чтобы различать этот голос и ему следовать.

Часто Господь говорит с нами через других людей. Но бывает, что их недостатки или представление, что они целиком не посвящены в проблему, дают нам повод к непослушанию.

Все это имеет божественное значение - ведь то повиновение, которого требует от нас Бог, должно быть не слепым, а разумным. Ведь мы нашим умом должны помогать ближнему. Необходимо быть искренним по отношению к себе самому и часто себя спрашивать: “Что мною движет - любовь к истине или привязанность к личному суждению?” Если наши идеи удаляют нас от людей, подрывают общение и единство с братьями - то это значит, что мы не исполняем волю Божию.

Повторяю: без смирения нет послушания. Посмотрите на Иисуса. Он послушен Иосифу и Марии. Бог пришел на землю, чтобы слушаться тварей. Мария и Иосиф - существа совершенные. Она - наша Мать. Выше Нее - только Бог. Он - муж достойнейший, образец благоразумия и целомудрия... И все же они - твари. И Иисус, Который есть Бог, послушен им во всем. Если мы любим Бога - то будем любить и Его волю, с радостью отвечая на призывы, которые Он обращает к нам в повседневной жизни (семейной, профессиональной, общественной), в скорби (нашей собственной или чужой), в дружбе, в стремлении поступать всегда праведно.

В канун Рождества я люблю рассматривать изображения Младенца Иисуса. В этих картинках, представляющих самоуничиженного Господа, мы чувствуем Божий призыв. Всемогущий нуждается в человеческой помощи, как самое беззащитное существо. Из вифлеемской колыбели Христос говорит нам всем и каждому из нас в отдельности, что мы Ему нужны. Он призывает нас к христианской жизни без компромиссов - к жизни преданной, трудолюбивой и радостной.

Истинная радость невозможна без смирения - смирения Иисусова, - и надо полностью уподобиться Ему, чтобы пережить эту радость. Повторяю: видели ли вы, где таится величие Бога? В яслях, в пеленах, в пещере... Путь к действенной и искупительной жизни проходит через смирение, самоотвержение и служение всем человеческим душам.

Бывает, что люди - и даже хорошие христиане! - осложняют себе жизнь лишь потому, что лишены самопознания и смирения. Они живут в тревоге, но это их беспокойство есть плод гордыни и потребности во внимании окружающих. Такие люди не умеют отойти в тень, сотворив добро. Им нужна личная безопасность. Они страдают, видя в других недостаток уважения к себе. Они могли бы наслаждаться душевным покоем и великой радостью, но гордыня и самонадеянность приводят их к бесплодию и страданиям.

Христос был смирен сердцем⁶⁸. Он никогда не желал для Себя ничего исключительного, не хотел добиться привилегий. Девять месяцев Он находился в утробе Матери - просто и естественно, как любой из нас. Яснее, чем кто-либо другой, Он знал, что необходим человечеству. Он хотел прийти на землю для спасения душ человеческих, но не торопил время и пришел в Свой час, как и все другие люди. От времени Зачатия и до Рождества никто, кроме Святого Иосифа и Святой Елисаветы, не знал об этом чуде - о том, что Бог обитает с нами.

Иисус родился в чудесной простоте. Он пришел незаметно, скромно. Только Мария и Иосиф были свидетелями и участниками этих божественных событий. Потом - пастухи, оповещенные ангелами. Еще позже - волхвы, пришедшие с Востока. Так свершилось событие запредельное: соединение Неба и земли, Бога и человека.

Возможно ли привыкнуть к этим сценам Евангелия? Бог смиряет Себя, чтобы мы могли к Нему приблизиться и ответить нашей любовью на Его любовь. Он унижает Себя, чтобы наша свобода сдалась не только перед зрелищем Его могущества, но и перед чудом Его смирения.

Величие Младенца, Который есть Бог... Его Отец - Создатель Неба и земли. А Он тут, в яслях, “quia non era eis locus in diversorio” - потому что не было им места в гостинице⁶⁹, потому что не было другого места на земле для Господина всего сущего...

Он совершил волю Бога, Отца Своего

Я не отступаю от истины, когда говорю, что Иисус взыскует места в наших сердцах. Попросим Его, чтобы Он простил нам наше ослепление и неблагодарность. И постараемся впредь с помощью Его благодати не захлопывать пред Ним двери наших сердец.

Господь не скрывает, что беззаветное повиновение воле Божией требует от нас самопожертвования и преданности, ибо Любовь не ищет прав и привилегий, но хочет служить, только служить. Иисус первый прошел путь повиновения и любви. Он был послушным даже до смерти, и смерти крестной, “usque ad mortem, mortem autem crucis”⁷⁰. Необходимо выйти из себя, осложнить себе жизнь, положить ее во имя любви к Богу и всем человеческим душам. Послушаем блаженного Августина: Ты хотел жить спокойной жизнью, но Бог решил по-другому. Есть две воли. Надо исправлять свою, чтобы она совпала с волей Божией, а не волю Божию приспосабливать к своей воле⁷¹.

Я видел многих, рисковавших жизнью - как Ты, Господи, “usque ad mortem”, даже до смерти, - при исполнении того, чего требовала от них Твоя воля. Они отдали свою профессию, все свои идеалы служению Церкви и душам человеческим.

Будем послушны, будем служить. Нет большего достоинства, чем стремление служить другим людям. Когда гордыня бурлит в нашем сердце, когда нам кажется, что мы сверхчеловеки, вспомним, что для нас возможен единственный триумф - триумф смирения. Уподобляясь Христу Распятому, не будем злыми, не будем хмурыми, но преисполнимся радости и веселья. Ведь радость в самоотверженности - лучшее доказательство любви.

Давайте снова посмотрим, как проста и естественна была жизнь Иисуса, о которой я говорил вам уже не раз. Разве мало значат для нас 30 лет скрытой жизни Его? Они - не просто подготовка к будущему общественному служению. В 1928 году я со всей ясностью осознал: Бог хочет, чтобы христиане брали пример со всей земной жизни Иисуса, и особенно с Его безвестной трудовой жизни в миру. Господь хочет, чтобы многие люди нашли свой путь в сокровенной жизни Христа - без шума и блеска, без почестей. Слушаться воли Божией - значит отказаться от эгоистических устремлений, а не от мира, не от обычной жизни, не от людей, разделяющих с нами звание, профессию и социальное положение.

Я мечтаю (и мечта уже претворилась в жизнь) о великом множестве детей Божиих, о бесчисленных толпах обычных граждан, которые живут среди своих коллег и друзей, разделяют их идеалы и увлечения - и стремятся к святости в миру. Я хочу воскликнуть об этой божественной истине: “Если вы остались в миру - это не значит, что Господь позабыл о вас, что у вас нет от Него призвания. Напротив, Он указывает вам путь. Он хочет, чтобы вы трудились для Него в круговерти житейских дел и повседневных забот. Ваше мирское призвание, ваша профессия, ваши достоинства - все имеет божественное значение, ибо Христос освятил наше земное бытие и сделал его жертвоприношением, которое угодно Отцу”.

Жизнь человека не имеет другого смысла, кроме послушания воле Божией. Стремление к послушанию не отделяет христианина от других людей. Напротив, по заповеди, полученной от Господа, мы должны возлюбить друг друга, как Он возлюбил нас⁷². Это значит - жить среди людей в преданном служении Богу, чтобы все души людские познали Его любовь. И тогда путь земной станет для всех путем божественным.

Христос доказал нам Свою любовь не только на словах, но и на деле. Он принял нашу плоть, чтобы мы научились жить как дети Божии. Вы, наверное, помните начало Деяний апостолов, в котором евангелист Лука говорит: “Primum quidem sermonem feci de omnibus, o Theophile, quae coepit Iesus facere et docere” - первую книгу написал я к тебе, Феофил, о всем, что Иисус делал и чему учил⁷³. Он делал и учил. Он указал нам путь Своей жизнью. Он был и Учителем, и примером.

Сейчас, пред ликом Младенца Иисуса, ты можешь спросить себя: “Делаю ли я все возможное, чтобы жизнь моя служила примером и учением для моих братьев - людей? Пришел ли я делать и учить, как Христос? Поступаю ли я во всем, как сын Божий, любящий волю своего Отца? Помогаю ли всем людям разделить со мной чудные и благодатные, божественные и человеческие плоды Искупления? Живу ли жизнью Христа в миру, не отказываясь от забот повседневности, от обычных своих занятий? Решился ли я быть другим Христом? Ведь каждый из нас, будучи христианином, должен стать другим Христом. В этом наше призвание.

Творить дело Божие - не красивая игра слов, но призыв к самоотдаче во имя Любви. Необходимо умереть для себя, чтобы родиться к жизни новой. Возьмем пример с Иисуса, Который был послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог превознес Его⁷⁴. Если мы послушны воле Божией, Крест станет для нас Воскресением и превозношением. Шаг за шагом в нас свершится жизнь Христова. И будут говорить о нас, что мы старались быть добрыми сынами Божьими и ходили, благотворя, несмотря на бесчисленные лишения и ошибки.

И когда придет смерть - а она непременно придет, - мы примем ее с ликованием. Именно так, в круговерти повседневной жизни, ее приняли многие люди, многие святые, которых я знал. Мы примем ее с ликованием - ибо если, несмотря на наше убожество, мы уподобились Христу в послушании и самоотдаче, то и воскреснем мы с Ним, ибо “surrexit Dominus vere!” - Он истинно воскрес⁷⁵.

Сделавшись Младенцем, Иисус победил смерть. Стоит подумать над этим чудом. Сын Божий стал победителем на пути самоуничижения, послушания и простоты.

Обóжение повседневности - это триумф Иисуса. Он возвысил нас до Себя - до уровня сынов Божиих, смирив Себя до нас - до уровня сынов человеческих.

3. БРАК - ХРИСТИАНСКОЕ ПРИЗВАНИЕ*

Пришло Рождество Христово. Все события и обстоятельства, связанные с рождением Сына Божия ныне вспоминаются нам. Наш взор обращается к вифлеемской пещере, к назаретскому очагу. Мария, Иосиф и Младенец Иисус занимают особое место в глубине наших сердец. Что говорит нам, чему учит нас простая и в то же время чудесная жизнь Святого Семейства?

Об этом можно размышлять бесконечно, но я хочу привлечь ваше внимание к одной лишь фразе из Святого Писания: Рождество Иисуса означает, что пришла полнота времени⁷⁶, которое Бог избрал, чтобы явить Свою любовь к людям, отдав им Сына Своего Единородного. Эта воля Божия свершилась в самых обычных, нормальных обстоятельствах: мать, семья, дом, младенец... Божие всемогущество, божественное сияние проходят сквозь человеческое и соединяются с человеческим. С тех пор мы, христиане, знаем, что благодатью Божией можно и должно освящать все благородные реальности нашей жизни. Любое житейское и обычное обстоятельство, неважно, насколько оно представляется нам незначительным, может стать поводом для встречи с Христом и вехой на нашем пути к Царствию Небесному.

Поэтому нет ничего удивительного, что Церковь радуется, созерцая скромную обитель Иисуса, Иосифа и Марии. В заутрене праздника Святого Семейства Церковь молится так: Достойно и радостно помнить маленький домик в Назарете и скромность людей, в нем живущих, воспевая смиренную простоту, окружающую скрытую жизнь Иисуса. Там Он, будучи ребенком, учился ремеслу Иосифа. Там Он рос и жил трудом ремесленника. Рядом с Ним сидела Его нежная Мать. Рядом с Иосифом жила его возлюбленная Невеста, помогавшая ему с радостью, предлагая Свои услуги.

Думая о христианских очагах, я люблю представлять их себе такими же радостными и просветленными, каким был очаг Святого Семейства. Урок Рождества звучит со всей своей силой: Слава в вышних Богу, и на земле мир людям доброй воли⁷⁷. И да владычествует в сердцах ваших мир Божий, - пишет апостол Павел⁷⁸. Мир от сознания того, что Бог, наш Отец, нас любит; что мы составляем одно тело со Христом; что нас защищает Пресвятая Богородица и поддерживает Святой Иосиф. Это и есть великий свет, освещающий всю нашу жизнь и побуждающий, несмотря на трудности и личные слабости, храбро идти вперед. Каждый христианский очаг должен быть обителью мира, в которой, невзирая на превратности повседневной жизни, царят искренняя любовь и глубокий покой - плод истинной и испытанной веры.

Для христианина брак - не только общественный институт. И еще менее - лекарство от человеческих слабостей. Он - подлинное духовное призвание, великая тайна по отношению ко Христу и к Церкви⁷⁹. И в то же время это - договор, который муж и жена заключают навсегда. Ведь хотим мы этого или нет, но брак, установленный Христом, нерасторжим. Он есть знак священный и освящающий, действие Иисуса в душах тех, которые женятся - дабы они, следуя за Ним, обращали в божественный путь свою обычную земную жизнь.

Муж и жена призваны освящать супружескую жизнь и в ней освящаться. Они совершили бы тягчайшую ошибку, строя свою духовность вне семейного очага. Семейная жизнь, супружеские отношения, воспитание детей и уход за ними, усилия содержать семью, обеспечение и укрепление финансового положения семьи, общение с коллегами и друзьями - все это обычное человеческое бытие супруги призваны освятить.

Они должны упражняться в добродетелях веры и надежды, обсуждая спокойно незначительные и сложные проблемы, что бывают в любой семье, и неотступно исполняя свои личные обязанности. Так любовь преисполнит собою каждый миг бытия и научит разделять с ближним все радости и страдания. Она поможет улыбаться, когда ты, служа ближнему, забываешь о своих заботах. Она поможет выслушать супруга или детей, на деле проявляя свое понимание, свою любовь. Она поможет пройти мимо мелких стычек, которые эгоизм мог бы легко превратить в необратимую катастрофу. Наконец, она поможет исполнить сердечным чувством почти неприметные услуги, из которых соткано повседневное общение между людьми.

Освящать свой очаг, создавая любовью семейную атмосферу - вот о чем идет речь. Освящать постоянно. День за днем, час за часом. А это значит - упражняться во многих христианских добродетелях. Сначала в богословских,* а потом и в других, таких, как верность, трудолюбие и смирение, благоразумие, искренность и радость... Но невозможно говорить о браке, не сказав сразу, исчерпывающе, о любви между супругами.

Святость земной любви

Благородная и чистая любовь супругов - это чудо, которое я как священник благословляю двумя руками. В присутствии Христа на свадьбе в Кане Галилейской церковное Предание увидело подтверждение божественного значения брака. Святой Кирилл Александрийский пишет: Наш Господь пришел на свадьбу, чтобы освятить источники человеческой жизни⁸⁰.

Брак - это таинство, через которое два тела становятся одной плотью. Богословие учит нас, что сами тела вступающих в брак являются материей этого таинства. Господь освящает и благословляет любовь мужа к жене и любовь жены к мужу. Он утверждает слияние не только душ, но и тел супругов. Христианин, как призванный, так и не призванный к брачной жизни, не вправе ее недооценивать.

Создатель даровал нам ум, эту искорку божественного разума, дающую нам познавать и любить со свободной волей, которая есть другой дар Божий. А еще Он вложил в наше тело способность родить, что есть участие в Его творческой власти. Бог хотел использовать супружескую любовь, чтобы произвести на свет новые твари и увеличить тело Своей Церкви. Пол - это не постыдная реальность, но божественный дар, служащий жизни, любви, плодородию.

Вот тот контекст и та перспектива, в которых утверждается христианское учение о сексуальности. Наша вера не пренебрегает тем, что здесь, на земле, красиво, щедро и подлинно человечно. Она учит нас, что эгоистическая жажда наслаждений не должна управлять нашей жизнью. Ведь только отречение и самопожертвование ведут нас к истинной любви; Бог хочет, чтобы мы любили Его и всех людей так же истинно, как Он любит нас. Об этом - слова апостола Матфея, которые, на первый взгляд, могут показаться парадоксальными: Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее⁸¹.

Люди, думающие только о себе и своем личном удовлетворении, ставят на карту вечное спасение. Уже теперь, на этом свете, они беспокойны и несчастливы. Только тот, кто себя забывает, кто отдает себя Богу и людям, может стать счастливым здесь, на земле. И это земное счастье станет только подготовкой, предварением Неба. Это можно сказать и о тех, которые отдают себя в браке.

На нашем земном пути боль - это пробный камень любви. Образно говоря, в брачном призвании есть лицевая и оборотная стороны. С одной стороны - рвение, с которым создается и укрепляется семейный очаг, радость от сознания, что нас любят, что мы любим, что дети растут. С другой - обиды и конфликты, ход времени, который истощает тела и искушает характеры горечью, рутина дней, которые кажутся всегда одинаковыми...

Те, которые думают, что эти трудности несовместимы с любовью и счастьем, имеют весьма скудное представление о браке и земной любви. Ведь именно тогда, когда наши чувства проявляют свою истинную природу, самоотдача и нежность укрепляются и выявляются как подлинная и глубокая любовь, которая сильнее смерти⁸².

Эта подлинность любви требует верности и искренности во всех отношениях между супругами. Святой Фома Аквинский⁸³ говорит, что Бог наделил различные функции человеческой жизни удовольствием, наслаждением. Это наслаждение, это удовольствие хороши. Но если человек переворачивает порядок вещей и находит в удовольствии высшую ценность, презирая то благо и цель, с которыми оно должно быть связано и которым должно быть упорядочено, то он извращает и обезображивает это удовольствие, превращая его в грех или повод для греха.

Целомудрие - не простая воздержанность, но утверждение любящей воли. Оно сохраняет молодость любви в любом звании. Существует целомудрие пребывающих в поре полового созревания и целомудрие тех, кто готовится к браку; целомудрие призванных Господом к безбрачию и целомудрие избранных для супружеской жизни.

Как же тут не вспомнить те сильные и проникновенные слова, которые сохранила для нас Вульгата, - слова, сказанные архангелом Рафаилом Товии перед его браком с Саррой: Выслушай меня, я укажу тебе, кого побеждает дьявол. Это те, которые вступают в брак, отвергая Бога от своего сердца, и следуют своим влечениям как конь и лошак несмысленный. Над ними дьявол властвует⁸⁴.

В браке нет земной любви, искренней и радостной, если забыта добродетель целомудрия, которая уважает дар сексуальности, но лишь подчиненный самоотдаче и плодородию. Я никогда не говорю о порочности и стараюсь не вдаваться в ее бессмысленную и темную казуистику. Напротив, о целомудрии и чистоте, о ликующем утверждении любви я должен говорить и говорю очень часто.

Но целомудрие в браке вовсе не означает, что супруги должны бояться проявлений любви друг к другу. Наоборот, их влечение - основа семейной жизни. Бог требует от них взаимного уважения и преданности, чуткости, скромности и простоты. Добавлю, что супружеские отношения благородны и честны, если служат доказательством истинной и открытой детородию любви.

Поражая источники жизни, супруги совершают преступление против даров, которыми наделил их Бог, и тем самым демонстрируют, что в своем поведении они руководствовались не любовью, а эгоизмом. Супруги превращаются как бы в сообщников, отношения между ними становятся напряженными, возникают разрывы. Часто непоправимые.

Брачная жизнь, укрепленная целомудрием, становится проявлением подлинной и искренней любви. Муж и жена понимают друг друга без слов и чувствуют себя единым целым. Но если божественный дар сексуальности извращен - интимность рушится. И супруги уже не в силах смотреть друг другу в глаза.

Муж и жена должны созидать общность жизни на основе искренней, чистой любви и радости от того, что в их союзе рождаются дети, дарованные им Господом. Они должны, если нужно, уметь отказаться от личных удобств, доверившись Провидению Божию. Создание многодетной семьи, если такова воля Господа, - это залог счастья и действенности, хотя проповедники гедонизма в своем печальном заблуждении утверждают обратное.

Не стоит забывать, что супружеские ссоры, обычно, неизбежны. Но никогда не ссорьтесь при детях: не заставляйте их страдать, принимая сторону одного из вас против другого и тем бессознательно содействуя вашему разъединению. Однако ссоры, если они не слишком частые, - это также и проявление любви, почти необходимость. Поводом к этому - не причиной, а только поводом, - может стать усталость мужа, изнуренного своими профессиональными занятиями, или усталость жены (дай Бог, чтобы это была не скука), которой пришлось преодолевать непослушание детей, прислуги, или собственный характер, иногда хрупкий - хотя вы, женщины, сильнее мужчин, если только этого пожелаете.

Избавьтесь от гордыни - самого большого врага супружеского общения. В ваших незначительных стычках никто из вас не прав. Тот, кто больше владеет собой, должен хотя бы на время угасить страсти. Уже потом, наедине - ссорьтесь. И обязательно примиритесь.

Женам не следует пренебрегать своей внешностью. Вспомните пословицу: “Жена прихорашивается - муж дома сидит”. Ваша обязанность быть привлекательными столь же актуальна, как и в день обручения. Это вопрос справедливости: ведь вы принадлежите мужу. И он не должен забывать о том, что принадлежит вам - и поэтому обязан оставаться таким же нежным, каким был перед свадьбой. Если, читая эти строки, вы улыбнулись с иронией - поверьте, что это дурная примета. Она говорит вам, что ваша любовь уже обратилась в холодное равнодушие.

Очаги веселые и просветленные

Нельзя говорить о браке, не думая о семье, которая есть плод и продолжение того, что начинается браком. Семья - это не только муж с женой, но и дети, а также (в разной степени) дедушки и бабушки, родственники и люди, которые обслуживают ваш дом. Тепло, создающее семейную атмосферу, должно изливаться на всех.

Конечно, есть супруги, которым Господь не дарует детей: значит, Он хочет, чтобы они продолжали любить друг друга, посвящая свои усилия служению другим душам. Но обычно супруги имеют потомство и поэтому должны ставить детей в центр всех своих забот и усилий. Ведь смысл отцовства и материнства не исчерпывается рождением ребенка. Детородная способность, которая есть соучастие в творчестве Божием, должна продолжаться в сотрудничестве со Святым Духом, чтобы дети стали истинными христианами.

Родители - главные воспитатели своих детей как в человеческом, так и в духовном смысле. Им следует глубоко осознать всю ответственность этой миссии, которая требует понимания, благоразумия, умения наставлять, а прежде всего - умения любить и подавать хороший пример. Авторитарные, насильственные методы воспитания здесь не подходят. Родители должны стать друзьями своих детей. Друзьями, которым доверяют заботы, с которыми советуются о любой проблеме, от которых ждут любящей и действенной помощи.

Необходимо, чтобы родители почаще бывали со своими детьми. Дети - прежде всего. Они важнее любого бизнеса, важнее профессии, важнее отдыха. Беседуя с ними, надо внимательно слушать, стараться понять, а иногда и признать часть правоты (или полную правоту) в их непослушании, в их бунтах. В то же время надо научить их осмысливать свои проблемы и верно направлять свои стремления, идеалы. Не навязывать то или иное поведение, а показывать причины (человеческие и духовные), по которым такое поведение предпочтительнее. Словом, уважать их свободу, без которой невозможна личная ответственность - основа истинного воспитания.

Исключительно важен пример, подаваемый родителями. Помимо обширных познаний и хороших советов, дети ждут от них чего-то большего - более возвышенного свидетельства о ценности и смысле жизни в конкретных поступках, в различных обстоятельствах повседневной жизни.

Если бы родители спросили у меня совета, я бы сказал им: сделайте так, чтобы ваши дети видели (не обманывайтесь, они с раннего детства все видят и обо всем имеют суждение), что вы стараетесь жить в соответствии с вашей верой. Что Бог не только в ваших словах, но и в делах. Пусть они увидят, что вы любите их и друг друга по-настоящему - искренне, преданно.

Так вы сделаете их цельными, истинными мужчинами и женщинами, способными с открытой душой разбираться в обстоятельствах своей жизни, помогать соотечественникам и содействовать разрешению великих задач человечества, свидетельствуя о Христе.

Прислушивайтесь к тому, что говорят ваши дети. Посвящайте им свое время. Слушайте их с доверием и верьте всему, что они вам скажут, - даже если иногда они вас обманывают. Не бойтесь их бунтов: ведь и вы в их возрасте были бунтарями. Пойдите им навстречу, проделайте половину пути. И молитесь за них. Если вы поступаете так, по-христиански - то будьте уверены, что они обратятся к вам, а не к грубому невежде приятелю, чтобы удовлетворить свое законное любопытство. Их искренность будет прямо пропорциональна вашей любви. Вот это и есть мир в семье, живущей по-христиански, несмотря на неизбежные ссоры, размолвки и случаи взаимного непонимания.

Как описать, - вопрошает раннехристианский автор, - счастье того супружества, которое Церковь соединяет, ее молитвы освящают, ангелы возвещают на небесах и Бог Отец благословляет?.. Оба супруга, как братья, - служители друг другу, между ними нет разъединения ни в плоти, ни в духе. Ибо они воистину двое в одной плоти, а где одна плоть, там и дух один... Господь радуется, видя их единодушие, посылает мир в их дом и пребывает с ними; Где двое, там и Он. А где Он находится, туда не войдет дух злобы⁸⁵.

Мы старались объединить в этой проповеди черты, присущие семейным очагам, где свет Христов отражается сиянием радости и просветления. Гармония, существующая между родителями передается детям, всей семье, всему, что ее окружает. Так в любом истинно христианском браке воспроизводится тайна Церкви, избранной Богом и данной в проводники всему миру.

Любой христианин, кем бы он ни был - священником или мирянином, женатым или холостяком, - должен применить к себе в полной мере слова апостола Павла, которые читаются в Праздник Святого Семейства: избранные Божии, святые и возлюбленные⁸⁶. Вот кем мы - каждый на своем месте, - являемся в миру: мужчинами и женщинами, избранными Богом, чтобы свидетельствовать о Христе, даруя окружающим нас людям радость от сознания, что они - дети Божии. Мы избраны, несмотря на наши ошибки, которые мы стараемся исправлять.

Важно, чтобы понимание брака как призвания всегда присутствовало не только в проповедях и катехизаторской работе, но и в сознании тех, кому Господь приготовил этот путь - ибо они воистину призваны к соучастию в Божьем Замысле о спасении всех душ человеческих.

Для христианских супругов нет лучшего примера, чем семьи апостольских времен: семейство сотника Корнилия, который покорился воле Божией и в доме которого Церковь открылась язычникам⁸⁷; семья Акилы и Прискиллы, сотрудников святого Павла, распространивших христианство в Коринфе и Ефесе⁸⁸; семья Тавифы, которая с любовью помогала нуждающимся в городе Иоппии⁸⁹; вспомним все семьи евреев и язычников, греков и римлян, в которых укоренилась проповедь первых учеников Господа.

Это семьи, которые жили Христом и помогали другим познавать Его. Маленькие христианские общины, ставшие как бы центрами излияния Благой Вести. Очаги, у которых собирались люди, внешне подобные своим современникам, но вдохновленные новым духом, входящим и в души тех, кто знал их и пребывал с ними в общении. Вот какими были первые христиане. Вот какими должны быть мы, христиане дня сегодняшнего, сеятели мира и радости - того мира и той радости, которые даровал нам Христос.

4. БОГОЯВЛЕНИЕ ГОСПОДНЕ*

Недавно я видел мраморный барельеф с волхвами, пришедшими поклониться Младенцу Иисусу. Их окружают четыре ангела. В руках у каждого - символический предмет: диадема, меч, скипетр и держава (земной шар, увенчанный крестом). Художник выбрал эти знаки, хорошо нам известные, чтобы проиллюстрировать событие, которое мы празднуем сегодня. Мы видим, как некие мудрецы (по преданию - цари) падают ниц пред Младенцем, спросивши в Иерусалиме: Где родившийся Царь Иудейский?⁹⁰

Этот вопрос побуждает меня к созерцанию Младенца в пеленах, лежащего в яслях⁹¹, то есть там, где должен находиться скот. Где же, Господи, диадема и держава, меч и скипетр - знаки Твоего Царского звания? Они принадлежат Ему по праву, но Он их не хочет. Он царствует в пеленах - хрупкий Царь, беззащитное Дитя. Как тут не вспомнить слова апостола: Он уничижил Себя Самого, приняв образ раба⁹².

Наш Господь воплотился, чтобы явить нам волю Отца. Он учит нас с самого Рождества, призывая к святости - чтобы мы вместе с Ним завершили Искупление. Подумайте над первым Его уроком: будучи соискупителями, мы должны бороться и побеждать... но не других, а себя. Как и Христос, мы должны уничижиться до служения всем людям, чтобы привести их к Богу.

Где же Царь? Не хочет ли Иисус царствовать прежде всего в сердцах, в твоем сердце? Не для того ли Он стал младенцем - беззащитным существом, которое невозможно не полюбить? Где Царь? Где Христос, по образу Которого Святой Дух хочет сотворить наши души? Он не может пребывать в гордыне, которая отделяет нас от Бога. Или в отсутствии любви, которое нас изолирует. В этом Христос пребывать не может - ибо в этом человек пребывает один.

Сегодня, в праздник Богоявления, простершись у ног Младенца Иисуса, Царя нашего, у которого нет внешних признаков царственности, мы можем сказать: “Господи, очисти меня от гордыни и себялюбия, от жажды самоутверждения и господства над другими. Приведи меня в Твое подобие, отождестви с Собой”.

Путь веры

Нелегко достигнуть этой цели - отождествления со Христом. Но в то же время нельзя сказать, что это трудно, если мы живем, как учил нас Он. Живем, слушая Его Слово и наполняя нашу жизнь тáинственной реальностью Евхаристии, которую Он оставил нам в пищу. Тогда путь христианский становится привлекательным. Бог призвал нас ясно и определенно. Как волхвы, мы открыли звезду - путь и свет в небесах наших душ.

Мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему⁹³. Мы сделали то же и заметили, что постепенно ее свет проникает в наши души, порождая желание стать подлинными христианами. То есть - принять Бога всерьез. Если бы каждый из нас попытался рассказать историю своего призвания, то мы бы увидели, что это - божественно. Будем же благодарить Бога Отца и Сына и Святого Духа, а также Пресвятую Деву, через Которую мы обретаем все благословения небесные, за этот дар, наряду с даром веры наибольший из тех, которыми Бог может наделить человека. За твердое решение стремиться к полноте любви с убежденностью, что достижение святости в исполнении профессиональных и общественных обязанностей не только возможно, но и необходимо.

С какой чуткостью и деликатностью призывает нас Господь! Он обращается к нам по-человечески, как влюбленный: Я назвал тебя по имени твоему; ты Мой⁹⁴. Господь, Который есть Красота, Великолепие, Мудрость, говорит нам, что мы принадлежим Ему, что мы избраны объектом Его бесконечной Любви. Какая вера нам нужна, чтобы не исказить это чудо, врученное нам Провидением Божиим? Вера, подобная вере волхвов. Вера в то, что ни пустыня, ни штормы, ни тихий покой оазисов не остановят нас на пути к вечному Вифлеему, к бесконечной жизни с Богом.

Путь веры - это путь самопожертвования. Христианское призвание не срывает нас с нашего места в миру, но требует, чтобы мы оставили все, что мешает исполнению Воли Божией. Свет в нашей душе - это только начало. Мы должны ему следовать, если хотим, чтобы он стал звездой, а потом солнцем. Когда волхвы были в Персии, - пишет Святой Иоанн Златоуст, - они видели только звезду; но, покинув родину, они увидели Солнце Правды. Можно сказать, что они не увидели бы и звезды, если бы остались дома. Будем спешить и мы. Хотя бы нам мешали - будем бежать к дому Младенца⁹⁵.

Твердость в призвании

Мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему. Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним⁹⁶. То же самое повторяется и сегодня. Величие Бога и серьезное, глубоко христианское решение тех, кто хочет жить по требованиям веры, всегда умножают ряды смущенных, удивленных, впавших в соблазн. Кажется, что они не могут представить себе образ жизни, непохожий на тот, что умещается в их ограниченном земном понимании. Видя щедрость услышавших Божий призыв, они иронически смеются. Или пугаются. А иногда - и это кажется уже просто патологией - изо всех своих сил стараются переубедить тех, кто добровольно принял святое решение.

Иногда я бывал свидетелем настоящих кампаний против тех, кто посвятил свою жизнь служению Богу и людям. Некоторые убеждены, что Иисус не может избрать тех, кого хочет, не спросив у них разрешения. И что человек не в состоянии свободно принять Любовь или ее отвергнуть. Для тех, кто так думает, духовная жизнь второстепенна. Они воображают, что вспоминать о ней надо лишь тогда, когда насыщены эгоизм и жажда комфорта. Но если бы это было так - что осталось бы от христианства? Слова Иисуса, в которых требовательность соседствует с любовью - для того ли только, чтобы их слушали? Или чтобы, услышав, применяли на практике? Не Он ли сказал: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш небесный?⁹⁷

Господь призывает всех людей выйти Ему навстречу, облачаясь в святость. Он зовет не только волхвов, людей мудрых и влиятельных, но прежде посылает к пастухам вифлеемским - и даже не звезду, но одного из ангелов Своих⁹⁸. Однако все - богатые и бедные, мудрые и простодушные, - должны внимать Его голосу со смирением.

Посмотрите на Ирода: он был сильным мира сего и мог рассчитывать на помощь мудрецов. И, собрав всех первосвященников и книжников народных, спрашивал у них: где должно родиться Христу?⁹⁹. Его власть и ученость не ведут к Богопознанию. В окаменевшем сердце его они превратились в орудия зла, бессмысленного желания уничтожить Бога, презрения к жизни безвинных младенцев...

Вернемся к Евангелию: Они же сказали ему: в Вифлееме Иудейском; ибо так написано через пророка: “и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных; ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой, Израиля”¹⁰⁰. Мы не можем пренебречь этими подробностями милосердия Божия: будущий Спаситель мира рождается в безвестной, маленькой деревушке, ибо нет лицеприятия у Бога¹⁰¹. Призывая душу жить в согласии с верой, Он не смотрит на ее богатство, дворянство или ученость. Призвание первенствует над всеми заслугами: И се, звезда, которую видели они на востоке, шла перед ними, как наконец пришла и остановилась над местом, где был Младенец¹⁰².

Призвание - прежде всего. Бог любит нас раньше, чем мы научимся к Нему обращаться. Он же вливает в наши души любовь, что ответит потом на Его призыв. Щедрость Божия опережает нас¹⁰³. Господь не только справедлив - гораздо больше: Он милосерд. Он не ждет, когда мы придем к Нему, но Сам идет нам навстречу, не скрывая Отчей любви.

Добрый Вождь, добрый Пастырь

Прежде всего - призвание. Это звезда, которая зажигается, чтобы вести нас к Богу по пути любви. Поэтому не стоит отчаиваться, если иногда в нашей внутренней жизни (почти всегда по нашей вине) звезда исчезает, как это случилось с волхвами. Мы познали уже божественную красоту призвания и убеждены, что оно вечно, но пыль (наше убожество!), которую мы поднимаем, продвигаясь вперед, клубится темным облаком, сквозь которое не проходит свет.

Что делать в таких случаях? Следовать по стопам этих святых мудрецов - просить совета. Ирод посредством науки возжелал творить злое. Волхвы использовали ее, чтобы послужить добру. Но нам, христианам, нет нужды занимать мудрость у Ирода и у земных мудрецов. Христос дал Своей Церкви верность учения и благодатный поток Святых Таинств. Он хотел, чтобы были люди, ведущие нас, дающие направление и постоянно напоминающие нам о пути. Мы обладаем неизмеримым сокровищем мудрости - хранимым Церковью Словом Божиим; благодатью Христовой, дарованной в Таинствах; свидетельством и примером тех, кто живет рядом с нами честно, превращая свою жизнь в путь верности Богу.

Позвольте дать вам один совет: если свет, направляющий вас, погаснет - всегда прибегайте к пастырю доброму. А кто же он, этот добрый пастырь? Тот, кто входит дверью верности учению Церкви; кто не ведет себя как наемник, который видит приходящего волка, и оставляет овец, и бежит; и волк расхищает овец, и разгоняет их¹⁰⁴. Будьте уверены, что Слово Божие не бывает тщетным. Настойчивость, с которой Христос говорит о пастырях и овцах, о стаде и дворе овчем, - это практическое доказательство того, что нашим душам нужен хороший наставник.

У блаженного Августина читаем: Если бы не было плохих пастырей, то Он не говорил бы о добрых. Кто наемник? Тот, кто видит волка, но бежит. Тот, кто ищет своей славы, а не славы Божией. Тот, кто не смеет порицать грешных со свободным духом. Волк захватывает овцу за шею, дьявол склоняет верного к любодеянию. А ты все молчишь, не осуждаешь. Ты наемник. Ты видел приходящего волка, но бежал. Возможно, ты скажешь: “Нет, я не бежал, вот я!” А я отвечаю: “Нет, ты бежал, ибо ты молчал; а молчал потому, что боялся”.¹⁰⁵

Святость Невесты Христовой всегда проявлялась, как проявляется и сегодня, в обилии добрых пастырей. Но христианская вера учит нас простоте, а не наивности. Есть наемники, которые молчат - и есть наемники, которые произносят слова, не идущие от Христа. Поэтому, если Господь позволяет, чтобы мы остались во мраке (хотя бы в малом), а мы чувствуем, что вера в нас не тверда, - устремимся к пастырю доброму. К тому, кто входит дверью по праву, кто полагает жизнь свою за овец и хочет быть на словах и в делах душой, влюбленной в Бога - быть может, грешной, но верующей в прощение и милосердие Божие.

Если ваша совесть указывает вам на ошибку, пусть даже с виду не очень тяжелую, если у вас есть сомнения - прибегайте к Таинству Покаяния. Идите к священнику, который руководит вами и умеет требовать от вас твердой веры, чуткой души, истинного христианского мужества. В Церкви верующие вольны исповедоваться у любого священника, имеющего разрешение от епископа. А христианин с ясной жизнью идет к тому, кого признает добрым пастырем, помогающим ему поднять глаза, чтобы снова увидеть на небе звезду Господню.

Золото, ладан и смирна

“Videntes autem stellam gavisi sunt gaudio magno valde”, увидев же звезду, они возрадовались радостью весьма великою,¹⁰⁶ с чудесным повтором говорит Евангелие. Откуда столько радости? Потому что, ни разу не усомнившись, они получили от Господа свидетельство тому, что звезда не исчезла. Перестав созерцать ее глазами, они всегда хранили ее в своем сердце. Так бывает и с призванием христианина: если он не утратит веру, продолжая уповать на Иисуса Христа, Который с нами до скончания века,¹⁰⁷ то увидит, как звезда появляется вновь. И, убедившись, что призвание не мечта, почувствует, как в его душе рождается еще большая радость, которая умножает веру, надежду и любовь.

И, войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его, и, пав, поклонились Ему¹⁰⁸. И мы падаем ниц перед Иисусом - перед Богом, сокрытым в Его Богочеловечестве. И говорим, что не хотим отдаляться от Него никогда, обращаясь спиной к Его божественному призыву. Что намерены убрать все препятствия с пути верности и искренне следовать Его внушениям. Ты в своей душе, и я тоже - в своей молитве, подобной великому молчанию, которое вопиет, - мы вместе говорим Иисусу, что хотели бы стать такими же хорошими исполнителями, как рабы из притчи, чтобы Он мог сказать нам: хорошо, добрый и верный раб!¹⁰⁹

И, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну¹¹⁰. Задержимся на этом эпизоде из Святого Евангелия, чтобы поразмышлять над ним, стараясь его понять. Как же мы, ничего не стоящие люди, можем принести что-нибудь Господу? Писание гласит: Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше¹¹¹. Человек, возможно, даже не в состоянии открыть полностью глубину и красоту даров Господних: если бы ты знала дар Божий¹¹², отвечает Иисус Самарянке. Он учил нас ожидать всего от Отца, искать прежде Царства Божия и правды Его, а все остальное приложится, ибо Он хорошо знает, в чем мы имеем нужду¹¹³.

В деле спасения Отец печется о любой душе с чуткостью, исполненной любви: каждый имеет свое дарование от Бога, один так, другой иначе¹¹⁴. Итак, кажется, что все наши подарки Господу бесполезны, что они Ему не нужны. В нашем положении должника, который не имеет, чем заплатить¹¹⁵, наши дары были бы похожи на дары Ветхого Завета, которые Бог уже тогда не принимал: ни жертвы, ни приношения, ни всесожжений, ни жертвы за грех, - которые приносятся по закону, - Ты не восхотел и не благоизволил¹¹⁶.

Но Господь знает, что давать - это свойство тех, кто любит. И Он Сам показывает нам то, чего от нас ожидает. Ни богатства, ни плоды, ни твари земные, ни рыбы морские и птицы небесные не важны для Него, ибо все принадлежит Ему. Сын мой! отдай сердце твое мне¹¹⁷. Видите? Он не участвует в дележке, но хочет все. Он не взыскует того, что принадлежит нам. Повторяю: Он хочет нас самих. От этого и только от этого происходят все другие дары, которые мы можем принести Господу.

Итак, принесем Ему золото - сусальное золото нашей отрешенности от материальных благ. Не будем забывать, что земные богатства хороши, ибо исходят от Бога. Он хочет, чтобы мы пользовались ими, не привязываясь к ним сердцем, а извлекая плоды на благо всему человечеству.

Сами по себе земные богатства не плохи, но они искажаются, когда человек превращает их в идолов, в объекты поклонения. Они одухотворяются, когда человек возносит их, чтобы творить добро, действуя по-христиански, в духе милосердия и справедливости. Мы не можем стяжать богатство, уподобившись искателям сокровищ, ибо наше сокровище - здесь, в яслях. Это Христос - и все наши любови должны соединяться в Нем, ибо где сокровище наше, там будет и сердце наше¹¹⁸.

Принесем Ему ладан - наши желания, которые воспаряют к Господу: желание вести честную жизнь, от которой исходит благоухание Христово¹¹⁹ - “bonus odor Christi”. Вкладывать это благоухание во все наши слова и дела - значит сеять дружбу и взаимопонимание. Пусть наша жизнь пройдет вместе с жизнью окружающих нас людей - чтобы никто не чувствовал себя одиноким. Пусть наше милосердие наполнится любовью, человеческим участием и теплом.

Этому учит Христос. Веками человечество ожидало Спасителя. О Нем возвещали пророки. И хотя большая часть Откровения Божия не была услышана из-за грехов и невежества - тем не менее жажда Бога и надежда на спасение сохранялись до края земли.

Наступает полнота времен - и для исполнения этой миссии является не философский гений вроде Сократа или Платона, не могучий завоеватель вроде Александра Великого, а Младенец, родившийся в Вифлееме. Он - Искупитель мира. Еще не умея говорить, Он показывает делами Свою любовь. Он не произносит магических формул, ибо знает, что спасение, пришедшее к людям, должно пронзить их сердца. Его первые деяния - это улыбки, детский плач, беззащитный сон воплотившегося Бога. И все это - чтобы внушить любовь, чтобы дать нам возможность принять Его в свои руки.

Сейчас, в который уже раз, мы даем себе отчет в том, что это и есть христианство. Если христианин любит только на словах, а не делом, то он как христианин -ничто, а значит, и как человек. Ты не имеешь права видеть в окружающих лишь ступеньки лестницы наверх, годные только для того, чтобы помочь тебе подняться. Или массу, которую можно восхвалять или унижать, обожать или презирать - смотря по обстоятельствам. Учись видеть в других, и прежде всего в окружающих тебя людях, тех, кем они являются: детей Божиих во всем достоинстве этого дивного звания.

Будем же вести себя как дети Божии с детьми Божиими: наша любовь призвана жертвовать собой, проявляясь в мелочах жизни, в понимании других, в молчаливой жертвенности и неприметной самоотдаче. Вот то благоухание Христово, которое заставляло восклицать друзей наших первых братьев по вере: Посмотрите, как они любят друг друга!¹²⁰

Это не туманный идеал. Христианин - не Тартарен из Тараскона, упорно ведущий охоту на львов там, где их нет - в коридорах своего дома. Я предпочитаю говорить о повседневной жизни с ее конкретными реалиями: об освящении труда, о семейных отношениях, о дружбе. Если в этой реальности мы не христиане, то где же нам быть христианами? Благоухание ладана идет от пылающего угля, неприметно сжигающего множество зерен. О благоухании Христовом в человеке свидетельствует не солома, сгорающая мгновенно, но сила пылающих добродетелей, имя которым - верность, преданность, справедливость, великодушие, понимание, радость...

И вот вместе с волхвами мы приносим смирну - то есть жертву, необходимую для христианской жизни. Смирна напоминает нам о Страстях Господних: на Кресте Ему давали пить вино со смирною¹²¹ и смирною помазали Его тело для погребения¹²². Но не думайте, что мысли о самоотречении и жертве могут придать оттенок печали празднику, который мы отмечаем сегодня.

Самоотречение, умерщвление плоти чужды пессимизму и горечи. Если нет любви, то они ничего не стоят. Поэтому мы должны выбирать умерщвления, которые помогают нам отрешиться от земного, но при этом не умерщвляют наших ближних. Христианин не может быть как палачом, так и бессмысленной жертвой. Он человек, который умеет любить и показывать свою любовь. Человек, для которого страдание - пробный камень любви.

Но я настаиваю, что основа вашего самоотречения - не великие свершения, повод к которым столь редко встречается на нашем пути, но постоянная борьба в мелочах: улыбаться тому, кто мешает, отказать своему телу в капризах и лишних благах, научиться слушать ближних, извлекать пользу из времени, отпущенного нам Господом... И еще множество мелочей, печалей и трудностей, по виду незначительных, что возникают внезапно в течение каждого дня.

Sancta Maria, Stella Orientis

Закончу словами из Евангелия, которые мы читали на Литургии: И, войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его. Пречистая Дева не отделена от Сына. Волхвов встречает не царь на престоле, но Ребенок на руках у Матери. Попросим Марию, Матерь Божью и Матерь нашу, приготовить нам путь к полноте Любви. Будем молиться: “Cor Mariae dulcissimum, iter para tutum!”, Сладчайшее Сердце Марии, приготовь нам верный путь! Ведь Ее Пречистое Сердце знает самый верный путь к Господу.

У волхвов звезда - у нас Мария, “Stella maris, Stella orientis”, Звезда моря, Звезда Востока. Мы говорим Ей сегодня: Святая Мария, Звезда Восточная, Звезда Утренняя, помоги детям Твоим. Наше рвение о душах не имеет границ, ибо Любовь Божия никого не исключает. Волхвы - предтечи язычников, обращенных к вере, но если Искупление свершилось, то нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского, нет места любой дискриминации, ибо все вы одно во Христе Иисусе.¹²³

Мы, христиане, не можем исключить никого. Не можем различать и классифицировать души, ибо многие придут с Востока и Запада¹²⁴ и все уместятся в Сердце Христовом. Его руки - это руки Младенца. Но это те же руки, которые, распростертые на Кресте, привлекут к себе всех людей¹²⁵.

Мы обращаем наши взоры к Святому Иосифу, Господину и Отцу нашему, к этому праведнику, прошедшему - в который уж раз! - незамеченным в сцене поклонения волхвов. Я вижу его сосредоточенным, в молитве и созерцании. Я вижу его защищающим с любовью Бога-Младенца, Который, став Человеком, был доверен его отцовским заботам. С чудесной чуткостью, позабыв о себе, Святой Патриарх истощается в молчаливом и действенном служении.

Мы говорили сегодня о молитвенной жизни и апостольских устремлениях. Каким замечательным наставником является Святой Иосиф! Если вы нуждаетесь в совете - вот тот, который я неустанно даю с давних пор: “Ite ad Ioseph”, пойдите к Иосифу¹²⁶. Он покажет вам конкретные пути, конкретные человеческие и божественные средства для приближения ко Христу. Как и он, вы пойдете и возьмете в руки свои родившегося нам Младенца, поцелуете Его, оденете Его и позаботитесь о Нем¹²⁷. Вместе с поклонением Волхвы принесли Иисусу золото, ладан и смирну. Иосиф же отдал Ему свое сердце - молодое и полное любви.

5. В МАСТЕРСКОЙ ИОСИФА*

Церковь видит в Святом Иосифе своего защитника и покровителя. О нем размышляли веками, рассматривая различные эпизоды его жизни в свете постоянной верности миссии, порученной ему Господом. Поэтому вот уже много лет я взываю к нему, говоря: Отец наш и Господин.

В самом деле, Святой Иосиф - Отец и Господин. Он защищает и сопровождает на земном пути почитающих его так же, как защищал и сопровождал Иисуса-Младенца и Иисуса-Отрока. Познав его лучше, мы открываем, что Святой Патриарх - это Учитель внутренней жизни, ибо учит нас познавать Иисуса и жить с Ним. Он открывает нам, что мы - члены семьи Божией. Всему этому учит нас Иосиф, обычный человек - такой же, как мы. Отец семейства, труженик, который зарабатывал себе на хлеб в поте лица своего. Все это имеет значение, дает нам повод к размышлениям и приносит радость.

Сегодня, в праздник Святого Иосифа, я хочу вспомнить этот образ и то, что говорит о нем Евангелие, помогая нам лучше понять послание Божие, сокрытое в простой жизни Обручника Девы Марии.

Образ Иосифа в Евангелии

Евангелисты Матфей и Лука говорят о Святом Иосифе как о человеке, происходящем из знатного рода Давида и Соломона, царей Израилевых. С исторической точки зрения подробности этого родства представляются смутными. Мы не знаем, какое из двух родословий, поведанных Евангелистами, принадлежит Марии, Матери Иисуса по плоти, а какое - Иосифу, Его отцу по еврейскому закону. Мы также не знаем, какой город был родным для Иосифа - Вифлеем, куда он пошел для переписи, или Назарет, где он жил и работал.

Напротив, мы точно знаем, что он - не богач, а труженик, как миллионы других людей по всему свету. Он занимается смиренным ремеслом, которое выбрал для Себя и Сам Господь, принявший нашу плоть и на тридцать лет ставший одним из многих.

Святое Писание говорит нам, что Иосиф был ремесленником. Некоторые Отцы Церкви уточняют, что он был плотником. Святой Иустин, говоря о трудовой жизни Иисуса, утверждает, что Господь делал плуги и хомуты¹²⁸. Возможно, основываясь на этих сведениях, Святой Исидор Севильский заключает, что Иосиф был кузнецом. Во всяком случае - он был ремесленником и, обладая немалым уменьем, накопленным за годы опыта, работал на благо своих сограждан.

Сильная личность Иосифа проявляется во многих евангельских эпизодах. Он никогда не выглядит робким - напротив, умеет находить выход из трудных положений, ответственно и творчески выполняя задания Божии.

Я не согласен с классической традицией в живописи, которая изображает Святого Иосифа стариком - несомненно, с добрым намерением, желая подчеркнуть приснодевственность Марии. Нет, я вижу его молодым и крепким - быть может, чуть старше Богородицы, но в самом расцвете лет и сил человеческих.

Нет нужды ждать до старости, чтобы упражняться в добродетели чистоты. Целомудрие рождается из любви. Сила и энергия молодости для чистой любви - не препятствия. Святой Иосиф был молод сердцем и телом, когда женился на Марии, узнал тайну Ее Богоматеринства и жил рядом с Ней, уважая Ее девственность, которую Господь дал миру как один из знаков Своего пришествия. Кто не может понять такую любовь, тот не знает ни истинной любви, ни христианского смысла целомудрия.

Как мы уже сказали, Иосиф был ремесленником из Галилеи - одним из многих. Чего ожидать от жизни в таком захолустье, как Назарет? Ничего, кроме работы изо дня в день и все с тем же усилием. А после рабочего дня - дом, маленький и бедный, где можно набраться сил и на следующий день снова взяться за дело.

По-еврейски имя Иосиф означает Бог прибавит. К святой жизни тех, кто исполняет Его волю, Бог прибавляет новую, таинственную глубину, делая ее божественной, придавая ценность каждому ее моменту. К святой и смиренной жизни Иосифа прибавилась жизнь Пречистой Девы и Господа нашего Иисуса Христа. Бог не позволит, чтобы кто-то превзошел Его в щедрости. Иосиф мог бы повторить слова своей Невесты, Пресвятой Марии: “Quia fecit mihi magna qui potens est”, сотворил Мне величие Сильный, призрев на смирение Рабы Своей¹²⁹.

Иосиф был простым человеком, которому Бог доверил совершить великие дела. Он сумел прожить всю свою жизнь в согласии с Волей Божией - и поэтому Святое Писание восхваляет его, говоря, что он праведен¹³⁰. Для евреев “праведен” значит благочестив, безупречен в служении Богу, послушен Воле Божией¹³¹. Иногда “праведен” означает добр и милосерд к ближнему¹³². Словом, праведен тот, кто любит Бога и являет эту любовь, исполняя Его заповеди в служении людям, своим братьям.

Вера, надежда и любовь Иосифа

Праведность - не простое подчинение правилам. Она рождается глубоко внутри и должна стать источником жизни, ибо праведный своею верою жив будет¹³³. Жить верой! Святой Иосиф исполнил этот завет, который часто становится темой для молитвенных размышлений апостола Павла. Он не придерживался мертвых схем, он творил Волю Божию осознанно и решительно. Закон, соблюдаемый всяким благочестивым евреем, был для него не холодным собранием догм, а выражением воли Бога Живого. Поэтому он сумел узнать глас Божий, неожиданно и удивительно прозвучавший в его жизни.

Ибо история Святого Патриарха - это история земного существования простого, но не легкого. Пережив многое, он узнает, что сын Марии зачат от Духа Святого. Сын Божий, потомок Давида по плоти, рождается в пещере - и Ангелы празднуют Его Рождество. Великие люди приходят из дальних стран, чтобы Ему поклониться. Но царь Иудейский хочет смерти Сына Божия и принуждает Его к бегству. Господь - беззащитный младенец, ищущий спасения в Египте...

Поведав обо всех этих событиях в своем Евангелии, Святой Матфей подчеркивает верность и преданность Иосифа, который без колебаний исполняет то, что заповедует ему Бог - хотя смысл этих заповедей кажется ему иногда смутным и не имеющим связи с Божией волей во всей ее полноте.

Церковные писатели и Отцы Церкви не раз подчеркивали твердость его веры. Ссылаясь на слова Ангела, приказавшего Иосифу бежать от Ирода в Египет¹³⁴, святой Иоанн Златоуст комментирует: Иосиф не удивился этим словам, не воскликнул: “Все это очень неясно! Ты Сам возвестил недавно, что Он спасет Свой народ, а сейчас оказывается, что Он и Себя-то спасти не может, и мы должны бежать, терпя невзгоды длительного путешествия; это совсем не похоже на то, что Ты обещал мне”. Иосиф так не сказал, ибо был человеком верным. Он также не спрашивает, когда ему вернуться, хотя Ангел ничего не говорит ему об этом: “Будь там, - в Египте, - доколе не скажу тебе”. И Иосиф подчиняется, верует и терпит с радостью все испытания¹³⁵.

Вера Иосифа непоколебима, его послушание всегда стремительно и безупречно. Чтобы хорошо понять урок, данный нам Святым Патриархом, необходимо осмыслить его действенную веру, его послушание, столь не похожее на покорное принятие событий, происходящих помимо его воли. Ибо христианская вера не имеет ничего общего с конформизмом, пассивностью, внутренней инерцией.

Иосиф отдал всего себя без остатка в руки Божии, но никогда не отказывался от попыток осмыслить ход событий - и поэтому получил от Бога истинную мудрость, дар познания дел Божиих. Он учился тому, что сверхъестественный замысел обладает божественной логикой, которая иногда не совпадает с человеческими планами.

Святой Патриарх не отказывается от осмысления обстоятельств своей жизни, но при этом ничто не может отвлечь его от исполнения насущных обязанностей. Напротив, он ставит человеческий опыт на служение своей вере. Вернувшись из Египта и услышав, что Архелай царствует в Иудее вместо Ирода, отца своего, Иосиф убоялся туда идти¹³⁶. Он учится действовать по Замыслу Божию - и в подтверждение своей догадки получает откровение: идти дальше и поселиться в Галилее.

Такова была вера Иосифа: полная, твердая, доверчивая. Она проявляется в умном послушании и активном повиновении Воле Божией. И все это - с верой, надеждой, любовью. Его вера сливается с Любовью - с любовью к Богу, Который исполнял обетования, данные Аврааму, Иакову и Моисею; с любовью к Марии, его невесте; с любовью к Иисусу, его сыну. Вера и любовь - в надежде великой миссии искупления душ человеческих, для исполнения которой он, плотник из Галилеи, послужил орудием в Божьих руках.

Вера, надежда, любовь - вот основа жизни Иосифа. И любой христианской жизни. Верная любовь, любящая вера, доверчивая надежда - зерно его великодушия и самоотверженности. Поэтому его праздник - хороший повод для возобновления нашей решимости отдать себя тому христианскому призванию, которое Господь даровал каждому из нас.

Если мы искренни в своем стремлении жить верой, надеждой и любовью - то возобновление нашей решимости без остатка вручить себя Богу вовсе не есть омоложение того, что стало бренным. Если есть вера, надежда и любовь, то возобновить - значит остаться в руках Божиих, утвердиться на пути преданности и верности, несмотря на личные ошибки, падения и слабости. Возобновить нашу решимость отдать себя Богу - значит, повторяю, возобновить верность тому, чего ждет от нас Бог: обязанности любить на деле.

Любовь проявляется особым образом. Иногда говорят, что она - стремление к самоудовлетворению, средство эгоистического самоутверждения. Но ведь это совсем не то! Любить воистину - значит выйти за собственные пределы, отдать себя без остатка. Любовь приносит радость - но ту радость, корни которой крестообразны. Пока мы находимся на земле и не достигли полноты будущей жизни, невозможна истинная любовь без жертвенности и боли - той боли, которой надо наслаждаться. Она - источник глубокой радости, но в то же время - настоящая боль, которая требует победы над эгоизмом и возводит Любовь в абсолютное правило всех наших дел.

Дела Любви всегда велики, даже если речь идет о том, что кажется незначительным. Бог приблизился к нам, людям, бедным творениям, и сказал нам, что Он нас любит: “Deliciae meae esse cum filiis hominum”, радость моя была с сынами человеческими¹³⁷. Господь нас учит, что важно все: и те дела, которые мы, судя по-человечески, считаем великими, и те, которыми, напротив, пренебрегаем. Ничто не пропадет. Бог никого не презирает. Все люди - в семье и на работе, в исполнении своих обязанностей и в осуществлении своих прав, - призваны к соучастию в Царствии Небесном.

Вот чему учит нас жизнь Святого Иосифа - эта простая жизнь, в которой чередуются дни и годы, похожие друг на друга. Я часто об этом думал, размышляя о нем - и это одна из причин, по которым я так его почитаю.

Когда 8 декабря прошлого года в заключительной речи первой Сессии II Ватиканского Собора Святой Отец Иоанн XXIII возвестил о том, что отныне упоминание о Святом Иосифе внесено в канон* Божественной Литургии, высокопоставленный член Римской Курии сразу же позвонил мне и сказал: Rallegramenti! Поздравляю! Узнав об этом, я сразу подумал о вас и о той радости, которую доставит вам это известие. В самом деле, я был очень обрадован, ибо Собор, представляющий всю Церковь, соединенную в Святом Духе, провозгласил глубокую духовную ценность простой трудовой жизни Святого Иосифа, прожитой в совершенном исполнении воли Божией.

Освящать свой труд, освящаться в труде, освящать других своим трудом

Описывая дух Opus Dei - Дела Божия, которому я посвятил всю свою жизнь, я сказал, что он, как на стержне, держится на повседневной работе, на профессиональном труде, исполняемом в миру. Божественное призвание дарует нам миссию участия в единственном задании Церкви: свидетельствовать о Христе, возвращая все сущее Богу.

Когда Бог дарует нам призвание, Он как бы зажигает свет, который помогает нам узреть смысл нашего бытия. Вся наша жизнь - настоящая, прошлая и будущая, - обретает новое измерение и глубину, о которых мы раньше и мечтать не смели. Все события занимают свои истинные места. Мы понимаем, куда хочет привести нас Господь. Мы чувствуем себя ведомыми той доверенной нам миссией.

Бог извлекает нас из тьмы невежества, уводит с неверного пути, послушного произволу истории. Где бы ни было наше место в миру - Он призывает нас громким голосом, как когда-то призвал Андрея и Петра: “Venite post me, et faciam vos fieri piscatores hominum”, идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков¹³⁸.

Живущий верой может столкнуться с трудностями и борьбой, болью и даже горечью, но никогда - с отчаянием и беспокойством, ибо он знает, что его жизнь полезна, что он появился на свет не напрасно. Христос говорит: “Ego sum lux mundi; qui sequitur me non ambulat in tenebris, sed habebit lumen vitae”, Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни¹³⁹.

Этот свет, даруемый Господом, мы заслуживаем любовью, смиренно признавая свою потребность в спасении и повторяя вместе с Петром: Господи! к кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни. И мы уверовали и познали, что ты Христос, Сын Бога живаго¹⁴⁰. Лишь тогда мы вправе сказать, что не ходим во тьме, ибо за нашим ничтожеством, как солнце за тучами, сияет свет Божий.

Вера и христианское призвание определяют наше бытие не частично, а полностью. Наши отношения с Богом неизменно предполагают полную самоотдачу, и человек, живущий верой, воспринимает жизнь в новой перспективе, которую дает ему Бог.

У вас, отмечающих сегодня со мной праздник Святого Иосифа, разные профессии, вы принадлежите к разным нациям и расам, говорите на разных языках. У каждого из вас своя семья. Вы получили профессиональное образование в учебных заведениях, на заводе или в офисе и в течение многих лет делали свое дело. Наладив деловые и дружеские отношения со своими коллегами, вы вместе с ними участвовали в решении проблем вашего предприятия и того общества, в котором живете.

Напоминаю вам еще раз, что все это не чуждо Замыслу Божию. Ваше человеческое призвание является частью - важной частью! - призвания божественного. Поэтому вы должны освящаться, как раз освящая ваш труд и вашу среду - профессию, которая наполняет ваши дни; ваш очаг, вашу семью, любимую вами родину. И таким образом вы содействуете освящению других.

Работа - неизбежный спутник человеческой жизни. С ней связаны усилия и усталость. Они - плод брани и боли, знаки присутствия греха и необходимости Искупления. Но работа сама по себе не проклятье, не наказание. Те, кто так думает, плохо читали Священное Писание.

Пора нам, христианам, заявить во весь голос, что работа - это дар Божий, что бессмысленно делить людей на категории по роду занятий, считая одни профессии благороднее других. Труд - любой труд - свидетельствует о достоинстве человека, о его власти над творением. Он дает нам возможность совершенствования, а также средства на содержание семьи. Он соединяет нас с другими людьми и позволяет улучшать общество, способствуя прогрессу всего человечества.

Для христианина эти перспективы расширяются, ибо труд видится ему как соучастие в деле Творца, Который, сотворив людей, благословил их и сказал им: Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле¹⁴¹. Сам Христос трудился - и поэтому труд предстает перед нами как реальность, которая была Им искуплена. Она - не только обрамление человеческой жизни, но средство и путь к святости. Реальность, которая освящает и которую можно освящать.

Не следует забывать, что достоинство труда основано на Любви. Великое преимущество человека состоит в том, что он может любить и так выходить за пределы преходящего и временного. Он может любить других тварей, произнося осмысленно: “ты” и “я”. Он может любить Бога, Который отверзает нам врата Небесные и делает нас членами Своей семьи. Который позволяет нам говорить с Ним лично - лицом к Лицу.

Поэтому человек не может ограничиться только рабочим процессом. Работа рождается из любви, являет любовь и любви подчиняется. Мы узнаем Бога, не только созерцая природу, но и осмысливая опыт наших усилий, нашего труда. Работа становится молитвой, благодарением, ибо мы знаем, что Бог поместил нас на землю, что Он нас любит, что мы - наследники Его обетований. Он говорит нам по справедливости устами апостола Павла: Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию.¹⁴²

Профессиональная работа становится также и апостольским служением, поводом для отдачи себя другим, дабы явить им Христа и привести к Отцу. И это лишь последствия любви, которую Святой Дух изливает в наши души. В словах Павла к Ефесянам о том обновлении, которое предполагает призыв к христианству, мы читаем: Кто крал, вперед не кради, а лучше трудись, делая своими руками полезное, чтобы было из чего уделять нуждающемуся¹⁴³. А ведь люди нуждаются не только в хлебе земном, чтобы кормиться, но также и в Хлебе Небесном, просвещающем и согревающем их сердца. В вашей работе и вытекающих из нее начинаниях, в ваших беседах, в ваших отношениях с людьми вы можете и должны исполнять эту заповедь апостольского служения.

Работая в этом духе, мы увидим, как наша жизнь - вопреки всем ограничениям, свойственным нашему положению здесь, на земле, - становится предвкушением той Небесной славы, той близости с Богом и со святыми, в которой будут царствовать только любовь и великодушие, верность, дружба и радость. В повседневных трудах вы найдете настоящий материал, надежный и прочный, позволяющий вам воплотить в реальность вашу христианскую жизнь и сделать плодотворной ту благодать, которую дарует вам Христос.

Главную роль в этой работе, исполненной пред Ликом Божиим, сыграют добродетели веры, надежды, любви. Все, что с ней связано, все проблемы, из нее вытекающие, станут пищей для ваших молитвенных размышлений. Те усилия, которые вы прилагаете, чтобы закончить свой труд, станут поводом для несения Креста, что так важно для всякого христианина. Опыт слабостей и провалов, сопровождающих любое человеческое начинание, дарует вам больше реализма, смирения и способности к пониманию чужих оплошностей. Успехи и радости станут поводом для благодарений Богу и помогут вам понять, что вы живете не ради себя, а ради служения Богу и людям.

Чтобы служить - служи !

Чтобы жить, освящая свою профессию - надо работать. Работать усердно, с большим человеческим и духовным прилежанием. Для контраста я хочу напомнить вам о том, что рассказывает одно из апокрифических Евангелий: Его отец был плотник и делал в это время орала и ярма. И богатый человек велел ему сделать для него ложе. Но когда одна перекладина оказалась короче другой и Иосиф не мог ничего сделать, мальчик Иисус сказал Своему отцу Иосифу: “Положи рядом два куска дерева и выровни их от середины до одного конца”. И когда Иосиф сделал то, что ребенок сказал ему, Иисус встал с другого конца и взял короткую перекладину, и вытянул ее, и сделал равной другой. И Его отец Иосиф видел это и дивился, и он обнял и поцеловал ребенка, говоря: “счастлив я, что такого Сына дал мне Бог”¹⁴⁴.

На самом деле Иосиф не мог так работать. Он не искал чудесных, легких выходов. Напротив, он был постоянен, упорен, трудолюбив. А если надо - то и находчив. Христианин знает, что Бог творит чудеса и в наше время так же, как много столетий назад, ибо “non est abbreviata manus Domini”, рука Господа не сократилась¹⁴⁵ и власть Его не уменьшилась.

Но чудеса - это проявление спасительного всесилия Божия, а не легкий способ исправления последствий нашей некомпетентности. Чудо, которого ожидает от вас Господь, - это ваше упорство в христианском, божественном призвании. Это освящение повседневного труда - чудо, которым ежедневную прозу вы превращаете в героическую поэму, исполняя с любовью свои повседневные занятия. В них поджидает вас Господь, требуя вашей ответственности, мастерства и стремления к апостольскому служению.

Поэтому я могу предложить вам девиз для вашей работы: чтобы служить - служи. Чтобы творить дела - надо уметь их закончить. Я не верю в искренность человека, который не старается достичь мастерства, чтобы достойно завершать доверенные ему дела. Желание творить добро - прекрасное чувство, но этого недостаточно. Надо уметь творить добро, используя все имеющиеся в нашем распоряжении средства, стремясь к человеческому совершенству во всем, что мы делаем.

Но это человеческое служение, эти навыки, которые мы могли бы назвать техническими, эту компетентность в работе необходимо подкрепить чертой, которая была определяющей в труде Святого Иосифа и должна быть таковой в жизни любого христианина. Это желание служить и помогать ближнему. Святой Иосиф не превращал свой труд в орудие личного самоутверждения, хотя и утверждал в себе зрелую и твердую личность постоянством в труде. Патриарх сознавал, что, работая, он исполняет волю Божию. Он думал о своих родных, об Иисусе и Марии, а также о всех жителях Назарета.

Он был одним из немногих, если не единственным ремесленником в городке. Как обычно бывает в таких маленьких местечках, ему, плотнику, полагалось владеть и многими другими навыками - мог и вышедшую из строя мельницу в порядок привести, и прохудившуюся крышу перед зимой отремонтировать. Своим прилежным трудом он помогал ближним в их житейских заботах. Его ремесло служило многим людям и улучшало жизнь других семей Назарета. Его работу сопровождала улыбка, шутка, любезное слово, сказанное как бы между делом, но возвращающее веру и радость тем, кто их почти утратил.

Иногда, потрудившись для тех, кто беднее его самого, Иосиф принимал от них в качестве платы какую-нибудь малоценную вещь. И им доставляло удовольствие думать, что они ему заплатили. В то же время он должен был требовать платы в пределах разумного - не больше, но и не меньше. Он должен был проявить способность получить столько, сколько следовало ему по справедливости - ибо верность Богу не означает отказа от прав, которые являются и обязанностями. Ведь плодами своего труда он кормил Семью, доверенную ему Богом.

Но требование того, что вам причитается, не должно проистекать из эгоизма. Мы не любим справедливости, если не хотим, чтобы ею пользовались все. Это несправедливо - замыкаться в рамках удобной религиозности, забывая о нуждах ближнего. Кто хочет быть справедливым пред Ликом Божиим, тот делает все, чтобы справедливость осуществилась среди людей. И не только для того, чтобы не было посрамлено имя Божие, но и потому еще, что сердцу христианина должны быть свойственны все благородные устремления сердец человеческих. Перефразировав знаменитый текст апостола Иоанна¹⁴⁶, можно утверждать, что говорящий “я справедлив к Богу”, но несправедливый к людям - лжец. И нет в нем истины.

Как и все христиане, которые пережили этот момент, я воспринял с радостью учреждение Дня Святого Иосифа плотника. Этот праздник, утверждающий божественное значение труда, показывает нам, что и в своей общественной жизни Церковь - только эхо главных истин Евангелия, о которых Господь просит нас помнить и размышлять всегда, а в наше время особенно.

Мы уже много говорили об этом, но я хочу еще раз подчеркнуть естественность и простоту жизни Святого Иосифа, который не отгораживался от своих сограждан, не возводил вокруг себя никчемных барьеров.

Хотя это, возможно, и полезно в определенные моменты или в определенных обстоятельствах, но обычно я не люблю говорить о католических рабочих, католических инженерах, католических врачах словно католики составляют маленькую группу, отдельную от других - вид внутри рода. Это может создать впечатление, что существует пропасть между христианами и остальным человечеством. Я уважаю противоположные мнения, но мне кажется, что вернее будет говорить о рабочих, которые являются католиками, или о католиках, которые являются рабочими; об инженерах, которые являются католиками, или о католиках, которые работают инженерами. Ибо человек, который верует и занимается умственным, техническим или физическим трудом, чувствует себя, да и является по сути, в единении с другими - общими обязанностями, общим желанием совершенствоваться, жаждой борьбы с общими проблемами и стремлением к их разрешению.

Усвоив все это, католик сумеет сделать из своей повседневности свидетельство веры, надежды и любви - свидетельство естественное и простое, которое не нуждается в показухе. Цельностью своей жизни он явит постоянное присутствие Церкви в миру - ибо все католики сами по себе составляют Церковь и по праву являются членами единого Народа Божия.

Отношения Иосифа и Иисуса

Уже давно я полюбил эту трогательную молитву Святому Иосифу, которую Церковь предлагает нам в числе молитв, читаемых священником перед Литургией: Иосиф, муж блаженный и счастливый, ты, кто видел и слышал Бога, Которого многие пророки и цари желали видеть и не видели, желали слышать и не слышали; и не только видел и слышал Бога, но и носил Его на руках, целовал, одевал и окружал заботой, молись о нас. Эта молитва послужит нам введением в последнюю тему, к которой я приступаю сегодня: неизреченные отношения Иосифа и Иисуса.

Для Святого Иосифа жизнь Иисуса была постоянным открытием своего призвания. Мы уже вспоминали ее первые годы, изобилующие различными противоречивыми обстоятельствами: прославление - и бегство в Египет, великолепное пришествие волхвов - и нищета яслей, песнь ангелов - и безмолвие людей. Когда наступает время Сретения - время представить Младенца пред Господа, - Иосиф, принесший скромный дар, двух горлиц, слышит, как Симеон и Анна провозглашают Иисуса Мессией. Иосиф же и Матерь Его дивились сказанному о Нем,¹⁴⁷ - пишет Евангелист Лука. Позже, когда отрок Иисус остается во храме, тот же Евангелист сообщает нам, что Мария и Иосиф не знали об этом, искали Его три дня и удивились, когда нашли¹⁴⁸.

Иосиф удивлен. Мало-помалу Господь открывает ему Свой Замысел. И он стремится понять его. Как всякая душа, которая хочет следовать за Иисусом, он сразу понимает, что невозможно брести за Ним с изможденным лицом, что для рутины нет места. Остановка на каком-то уровне и почивание на лаврах не радуют Бога. Он требует больше, и Его пути - не то же, что наши. Святой Иосиф, как никто другой, учился у Иисуса открывать свою душу и сердце, всегда бодрствуя, чтобы узнать великие дела и чудеса Божии.

Но если Иосиф учился от Иисуса жизни божественной, то я позволю себе сказать, что на человеческом уровне он сам учил Сына Божия. Мне не нравится звание отца по закону, которое иногда к нему применяют. Оно создает впечатление, что между Иисусом и Иосифом были холодные и неискренние отношения. Разумеется, наша вера говорит нам с предельной ясностью, что он не был отцом Господа по плоти. Но ведь отцовство утверждается не плотью единой.

Надо не только дать Иосифу звание отца, - читаем мы в одной из проповедей бл. Августина, - но надо дать ему это звание с большим основанием, чем кому-либо другому. И далее: Каким образом он был отцом? Его отцовство было настолько глубже, насколько оно было целомудреннее. Некоторые думали, что он был таким же отцом нашего Господа Иисуса Христа, как и те, которые рождают детей по плоти и принимают их лишь как плод своих чувств... Отсюда слова Святого Луки: “Иисус был, как думали, сын Иосифов”. Почему он говорит, что так только думали? Потому, что человеческие суждения относятся к тому, как обычно бывает у людей. Да, Господь не родился от семени Иосифа; однако по своему благочестию и любви Иосиф имел от Девы Марии Сына, Который был Сын Божий¹⁴⁹.

Он любил Иисуса, как отец любит сына, и дал Ему самое лучшее, что у него было. Иосиф заботился об этом Ребенке, как повелел ему Бог, и сделал Иисуса ремесленником, передав Ему свое мастерство. Поэтому соседи в Назарете называли Его “faber”, плотником, или “fabri filius”, сыном плотника¹⁵⁰. Иисус работал с Иоси