ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

См. библиографию.

В формате пдф №135.

Тишайшие переговоры (1—3 онтября 1993 г. Запись фонограммы переговоров в Свято-Даниловом монастыре)

Составление А.Яковлев, М.Хромченко, В.Поволяев Макет Г.Агаянц

Обложка Г.Агаянц, Ю.Курбатов Художественный редактор Т.Курбатова Компьютерная верстка Е.Поляков, А.Щербаков Корректор Т.Королева

В книге использованы фотографии ИТАР-ТАСС. Издательского Дома Московского Патриархата «Хроника», А/О «Примус», А.Шадрина, В.Скокова.

Подписано в печать с готовых диапозитивов 11.12.93. Формат 84 х 108/J 2 Бумага офсетная 80 г. Печать офсетная. Гарнитура Тайме. Печ. л. 12. Уч.-изд. л. 15. Тираж 2S000 экз. Зак. 1912.

Международный журнал «Магистериум» 103031, Москва, Столешников пер., 11.

Московская типография Ne 7

Министерства печати и информации Российской Федерации.

103001, Москва, Трехпрудный пер., 9.

От издателей

Трагедия 3—4 октября 1993 г. в Москве уже стала очередной страницей российской истории, столь насыщенной подобными кровавыми кошмарами. Время, разумеется, расставит все по своим местам, найдет меру добра и зла этих дней и каждому воздаст по делам его.

Не нам, современникам, искать правых и виноватых среди жертв, ибо в гражданской войне победителей не бывает. Поэтому единственно достойной представляется роль летописца Пимена: «...описывай, не мудрствуя лукаво».

Едва ли не самым поразительным в октябрьских событиях была толпа зевак, глазевшая на штурм Белого Дома и своим присутствием действительно превратившая реальную трагедию в театральное зрелище. Благодаря телевизионной трансляции CNN Москва стала ареной гигантского Колизея, и весь мир в прямом эфире наблюдал за схваткой гладиаторов XX века.

Противостояние Президента и парламента захватывает своей драматургией. Динамика событий выстроила их фабулу. Сюжет имеет закономерное начало, роковое развитие и трагический финал — катарсис. Роли распределены свыше. Ход действия неотвратим.

...Предоставленная нам Московской Патриархией магнитофонная запись переговоров в Свято-Даниловом монастыре публикуется со стенографической точностью и без каких бы то ни было изъятий. Лишь в самых необходимых случаях мы были вынуждены внести в текст фонограммы минимальную стилевую редактуру. Технические перерывы в записи так и остались паузами, а реплики — репликами.

Мы надеемся, читатель увидит то, что открылось и нам: смешение эпоса и фарса, сарказма и пафоса, театра и жизни. Мы надеемся, что на фоне предложенного фоторяда, как бы сконцентрировавшего события до, после и во время переговоров, читатель воспримет эту публикацию в качестве одной из частей документального сериала, именуемого «Возрождение России». А начались эти события осенью девяносто первого года...

МАГИСТЕРИУМ

Москва

1993

1—3 октября 1993 г. Запись фонограммы переговоров в Свято-Даниловом монастыре

Вступительное слово Патриарха Московского и всея Руси Алексия II

к публикации фонограммы переговоров в Свято-Даниловом монастыре 1—3 октября 1993 года

Дорогие читатели!

Перед вами — свидетельство об одной из драматических и трагических страниц современной истории России. В сентябре — начале октября россияне пережили острый политический кризис, приведший к пролитию крови. Была переступлена роковая черта, за которой возникала реальная и явственная опасность новой исторической катастрофы.

Сегодня в обществе установился хрупкий мир, который, как представляется, постепенно становится более устойчивым. Но я убежден -- и не перестану говорить об этом — что нельзя воспринимать мир как плод победы, достигнутой насилием. Никакие идеи, идеалы и интересы — ничто сущее на Земле, созданной Богом для человека, не может оправдать пролития людской крови. И поэтому ныне, когда достаточного согласия в обществе все еще нет, нам нужно твердо усвоить: любая попытка достичь политического успеха насилием над жизнью и достоинством человека — бесплодна и губительна. Подавление свободы личности — всегда зло, и если кому-то ныне хочется унизить слабейшего, а кому-то — взять реванш, такое желание, сопряженное с насилием, может вернуть страну к трагедии октября девяносто третьего.

Люди разных убеждений должны жить вместе. Им придется либо научиться сосуществованию и сотрудничеству, либо погибнуть в бездне ненависти и братоубийства. Россия — многоликая страна. И одно из богатств нашей Родины — это многообразие взглядов, традиций и культур ее граждан. Не хватает нам лишь одного: смирения и терпимости. Не хватает мужества отречься от греховного стремления объявить только свой взгляд на будущее России единственно правильным, а всех носителей иных взглядов назвать врагами. Наше общество перестало быть моноидеологическим. Каждой из политических сил надо признать это, надо отказаться от стремления к монополии на души людей, от самой идеи такой монополии. Нужно сделать это ради России, ради блага живущих в ней людей. Иначе мы никогда не придем к гражданскому миру в нашей Отчизне.

Расскажу вкратце о тех чувствах, с которыми я воспринял недавние события.

21 сентября, когда Президент России Борис Николаевич Ельцин выступал по телевидению, я был на Аляске и готовился

33 Вступительное слово Патриарха Московского и всея Руси Алексия II

отправиться в Сан-Франциско, чтобы продолжить свой визит Автокефальной Православной Церкви в Америке. Уже в аэропорту я узнал о новом Указе Президента. Прилетев в аэропорт Сан-Франциско, я сказал журналистам, что призываю все ветви власти, их органы, армию, правоохранительные учреждения и всех россиян воздержаться от любых действий, могущих привести к кровопролитию и толкнуть к гражданской войне. Еще по дороге в Сан-Франциско я твердо решил: надо возвращаться в Россию.

Сократив программу визита, я 28 сентября вернулся в Москву и практически сразу предложил свое посредничество в урегулировании конфликта. Вскоре Церковь начала консультации с политическими лидерами: 29 сентября меня посетил мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков, затем — группа народных депутатов и представителей общественности, чуть позже — Валерий Дмитриевич Зорькин. На следующий день мы вместе с митрополитами Крутицким и Коломенским Ювеналием и Смоленским и Калининградским Кириллом, Председателем Отдела внешних церковных сношений, были в Кремле у Бориса Николаевича Ельцина. Обе стороны противостояния согласились вступить в переговоры при посредничестве Русской Православной Церкви.

Сейчас многие спрашивают: почему именно Церковь приняла на себя миротворческую миссию? Ее ли это дело?

Во все времена христиане стремились к миру — миру в семьях и общинах, миру между различными слоями,общества между народами и государствами. Так было во многих странах, так было и на Руси, где великие наши подвижники, такие, как преподобный Сергий Радонежский (fl392) и свя-щенномученик Патриарх Ермоген (|1612) шли на жертвенный подвиг ради умиротворения и единения народа и его правителей. Жажда примирения и гармония жизни — это неотъемлемая часть христианского миросозерцания. Недаром в Библии говорится: «Уклоняйся от зла и делай добро; ищи мира и следуй за ним» (Пс. 33,15).

Христианин должен стремиться к миру даже тогда, когда, казалось бы, нет никакой надежды на успех. Даже если примирить враждующих может лишь чудо, ученик Христов призван молиться о мире и трудиться для его достижения.

Посредничество христианской общины часто помогает там, где исчерпаны все возможности диалога. Это происходит потому, что Церковь в равной степени открыта для людей любых национальностей и социальных групп, любых взглядов и убеждений. Ее слово к людям не может быть политической речью. Оно есть нравственная, духовная оценка происходящего в обществе, оценка, призванная поддержать добро и предостеречь от зла.

Именно поэтому в самом начале переговоров в Свято-Даниловом монастыре в нашем обращении говорилось: «Из нынешнего опасного тупика есть только один достойный выход: диалог, сопряженный с соблюдением законного

34 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

порядка и отказом от насилия. Человеческая кровь не может пролиться ни при каких условиях.

...Мы должны понять, что никакие разногласия не дают нам права относиться друг к другу как к врагам. Мы убеждены: никто из противостоящих ныне людей не враг друг другу. Пусть каждый из них вспомнит, что по другую сторону баррикад — его брат и сестра, к которым нужно проявить милосердие.

...Пусть начальствующие в нашем народе используют эту новую возможность умиротворить смуту законным и справедливым путем. Мы же будем молиться о мире Российской державы и народа ее».

Из публикуемой фонограммы вы увидите, как непросто шли переговоры. Однако реальный шанс на мирное преодоление кризиса был, и я глубоко сожалею, что наше общество не послушало Церкви и не смогло избежать кровопролития.

...3 октября, в воскресенье, православные москвичи молились в Богоявленском Патриаршем соборе перед великой святыней земли русской — чудотворной Владимирской иконой Божией Матери. Не раз в истории России по молитвам перед этой иконой наша страна получала от Божией Матери избавление от военных опасностей и других великих бедствий. Убежден, что и в этот раз, несмотря на свершившуюся трагедию, Русь была спасена Пречистой Девой. В обращении, с которым Священный Синод и другие архипастыри, прибывшие в Троице-Сергиеву лавру 8 октября, в день памяти преподобного Сергия Радонежского, были такие слова: «...Что же? Неужели не услышана наша молитва? Верим, что услышана. ...Нам, людям, ограниченным пространством и временем, трудно сразу постичь действия Божий. Но с высоты прожитых лет становится понятным благое и спасительное промышление Божие о нас. Пройдет время, и мы увидим, что Матерь Божия ответила на наши молитвы».

Господь, по молитвам Пречистой Своей Матери, по-прежнему хранит Россию. Он ведет наш народ к обновленной и преображенной жизни. И недавние трагические события должны быть для нас предостережением. Эти события говорят нам о том, что ни при каких условиях, ни при каких целях брат не должен поднимать руку на брата. Церковь не ослабнет в молитвах о мире и в усилиях по умиротворению и созиданию нашего общества. Это — долг, заповеданный ей Господом, сказавшим: «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5, 9).

Патриарх Московский и всея Руси

35 Вступительное слово Патриарха Московского и всея Руси Алексия II

29 сентября 1993 года

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, прервавший визит в США и возвратившийся в Москву, обратился с Воззванием, в котором от имени Церкви призвал противостоящие стороны к диалогу и предложил любую форму необходимого посредничества.

Святейший Патриарх и митрополит Кирилл приняли Председателя Конституционного суда В.Д.Зорькина, который предложил направить для участия в переговорах представителя Конституционного суда.

30 сентября 1993 года

Святейшему Патриарху передано письмо мэра Москвы Ю.М.Лужкова: «...Заверяю, что со стороны правительства Москвы не будет предпринято никаких попыток применить силу для разрешения возникшего противостояния». В письме выражено беспокойство в связи со скоплением в Белом доме нескольких сотен человек, «владеющих более чем тысячей единиц оружия», которое может быть использовано «для достижения экстремистских преступных целей». «В ответ на Ваш призыв проявить милосердие, ~ писал мэр Москвы, — мною будут предприняты конкретные шаги по обеспечению находящихся в Белом доме людей необходимыми медикаментами и медицинской помощью, пищей и водой».

Патриархом Алексием, митрополитом Ювеналием и митрополитом Кириллом принят личный представитель А. В. Руцкого. В переданном на имя Патриарха письме выражается согласие с миротворческой инициативой Святейшего и готовность не допустить кровопролития, не решать силой тех проблем, которые могут и должны быть урегулированы путем переговоров. Было сказано, что А. В. Руцкой согласен складировать имеющееся в Белом доме оружие в опечатанных помещениях под охраной представителей двух сторон.

36 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

На совещании субъектов Российской Федерации единогласно принято заявление, в котором выражается поддержка инициативе Патриарха и содержится призыв немедленно приступить к переговорам.

На встрече с Патриархом Алексием, митрополитом Ювеналием и митрополитом Кириллом руководители палат Верховного Совета Р.ПАбдулатипов и В.С.Соколов, которым Съезд поручил вести переговоры от имени депутатского корпуса, подтвердили согласие на участие в переговорах при посредничестве Русской Православной Церкви и предложили, чтобы первый этап переговоров прошел в узком кругу с участием противоборствующих сторон и представителей Конституционного суда.

Патриарх Алексий, митрополит Ювеналий и митрополит Кирилл приняты в Кремле Президентом России Б.Н.Ельциным, который поблагодарил Патриарха за миротворческую инициативу и назначил для участия в переговорах главу Администрации Президента С.А.Филатова, первого вице-премьера Правительства России О.Н.Сосковца и мэра Москвы Ю.Н.Лужкова. Президент согласился на участие в первом этапе переговоров представителя Конституционного суда.

Поздно вечером состоялась встреча с участием С.А.Филатова, О.Н.Сосковца, Ю.МЛужкова, В.С.Соколова и Р.ПАбдулатипова, которые имели телефонный контакт с митрополитом Кириллом.

1 октября 1993 года

В 2 часа 40 минут названными выше лицами подписан протокол № 1.

Утром в результате подписанного ночью соглашения восстановлено электроснабжение Белого дома, что позволило включить отопление и снабжение горячей водой.

10 часов 00 минут—на переговоры в Свято-Данилов монастырь прибыл Святейший Патриарх Алексий II, митрополит Ювеналий, митрополит Кирилл, САФи-латов, О.Н.Сосковец, Ю.М.Лужков, Р.ПАбдулатипов и член Конституционного суда В.И.Олеиник. Заседание началось в отсутствие В.С.Соколова; Р.Г.Абдулатипов

предположил, что В.С.Соколов задерживается в Белом доме в связи с заседанием Съезда. Участники переговоров решили направить в Белый дом представителя Церкви—архимандрита Феофана для выяснения причин отсутствия В.С.Соколова...

ПРОТОКОЛ Я I

Полномочные представители сторон в составе :Фматоаа С.А.. Сосковца О.Н. .Лужкова СМ. .Соколова B.C. .Аодулатипова р.Г. в целях окятия остроты противостоят* согласились реализовать оледуиаив мери:

1. В целях обеспечения безопасности, вбора я охладирования внешта того оружия,ваходяцегосл в Доме Советов, осуществить его сбор « оиладжровавя» в Ломе Советов к взятие под ахоажу совместных конт-ролышх групп, органмованннх « сотрудюошв ГУВД г.Иосжвы ж департамента охрены Дона Советов. Дня кото незамедлительно включается влектровкергия ж теплоснабжение,а также необходимое ходи-чество городских телвфояов дм оператнввоя связи. Одвовременяо реалиэувтся согласованные меры во сокращении потенциала ожл я средств наружноЛ охраны Лона Советов.

2. После ревтияяттш: первого »таяа оторони приступает к полному снятии вооруженного противоотояняя, заклвчавоемуся в оляовреиеянок выводе из Лома Советов аоех охранных формирований z святая наружной охраны ГУВД.Одновременно окончательно решаются вопросы вывоза нештатного оружия из Дона Советов. Исполнение задач второго этапа происходит яри согласовании и выполнена!! правовых и политических гвгдантиа. 3.

Первый день

1 октября 1993 года

Пятница — 10.00

38 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Свято-Данилов монастырь

Поименованные участники переговоров

(Первый день)

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл

Р.Г.Абдулатипов — Председатель

Совета Национальностей Верховного Совета

Российской Федерации

Ю.М.Воронин — заместитель Председателя Верховного Совета Российской Федерации

В.А.Домнина — народный депутат Ю.МЛужков — мэр г.Москвы В.И.Олейник — член Конституционного суда

О.Н.Сосковец — первый заместитель Председателя Совета Министров — Правительства Российской Федерации

С.А.Филатов — глава Администрации Президента России

Патриарх Алексий П. Перед началом нашей встречи мы совершим молитву.

Царю Небесный, Утешителю, Душе истины,

Иже везде сый и вся исполняли, Сокровище

благих и жизни Подателю, прииди и вселися

в ны, и очисти ны от всякия скверны, и

спаси, Блаже, души наша.

41 Первый день

Уважаемые господа, собратья, архипастыри! Сердечно благодарю вас за то, что вы откликнулись на нашу инициативу и прибыли на эту встречу за этим столом.

Известие о кризисе застигло нас на Аляске, когда мы садились в самолет, направлявшийся в Сан-Франциско. А там мы находились в связи с 200-летием Православия на американском континенте. Известия, которые доходили до нас, были противоречивы. По прибытии в Сан-Франциско средства массовой информации, телевидение в аэропорту задали целый ряд вопросов, была пресс-конференция. И на этой пресс-конференции я сказал, что необходимо сохранить мир, не допустить ни под каким видом кровопролития. Эта информация и позиция Церкви сразу же получила в Соединенных Штатах Америки и через телерадиоканалы широкую огласку.

Программа пребывания в Соединенных Штатах Америки была запланирована до 3 октября. Я принял решение прервать свой визит официальный, и мы стали изучать возможности возвращения на Родину. Технические возможности представились. Для части делегации в понедельник, 27 числа. И 27 числа мы вылетели из Нью-Йорка. И здесь также в аэропорту средства массовой информации задали нам, вернувшимся из Соединенных Штатов Америки вопросы.

Хотелось бы сказать о той огромной ответственности, которая лежит сегодня, я думаю, на каждом гражданине и на нас, которым поручено попытаться найти пути соглашения и выйти из того кризиса, в котором мы находимся.

В результате вчерашних переговоров, и не толь-

42 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

ко вчерашних, но и ночных, которые осуществлялись, уже есть заметные сдвиги и, как сказал здесь мэр Москвы, сегодня утром в Белый дом дана вода и электричество. Но не все еще условия, которые ставились и о чем мы договаривались, выполнены. Нам надо двигаться дальше. Я думаю, на всех нас лежит огромная ответственность за будущее нашей Отчизны, потому что необходимо сделать все для того, чтобы предотвратить возможность гражданской войны и распад страны. А тревожные симптомы о возможности распада поступают из разных регионов. И, предложив свое посредническое участие, мы будем всячески содействовать примиренческому процессу и сближению точек зрения по тем вопросам, которые сегодня спорны и которые отражают противоположные позиции.

От лица Церкви в нашей встрече принимают участие митрополит Крутицкий и Коломенский Ювена-лий и митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, Председатель Отдела внешних церковных сношений.

Я сердечно рад приветствовать вас в древнейшем монастыре Москвы, который был основан князем Даниилом Московским в XIII веке. Здесь за минувшие века много и подвигов совершено, и отражались нашествия, и вознесено множество молитв.

Вчера мною дано указание во всех монастырях провести в воскресный день 3 октября молебное пение с чтением молитвы, которую составил в 1917 году, тоже в годину тяжелых испытаний, Святейший Патриарх Тихон.

Мы призвали молиться о спасении России. И это звучит во всех наших выступлениях, потому что фактор молитвы имеет огромное значение, и мы

43 Первый день

призываем всю нашу паству, даже тех, кто никогда не.молились Богу, в эти судьбоносные для России дни вознести свои молитвы, чтобы Господь даровал мир нашему Отечеству и согласие.

Еще раз сердечно приветствую всех вас на этой встрече в древнем и намоленном монастыре фада Москвы, и желаю благословенных успехов в решении тех вопросов, которые мы будем обсуждать.

Как мы построим нашу работу? Может быть, о том, что за вчерашний день уже достигнуто, нас кто-то проинформирует — вы, Сергей Александрович или Юрий Михайлович?

С.Филатов. Я хотел бы поблагодарить Вас за инициативу созыва такого совещания. Хотел бы подчеркнуть нашу озабоченность прежде всего наиважнейшим вопросом, который касается безопасности москвичей, Москвы и связан с сосредоточением в Белом доме офомной опасности. Я говорю о вооружении и тех формированиях, которые сконцентрированы сегодня там в довольно большом количестве. И если Вы выражаете тревогу относительно перерастания конфликта в столкновение и войну, то прежде всего опасность исходит оттуда, потому что именно там сосредоточены стволы, направленные друг на друга. Поэтому мы считаем, что непременнейшим условием обсуждения каких-то дальнейших шагов политического плана должно быть прежде всего решение вопроса об изъятии оружия из Белого дома. Можно сказать, что оружия очень много. Есть сведения, что это не просто автоматы, есть сведения, что это и пулеметы, есть сведения, что это фанатометы, есть сведения — по непроверенным данным, но, по крайней мере звучит как уфо-за со стороны вице-президента, — что, может быть,

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

там есть и ракеты с дальностью до шести километров.

Среди формирований находятся лица, прошедшие «боевой путь» — истинный боевой путь — в Приднестровье, в Риге (рижский ОМОН), в Абхазии, в Осетии. Это люди, которые видели кровь, люди, которые убивали, то есть уже профессионалы, и это представляет колоссальную опасность для Москвы, для москвичей, для государства. Именно этим объясняются и очень жесткие меры, которые были предприняты Президентом, правительством, руководством Москвы. Потому что первые два дня, пока не было совершено убийство, охрана Белого дома офаничивалась практически охраной общественного порядка. Поэтому мы и вчера при переговорах с руководителями палат поставили этот вопрос на первое место. И это вопрос, решение которого является условием для того, чтобы перейти к следующему этапу.

Вы знаете, мы уже договорились о двухэтапном процессе разоружения: перебросить оружие в отдельные помещения под охрану, после чего начать процесс освобождения от блокады Белого дома и выходов из Белого дома для тех формирований, которые там есть. Речь идет о совместной охране.

Одновременно с этим можно было бы начинать обсуждение политических проблем, которые могут возникнуть для урегулирования процесса. Обсуждать то, что создает напряженность сегодня и заставляет отдельные фуппы собираться и предлагать какие-то варианты... Сегодня нужно твердо всем понять: мы не можем продвинуться вперед, пока не снимем напряженность у Белого дома путем исключения вооружения и тех формирований, которые там со-

45 Первый день

зданы.

Мы ночью были свидетелями двукратной вылазки со стороны Белого дома автоматчиков, что привело в боевую готовность технику, людей, находящихся вокруг Белого дома. Достаточно было одного случайного выстрела — и все могло загореться и запылать. Исходя из этого, еще раз мы подчеркиваем, что это для нас сегодня наиважнейшая задача. Но после включения света и подачи тепла никаких известий об ответных шагах, к сожалению, пока нет, и это опять несколько повышает напряженность. Но я думаю, что не нужно, может быть, сейчас драматизировать ситуацию. Процесс идет, мы это понимаем, очень сложно, очень тяжело. Мы понимаем, какие усилия приложили Рамазан Гаджимурадович и Вениамин Сергеевич. Я знаю хорошо Верховный Совет, знаю хорошо людей, которые там в руководстве сейчас. Поэтому это очень тяжелые процессы, которые, безусловно, пойдут очень тяжело, и нам нужно проявить терпение и понимание. Мы готовы к этому, но условием всего должно быть наше постепенное, шаг за шагом, продвижение. Я знаю: сегодня утром и страна, и мир, и Москва с огромным облегчением восприняли известие о том, что какие-то сдвиги наметились. И нам надо двигаться в этом направлении.

Вот то, что я бы хотел сказать. Может быть, нам еще раз пройтись по тому пути, по которому мы прошли вчера, может быть, нужно внести какие-то коррективы во все это с тем, чтобы потом двигаться дальше.

Патриарх Алексий П. Спасибо, Сергей Александрович. Действительно, я думаю, что это факт опасности самой большой. Здесь могут быть и больные люди,

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

и люди, которые доведены до какого-то нервного состояния, или просто провокаторы, которые... достаточно одного выстрела и за ним может последовать что угодно.

Р.Абдулатипов. Святейший Патриарх! Уважаемые друзья!

Я прежде всего хотел бы поблагодарить Вас, Святейший Патриарх, за Ваше содействие этому примиренческому процессу. Это полностью соответствует духу православия, духу любой религии. Мы все в той или иной степени верующие. В Коране написано, что Бог един, религии разные — разные для того, чтобы мы доказывали свою приверженность Богу. И в этом плане я думаю, что в нашей стране, очень сложной стране, нельзя делать того, что можно делать — какие-то резкие движения — в целом ряде других стран. У нас многонациональная страна, в ней представлены разные религии и культуры, и потому стабильность — первейшее условие для развития нашей страны.

Я полностью согласен, буквально в моем выступлении на Съезде это было сказано, согласен с тем, о чем Вы вчера сказали и сегодня, что есть две главные опасности. Первая — это гражданская война, возможность сползания в нее. Войти в гражданскую войну очень легко — выйти будет невозможно, будет очень трудно. И вторая опасность, я бы даже не назвал ее развалом — если бы развал России зависел от политиков, она давно развалилась бы,— а разрыхлением России. И для того, чтобы вновь собрать, действительно потребуются десятилетия. Но известно, что все войны, любые конфликты заканчиваются переговорами. В данном случае Ваша инициатива направлена как раз на то, чтобы начать

47 Первый день

переговоры до войны. Мы эту инициативу, я еще раз подчеркиваю, полностью поддерживаем. Но могут быть разные оценки, откуда и кому исходит опасность. Тут мы не будем спорить, но я рад, что мы вели переговоры с теми людьми, которых мы хорошо знаем, и которым, независимо от политических ситуаций, мы симпатизируем по-человечески. Может быть, именно этот момент и позволил нам начать переговорный процесс.

Должен сказать, что подписанные документы тут же реализовать будет, конечно, очень трудно. Но мы готовы приложить все усилия для того, чтобы все наши договоренности были выполнены.

Если в ходе выполнения таких договоренностей возникнут какие-то дополнительные вопросы, то, значит, надо опять садиться вместе, развязывать эти узлы и идти к решению этих новых вопросов, исходя из того, что мы все соотечественники прежде всего, а потом уже политики и т.д. В этом плане, конечно, сегодня для того, чтобы даже технические вопросы решить и идти с решениями в Верховный Совет, нам необходим ряд политических и правовых гарантий. Я думаю, что предметом наших встреч станут как раз эти вопросы, без которых, я еще раз подчеркиваю, очень трудно будет продвинуть этот процесс. Спасибо.

В.Олейник. От имени Конституционного суда выражаю величайшую благодарность и за Вашу инициативу, и за уже предпринятые шаги Вами лично и Российской Православной Церковью и, кстати, не без Вашего согласия и влияния Синода, многих сподвижников Ваших, действий также и других концессий. Это было началом, но это процесс и, как говорил один «классик», процесс пошел. Я не шучу,

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

это действительно так. Это величайшее достижение. Мы полностью согласны с тем, что другого пути нет. Это единственный путь. Единственный путь согласия и осознания политиками и лидерами всех ветвей власти, органов, обращение к смыслу жизни, к самым главным ценностям. Мы переживаем кризис духовности, кризис лучших качеств, присущих именно человеческому существу, данных ему, вольное или невольное озлобление. Все это доводит до крайности лидеров противостоящих сторон. Действительно, любая шальная пуля, случайный выстрел спровоцирует то, из чего практически нельзя будет выйти. Это даже не гражданская война, это хуже. Это конец. Конец не только России, но и всего, что входило в ту большую Россию веками.

Мы не намерены — я говорю и о своей личной позиции — в дальнейшем ни в коем случае вмешиваться, так сказать, в сам политический процесс, пусть это решается на основании Закона человеческого, божеского, международного права, как угодно, и мы стоим на том, что ничто не должно нарушать даже в этих сложившихся условиях прежде всего единственных прав человека — права на его достоинство, права на жизнь, права на все то, что провозглашено в наших российских законах. Это записано в Декларации о независимости, в правах конституционных.

Я согласен с тем, и от имени Конституционного суда выражаю точку зрения своих коллег, что прежде всего действительно самое главное сейчас — это первый этап. Это первый этап, который бы не только решил вопросы об оружии — здесь я не могу ничего добавить, варианты есть, но это дело техники. Самое главное — в этом найти согласие. Самое

49 Первый день

главное, чтобы у нас было единство. Я призываю к этому противостоящие силы и стороны — это не просто осознать. Как я понимаю, осознали все — чтобы оружие не заговорило ни с той стороны, ни с другой стороны, и ни с какой третьей стороны. Почему-то мы забываем о реально сложившейся третьей стороне, которая может выйти в этом хаосе, и не менее заинтересованы, чтобы выстрел не прозвучал где-то и в другом месте, совершенно не по политическим соображениям. Нельзя забывать об этом. Это та криминогенная, та криминальная сторона, для которой все равно, какой власти быть. Есть еще стихийная четвертая сторона, не криминальная — это люмпенизированная, опустившаяся и духовно, не по своей и по своей вине опустившаяся, потерявшая все моральные представления и не уважающая никаких законов, ни писаных, ни божеских, никаких. Это четвертая сторона.

Но и государство, как таковое, если оно есть, прежде всего обязано гарантировать твердо, с честью, с достоинством все, что оно может гарантировать, заявляя об этих гарантиях. Это ко второму этапу больше относится. Но я говорю пока только об оружии. Здесь должны быть гарантии того, что оно не будет применено после варианта, к примеру, складирования оружия и контроля, это дело техники. Но, повторяю, самое главное, чтобы не было применено физическое насилие.

Что еще? Конечно, те договоренности, которые существовали предварительно и которые Вы, Ваше Святейшество, обсуждали, и с той, и с другой стороной. Выражено согласие, что прежде всего там находятся люди. Вне зависимости от их состояния или политических убеждений, это прежде всего люди. Я

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

полагаю, что здесь должны быть сняты все препоны, и те люди должны получить прежде всего полноценное питание, доступ — как любой гражданин нашей великой России — к информации, средствам связи, ко всему, чем пользуется человек. На втором этапе — мирном, на основе этой не просто договоренности, иного у нас выхода нет,— надо решить все другие вопросы. Мы же должны только содействовать, чтобы там это решалось именно во имя жизни, во имя возрождения нашей Родины, во имя человечества. Спасибо.

О.Сосковец. Ваше Святейшество, я благодарен, что имею возможность принять участие в столь важном переговорном процессе. Ответственность, которая лежит сегодня на правительстве за мирный исход этого события, которое уже более десяти дней занимает наши умы,— это, я думаю, главный аспект для участников этого переговорного процесса.

Я хотел бы коротко проинформировать Вас о том, что делает сегодня в этих условиях правительство. На меня возложено оперативное руководство всем народным хозяйством России в нынешних условиях. И я Вам должен сказать, что Президиум правительства и его Председатель с большой ответственностью относятся в этой ситуации к задаче сохранения стабильности в народном хозяйстве, улучшения дел в экономике. Я думаю, что это один из самых главных результатов политического противостояния за эти прошедшие дни.

Я хотел бы отметить, что, к счастью, политические лидеры наиболее активны в Москве. В регионах активность значительно ниже, и в большинстве своем люди понимают, что дальнейшая судьба России зависит от них самих, от их разума, руковод-

51 Первый день

ства действиями, в которых сегодня нуждаются наши граждане, наши коллективы. Более десяти дней мы контролируем обстановку, ежедневно участвуя в переговорах с регионами. Все члены правительства, по существу, охватили поездками, охватили непосредственным участием все области, буквально всю Россию.

Я должен Вам сказать, что, к счастью, за прошедшее время обстановка в отношении стабилизации экономики в основном нормальная и дальнейшее улучшение ее мы связываем только с разрешением этого политического кризиса. Спасибо. ЮЛужков. Ваше Святейшество, я бы хотел от имени москвичей самым сердечным образом поблагодарить Вас за ту громадную, бесценную заботу, которую Вы проявляете о россиянах и о москвичах. Эта забота усматривается и в том, что Вы, увидев, что беда и опасность пришла к нам в Россию, прервали свой очень важный и очень полезный для всего православия визит на американский континент и вернулись на Родину к своей пастве с тем, чтобы не только быть вместе с ней в этот трудный период, но и проявить инициативу по организации переговоров, столь необходимых в этот обостренный, крайне опасный для общества период.

Нужно сказать, что Ваша инициатива нашла немедленно понимание, поддержку и со стороны Президента Российский Федерации Бориса Николаевича Ельцина, и со стороны мэрии Москвы, всех москвичей и всех россиян.

Вашими усилиями, Вашими молитвами и наставлениями даже еще официально не начавшийся процесс переговоров в этих стенах — а я убежден, что эта святая обитель даст нам новые силы для спокой-

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

ного и разумного решения вопросов,— в течение той ночи, которая прошла с момента Вашей встречи и Вашего воззвания к россиянам, уже дал первый плодотворный результат. Мы хорошо поработали, с большим пониманием сложности и опасности ситуации. И, несмотря на противодействия, несмотря на то, что всегда в такой ситуации есть крайние взгляды и крайние оценки, всегда будут недовольные нашими совместными решениями и со стороны тех, кто сейчас находится в Белом доме, и со стороны тех, кто оценивает ситуацию в других местах, тем не менее мы взяли на себя смелость и решимость принять те меры, которые считаем необходимыми в качестве немедленных мер, для того, чтобы обеспечить и осуществить разрядку ситуации, в первую очередь, конечно, разрядку психологического плана, когда люди могут облегченно вздохнуть и надеяться на последующие решения.

Главная наша цель, по крайней мере я говорю о своей главной цели, заключается в том, чтобы избавить Москву, москвичей от опасности применения оружия. Сегодня около Белого дома сконцентрировано громадное количество, громадный потенциал вооружений как с той, так и с другой стороны. Это оружие может и случайно, и намеренно выстрелить. И тогда может случиться необратимое. Этот выстрел может стать сигналом к большому кровопролитию, которое, как мы знаем по истории России, начать легко, остановить невозможно. И могут пройти многие годы, прежде чем страна успокоится, потеряв много жизней и много крови. Поэтому и Ваша инициатива, ее особая, величайшая ценность, и наше осознание того, что мы должны эту ответственность реализовать в на-

53 Первый день

ших договоренностях, служит, я убежден, тем важным и добрым фундаментом, который позволит нам найти решение.

Мы сейчас уже можем обсуждать последующие за принятием первого протокола действия, которые обязательно должны быть приняты и обеспечить все то, о чем здесь говорилось.

Я хотел бы обратить внимание только на две стороны, которые мне представляются принципиально важными.

Первая из них связана с тем, что мы должны в качестве первого шага, который создает предпосылки для последующих шагов, снизить потенциал вооруженной опасности и вооруженного противостояния в Белом доме и вокруг Белого дома. Нам известно, что там сосредоточено громадное количество оружия, которое в десятки, сотни раз превышает необходимость и достаточность средств вооружения для осуществления мер безопасности и обороны Белого дома.

Я думаю, что здесь причины такой концентрации оружия должны быть предметом анализа более спокойного, более подробного. И сейчас не в этом главная задача, а в том, чтобы его отскладировать, изолировать от опасности применения ненормальными людьми, агрессивными людьми, провокаторами. Вы совершенно правильно об этом сказали. Этот шаг дает возможность мне как мэру принять ряд важных решений по обеспечению тех дополнительных условий, которые, мы понимаем, нужно обеспечить по жизнедеятельности Белого дома. До тех пор, пока мы не убеждены в том, что оружие сосредоточено в местах, не доступных для его использования, и до тех пор, пока мы не убеждены в том, что различные

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

формирования — характер этих формировании указывает на необходимость наших в этом плане решений по предельной осторожности принятия с нашей стороны соответствующих мер,— повторяю, пока эти формирования не будут выведены из Белого дома, до тех пор мы не можем считать Москву и москвичей в безопасности и не можем снять тот режим пропуска людей из Белого дома, которые могут опять появиться в Москве и начать штурмовать так, как они сделали со Штабом СНГ, с потерей двух человеческих жизней, людей, которые никак не связаны даже с охраной этого Штаба СНГ.

Я думаю, что это все ясно, и мы стоим — по тому, как я ощущаю наши ночные решения,— на правильном пути. И здесь Ваше благословение и поддержка дают нам силы для того, чтобы сделать следующие шаги.

Второй вопрос, я на нем хотел бы закончить, связан с тем, что мы должны не только обеспечить соответствующие гарантии, провозгласив их, не только взять на себя на бумаге какие-то обязательства, но и выполнять их. К сожалению, я хотел бы сказать о том, что наши договоренности, которых мы достигли в ночном периоде — нашим обязательством было немедленно включить электроэнергию, подачу тепла и телефоны для оперативной связи,— начали выполняться. Электричество мы включили в семь часов тридцать шесть минут. Но до сих пор — первое включение дало сбой, потом через какое-то время вторичное включение дало результат — но до сих пор те, кто нам обещал, что сразу же по включении света подразделения милиции будут приглашены в Белый дом и начнется реальный процесс складирования оружия, этого не выполни-

55 Первый день

"Электричество мы включили

в семь часов тридцать шесть минут."

ли, никто не приглашен, и мы считаем это тревожным симптомом, затрудняющим начало работы по снижению уровня опасности и тревожным сигналом для нас, призывающим к повышенной осторожности в проведении переговоров.

Я думаю, что это нужно устранять решительно и активно для того, чтобы уровень доверия при проведении переговоров был наивысшим, тем более, что личные контакты с теми, кто назначен на переговоры от Белого дома, у нас прекрасные. И здесь нет какой-то психологической несовместимости, а наоборот, есть общее стремление находить решение проблем. Поэтому следующие шаги и обязательное исполнение предыдущих шагов является той основой, на которой можно получить успех.

Спасибо, Ваше Святейшество, еще раз великое за Вашу инициативу, за Вашу энергичную поддержку всех тех усилий, которые направлены на сохранение мира, на недопущение здесь перерастания вооруженных противостояний в вооруженный конфликт. Патриарх Алексий П. Спасибо, Юрий Михаилович, что вы сказали в отношении оружия не только в Белом доме, но и вокруг Белого дома. И вчера у нас звучала эта мысль, потому что действительно надо говорить не только о разоружении в Белом доме, но и вокруг него. И кроме того, здесь была тоже высказана мысль в отношении криминогенной обстановки в Москве и нагнетания со стороны лиц, которые вносят, может быть, с целью провокаций, психоза, какое-то напряжение вокруг происходящего. Вчера я вечером получал целый ряд звонков: сейчас начнется штурм Белого дома! Мне звонил и художник Шилов, и космонавт Севастьянов. Они уверяли: никакой завтра встречи не будет, сегодня ночью

58 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

будет штурм Белого дома, примите меры, идите с Крестным ходом к Белому дому...

Ю.Лужков. Ваше Святейшество, я православный и 1/ могу поклясться Вам, что — святая правда — не только в каких-то разговорах, обсуждениях, в системе аппарата Президента или правительства, или в мэрии, или в ГУВД, или в Министерстве внутренних дел, даже в мыслях не было того, чтобы осуществлять какой-то штурм, какое-то нападение на Белый дом. Мы его заблокировали в четверг, после нападения на Штаб СНГ, с тем, чтобы не дать возможность выплеснуться снова на улицы Москвы. Но никогда никаких ни мыслей, ни переговоров, ни договоренностей, ни разработок по нападению на Белый дом не существовало. Я клянусь Вам в этом. И все то, что сейчас нагнетается — это или провокация, или проявления просто уже болезненного, возбужденного — болезненной фантазии — мышления.

Патриарх Алексий П. Но нагнетается. Как только наступает вечер, эти страсти нагнетаются.

Здесь прозвучало то, что в регионах спокойнее, это Олег Николаевич сказал. Я могу тоже свидетельствовать. Я проехал на Аляску через регионы Сибири. За три года своего патриаршего служения я тридцать девять епархий посетил и скажу, что в регионах гораздо спокойнее. У нас здесь — в Москве, и в Санкт-Петербурге, и, может быть, в Екатеринбурге еще — страсти гораздо больше бушуют, политические страсти, а в регионах люди спокойнее, они больше думают о завтрашнем дне. (Реплика: Да. Да.) Но давайте двигаться дальше. Как с выполнением того, что было достигнуто и подписано?

С.Филатов. Нам надо обсудить механизм реализации,

59 Первый день

потому что тут есть какие-то косвенные аспекты. Можно, скажем, установить экстренную связь, прямую связь, скажем, между Белым домом и... задание дадим, чтобы поставили прямую связь.

Патриарх Алексий П. Может быть, чтобы нам быть в курсе дела, вы изложите содержание того соглашения, которое было достигнуто?

С.Филатов. Соглашение состоит из двух пунктов. Обеспечить безопасность, сбор и складирование внештатного оружия — мы подчеркиваем, внештатного оружия, потому что оружие для охраны должно быть сохранено, поскольку она имеет право по закону на ношение оружие и должна им пользоваться. Поэтому речь идет о внештатном оружии в Доме Советов, о том, чтобы осуществить его сбор, складирование в Доме Советов и взятие под охрану совместными контрольными группами, организованными из сотрудников ГУВД города Москвы и Департамента охраны Дома Советов. Для этого незамедлительно включается электроэнергия и теплоснабжение, а также необходимое для оперативной связи количество городских телефонов. Одновременно реализуются согласованные меры по сокращению потенциала сил и средств наружной охраны Дома Советов.

После реализации первого этапа стороны приступают к полному снятию вооруженного противостояния — одновременному выводу из Дома Советов всех охранных формирований и снятия наружной охраны ГУВД. Одновременно окончательно решаются вопросы вывоза внештатного оружия из Дома Советов.

Реализация задач второго этапа происходит при согласовании и выполнении правовых и политичес-

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

ких гарантий. Мы в этом плане сказали в отношении всех, кто находится в Белом доме, что если нет каких-то уголовно наказуемых дел, а это дело Прокуратуры, то мы в эти процессы не вмешиваемся. Каждому гарантируется свободный выход и политическая свобода, то есть возможность участия в дальнейшем в той деятельности, в которую данный человек считает нужным включиться в соответствии с законами. Этот этап по времени, наверное, не скоро будет. Дай Бог, если бы мы за сутки управились, потому что там действительно большое количество оружия и помещений, которые требуют определенной технической проверки и очистки. И, не будем скрывать, надо проверить и на предмет взрывных устройств, которые в принципе могут быть, потому что есть гранаты, есть другое оружие, которое может быть куда-нибудь подложено. Поэтому эта процедура должна пройти, и чем быстрее, конечно, тем лучше. Но сдвиг в этом процессе позволил бы нам как-то начать говорить на другую тему, потому что это сегодня самое тревожное. И все, что вокруг Белого дома делается, и та масса людей, которые могут бесконтрольно потом проникнуть туда и, не приведи Бог, разберут оружие. У нас есть сведения, что в первые дни оружие — порядка ста единиц, по-моему — роздали. Есть сведения, что оно и на рынок попало. Его просто продавали потом те ребята, которые ходили с этим оружием. Поэтому не случайно мы так акцентируем на этом внимание.

Технически нужно посмотреть. Если для этого нужны какие-то отдельные этапы, механизмы и посредничество уже на месте, может быть, и об этом можно поговорить. Потому что, видите, мы здесь сидим — Абдулатипов ничего не может сказать, и мы

61 Первый лень

ничего не можем сказать. Может быть, этой связи недостаточно, может быть, туда каких-то посредников еще послать дополнительно, может быть, через ваших людей. Я знаю, что там два лица есть. Я вчера одного видел ночью, мне кажется, из Ярославля... (Реплика: Депутат Злобин.) Может быть, через них какую-то дополнительную связь установить, но какой-то путь надо найти.

Второе, что сегодня очень мучает, нервирует и может создать очень непредсказуемую ситуацию, это то, что самозваный наш новый президент не просто издает какие-то бумаги и указы — пожалуйста, может издавать сколько угодно, на них мало внимания обращают... Он начинает кадровые назначения. Это, конечно, очень нервирует определенную часть людей, в Санкт-Петербурге, в Москве... (Ю Лужков: Меня это не нервирует совершенно.) Вас-то нет, но есть люди, которые, наверное, к этому подключаются каким-то образом. (Ю Лужков: Это размывает властные структуры.) Размывает, да, и не дает возможность...

В.Олейник. Я хотел один вопрос задать. Рамазан Гад-жимурадович, как вы думаете, что может быть причиной, почемусейчаспроизошлазадержка? Какие опасения могут быть у тех, кто в Белом доме? Хотелось бы рационально представить эти опасения, чтобы посмотреть, как можно снять это напряжение?

РАбдулатшюв. Я сейчас подчеркиваю: вчера обговорив все эти вопросы, даже технические, и подписав протокол, мы фактически взяли на себя определенную ответственность. Эти вопросы связываются с политическими вопросами, порочащими указы Президента. Часть депутатов не соглашается даже

62 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

с так называемым нулевым вариантом, в соответствии с которым, когда отменяется Указ №1400, полностью отменяются все последующие решения Съезда народных депутатов и, таким образом, мы возвращаемся к исходной позиции. Я думаю, что этот вариант не совсем подходит и для Президента

— с точки зрения опять-таки авторитета Президента. Мы бы считали, вместе с тем, что ряд вопросов, касающихся в данном случае статуса Съезда народных депутатов, Верховного Совета, должны быть обязательно обсуждены. Если эти вопросы не будут обсуждены, то не с чем будет выходить на Съезд народных депутатов. Я думаю, что сейчас люди боятся, люди не доверяют Президенту и его команде, это я должен откровенно сказать, не доверяют, поэтому вполне возможно, что Вениамин Сергеевич был задержан — задержан с тем, чтобы выступить на Съезде, ответить на какие-то вопросы, выслушать сомнения... Люди действительно находятся в униженном состоянии — ив человеческом, и в политическом плане. Поэтому с пониманием надо к этому отнестись. Я думаю, эти вопросы мы могли бы обсудить, а затем Сергей Александрович посоветуется по ним и с Президентом. Переговоры

— это всегда шаги навстречу друг другу. Депутатский корпус — это, все-таки, не один человек. Есть люди, которые однозначно настроены воспользоваться любыми методами для свержения Президента. Это было и до, и после Указа. Есть люди, которые сегодня становятся заложниками этих идей, потому что чисто по-человечески не могут предать и оттуда уйти. И все же большинство этих людей — разумные люди, и я думаю, что понимание достижимо. Эта задержка меня сейчас больше

Первый день

всего и, может быть, даже больше всех беспокоит. Я думаю, что мы эти вопросы в ближайшее время выясним.

И дополнительные вопросы, которые будут возникать в ходе реализации, конечно... Видимо, придется и Сергею Александровичу, и Юрию Михайловичу, и Олегу Николаевичу, придется все-таки, видимо, в эти дни, несмотря на свою занятость, основное свое внимание уделить именно этой проблеме, чтобы мы постоянно были в контакте.

Я еще раз подчеркиваю: мы как представители Съезда народных депутатов однозначно настроены на то, чтобы найти выход, но такой выход, который бы сохранял достоинство обеих сторон, уважение к обеим сторонам. Если будем искать победу для одной стороны, не будет никакого компромисса.

Самое главное: я бы сейчас воздержался от разного рода обвинений типа «кто-то на что-то напал». Это суд докажет — и накажет. Я считаю — тем более, что больше не могу ничего по этому поводу сказать, — что нам надо уважительно вести, как мы вчера всю ночь работали.

Митрополит Ювеналий. Рамазан Гаджимурадович, у меня тоже вопрос для уточнения обстановки. Вчера мы в Кремле ознакомились с текстом письма Александра Владимировича Руцкого, в котором он Святейшему Патриарху пишет о готовности складирования оружия. И вчера же раньше, на встрече в Патриархии, я как раз спрашивал, что можно у Бориса Николаевича попросить какой-то жест доброй воли, чтобы начать процесс в таком хорошем христианском духе. Тогда речь шла о том, что надо подключить и свет, и тепло, и телефоны. И мы, когда встречались с Борисом Николаевичем, сказали ему,

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

что такой шаг с нашей стороны может смягчить обстановку.

Суть моего вопроса в следующем. Свершилось: сегодня ночью протокол подписан. Юрий Михайлович сказал: исполнилось — условия, которые были оговорены, вьшолнены. Знает ли об этом Александр Владимирович? Нас информировали о том, что он всю обстановку контролирует. Значит, в его руках — большая часть исполнения этого соглашения. Знает ли он об этом? И как отнесся? Потому что создается впечатление, что, может быть, что-то до него не дошло или чем-то он не удовлетворен. Есть ли у вас информация об этом?

РАбдулатипов. Уважаемый Владыка, мы вчера встречались с Александром Владимировичем в половине первого ночи. Он действительно жестко контролирует военную ситуацию внутри Белого дома, и с его стороны — я даже удивился, думая, что придется очень много вести разговоров,— так вот, с его стороны была выражена готовность реализовать те меры, о которых он написал Святейшему Патриарху. После того, как мы вернулись оттуда, именно после разговора с Александром Владимировичем и с Русланом Имрановичем, мы как раз такие документы подписали. Хотя у Юрия Михайловича может быть другой подход, но мы нашли общий подход, и он отражен в нынешнем протоколе, он полностью согласован с Руцким. Может быть, есть еще какие-то технические моменты, может быть, даже, я так думаю, психологические моменты. Одни ждут, пока их пригласят, другие...

— Там много формирований, которые не подчиняются...

— Они подчиняются только новым силовым министрам. Это минимум три власти... Там около сотни русских

Первый день

фашистов. Они и составляют, в основном, охрану Баранникова. И Рижский ОМОН там. Есть тирас-полъцы. Есть лица, прибывшие из Абхазии, из Осетии... Все это, конечно, нас очень беспокоит... Поэтому мы приняли — после гибели двух людей — жесткие меры.

ЮЛужков. В Москву прибыло много людей, с целями, которые были провозглашены на всяких митингах: «Давайте забирать Останкино», «Давайте захватывать еще какие-то объекты». Поэтому нам сейчас, до решения политических задач, важно было бы — я хотел бы особо этот момент отразить — решить задачу, сказал бы я, военную, задачу обеспечения безопасности, снижение порога опасности применения оружия в Белом доме, вокруг него. Мы готовы полностью снять всякое оцепление Белого дома, полностью...

Можно продолжать диалог до любых степеней напряжения, пожалуйста. Но это — не стрельба. И Москва готова принимать любые точки зрения, любые сообщества, конфигурации, организации, чтобы этот диалог уже проходил через завоевание авторитета, через завоевание голосов избирателей и т.д.

Р.Абдулатипов. Буквально минут пять назад выехал Воронин. Я спросил про Соколова, они — это приемная Воронина — сказали, что не могли дозвониться, а Воронин выехал...

— А что МВД говорит?

В.Панкратов. Докладываю о ситуации на этот момент, по крайней мере на 11 часов утра. Мы выполнили свои обязательства по подаче напряжения. Сейчас, в течение буквально часа, начнет работать один телефон в кабинете Соколова и через час у вас, Рамазан Гаджимурадович, начнет работать связь. Но те

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

люди, которые себя представляют защитниками там, пытаются не признавать никаких договоренностей. Буквально недавно мы выслушивали такие заявления: кто такой Абдулатипов? Кто такой Соколов? Поэтому никаких реальных действий по сдаче оружия пока в Белом доме нет.

Я убедительно попросил бы, Ваше Святейшество... очевидно, придется прибегать и к Вашему здесь участию. Потому что один человек, который взял на себя миссию по организации и управлению этим процессом — Руцкой — пока вне связи и, безусловно, никаких договоренностей по этому поводу лично с нами не имеет. С.Филатов. У вас канал АТС здесь есть?

— Здесь обычная телефонная связь, но сейчас Булгак контролирует всю работу.

— У меня очень важный вопрос: насколько управляются вооруженные люди? Известно, что там есть и командиры, и полевые командиры, и Ачалов, и Баранников, и другие...

Р.Абдулатипов. Александр Владимирович полностью эту ситуацию контролирует. Более того, штатное оружие, которое имеется для караула, дается только по паспорту, когда человек уходит в караул, а когда он возвращается, то возвращается паспорт и оружие ставится на место. Вчера та группа, которая была во главе с Илюмжиновым, вместе с Руцким обходила все караульные посты и проверяла исполнение приказов, то есть уставных моментов, которые относятся к оружию. Было заверено вчера, что часть оружия, то есть табельное по охране Белого дома, остается под контролем Управления охраны, а та часть, которая есть у боевых формирований, полностью будет складироваться под двумя печатями —

67 Первый день

ГУВД и Управления охраны. Поэтому он заверил, что никаких вопросов по складированию оружия в этом плане не должно быть. Я еще раз подчеркиваю: там есть такие люди, которые даже наш выход на Черномырдина уже считали предательством, а сегодня мы уже и разговариваем — это еще большее предательство. Такие люди есть...

В.Панкратов. Сейчас я разговаривал с нашими коллегами, и должен сказать, что есть нехорошая информация в том плане, что многие западные корреспонденты, узнав о том, что ситуация в Белом доме достаточно сложная и что там есть люди, которых вооруженные формирования не выпускают и начинают считать заложниками — тех, кто там остался. Но по всем правилам есть понятие об освобождении заложника. Это уже очень опасная тенденция, потому что там начинаются уже другие действия, другие законы вступают в силу по поводу освобождения заложников. Поэтому, конечно, надо максимально дать возможность людям выйти, депутатам выйти из Белого дома. Мы это понимаем и уже второй день об этом говорим, постоянно. Я думаю, что одно из решений, которое сегодня в результате нашего совещания следует принять, должно подтвердить право свободного выхода всех желающих, в том числе депутатов, членов семей, обслуживающего персонала, всей этой команды. Это здесь надо будет подтвердить.

Патриарх Алексий П. Там и дети есть, подростки, девочки, их не выпускают, они тоже вполне могут оказаться заложниками.

В.Панкратов. Да, совершенно правильно. Вчера офицеры, которые отвечают за охрану Белого дома, нам приводили примеры. Несколько молодых солдат ди-

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий (слева) Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл (справа) (фото ИТАР-ТАСС)

зертировало — из Томской воинской части, из стройбата — и оказались в этом здании. Семь человек. Когда к Белому дому приехали родители этих детей, трое из них — матери — попали в здание с тем, были там около четырех часов, чтобы своих детей оттуда вьшести. Но эти молодые ребята отказались

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Первый день

выходить. Они сказали, что если мы выйдем отсюда, то и нас убьют, и родителей — как предателей. Вот такая обстановка.

Р.Абдулатипов. Вообще я бы сейчас здесь, Ваше Святейшество, не стал бы заниматься размножением слухов, потому что у каждого из нас есть десятки вариантов этих слухов. Но я, например, должен сказать по тем сотрудникам, которые работают у меня. Многие из этих людей, которых я уговаривал — уходите домой, вы здесь сейчас не нужны, после придете и т.д. — эти люди не уходят домой. Поэтому я там никого в заложниках не держу. И потому я считал бы, что такие слухи есть разного рода. Вчера, например, мы не вернулись. Тоже слухи пошли, что нас взяли в заложники, что мы находимся в мэрии и т.д. Зачем сейчас об этом говорить. Беспокойство такое есть, разговоры такие есть... Вместе с тем, нормальный человеческий порядок даже при всех противоречиях внутри Белого дома сохраняется. И такие факты там не допустят.

Патриарх Алексий П. Юрий Михайлович, а кто делал попытку захвата Штаба СНГ?

Ю.Лужков. Союз офицеров.

Патриарх Алексий II. Они из Белого дома?

ЮЛужков. Да, из Белого дома. Там было восемь человек во главе с Тереховым. Только экстренные меры и некоторые обстоятельства не позволили им захватить Штаб СНГ. Я могу подробнее рассказать. В 9.15 вечера в среду мне позвонил Кобец, который там работает, руководит этим Штабом, и попросил у меня помощи силами милиции, потому что помощь от Министерства обороны ему получить почему-то было затруднительно, а у него охраняло Штаб всего шесть молодых необученных солдат. Он

Ю.Лужков, С.Филатов, О.Сосковец

во врем переговоров (фото ИТАР-ТАСС)

побоялся, что этой силы будет недостаточно для охраны Штаба, тем более, что он получил информацию о готовящемся нападении довольно большой группы вооруженных людей.

Я распорядился направить туда бригаду ОМОН, небольшую. Дальше около этого Штаба происходит следующее. Подъезжает машина с людьми, вооруженными автоматами, одетыми в камуфлированную форму, из этой машины выходят восемь человек во главе с Тереховым. Совершенно случайно около Штаба оказывается машина участкового ПМГ — знаете, такие «москвичи». И вот без какого-либо предупреждения, без обсуждения, без обычных для таких случаев процедур один из участников дивер-

70 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

71 Первый день

сионной группы в этого милиционера, который вышел из машины ПМГ выяснить, что это за вооруженные люди, разряжает автомат. Милиционер сразу на месте погиб... Случайной пулей убивают женщину, которая до этого выглянула в окно посмотреть, что там за выстрелы из автомата. Второго милиционера из ПМГ они положили, потом избили. И дальше они идут на захват Штаба СНГ.

Захват дает в начале результат: солдат положили на пол, отобрали два пистолета... Но к этому моменту прибывает бригада ОМОН. Нападавшие на Штаб испугались. Часть из них в машине уехала, часть разбежалась. Затем происходит следующее. Терехов, убегая, попал — через заборы — в Штаб Главного разведывательного управления, которое территориально находится недалеко от Штаба СНГ. Его там арестовывают как человека, который неожиданно решил каким-то образом потревожить территорию Главного разведывательного управления.

После того как все закончилось и тереховцам не удалось захватить Штаб СНГ — благодаря прибытию, своевременному прибытию бригады ОМОН,— туда приезжает девять человек, митинговавших около Белого дома. Почему они туда ринулись? Анпилов — я его считаю красным провокатором — узнав о том, что группа Терехова выехала брать Штаб СНГ, и будучи уверенным, что Штаб будет взят, на митинге по громкоговорящей системе призывает митингующих идти к этому Штабу. Он имел в виду, что они должны заполнить его своими телами, и тогда вернуть Штаб СНГ стало бы невозможным из-за кровопролития, которое должно было бы обязательно за этим последовать. Девять этих самых митингующих без оружия приезжает к Штабу — их,

конечно, забирают прибывшие раньше омоновцы. Забирают, и, через двое суток, в соответствии с законом, отпускают. Из этих девяти шесть человек оказались алкогольными больными, многократными пациентами медвытрезвителей, находящимися под судом и следствием. Из них опять же шесть человек не москвичи — москвичей только трое. Все они зафиксированы и сейчас их отпустили; их вынуждены были отпустить, они ничего такого плохого не сделали.

Многие считают — в связи с тем, что отпустили девять человек, цифра-то очень близкая к числу нападавших,— что на Штаб СНГ шли эти безоружные митингующие, а на самом деле были две группы. Первая — из восьми человек, все были вооружены автоматами, Терехов, кстати, дал по ним по всем показания, и вторая группа, спровоцированная Анпи-ловым. Я более чем убежден, что те автоматы сейчас находятся в Белом доме. Я более чем убежден.

Патриарх Алексий П. Сейчас поступили сведения, что Съезд назначил Воронина для переговоров.

ЮЛужков. А что Абдулатипов и Соколов?

Патриарх Алексий II. Сейчас прямо Съезд...

С.Филатов. Абдулатипов должен уехать?

Патриарх Алексий П. Нет, Абдулатипов остается...

—...Иеще двое: Воронин и Домнина?

ЮЛужков. А Соколов?

Патриарх Алексий П. А Соколов нет. Воронин останется...

— Послушаем их, что ж...

— По крайней мере, важно будет выслушать причины, почему Соколов не смог сюда приехать.

Ю Лужков. Они потребовали, наверное, его доклада на Съезде. Я так думаю. Он туда с утра ушел и застрял

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

73 Первый день

в связи с этим.

— Кроме чувства неудовлетворенности у меня...

— Правильно, я думаю, что они очень недовольны этим протоколом...

В комнату, где идут переговоры, входят и здороваются с присутствующими Ю.Воронин и В.Домнина.

Патриарх Алексий II. (Воронину) Мы так долго не начинали сегодня потому, что не было Вениамина Сергеевича. Но потом начали с опозданием на пятнадцать минут, пытались связаться, но сейчас вы прибыли — вы проясните нам обстановку, Юрий Михайлович.

Ю.Воронин. Ваше Святейшество, уважаемые товарищи, друзья, коллеги! Я хотел бы отметить, что после того, как был подписан этот протокол, сегодня состоялось заседание Президиума Верховного Совета и Съезда народных депутатов. А перед этим Председатель Верховного Совета сделал заявление в связи с подписанным представителями сторон протоколом. Его подписали все члены Президиума, которые находятся в стенах Дома Советов. Я размножил это заявление, пожалуйста, ознакомьтесь с ним.

Суть Заявления заключается в том, что вопрос, связанный с оружием, которое находится в стенах Дома Советов, необходимо рассматривать в контексте общей политической ситуации.

Прежде всего — и народные депутаты на Съезде, обсуждая ее, об этом сказали — сделан очень важный шаг для рассмотрения проблемы. Однако исходным моментом для переговоров является восстановление прав человека. Народные депутаты,

работники аппарата, журналисты находятся в стенах Дома Советов за колючей проволокой, не имея света, не имея связи, телефонов и других атрибутов жизнеобеспечения. Это, естественно, у всех вызывает чувство обиды. И то, что Вы, Ваше Святейшество, взяли на себя столь сложную миссию переговоров, они встретили одобрительно. Но прежде всего необходимо решить проблему жизнеобеспечения Дома Советов.

Вот одно из исходных условий, которое сегодня Съезд высказал и просил довести до сведения участников переговоров. Поэтому очень бы мы просили прислушаться к мнению Съезда. А для того, чтобы вести переговоры по тем или иным направлениям, была сформирована депутатская группа, которую Съезд поручил возглавить мне. В состав этой группы включены: заместитель Председателя Верховного Совета Агафонов, народные депутаты Аникеев, Андронов, Абдулатипов, Соколов Вениамин Сергеевич, Сидоренко, Домнина, Рыбкин, Исаков, Сыроватко, Чеботаревский. Это большая группа, но они будут принимать участие в обсуждении тех или иных вопросов в зависимости от их профиля.

Сегодня Съезд поставил перед нами, депутатской группой, изначальный вопрос первого этапа предварительного обсуждения проблемы. Съезд попросил, Ваше Святейшество, отразить в исходном документе первого этапа, предварительного этапа, следующие моменты:

Прежде всего должны быть немедленно, без всяких предварительных условий, восстановлены самые элементарные структуры обеспечения жизнедеятельности Дома Советов. Имеется в виду:

74 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

75 Первый день

включены свет, связь, горячая вода, подвоз пищи и медикаментов.

Когда вчера машины Красного Креста на подступах к Дому Советов были практически арестованы, это вызвало огромное возмущение всех, кто находится в Доме Советов. В связи с этим, в том же пункте, народные депутаты попросили зафиксировать, что нарушение нормальных условий работы народных депутатов, аппарата Верховного Совета, журналистов является нарушением элементарных прав человека и грубейшей политической ошибкой. Хотим мы этого или не хотим.

Можно сформировать любую делегацию, походить по Дому Советов и услышать, какие слова говорят... Во времена второй мировой войны фашисты делали значительно меньше, по крайней мере они кормили баландой, они не выключали свет. Что мы сотворили с Домом Советов, с депутатами, избранными народом?

Второй момент, на который просили меня обратить внимание: предоставить полную политическую свободу для деятельности и передвижения депутатов, сотрудников аппарата Верховного Совета. После этого просили, зафиксировав это в протоколе первого этапа, предварительного, приступить к отведению от здания Дома Советов всех войск. Не должно быть там войск.

Считать отвод завершенным к моменту размещения этих войск в казармах постоянного дислоцирования.

И правомерно народные депутаты ставят вопрос: почему войска содержатся в Кремле? Причем количество их, после того, как был подписан первый протокол, Ваше Святейшество, увеличилось сегодня

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

возле Дома Советов в полтора раза. Если хотите, я могу показать Вам схему, где сегодня расположены ОМОН и другие работники милиции, которых вчера не было. Мы идем с Вами в переговорном процессе. Но вместо того чтобы снижать напряженность, мы ее увеличиваем. Поэтому народные депутаты очень просили Вас, Ваше Святейшество, и наших коллег прислушаться к их мнению и найти компромиссное решение по первому этапу предварительного рассмотрения вопросов. И только после этого можно перейти ко второму этапу, где можно рассматривать политические вопросы.

Патриарх Алексий П. Юрий Михайлович, насколько известно, включен свет, водоснабжение обеспечивается сегодня с утра.

Ю.Лужков. Свет включен, тепло дается. И мы тщательно и точно выполняем все те обязательства, которые были нами даны в соответствии с этим протоколом.

Я, Ваше Святейшество, категорически отвергаю информацию о том, что приняты меры по количественному усилению тех сил, которые используются сейчас вокруг Белого дома. Силы ОМОН и милиции ни на одного человека не увеличены. Это все плод каких-то фантазий со стороны тех, кто считает сотрудников ОМОНа. Я думаю, что прежде чем такую информацию в официальном плане давать, стоило бы внимательно ее проанализировать. Но даже не это самое главное.

Самое главное то, что я, прочитав это Заявление в связи с первым протоколом, к сожалению, должен констатировать, что вся наша предварительная работа, которую мы в течение ночи делали, желая приступить к реальному решению вопросов, она этим

77 Первый день

протоколом дезавуирована. В протоколе дается ссылка, что проблема оружия является составной частью общего урегулирования политического кризиса, и эти два вопроса увязываются.

Я самым ясным образом хотел бы доложить и предложить такое решение, которое — и это в протоколе по существу красной нитью проходит — дало бы нам возможность начать решать политические проблемы, если хотите, сейчас это очень модное слово — на нулевом уровне вооружений при соответствующих гарантиях обеих сторон.

Для того чтобы это можно было сделать, нам нужно все нештатное оружие, которое находится в Белом доме, изолировать от возможного использования. Нам нужно, чтобы все нештатные воинские формирования — а мы знаем их качество и знаем, что это за люди — были уведены из Белого дома. Одновременно с решением этих вопросов нам нужно полностью освободить Белый дом от всяких оцеплений и всяких систем, которые используются сегодня вокруг Белого дома со стороны МВД и ГУВД.

Я считал бы, что это является самой разумной основой для того, чтобы спокойно, хорошо понимая и представляя себе, что политический диалог категорически не должен проходить под дулом оружия — ни с той, ни с другой стороны — и орудий, а там даже и это есть, поэтому для политического диалога эти условия надо создать, а для этого уровень вооружения свести к нулю. И я, и мои коллеги стремились к тому, чтобы решить вопрос сведения к нулю этого самого вооруженного противостояния. Сейчас то, что мы увидели в представленном документе, полностью дезавуирует вопрос по снятию вооруженного противостояния, обуславливает его

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

какими-то предварительными мерами, большинство из которых мы, кстати говоря, не дожидаясь решений ваших коллективных каких-то органов, уже решили. И сегодня даже сам тон и характер этого документа говорят о том, что Верховный Совет бывший, и Съезд бывший, и люди, которые находятся в Белом доме, стремятся не упростить, не в спокойном тоне вести эти переговоры, а вести их с позиции давления, с позиции силы, что является для нас совершенно неприемлемым.

Может быть, я не выражаю точку зрения своих коллег, потому что у нас не было возможности посоветоваться по этому документу и по ситуации, я выражаю свою точку зрения, поэтому, может быть, мои коллеги выскажутся иначе или меня поддержат, но я думаю, что это не тот, во-первых, тон, Юрий Михайлович, и не тот ключ, который нам может позволить войти в дверь политически спокойных переговоров без опасности применения оружия и не под дулами автоматов и пистолетов ни с той, ни с другой стороны. Вы сильно ошибаетесь. Ничего у нас путного не получится, если в Белом доме будет грандиозный, не соответствующий даже нормам необходимой обороны арсенал оружия в руках различных людей с соответствующими психологическими и политическими настроениями, и вокруг Белого дома будет кольцо, которое защищает город от выплеска оружия, которое уже состоялось в среду на прошлой неделе.

Ю.Воронин. Уважаемые коллеги, уважаемый Юрий Михайлович, вы говорите совершенно верно. Только, я думаю, вы забыли, кто начал эту кампанию, кто окружил Дом Советов колючей проволокой, которая, кстати, запрещена Международной Конвен-

79 Первый день

цией, кто подвел к Белому дому войска милиции и ОМОН. Не надо говорить, что я фантазирую. У нас есть записи, магнитофонные записи перемещения и приближения сегодня войск к Белому дому. Если нужно, мы эти записи магнитофонные вам представим. Поэтому я никогда не фантазирую.

Второе: о том, что необходимо начать переговоры. Мы с вами вели беседу на второй день после начала работы Съезда. Вы заверяли нас, что, оказывается, не выдали указание ввести милицию, отключить свет, отключить телефоны и т.д., а сделал это Черномырдин. Вы назвали эту фамилию.

Я разговаривал лично с Черномырдиным. Он мне сказал: нет, это Лужков. Поэтому, извините, в этих условиях — а я докладываю все разговоры, во-первых, в присутствии всех народных депутатов, и, во-вторых, на Съезде,— давайте разговаривать откровенно. И не надо, как говорят, рака за камень заводить.

Еще раз повторяю, Съезд очень внимательно изучил ситуацию. И вносит на рассмотрение сегодня вопрос об отводе от здания Дома Советов всех войск. Причем, еще раз повторяю, критерием отвода надо считать размещение этих войск в казармах постоянного дислоцирования. Но для того, чтобы нам убедиться в этом, я очень прошу, чтобы были официальные письменные приказы, потому что, уважаемые коллеги, прокурора мы просили, и когда он, депутат, попросил выяснить, кто отключил свет, кто отключил воду, то, извините, не нашлось ни одного письменного распоряжения. Это старая схема, она и в Грузии была, она и в других регионах была. Поэтому меня просили — вот он, пункт — отвести от здания все войска, ввести их в казар-

мы постоянного дислоцирования, ликвидировать инженерные заграждения, снять заградительные посты ОМОН у станций метро и на основных магистральных направлениях в город. Полный безусловный вывод всех подразделений внутренних войск, спецчастей, армейских частей, находящихся в территориальных границах Москвы по приказам, данным в течение последних дней.

Контроль за отводом и выводом войск осуществлять совместно с представителями Дома Советов России и московских властей с использованием автомобилей и патрульных вертолетов.

Я вам скажу, что этот пункт достаточно емкий и принципиальный. Давайте уж все-таки честно сознаемся, что народные депутаты — они не бывшие, их избирал народ, и никакими указами они разогнаны быть не могут.

Если вы считаете, что Указом можно разогнать народных депутатов, то тогда я могу поздравить вас

Р.Абдулатипов, Ю.Воронин, ВДомнина во время переговоров (фото ИТАР-ТАСС)

80 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

с формированием правового демократического государства... Поэтому, Ваше Святейшество, я очень прошу Вас вникнуть в те документы, которые меня Съезд попросил представить Вашему высокому собранию и посмотреть на их суть, на исходный момент для их формирования и на всю ту политическую и социально-экономическую ситуацию, которая сложилась.

С.Филатов. Можно было бы двумя путями пойти: либо объявить перерыв и попросить прибывших товарищей ознакомиться с тем, о чем мы говорили здесь достаточно ясно и тревожно, или повторить нам свои выступления вновь.

Я думаю, что то, что сегодня происходит вокруг Белого дома, определяется не тем, что там народные депутаты, определяется не тем, что там идет работа... нет, определяется тем, что в среду произошло убийство людьми, которые с автоматами в руках прибыли из Белого дома и напали на Штаб СНГ. Было еще два нападения, которые прошли без выстрелов, но вооруженными людьми — мы это знаем — на пункты связи. Поэтому для Москвы сложилась реальная опасность. Она исходит от людей, которые не имеют отношения к России, но находятся в Белом доме — реальная опасность таких нападений на другие пункты Москвы и на жителей Москвы. Поэтому было принято такое решение: создать жесткую блокаду для того, чтобы эти формирования — по нашим сведениям, там около шестисот человек — не имели возможности заниматься бандитизмом в Москве. И сегодня может идти речь о том, чтобы этот очаг опасности, реальный очаг опасности для Москвы, москвичей, государства, был устранен путем устранения оружия и

этих людей из Белого дома. И в этом протоколе мы совершенно четко записали, что этот процесс идет одновременно с разблокировкой Белого дома, и ситуация делается такой, какая она была накануне убийства.

Я прекрасно понимаю состояние мэра, правительства и Президента: нельзя в Москве позволить просто так использовать оружие и те силы, которые сегодня имеются в Белом доме.

Если мы разговор начнем с политической темы, его не получится, потому что сегодня всех, всю страну и нас мучает этот главный вопрос. После этого можно говорить о любых политических вопросах, процессах, спорить, ругаться, мириться — я не знаю, что еще делать,— но сегодня надо изъять этот самый страшный очаг, который есть там. Ю.Воронин. Ваше Святейшество, мне очень импонирует, когда начинают с больной головы валить на здоровую.

Штаб СНГ — убийство. Опровержение прошло, Сергей Александрович, читайте прессу, пожалуйста. Восемь человек, которых арестовали, отпущены за неимением улик. Это убийство было совершено не в том месте, уважаемый Сергей Александрович, поэтому не надо притягивать того, чего нет. И даже если произошло где-то убийство, не надо, еще раз повторяю, из этого делать трагедию и вводить сотни тысяч войск. Это можно было все делать мирным путем. И вы знаете, что мы всегда идем, шли и будем идти на такой мирный диалог. Поэтому я полностью поддерживаю ваше предложение прийти к нулевому варианту: отведите, пожалуйста, от здания Дома Советов все войска. Если вы не готовы в данный момент к диалогу, изучите документы, и мы

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Первый день

встретимся чуть позднее. Но в Заявлении однозначно зафиксировано, что проблема оружия Белого дома не имеет к этому пока никакого отношения. Давайте будем говорить, кто сказал «а»? Я еще раз повторю, давайте мы обсудим, может быть, отдельно — наша делегация с Вашим Святейшеством, затем наши оппоненты. Можно было бы сделать какой-то перерыв, обсудить все отдельно, а затем сформулировать, нанести на бумагу. По крайней мере, у меня есть четкие представления и предложения от Съезда. Они достаточно четкие. Мы можем такой протокол первого предварительного этапа обсуждения предложить в виде документа.

Вы говорите, что в Доме Советов есть люди, которые не имеют отношения к России. Там находятся истинные россияне, а окружение Белого дома, я прошу это зафиксировать, началось еще до того, как туда пришли люди с оружием защищать конституционность, законность в Российской Федерации. И третье. Вчера состоялось совещание субъектов Федерации. Первым пунктом они пишут: мы требуем! Это субъекты уже требуют — от правительства Российской Федерации (Черномырдин, Ерин), от Московской городской организации (Лужков) — немедленно прекратить блокаду Дома Советов, восстановить функционирование систем его жизнеобеспечения и отвести воинские части, подразделения милиции, включая ОМОН. В случае применения силы под любым предлогом на вас персонально ложится ответственность перед народом и Отечеством за возможное кровопролитие. Вы, уважаемый Юрий Михайлович, говорите, что у нас находятся бандиты. Я вас приглашаю. Хотите один, хотите с кем-то. Мы пройдем, и вы посмотрите на этих бан-

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

дитов. Не надо оскорблять россиян. Я считаю, что это истинные патриоты, которые пришли для того, чтобы защищать Конституцию. Если сегодня Конституция не будет защищена, произвол завтра будет в квадрате. Спасибо.

Патриарх Алексий П. Мое предложение было бы сейчас не продолжать дальнейшую дискуссию, сделать небольшой перерыв, чтобы мы имели возможность встретиться с одной группой и другой, потом снова сесть за общий стол и продолжить наше заседание. После этого сделать перерыв на обед.

РАбдулатипов. Ваше Святейшество, я прошу прощения, может быть, я не буду участвовать в дальнейшей работе.

Вся та работа, которую мы проводили, и я, и Соколов, фактически подразумевала весь перечень тех вопросов, о которых сегодня Юрий Михайлович говорит и о которых сегодня в Заявлении Председателей сказано. Но мы избрали, может быть, более мягкий подход поэтапного решения этих проблем. В частности, мы вчера очень долго говорили и в нашем Заявлении есть, в частности, такой пункт. Мы, если помните, Юрий Михайлович, вчера требовали, что первоначально включается электричество и т.д. и т.д. Но мы это внесли чуть дальше по тексту, имея в виду реализацию его в первую очередь. Я думаю, что в этом плане и на данном этапе первые шаги, хотя очень тяжелые, вы сделали. Я сегодня здесь в начале заседания сказал и Святейшему Патриарху, и участникам собрания, что один из основных вопросов сейчас, на данном этапе переговоров — это восстановление статуса Съезда и Верховного Совета. Я думаю, что мы должны были приступить к обсуждению этих вопросов. Я, конеч-

85 Первый день

но, выступлю на Съезде, и если Съезд не подтвердит мое дальнейшее участие, то я благодарю Святейшего Патриарха за инициативу, за доброжелательное отношение, за содействие, благодарю за сотрудничество.

ЮЛужков. Можно мне, Ваше Святейшество, два слова сказать. Я просил бы и внимания Юрия Михайловича.

Первое. Я вынужден официально констатировать, что вся наша работа, которая была проведена в течение этой ночи, дезавуируется Заявлением в связи с протоколом № 1. В этом Заявлении нет ни слова одобрения протокола № 1, поддержки его и мер по развитию тех процессов, которые были обозначены в протоколе № 1.

Больше того, когда мы говорим, что нам нужно исключить фактор вооружений в нашем политическом диалоге, пунктом третьим Заявления объявляется, что проблема оружия не имеет самостоятельного значения, не подлежит вычленению из общей ситуации и дальше идут слова, я бы сказал, обвинительного, оскорбительного толка. Я не хочу на них даже останавливаться.

Иначе говоря, смысл и суть наших предложений о том, что давайте сначала разоружим все и вся вокруг Белого дома, поставим под контроль, дезавуированы и на их место выдвигаются в форме, которая, я думаю, очень сложна для будущих переговоров, требования ультимативного характера к путчистам, преступникам... Это не метод для переговоров.

Второе. Ваше Святейшество, я бы хотел особо Ваше внимание обратить на следующее обстоятельство.

Предложения, которые сейчас прозвучали в устах Юрия Михайловича о требованиях убрать милицию, имеющую право на законные действия и меры по обеспечению безопасности, имеющую право на законное ношение оружия и т.д., увести — я почти дословно повторяю то, что говорил Юрий Михайлович — эти подразделения в места постоянной дислокации и таким образом оставить ситуацию, далекую от сбалансированной, при которой в Белом доме находится громадная масса вооружений, люди соответствующие... Впрочем, я не хочу оценивать характер этих людей, потому что это обижает Юрия Михайловича, а я не хочу его обижать, я хочу переговоров. Но таким образом никакого баланса решений не получается, а вновь возникает опасность повторения той же ситуации, возникшей в среду, после которой были приняты решения о блокировке Белого дома с целью недопущения выплеска оружия и вооруженных формирований оттуда в Москву, что приводит к гибели военнослужащих, милиционеров и жителей.

Поэтому повторю эти два фактора. Первый: дезавуирование первого протокола. Я с громадным прискорбием должен официально это констатировать. И второй фактор: ультимативное предложение отвести милицию без одновременных и исчерпывающих мер по разоружению тех формирований, которые не имеют права носить и иметь оружие в Белом доме, является для нас неприемлемым.

С.Филатов. Могу добавить, не хочется в это верить, но скорее всего это — преднамеренный срыв переговоров, по крайней мере, попытка срыва переговоров.

В.Домнина. Мы протестуем!..

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

87 Первый день

Ю.Воронин. Сергей Александрович, я должен вам сказать, что я очень хорошо знаю коварство... Я пришел как руководитель группы народных депутатов с полномочиями Съезда. И Съезд однозначно зафиксировал: для того, чтобы начать политический диалог как второй этап переговоров, необходимо, прежде всего, я еще раз повторяю, восстановить права человека. О чем очень много пеклись так называемые демократы... Скажу вам, Сергей Александрович, я ведь полностью согласен...

С.Филатов. Давайте не будем сейчас на эту тему говорить...

Ю.Воронин. Одну минуточку, Сергей Александрович, одну минуточку... я прожил десять дней в осажденном Белом доме...

С.Филатов. Не надо, мы сейчас тоже можем говорить и много о чем говорить. Не об этом идет речь.

Патриарх Алексий П. Дорогие друзья, давайте не будем сейчас дальнейшие обвинения бросать друг другу... Вчера я выступил с Воззванием, в котором призвал и предложил, смиренно предложил Церковь в роли посредницы для выхода из тупика. Зашло дело в тупик, который мог бы перерасти в гражданскую войну. И поэтому нужно сделать все для того, чтобы снять напряжение и предотвратить гражданскую войну и возможное кровопролитие. В тех вчерашних встречах, которые мы имели, мы получали заверения и из Белого дома: они поддерживают одновременное разоружение и в Белом доме, и вокруг Белого дома. Об этом говорил Александр Владимирович. Поэтому до политических вопросов, очень трудных, надо снять напряжение, возможность вооруженного конфликта. Ведь вчера достаточно было одной пули, одного выстрела со сторо-

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

ны человека, который или доведен до предела, или больного человека, или просто провокатора, для того, чтобы возник конфликт и гражданская война, которую остановить будет трудно. Поэтому наша задача — не обвинять друг друга, а найти пути выхода. Мы предложили Свято-Данилов монастырь — обитель, которая создана в XIII веке, место святое, намоленное, хотя и разоренное и восстановленное, но место, которое дает нам возможность и должно давать возможность спокойно говорить друг с другом и находить компромисс, находить выход из ситуации, в которой мы находимся, потому что за нами будущее России, а кровопролитие приведет к необратимым последствиям... Сейчас мы сделаем перерыв и после перерыва продолжим...

После перерыва.

Митрополит Кирилл. Переговоры начались ночью и уже пройден определенный путь. И есть уже определенный опыт. Этого опыта не имели вы, когда только что вошли. Вы имели опыт совершенно другой. И мы сострадаем вам и вашему опыту. Я не знаю, в каком бы я состоянии пришел из Белого дома, может быть, вообще не смог разговаривать. Поэтому ваш эмоциональный настрой понятен и, поверьте, находит сострадание и понимание полное. Поэтому, первое: ничего страшного не произошло абсолютно. Сейчас нужно спокойно перейти к деловому обсуждению. Но для этого, я думаю, нам нужна отдельная сейчас встреча с представителями Верховного Совета — для беседы, для изложения нашей позиции, для информации о том, что произошло за прошедшую ночь и за утро. А после это-

89 Первый лень

го, может быть, мы могли бы иметь отдельную встречу и с той, и с другой стороной, и потом с Божьей помощью встретились бы для беседы. Митрополит Ювеналий. Мы перед перерывом собирались отдельно как с той, так и с другой стороной. И в связи с тем, о чем мы договорились до перерыва, у меня возникает вопрос: подтверждаете ли вы в принципе те договоренности, которые были между нами конфиденциально достигнуты?

И второе. В связи с тем вопросом, который я задавал раньше: есть ли гарантии, что все вооруженные формирования однозначно контролируются и подчинены Александру Владимировичу Руцкому?

Нам стало сейчас известно, что есть еще решения Верховного Совета, опасные для нашей страны. И как я выяснил, об этом не было известно.

И все-таки, в связи с этим, я вновь спрашиваю: имеется ли гарантия контроля, как мы говорили, над всеми вооружениями и формированиями? Ю.Воронин. Я хотел бы вас проинформировать, что та договоренность, которой мы достигли перед перерывом, сохраняется. В соответствии с законодательством контроль над вооруженными силами осуществляет Верховный Совет и Верховный Главнокомандующий, которым по статусу является Президент. В данном случае — исполняющий обязанности Президента Руцкой Александр Владимирович.

Те решения, которые принимали силовые министры, являются нашим внутренним делом, и это было необходимо для информации народных депутатов о переговорном процессе. В данном случае он тоже идет в русле тех переговоров, которые мы осуществляем.

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Приехав в перерыв, я проинформировал исполняющего обязанности Президента Александра Владимировича Руцкого, Председателя Верховного Совета Хасбулатова Руслана Имрановича, а также членов рабочей группы по проведению переговоров. Та договоренность еще раз была подтверждена и нашла отражение в более конкретных формулах, которые необходимо заложить в документ наших переговоров на данном этапе.

В.Домнина. Скажите, что контроль за оружием гарантируется...

Патриарх Алексий II. Надо, видимо, говорить о реализации тех договоренностей, которые были достигнуты, о том, как они будут реализовываться. Ю.Воронин. Обсуждая этот вопрос, а он действительно принципиальный — как мы будем подвигаться вперед? — мы могли бы внести следующие предложения.

На данном этапе, на данное время документ мог бы состоять из следующих пунктов.

Первый. Еще раз подтвердить, что все объекты жизнеобеспечения включены и задействованы. И мы бы хотели иметь на этот счет официальный документ от исполнительных структур, потому что включен только свет и больше ничего не сделано. Ни телефоны, ни почта, ни транспорт, ни телеграф на Верховный Совет сегодня не работают, они отключены. То есть мы снова возвращаемся к тому моменту, который был зафиксирован в ночном протоколе: эти объекты должны быть задействованы.

Второе. Мы с вами говорили о том, что необходимо решить вопрос с оцеплением Дома Советов и с тем вооружением, которое находится внутри Дома Советов. Я бы просил и Александра Владимирови-

91 Первый день

ча подготовить развернутый блок вопросов.

Механизм здесь мог бы быть такой. Либо мы его еще более конкретизируем, хотя он достаточно конкретный, либо садятся две стороны, те их представители, кто может написать соответствующие документы, и они их готовят, исходя из времени, направления реализации и т.д. То есть эти документы должны быть состыкованы. Речь идет о том, что если Ерин издает приказ отвести такие-то и такие-то войска в такое-то время, то соответственно издается приказ в Доме Советов, что это оружие складируется так-то и так-то, о чем говорил Александр Владимирович: вот такая-то комната опечатывается, вот здесь вставляется такой-то контроль, охрана под двумя печатями, под двумя контрольными органами, причем, желательно, чтобы эти контрольные органы были и в Доме Советов, и там, скажем, где ими командует кто-то с противоположной стороны. Предположим, в МВД. И у них идут переговоры. Ага, войска уходят, в это время все опечатывается. Думается, что этот механизм можно было бы задействовать.

У меня он здесь расписан более подробно, но я думаю, что мы не специалисты по этому вопросу. Лучше было бы посадить специалистов, чтобы они могли подготовить эти документы.

Смотрите, специалисты пишут, что по пункту первому, то есть по отводу войск от Дома Советов, Ерин издает приказ. В этом приказе — этапы, очередность, время и т.д. и т.д., отменяются какие-то ранее изданные приказы и соответственно то же самое делается по Дому Советов. Думается, что, наверное, специалисты, эксперты должны сами сесть, подготовить такие документы, а мы в нашем про-

92 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

токоле могли бы записать, что экспертам со стороны исполнительных структур — Ерина, я не знаю, кто там будет — и со стороны Белого дома поручено за два, три, четыре часа подготовить такой-то документ. Этот документ вступает в силу вот так-то. И дальше последовательность реализации по пунктам. Здесь все расписано...

В.Домнина. Здесь много документов, а у нас всего полчаса было.

О.Сосковец. Юрий Михайлович, у нашей стороны вызывает вопрос нестабильность состава. Вы во время общей встречи огласили какой-то документ о полномочиях в составе делегации. Я, может быть, кого-то забыл, но, насколько помню, это вы, До-мнина, Аникеев, Агафонов, Абдулатипов, Соколов и другие.

Каков в настоящий момент окончательный состав стороны и нет ли сомнений по поводу того, что не будет опять кто-то выводиться, подтверждаются ли полномочия и т.д.?

Ю.Воронин. Я еще раз подтверждаю, что Съезд проголосовал за состав депутатской группы по проведению переговоров в составе: я как председатель, Агафонов, Аникеев, Андронов, Абдулатипов, Соколов, Сидоренко, Домнина, Рыбкин, Исаков, Сыро-ватко, Чеботаревский. Но каждый из членов этой депутатской группы будет принимать участие при обсуждении того или другого вопроса. Вопросов будет много. Нам необходимы, скажем, когда будем рассматривать сугубо политические вопросы — наверное, юристы, поэтому включен Исаков. Он будет принимать участие.

В.Олейник. Тогда в связи с этим вопрос. Только что нам в Конституционный суд передана из Верховного

93 Первый день

Совета информация о том, что в Белом доме решением, которое состоялось в 10 часов, выведены из состава Абдулатипов и Соколов и дезавуировано ночное, как мы условно его называем, соглашение. Так ли это или не так?

Ю.Воронин. Я еще раз повторяю, мы официально, в том числе я, как руководитель группы, представляем Съезд. Ни Абдулатипов, ни Соколов из состава депутатской группы не выведены. Я вам специально зачитал.

А в отношении остальных документов — их надо развивать. Это сказано было на Съезде: развивать. И сегодня, если мы с вами подготовим какой-то документ, то он будет идти в развитие того документа, который вы приняли. Вот и все. Механизм под него надо подвести, потому что — еще раз повторяю, сколько угодно буду повторять и в средствах массовой информации... к сожалению, мы на девяносто девять процентов встречаемся с тем, что сегодня говорят одно, а завтра говорят другое. Таких примеров я вам могу привести сколько угодно. Я приводил пример по поводу отключения объектов жизнеобеспечения. Я до сих пор не знаю, кто отдал такой приказ. То ли Юрий Михайлович Лужков, то ли Виктор Степанович Черномырдин, потому что один ссылается на другого.

В.Домнина. Юрий Михайлович, чтобы не было сомнения относительно вопроса Владимира Ивановича. На Съезде действительно был поставлен вопрос по Абдулатипову и Соколову, и Съезд, причем единогласно — там голосование проходило, когда избирали эту группу — подтвердил полномочия Соколова и Абдулатипова для участия в переговорах.

В.Олейник. Мне это положение ясно, Юрий Михай-

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

лович объяснил. Единственное, я бы повторил вторую часть вопроса: сохраняет ли это положение силу?

Ю.Воронин. Уважаемые коллеги, Съезд — это коллегиальный орган. И хотим мы того или не хотим, наверное, будет и юридически, и нравственно верно, что, если мы готовим какой-то документ, то надо согласовывать его с этим коллегиальным органом, особенно в столь сложное время. Поэтому не надо пользоваться информацией со стороны. Мы здесь — официальные представители. Если нужно, мы можем всех их пригласить, они все будут принимать участие. Но, я думаю, сегодня для нас важно выйти из того тупика, в котором мы находимся. И такое желание, я еще раз повторяю, есть и у Александра Владимировича Руцкого, и у руководства Верховного Совета. Еще раз повторяю, что мы доложили о наших переговорах, которые прошли до перерыва, и они получили одобрение. Теперь надо их реализовать, изложить в форме какого-то документа.

Ю Лужков. Юрий Михайлович, я сейчас хочу правильно понять то, что вы говорите. И мне очень важно получить ответ на один вопрос и попросить, все-таки, потратить на него время, учитывая, что вопрос о снятии вооруженного потенциала является краеугольным на данном этапе наших переговоров. Я прошу зачитать весь этот перечень с тем, чтобы мы могли определиться, можно ли его поручать экспертам как основу для проработки уже этими самыми экспертами. Это вторая часть моего вопроса.

А первый вопрос связан вот с чем. Юрий Михайлович, пожалуйста, я запутался совсем. Ночной протокол, вы говорите, действует? Это прекрасно.

Ю.Воронин. Нет. Ночной протокол подписан, но он

95 Первый день

еще не действует. Вы еще ничего не сделали, кроме включения света. Что значит действует?

ЮЛужков. Юрий Михайлович, можно мне задать вопрос?

Ю.Воронин. Пожалуйста.

Ю.Лужков. Я отвечу на вашу реплику в более спокойном тоне. И приглашаю вас тоже к спокойному тону. Сами стены эти должны помочь нам спокойствию в разговоре.

Скажите, то решение трех силовых министров так называемого Военного совета — в этом случае, при подтверждении протокола ночного — должно быть дезавуировано?

Ю.Воронин. А какое имеет отношение решение трех силовых министров к обсуждаемому здесь вопросу? Это наше внутреннее дело.

ЮЛужков. Это имеет отношение, потому что решение трех силовых министров дезавуирует ночной протокол.

Ю.Воронин. Юрий Михайлович, это наше внутреннее дело, внутреннее. Я не прошу у вас — дайте мне письменное распоряжение, кто ввел войска, хотя для меня это имеет принципиальное значение: я десять суток отсидел в концлагере... Не надо... Поэтому мы пришли с вами вести переговоры. Я могу вам зачитать, как это видится.

Патриарх Алексий П. Видится с одной стороны... И как видится с другой... Нужно свести.

Ю.Воронин. Я хочу сказать, а вы подготовили? Ведь мы говорили: к трем часам подготовить, как видится вашей стороне разоружение Белого дома и есть ли у вас какие-то рекомендации, как выводить войска от Дома Советов? Мы подготовились, я еще раз говорю: вот, пожалуйста... Не я вводил войска в

Москву.

С.Филатов. Если бы у нас спокойный разговор был до перерыва, то, я думаю, мы бы эти вопросы обсудили. Мы ночью договорились: как только включается свет, две экспертные группы — с нашей стороны и со стороны Белого дома — встречаются в Белом доме и обговаривают все технические вопросы, которые мы обсуждать не можем, поскольку мы не специалисты. Наша техническая группа была готова с трех часов ночи, и до настоящего момента она готова обсуждать эти вопросы. Но тем не менее мы хотели бы послушать подходы — хотя бы подходы: одинаково мы мыслим в этом плане или нет? Если да, то технические группы надо свести, а дальше они все сделают сами. Они лучше нас все это сделают.

Ю.Воронин. Все, давайте так и договоримся. Садятся технические группы, готовят документ, который стыкуется между собой. Я думаю, такой подход абсолютно правильный, и мы его сразу поддерживаем.

В.Домнина. Юрий Михайлович, я уточняю, в ночном протоколе в одностороннем порядке ведется разговор о...

С.Филатов. Техническая группа будет работать в Белом доме. Так, Юрий Михайлович?

Ю.Воронин. Давайте, если вы согласны с таким подходом, то мы его абсолютно поддерживаем и, скажем, через час или в какое-то другое время, специалисты в Белом доме готовят совместный документ и различные документы, стыкующиеся между собой по времени, по направлению, по движению и т.д. И в конце, как мне предлагают, на реализацию этого механизма отводится двое суток. Это мои специалисты написали. Может быть, сутки, не знаю.

96 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

97 Первый день

С.Филатов. Мы не отрицаем этого, потому что с учетом такого количества оружия, которое есть, с учетом того, что нужно проверить очень много помещений и спецпроверку провести, может быть этого будет мало.

Ю.Воронин. А дальше наступает второй этап переговоров.

В.Домнина. (Лужкову) Юрий Михайлович, позвольте мне все-таки уточнить. Вы ведете разговор об одновременном разоружении, скажем так, или вы ведете разговор только об оружии в Белом доме?

ЮЛужков. Я отвечу. И в ночном протоколе, и всегда мы говорим об одновременных мерах по снижению вооруженного противостояния. Для меня это означает четыре важнейших элемента этой проблемы. Первое: размещение всех нештатных вооружений, огнестрельного оружия, гранатометов и других средств в замкнутых контролируемых пространствах.

Второе: вывод из Белого дома охранных подразделений.

Я говорю не о последовательности, прошу меня здесь правильно понять, а о комплексе мер одновременного действия, три из которых — это комплекс мер одновременного действия.

Третье: адекватные снижению потенциала вооружений меры по отводу наших подразделений милиции и других подразделений, которые вы считаете воинскими, хотя у нас воинских подразделений нет, кроме подразделения МВД; итак, адекватное снижение потенциала милиции вплоть до полного снятия блокады или оцепления — как его там называют, это второй вопрос — Белого дома, полного снятия с оставлением внутри Белого дома милицей-

98 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

ских подразделений, несущих совместные виды службы по недопущению в Белый дом каких-то посторонних лиц, охране и т.д.

Четвертое: удаление — видите, я все наизусть знаю, как школьник — из Белого дома того оружия, которое не нужно в парламентском центре, в главном парламентском центре страны. Не нужно, чтобы там, где находятся депутаты, было столько вооружений. Это, мне кажется, не цивилизованные признаки всей этой самой системы и ситуации.

Мы готовы принять немедленные меры по одновременному сбалансированию и снижению вооруженного потенциала. Думаю, что двух дней при столь плотной работе достаточно.

Ю.Воронин. Это исходный момент. Свет включили, исходя из этого, горячая вода пошла, поскольку это связано, дальше телефоны, почта, транспорт, пропуск депутатов, то есть обеспечение работы Дома Советов. И в это же время начинают работу наши двусторонние комиссии экспертов, которых мы попросим быстро и точнее подготовить такие документы. Может быть, один, а может быть, два, поскольку два приказа. По крайней мере, так мне специалисты сказали. Один приказ — с вашей стороны, второй приказ — с нашей стороны. Создание совместной рабочей группы с различных сторон. И расписанная по времени процедура решения этих вопросов.

Патриарх Алексий П. Когда может начать работу эта группа? И где?

ЮЛужков. Мы готовы. Сказали — в Белом доме, пожалуйста.

С.Филатов. Можно было бы поручить группе начать работу сегодня до 18 часов.

уу Первый день

Ю.Воронин. Пожалуйста.

Патриарх Алексий П. Может быть, предложить нейтральное место?

С.Филатов. Нет, группа не может в нейтральном месте работать. Она должна работать там, потому что одновременно они должны осматривать помещения, где находится оружие.

Ю.Воронин. Нет, прежде чем осматривать помещения — я еще раз повторяю — надо издать приказы с одной и с другой стороны, выверенные по времени решения этой проблемы.

— Они совместные должны быть.

Ю.Воронин. Если совместные, пожалуйста.

ЮЛужков. Это должны быть процедуры совместного снижения сбалансированного потенциала и соответствующей системы контроля за этими мерами.

Ю.Воронин. Мы знаем, где осматривать. И ту сторону, где стоят части, все это нам известно.

— Записать?

— Записать, совершенно правильно.

Патриарх Алексий П. Документ должен быть принят нами, согласованный документ. После этого уже идет реализация. Идет осмотр и снижение... всех пунктов.

ВДомнина. Ваше Святейшество, я еще передам просьбу большую от группы депутатов Съезда. Я думаю, что и без протокола согласования можно решить проблему пропуска и выпуска российских депутатов за кордоны. Мы сейчас поставлены в унизительное положение...

Ю.Воронин. Мы стояли ровно двадцать пять минут, почему и опоздали... И это те, кто едет сюда для решения общих вопросов!..

В.Домшша. И по линии Красного Креста. Поверьте

100 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

мне, у нас медикаментов нет, а идет гриппозная инфекция, там очень много больных людей. С.Филатов. Нам вчера сказали, что все лекарства есть,

и всех больных врачи вывезли. Если это не так... В.Домнина. Нет, нет, их не пропустили. Ваше Святейшество, или просьба прямо к Вам: по линии Церкви организуйте такие благотворительные акты. — Сергей Александрович, ей-Богу, не верьте! С.Филатов. Вчера ночью мы были в Штабе, нам сказали, что двух больных вывезли оттуда. Вывезли или нет, Валентина Александровна?

Ю.Воронин. Это был какой-то кошмар, поверьте, зачем нам придумывать?

С.Филатов. Если нужна какая-то медицинская помощь, скажите — не будет вопросов. И с лекарствами нет вопросов.

В-Домнина. А знаете, как вывозили? При мне женщина лежала на земле полчаса, прежде чем ее забрала «скорая помощь».

Патриарх Алексий П. Видимо, есть какой-то медпункт в Белом доме... Каких лекарств нет — надо обеспечить.

В.Домнина. Они не разрешают, не пропускают...

Ю.Воронин. Все мобилизовано, все медикаментозные средства гражданской обороны — все изъято, все работает на Белый дом. Но ведь десять дней там не топили, там сейчас...

С.Филатов. Давайте список, какие лекарства нужны, не будет вопросов.

В.Домнина. Куда список подавать?

С.Филатов. Сюда. Здесь встречаемся... давайте.

Патриарх Алексий II. Вы ставите вопрос, чтобы по линии Церкви оказывать гуманитарную помощь? У нас есть какие-то лекарства. Но если мы пошлем то,

101 Первый день

что нам присылают... для детей... Нам же нужно знать, что именно...

С.Филатов. Вы меня простите, давайте договоримся, чтобы это не было предметом дискуссии. Я и все представители, мы твердо говорим: лекарства нужны, нет здесь вопросов, нет проблем. Если лекарства есть в стране, то они будут там. Не надо из этого делать проблему. Я бы не затрагивал эту тему. Я специально вчера вечером спросил, и нам при всех сказали, как обошлись с больными. Я остался удовлетворенным. Если нет, то давайте решать. Это — не те вопросы, их даже не надо протоколировать.

Митрополит Кирилл. У меня только один вопрос, Ваше Святейшество, о порядке работы. Эта группа экспертов должна разработать вначале документ о согласовании действий. Потом документ все-таки должен быть принят здесь... и потом — начало реализации. Может быть, в таком случае группа экспертов могла бы составлять документ на нейтральной территории, а не в Белом доме, вот вопрос. Может быть, сам документ группа экспертов могла бы готовить на нейтральной территории. Сам документ.

С.Филатов. Нет возражений.

Митрополит Кирилл. Психологическая атмосфера очень будет влиять...

С.Филатов. Нет возражений. Я думаю, что это можно сделать. Единственное, что хотел бы подчеркнуть. Свет есть, отопление есть, питание, наверное, будет, медицинские препараты будут, телефоны — мы договорились, в протоколе записали, сегодня к вечеру готовы включить какой-то блок телефонов. Что же касается телеграфного устройства и прочего, то я бы это поставил в зависимости от вооружения,

102 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

потому что это очень опасно. Опять пойдут призывы, призывы к батальонам, ко всему прочему. Пока оружие там, это недопустимо совершенно. Как только мы увидим, что оружие в безопасности, все будет немедленно включено.

Ю.Воронин. Безопасность, Сергей Александрович, будет зависеть от вашей стороны. Не мы инициаторы блокады Белого дома. А коль скоро мы пришли на переговоры, то не будьте людьми, которые нарушают права человека. Вы главный идеолог борьбы за права человека. Что значит не разрешать почту, телеграф, не пропускать депутатов!.. Давайте, я еще раз повторю, что я спрашивал, спрашиваю и буду спрашивать персонально: кто это сделал? Зачем такие вещи делать? Что, я не плачу деньги за телефон? Дома у меня его отключили... Если, скажем, у депутата Агафонова, заместителя Председателя, жена с инфарктом, если она умрет, кто будет отвечать за это, не имея телефона?

С.Филатов. Телефоны будут работать. А что касается всего остального, то вы имейте в виду, все началось с того, что было совершено убийство.

Ю.Воронин. Это убийство совершено вашими людьми. Я докажу это. Я доказываю, что вашими людьми. Сергей Александрович, не надо. Не надо, это все в прессе есть. Читайте.

С.Филатов. Ну зачем нашими. Есть прокуратура.

В.Домнина. Ваше Святейшество, я бы просила, Сергей Александрович, Юрий Михайлович, я бы просила решить вопрос пропуска и выпуска российских депутатов. У нас достаточное количество людей осталось за баррикадой, достаточно и там, но это тоже напряженность, депутаты пытаются пройти — и проходят, но конфликтная ситуация никому не

103

Первый день

нужна. Пусть других граждан вы пока не будете пропускать, исходя из безопасности.

Ю.Лужков. Вы меня простите... Конечно, этот вопрос решаемый. Но если бы сегодня с восьми часов, после того, как мы включили электричество, начал действовать ночной протокол, то сейчас этих вопросов уже не было бы.

Ю.Воронин. Юрий Михайлович, я вас очень уважаю. И если бы то, о чем мы говорим, если бы объекты жизнеобеспечения действовали на второй день, когда вы их отключили, а с вами беседовал Агафонов, и я — с Черномырдиным, то, думаю, этих проблем вообще не было бы. Поэтому давайте не будем сегодня шар кидать в одну сторону, в другую...

ЮЛужков. Это все — в историю.

Ю.Воронин. А история не забывается, на истории учатся, Юрий Михайлович.

ЮЛужков. Если бы не было не очень этичных заявлений Хасбулатова и решений Верховного Совета, может быть, не было и этого конфликта.

В Домнина. Позвольте, почему вы Хасбулатова олицетворяете со всем депутатским корпусом?

ЮЛужков. Он ваш руководитель.

В.Домнина. Я ваш ОМОН, извините, на своей собственной горбушке испытала, как они колотят и бьют. Причем здесь Хасбулатов?

Ю.Воронин. Ваше Святейшество, я бы предложил такой протокол данного обсуждения.

В первом пункте записать, что должны быть обеспечены немедленно самые элементарные условия жизнедеятельности Дома Советов: связь, подвоз пищи, медикаментов, почта, телеграф, пропуск народных депутатов — поскольку этим нарушается их статус, разблокирование транспорта. Я приехал к

вам на машине без номеров.

Второе. Согласиться с предложением о создании экспертной комиссии по подготовке документа о поэтапном выводе войск от здания Дома Советов и складирование — как там написать? — оружия в Доме Советов.

Комиссии начать работу в 17.30 сегодня.

Патриарх Алексий II. Хорошо, давайте определять место, где работать экспертной группе. Сколько в ней будет человек?

Ю.Воронин. Дом Советов.

С.Филатов. Мы договаривались — Дом Советов.

В.Домнина. Специалисты определят.

Патриарх Алексий П. Не надо Дом Советов.

ЮЛужков. Есть предложение разместиться в СЭВе на первом этаже, в круглом зале.

Патриарх Алексий II. Прекрасно, рядом с Белым домом.

В.Домнина. Я думаю, с количеством мы определимся на месте.

Патриарх Алексий II. Надо, чтобы паритетное было количество. Сколько с каждой стороны в экспертной группе?

С.Филатов. У нас было трое, по-моему.

Ю.Воронин. Я тоже думаю, три человека достаточно. Три с одной, три с другой, так я себе представляю. И начать с 17.30. Мы готовим документ, его вместе с вами смотрим, затверждаем, как говорят, и вперед.

Патриарх Алексий II. Сколько им потребуется времени для работы?

Ю.Воронин. Я не думаю, что это длительный процесс.

В.Домнина. Часам к десяти, наверное.

— К 21 часу.

104 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

105 Первый день

Ю.Лужков. Нет, к 21 часу они, конечно, не сделают. — В 22 часа.

ВДомнина. Нет, зачем? Если мы здесь с вами по сути договорились достигнуть соглашения, то им только надо все оформить в письменном виде. Достаточно времени.

С.Филатов. Это специфические вопросы. Ю.Воронин. Нуда, они должны быть увязаны по времени. Вот в чем дело. Издается приказ? Здесь издается. Начинается движение? Здесь начинается работа. Там уже должны быть комиссии, наблюдательные комиссии, которые смотрят с одной стороны и с другой.

Патриарх Алексий II. У нас кто-нибудь формулирует? Ю.Воронин. Я могу, пожалуйста, у меня почти все

написано. Где записать?

С.Филатов. Если Юрий Михайлович кончил, я бы хотел уточнить первый пункт. Я думаю, что в первом пункте, чтобы не волновать общественность, мы должны подтвердить тот протокол, который был подписан, и базироваться на том протоколе. Это будет логично, потому что неужели каждые сутки мы будем начинать с нового протокола? Основные положения надо зафиксировать. (Реплика: В развитие?) В развитие. Потому что тогда есть какая-то логика. — Стороны подтверждают протокол и в его развитие

— следующее.

В.Домшша. Ваше Святейшество! Сергей Александрович, Юрий Михайлович, вы прекрасно понимаете, что сейчас вы представляете самих себя, практически сами на себя и берете ответственность. А за нами, поверьте, стоят сотни депутатов. Формулировки, протокол — это было на Съезде. Протокол был роздан, был прочитан нами, и вслед же за ним тут же

106

ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

нам был роздан план действий в соответствии с этим протоколом. А сейчас мы ориентируемся только лишь на план действий в отношении оружия. Да, надо определиться с оружием, снять эту действительно вооруженную, скажем так, напряженность, но...

С.Филатов. Хорошо, давайте напишем не в ультимативной форме: обеспечить жизнеобеспечение. Оно практически включено, как мы договорились.

В.Домнина. Я согласна.

С.Филатов. Поэтому надо констатировать: в связи с тем, что в соответствии с протоколом № 1 элементы жизнеобеспечения Дома Советов включены... Продвигаемся дальше; что-то в этом духе, потому что мы вроде бы начинаем все сначала. Сейчас вот первый ультиматум, потом второй шаг и т.д. и тд.

В.Домнина. Пункт «В соответствии с договоренностями» фактически не соблюден: ни тот пункт, ни другой... Что «начало функционировать»? Только свет дан.

С.Филатов. Нет, как записали, так все и сделали.

ЮЛужков. Сразу же включили электричество, дали команду на включение тепла. И пошли бы дальше по расширению всех объектов, связанных с жизнеобеспечением... Но никого из наших специалистов в области правопорядка не пригласили в Белый дом. В протоколе это все было отражено и договоренность такая была, и начали обсуждать в режиме...

Ю.Воронин. Я или читать не умею, Юрий Михайлович, или ну-ка найдите, где здесь написано? Какие правопорядки? Я знаю, что было написано, и не один раз, о том, чтобы включить объекты жизнеобеспечения. Я вынужден теперь их перечислять? Ну что, включили свет и считаете, что на этом кончи-

107 Первый день

ли? Вы что, хотите нам два телефона включить — и достаточно? Давайте я напишу: включить телефоны в квартирах народных депутатов.

С.Филатов. Они включены.

Ю.Воронин. Не включены, Сергей Александрович, не надо.

С.Филатов. Телефоны работают. Их периодически, случайно отключали. Но они работают.

Ю.Воронин. А почему из тринадцати членов Конституционного суда четверо пользуются ими в полной мере?

С.Филатов. Об этом мы поговорим потом, когда решим вопрос о вооружениях.

Ю.Воронин. Хорошо. Поэтому я и говорю — давайте, я перечислю вот такие пункты: обеспечить элементарные условия жизнедеятельности Дома Советов: телефонная связь, почта, телеграф, подвоз пищи, медикаментов, разблокировка транспорта. Предоставить полную политическую свободу для деятельности и передвижения народных депутатов, сотрудников аппарата Верховного Совета и всего корреспондентского корпуса. Согласиться с предложением о создании экспертной комиссии по подготовке материалов по отводу войск от Дома Советов.

ЮЛужков. Там нет войск. Там есть подразделения милиции.

Ю.Воронин. Давайте напишем: подразделений, милицейских подразделений от Дома Советов. И складирование, что ли?

ЮЛужков. В ночном протоколе все это написано.

Ю.Воронин. Давайте найдем, где в ночном протоколе?..

В.Домнина. Сбор и складирование написано...

108 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Ю.Воронин. Сбора и складирования нештатного вооружения...

Ю.Лужков. Я только хотел бы внести такое предложение, пока Юрий Михайлович пишет, он умеет сразу два дела делать, я это знаю хорошо.

Ю.Воронин. Я их делаю иногда. Срок?

ЮЛужков. Я думаю, что вторым пунктом надо написать, что стороны, которые участвуют вот в этих переговорах, считают необходимым немедленно приступить к снижению вооруженного противостояния, разоружению и отводу милицейских подразделений, разоружению подразделений Белого дома и т.д., для чего в качестве первого шага формируется экспертная комиссия, которая должна выработать предложения, и по результатам работы экспертной комиссии с десяти часов вечера должен начаться немедленно процесс разоружения в согласованных конфигурациях... Я хочу предложить такое дополнение, которое, мне кажется, полностью соответствует цели нашего с вами разговора.

Ю.Воронин. Юрий Михайлович, давайте сразу на бумагу, чтобы отпечатать, и мы могли бы быстренько...

С.Филатов. Чтобы не нарушать ни логики, ни последовательности действий, я хочу еще раз подчеркнуть, что все, что сделано с точки зрения режима, это все сделано для безопасности, поскольку главным очагом опасности является оружие — не только хранящееся, но и розданное. Поэтому речь об ослаблении всех режимов может идти тогда, когда будет безопасно. Эта мысль должна быть здесь подчеркнута. Это первое.

Второе. Я думаю, что никто нас не поймет, если мы выйдем отсюда с новым протоколом, дезавуи-

109 Первый день

ровав тот, который был ночью. Просто никто не поймет. У нас протокол нормальный. Он, вообще говоря, без механизма реализации, я согласен. Но он и предполагал как раз ночью сесть за разработку механизма его реализации. Поэтому, в каком виде написать, давайте подумаем, но просто так без него обойтись — это вообще никто не поймет.

Ю.Воронин. Сергей Александрович, не надо так говорить — поймут, не поймут. Не поймут вас, нас поймут.

С.Филатов. Мы хотим, чтобы нас поняли.

Патриарх Алексий II. Надо, чтобы всех поняли.

Ю.Воронин. Правильно. А чтобы всех поняли, я написал два пункта.

Патриарх Алексий П. Мы не на пустом месте начинаем. Мы начинаем, уже проделав определенную ночную работу и работу плодотворную. И сейчас надо ее развивать. А из этого документа должно явствовать, что это идет развитие, детализация.

В.Домнина. Можно указать, что после ночных переговоров включен свет в Доме Советов, что начался конструктивный процесс.

С.Филатов. Можно этого не делать, просто: в развитие протокола № 1 решили то-то, то-то и то-то. Все.

Митрополит Кирилл. Это будет протокол № 2. Это уже свидетельствует о том, что мы имеем первый протокол. Во втором протоколе необходимо сказать, что в развитие достигнутых договоренностей имело место включение электричества и подача тепла и воды. Мы должны зафиксировать то, что сделано. Далее: стороны достигли соглашения о необходимости... и дальше идет перечень, который вы даете, обеспечения условий жизнедеятельности.

Патриарх Алексий II. Только, я думаю, в этом перечне

110 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

нам надо идти маленькими шагами, а не по максимуму. Мы сегодня не достигнем этого максимума. Первые шаги делаем. Создаем экспертные группы. Вряд ли сегодня мы сможем добиться полного обеспечения. Если мы покажем, что можем прийти к доверию, то тогда в следующем, в третьем протоколе можно уже продвигаться дальше. Но не закладывать сегодня максимум того, что может быть нереально.

Ю.Воронин. Ваше Святейшество, я всю свою сознательную жизнь, как и Юрий Михайлович, проработал на хозяйстве... Я знаю, что такое включить почту. Они отключали ее очень просто. (Лужкову) Мы проверили вместе с вашим прокурором. Подняли телефонную трубку и сказали: выключить. Письменных документов нет. То же самое делается наоборот. Позвонить — почта работает... Специалисты у нас сидят на месте. Нет проблем. Иными словами, должно быть какое-то желание сделать эту работу. Ну как мы можем сегодня народным депутатам сказать: десять дней вас мордовали, над вами издевались и будут издеваться еще четыре дня.

ЮЛужков. Никто из народных депутатов не погиб, а погибли два москвича.

Ю.Воронин. Это ваша вина. Юрий Михайлович, извините, не надо на нас. Это все доказано. Восемь человек, здесь все написано, прокуратура отпустила за неимением улик. Где убит капитан, я тоже знаю. Не надо улыбаться. Все это придет в свое время.

Ю.Лужков. Юрий Михайлович, пусть прокуратура решит этот вопрос, которую вы не допустили в Белый дом.

Ю.Воронин. Пожалуйста, а я и не спорю. Вот вы и докажите, что они в Белом доме. А я говорю, что они в мэрии находятся. Тех, кого вы пригласили. Вот так.

111 Первый день

И я вам доказываю.

В.Домнина. Юрий Михайлович, я бы просила прекратить. Это действительно трагедия — то, что произошло, и нам с вами это не решить, пусть прокуратура решает. А нам надо решить, как это противостояние, блокаду снять.

С.Филатов. Снимем. Сутки еще. Оружие возьмется на контроль — и все.

Ю.Воронин. Сергей Александрович, ровно через сутки я прошу освободить Белый дом от блокады. Пойдемте сходим, вы посмотрите.

С.Филатов. Я прошу освободить Белый дом от вооруженных формирований.

Ю.Воронин. Вот и правильно. Мы это и сделаем.

С.Филатов. Вот мы и идем взаимно навстречу друг Другу.

Патриарх Алексий П. Экспертная комиссия должна представить нам сроки. Зачем мы сейчас спорим? Сутки? А может быть, двое? Может быть, меньше, может быть, больше. Мы же не эксперты.

ВЛомнина. Дать экспертной комиссии задание решить юридические и практические вопросы разведения, скажем, вооруженных сторон в разные стороны. Вот смысл какой. Может быть, больше и не надо ничего в протокол-то писать.

ЮЛужков. Нет, надо разоружать формирования.

Ю.Воронин. Правильно, я тоже считаю: надо Белый дом освободить от кольца.

ЮЛужков. Я согласен.

Ю.Воронин. Правильно.

ЮЛужков. Но — разоружив формирования.

Ю.Воронин. Совершенно верно. Надо освободить Белый дом от кольца.

С.Филатов. Одновременно.

112 ТИШАЙШИЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Ю.Воронин. Одновременно, в соответствии с тем графиком, который будет изложен, но после того, как там включат все объекты жизнеобеспечения. Я не могу прийти на Съезд и сказать, что вы не будете иметь телефона. Нет такого пункта в этом протоколе. В этом протоколе опять издевательский пункт написан. Видите ли, по прихоти кого-то будет включено определенное количество городских телефонов для оперативной связи.

ЮЛужков. На самом первом этапе так и договорились.

С.Филатов. Столько, сколько там людей находится — им и надо включить.

Ю.Воронин. Там сегодня находится восемьсот человек. Вот и включайте все телефоны.

С.Филатов. Из них шестьсот человек в вооруженных формированиях. Им телефоны не нужны, у них кабинетов нет.

О.Сосковец. Сейчас все аккумуляторные батареи по-существу разряжены. Единственную аккумуляторную батарею на станции подзарядили, и двадцать номеров сейчас подключены. Дальше будем продолжать.

Ю.Воронин. Олег Николаевич, вы тоже прошли большую школу хозяйственной работы. Уж мне-то лапшу на уши вешать не надо. Батареи, не батареи... Я тоже знаю, как это делается, не надо.

О.Сосковец. Я вообще не согласен в таких тонах вести разговор. Вы один пытаетесь...

Ю.Воронин. Вы могли Абдулатипову рассказывать про батареи, но мне не надо. Я закончил авиационный институт и знаю, что это такое.

Ю.Лужков. Я хочу справку дать. Все очень просто. Пришел — включил почту. Пришел — выключил почту.... Юрий Михайлович, мы с желанием вклю-

113 Первый день

чали вам электричество. Так вот, включение это заняло у нас четыре с лишним часа. И не потому, что кто-то там бездельничал или невнимательно отнесся к нашей команде, а потому что это процесс сложный — включить энергоемкий объект. И, кстати, первое включение оказалось неудачным, как вы, наверное, тоже слышали, и пришлось снижать довольно основательно энергопотребление, после чего второе включение было нормальным. Вот вам «примитив» в решении задачи обеспечения всеми системами такого крупного комплекса, как Белый дом. В.Домнина. Это ваши проблемы, вам их и решать. Ю.Воронин. Юрий Михайлович, не я их создавал. И второе: а почему мы должны телефаммы отправлять из Белого дома? Мы пошли на нормальную российскую почту, даем телефамму, а нам говорят, извините, команда пошла... Я разве говорю, что почтой надо пользоваться в Белом доме? Я этого не говорил. Мы пойдем в соседнюю почту и отдадим телеграммы там. Согласны, Олег Николаевич? О.Сосковец. Согласен. Ю.Воронин. Но не принимают... О.Сосковец. Немедленно надо исправить. Ю.Воронин. Вот и надо сделать... Я еще раз повторяю, я и Виктору Степановичу это говорил: мы — непритязательные люди. Не хотите, не считаете, что мы руководители государства, правительственную связь сняли с нас, ну и на здоровье. Это наша вина, вина Верховного Совета, когда разделяли эту правительственную связь. Я пони