Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
П А Т Е Р И К


Текст воспроизводится по изданию: Древний патерик, изложенный по главам. 3-е изд. М.: Издание Афонского Русского Пантелеимонова монастыря, 1899. 428 с.

К оглавлению

Глава 18. О прозорливых

1. Авве Антонию открыто было некогда в пустыне: в городе есть некто подобный тебе, врач по званию, избыток свой отдающий нуждающимся, и каждый день воспевающий Трисвятое с ангелами Божиими.

2. (сомнительный фрагмент - ред.) Брат пришел к келии аввы Арсения в Ските и посмотрел в окно и увидел старца всего как бы огненным. Был же брат достоин видеть. И когда он постучался, вышел старец, и увидел брата в ужасе, и говорил ему: долго ли ты стучался? и не видел ли ты чего? Он же сказал: нет. И побеседовав с ним, отпустил его.

3. Сказал ученик аввы Арсения, говоря как бы об ином некоем, а может быть это он сам был, что когда один из старцев сидел в келии своей, пришел к нему голос, говорящий: поди, покажу тебе дела людей. И встав вышел, и привел его в некоторое место и показал ему Эфиоплянина, который рубил дрова и сделал большую вязанку, попробовал нести ее и не мог и вместо того, чтобы убавить из ней, он пошел и еще рубил дрова и прикладывал к вязанке. И так делал много раз. И проведя немного, показал ему человека, который стоял у колодезя и черпал воду из него и выливал ее в сосуд разбитый, и вода выливалась в колодезь. И говорит ему еще: поди, покажу тебе иное. И вот увидел он храм и двух мужей сидящих на конях и несли бревно наискось один вопреки другому. Хотели же они через дверь войти в храм и не могли, потому что бревно было поперек, и не смирил себя ни один, чтобы стать позади другого, дабы нести дерево прямо, посему и остались за дверьми. И сказал ему: это те, которые несут как бы иго правды с гордостью и не смирились, чтобы исправить себя и идти смиренным путем Христовым, потому и остаются вне царства Божия. А тот, кто рубит дрова, есть человек, имеющий много грехов; вместо же того, чтобы покаяться, он не убавляет своих грехов, но иные беззакония прилагает к своим беззакониям. А наливающий воду есть человек делающий и добрые дела, но поелику примешивает к ним и худые, то губит и добрые свои дела. Почему надлежит всякому человеку быть бодрственным в рассуждении дел своих, чтобы не тщетно трудиться.

4. (здесь речь пойдет об очевидном видении от Дьявола - ред.) Рассказал еще авва Даниил, говоря: сказал отец наш авва Арсений о некотором скитянине, который велик был по жизни, но прост в вере, заблуждался же по своему невежеству и говорил, что не по существу бывает Телом Христовым хлеб, который принимаем мы, но что он только образ. И услышали два старца, что он говорит такие слова, и зная, что он велик по жизни, рассудили, что он говорит в незлобии и простоте, и пришли к нему и говорят ему: авва! слышали мы речь некоего неверного, который говорит, что хлеб, который принимаем мы, не есть по существу Тело Христово, а только образ его. Старец же сказал: это я говорю. Они же увещевали его, говоря: не так держи, авва, а как предала вселенская Церковь. Ибо мы веруем, что самый хлеб есть Тело Христово, и самая чаша есть Кровь Христова поистине, а не образно. Но как в начале взяв перст от земли, образовал Бог человека по образу Своему, и никто не может сказать, чтобы он не был образом Божиим, хотя и непостижимо, так и о хлебе, о котором сказал Он: это Тело Мое, веруем, что он поистине Тело Христово. Старец же сказал: если не буду убежден делом, не уверюсь. Они же сказали ему: помолимся Богу в сию седмицу о сем таинстве, и веруем, что Бог откроет нам. Старец с радостью принял слово сие, и молился Богу, говоря: Ты, Господи, знаешь, что я не по злобе не верую, но чтобы не заблуждаться мне от истины, открой мне, Господи Иисусе Христе, что истинно. Но и старцы, удалясь в келии свои, молили Бога, говоря: Господи Иисусе Христе, открой старцу, что есть сие таинство, чтобы он уверовал и не погубил труда своего. И услышал Бог обоих, и когда кончилась седмица, пришли они в воскресный день в церковь, и отдельно сели на рогоже, в середине же был старец. Отверзлись же умные очи их, и когда был положен хлеб на святую трапезу, только они трое увидели как бы младенца. И когда простер пресвитер руку раздробить хлеб, вот ангел Господень сошел с неба, имея нож, и заклал младенца и источил кровь его в чашу. Когда же пресвитер раздроблял хлеб на малые части, и ангел отсекал от младенца небольшие части. Когда же подошли принять святое приобщение, дана была старцу одному только плоть окровавленная. И увидев сие, он ужаснулся и воззвал, говоря: верую Господи, что хлеб, предлагаемый на престоле, есть Тело Твое и чаша есть Кровь Твоя. И тотчас плоть в руке его сделалась хлебом, как бывает в таинстве, и принял он, благодаря Бога. И сказали старцы: Бог знает человеческую природу, что не может она есть сырую плоть, и потому прелагает Тело Свое в хлеб, и Кровь Свою в вино, для приемлющих сие с верою. И благодарили Бога о старце том, что не попустил Бог погибнуть трудам его, и все трое с радостью пошли в келии свои.

5. Тот же авва Даниил рассказывал об одном великом старце, жившем в нижних странах Египта, что говорил он по простоте, будто Мелхиседек есть самый Сын Божий. И возвещено было о нем блаженному Кириллу, архиепископу Александрийскому, и он послал за ним. Зная же, что этот старец чудотворец и все, о чем он ни попросит, Бог открывает ему, и что от простоты говорил он сие слово, он употребил такое мудрое средство, говоря: авва, у меня есть к тебе просьба. Помысл говорит мне, что Мелхиседек есть Сын Божий, а другой помысл говорит: нет, но человек, первосвященник Божий есть он. Поелику я недоумеваю о сем, то послал за тобою, чтобы ты умолил Бога, дабы Он открыл тебе и узнаем истину. Старец, уповая на свою жизнь, сказал с уверенностью: дай мне три дня и я вопрошу Бога о сем, и возвещу тебе, кто он. Ушедши в свою келью, он молился о сем Богу и пришедши чрез три дня, старец говорит блаженному, что Мелхиседек есть человек. И сказал ему архиепископ: как узнал ты, авва? Он же сказал: Бог показал мне всех патриархов, так что каждый из них проходил предо мною, начиная от Адама до Мелхидесека, и ангел сказал мне: вот это Мелхиседек и потому будь уверен, что это так. Уходя старец, и сам проповедывал уже, что Мелхиседек человек. И возрадовался весьма блаженный Кирилл.

6. (здесь речь также пойдет об очевином видении от Дьявола - ред.) Сказал же и о другом некоем брате: когда было молитвословие в день воскресный и встал он по обыкновению идти в церковь, посмеялся над ним диавол, говоря: куда идешь? в церковь? и зачем? или затем, чтобы получить хлеба и вина? И скажут тебе, что это Тело и Кровь Господа; не подвергай себя посмеянию. Брат поверил помыслу и не пошел в церковь. Братия же ожилали его, ибо такой был обычай, чтобы не начинать молитвословие, пока не соберутся все. Он же медлил; и пришли к нему, говоря: может быть занемог брат, и найдя его в келии, спросили у него о причине, почему не идет в церковь. Он же, хотя и стыдясь сказать о причине, однакоже говорит им: простите меня, братия: я встал по обыкновению и приготовился идти в церковь, и сказал мне помысл, что не есть Тело и Кровь Христовы то, что ты идешь принять, но простой хлеб и вино.  Итак если хотите, чтобы я шел с вами, уврачуйте помысл мой о св. приношении. Они же сказали ему: вставай, пойдем с нами, и мы будем просить Бога, чтобы Он открыл тебе божественную силу, во святой церкви присутствующую. И втавши, пошел с ними в церковь. И много помолившись о брате Богу, чтобы явлена была ему сила божественных таинств, начали совершать службу, а брата поставили среди церкви. И до отпуста не преставал он слезами орошать и обливать лице свое. После же службы приступивши спросили его: что открыл тебе Бог, расскажи нам, чтобы и мы получили пользу. Он же с плачем начал говорить им: когда был канон псалмопения и прочитано было учение апостольское и вышел диакон читать Евангелие, я видел, что кровля церкви раскрылась и видно было небо, и каждое слово Евангелия было как огонь и восходило до небес. Когда же было окончено святое Евангелие и вышли клирики из диаконика, имея святых таинств причастие, я видел, что опять отверзлись небеса и сходил огонь и с огнем множество святых ангелов, и среди их другие два чудные лица, красоты которых нельзя и рассказать. И было сияние их, как молния, и среди двух лиц малый отрок. И святые ангелы стали вокруг святой трапезы, а два лица над нею, и отрок в средине их. И когда были окончены святые молитвы и приблизились клирики раздробить хлебы причащения, я видел, что два лица стали держать младенца за руки и ноги, и взяли нож и закололи его и источили кровь его в потир, и рассекши тело его, положили на верху хлебов и сделались хлебы телом. Когда подходили братия принимать, давалось им тело и когда взывали они, говоря: аминь, становилось оно хлебом в руках их. Когда и я пришел принять, дано мне было тело и я не мог вкусить его, и услышал голос говорящий мне: что не принимаешь? не то ли это, чего ты искал? а я сказал: милостив будь ко мне, Господи! Тела не могу я вкусить. И сказал мне: если бы мог человек вкушать тело, тело и обреталось бы,  как ты видел, но поелику никто не может вкушать мясо, посему учредил Господь хлебы для причастия. Итак с верою ли примешь то, что держишь в руке твоей? И я сказал: верую, Господи. И когда я сказал сие, тело, которое держал я в руке моей, стало хлебом, и возблагодарив Бога, принял я святую просфору. Когда же окончилась служба и пошли клирики в свое место, я видел опять младенца среди двух животных, и когда клирики потребили святые дары, я видел, что опять открылась кровля церкви и божественные Силы вознеслись на небеса. Услышав сие, братия вспомнили апостола  говорящего: "пасха наша за ны пожрен бысть Христос". И в умилении пошли в келии свои, прославляя и хваля Бога, творящего великие чудеса.

7. Отроком был еще блаженный Ефрем (Сирин - ред.) и видел сон, т.е. видение, будто на языке его взошла виноградная лоза, и возросла и наполнила всю поднебесную и была весьма плодоносна, и приходили все птицы небесные, и ели от плода лозы той; но чем более ели, тем более умножались плоды ее.

8. Еще видел один из святых в видении, что сонм ангелов сходит с неба по повелению Божию, имели же в руках книгу, т.е. свиток, исписанный внутри и снаружи. Говорили же они друг другу: кому должно вручить его? И одни говорили об одном, другие о другом. Отвечали же и сказали: поистине святы они и праведны, но этого отдать им нельзя. Многие же произнесли и иные имена святых. Наконец сказали: никому нельзя отдать сего, кроме Ефрема. Видит же старец, которому было видение, что Ефрему отдали свиток этот, и вставши утром, услышал, как учил Ефрем: как бы источник из уст его, - и уразумел старец, видевший видение, что от Духа Святого есть то, что исходило их уст Ефрема.

9. Сказывали об авве Зеноне, что, когда жил он в Ските, вышел ночью из келии своей, как бы к болоту, и звблудившись, три, дня и ночи ходил; утрудившись и ослабши - упал, умирая; и вот отрок стал пред ним, имея хлеб и кружку воды, и сказал ему: встань, ешь. Он вставши помолился, думая, что приведение; он же, отвечая, сказал ему: хорошо ты сделал. И опять помолился во второй, а равно и в третий раз, и говорит ему тот: хорошо ты сделал. Вставши, он принял, ел и пил. После сего сказал ему явившийся: сколько ты ходил, настолько удалялся от своей келии, но встав следуй за мной. И тотчас очутился он в своей келии. И сказал ему старец: войди в келию и сотвори с нами молитву. И когда вошел старец, тотчас отрок сделался невидим.

10. Святые отцы Скита пророчествовали о последнем поколении, говоря: "что сделали мы?" И отвечая один из них, великий по жизни, по имени Исхирион, сказал: мы сотворили заповеди Божии. Еще спросили: следующии за нами сделают ли что-нибудь? Сказал же: достигнут половины нашего дела. "А после них что?" И сказал: не будут иметь дел совсем люди рода онаго, придет же на них искушение, и оказавшиеся достойными в оном искушении, окажутся выше нас и отцев наших.

11. Сказал авва Иоанн, что один из старцев видел в исступлении: вот три монаха стоят на берегу моря, и был к ним голос с другого берега, говорящий: возьмите крылья огненные и приходите ко мне. И двое из них взяли крылья, и полетели на тот берег, один же остался и плакал сильно и кричал. После же даны были ему крылья, но не огненные, а слабые и бессильные, и с трудом, погружаясь в воду и возникая, и с большею скорбью пришел на берег. Так и сие поколение, и если получает кралья, но не огненные, а едва получает слабые и немощные.

12. Говорили об авве Лонгине, что один корабельщик принес ему золото, от прибыли кораблей поднося ему. Он же не захотел принять, но сказал ему: в этом здесь нет нужды, но окажи любовь, сядь на свое животное и поспеши достигнуть моста святого Петра, и найдешь некоего юношу, носящего такие-то одежды, ему отдай все золото, и спроси: что есть у него? Корабельщик поспешил и пришедши нашел, как сказал ему старец, юношу, и тот спросил его: "куда идешь, брат?" - Был я у аввы Лонгина, и он послал меня к тебе, чтобы я отдал тебе сие золото. Тогда юноша, услышав об авве Лонгине, рассказал ему о скорби своей: я завел большие дела, и, не имея в них успеха, вышел удавиться за городом, а чтобы ты поверил, вот и веревки несу. И вынув из пазухи своей, показал ему. Корабельщик же, отдав ему золото, направил его идти в город. Возвратившись же к авве Лонгину, рассказал ему обо всем и сказал ему старец: поверь мне, брат, если бы ты не поспешил и не предупредил, и я и ты были бы судимы за душу его.

13. В другой раз когда сидел он в келии своей и отцы беседовали с ним, вдруг он встал и, ничего никому не сказавши, вышел из келии своей и поспешил к пристани, и когда приблизился к пристани, вот подходит к пристани корабль идущий из стран Египетских, в котором был некоторый святый старец, желающий побеседовать с ним. И когда приветствовали друг друга Духом Святым, стали на молитву, и сказал египтянин Богу: просил я Тебя, чтобы не было известно старцу обо мне и не подъял он труда; и вошли они в келию аввы Лонгина. На утро почил египтянин старец.

14. Авва Макарий жил в месте весьма пустынном. Был же он один живущий в Верхней пустыне; а ниже была другая пустыня, в которой жило много братий. Смотрел старец на дорогу, и видит, что сатана идет в одежде человека и хочет пройти мимо его. Казалось, что он носит косматую длинную льняную одежду и очень ветхую, в дырах, и во всех дырах висели бутылки. И говорит ему старец: куда идешь? И он ответил: иду навестить братию. Старец же сказал: что это у тебя за бутылки? Он же сказал ему: несу пищу братиям. Старец же сказал: и все с такою пищею? Отвечал: да, если кому не понравится одно, несу другое, ибо непременно одно из них понравится. И сказав сие, он ушел. И остался старец наблюдая дорогу, и когда увидал возвращающимся назад, говорит ему: будь здоров, будь здоров. Он же отвечал: откуда мне здоровье? Говорит ему старец: отчего же? Он же сказал ему: суровы были все ко мне и никто меня не принял. Говорит же старец: и ни одного приятеля не имеешь ты там? И отвечал: да, одного только монаха имею там как брата, и он верит мне и когда видит меня, кружится как ветер. Говорит ему старец: а как называется брат? Он же сказал: Феопемпт. Сказав сие ушел. Авва Макарий вставши пошел в нижнюю пустыню и услышавши, братия взяли ваия, вышли на встречу ему, и каждый готовился, думая, что у него остановится старец. Он же спросил: кто в этой горе называется Феопемптом? И найдя его, вошел в его келью. Феопемпт принял его с радостью. Когда же остались одни, говорит ему старец: каково тебе, брат? Он же говорит: пока хорошо. Ибо стыдился сказать ему. Говорит ему старец: вот сколько лет подвизаюсь я, и все уважают меня, но и меня старца беспокоит дух блуда. Отвечал Феопемпт, говоря: поверь мне, авва, и меня. Старец притворился, что беспокоют его и другие помыслы, пока привел его до признания. Потом говорит ему: как ты постишься? Он же говорит: до девятого часа. Говорит ему старец: постись до вечера и подвизайся, и учи наизусть Евангелие и другие писания, и если придет к тебе помысл, никогда не обращай внимания книзу, но всегда вверх, и Бог тотчас поможет тебе. И наставив брата, старец ушел в свою пустыню. И наблюдая, видит опять онаго демона, и говорит ему старец: как братия? Он же говорит ему: худо. Старец говорит: от чего? Он же сказал: все суровы, и самое большее зло то, что и тот один, который был мне приятелем и повиновался мне, и он, не знаю отчего, развратился, и не только не слушает меня, но сделался всех суровее, и я поклялся более не ходить туда, разве спустя долгое время. Сказав так, ушел, оставив старца. И святой вошел в келию свою, прославляя и благодаря Бога Спасителя.

15. Говорили об авве Макарии, что идя некогда в церковь Келлий совершить службу, видит снаружи келии одного из братии множество демонов; одни из них приняли вид женщин и болтали неприличное, некоторые вид юношей, безобразное говорящих, иные же шумели, другие же различный вид принимали. Старец же, будучи прозорлив, возстенал, говоря: конечно, брат живет нерадиво, и потому злые духи так беспорядочно окружают его келью. Совершив же службу, возвращаясь вошел в келью брата и говорит ему: скорблю, брат; веру же имею к тебе, что если помолишься обо мне, всячески облегчит меня Бог от моей скорби. Брат же, каясь пред старцем, говорит ему: отче, я не достоин молиться за тебя. Старец же продолжал убеждать брата, говоря: не уйду от тебя, если не дашь мне слова одну молитву совершать за меня каждую ночь. Послушал же брат повеления старца. А это старец сказал, желая дать ему повод положить начало к тому, чтобы молиться по ночам. Брат, вставши ночью, сотворил молитву за старца и исполнив молитву и пришедши в сокрушение, сказал сам в себе: Бедная душа! о таком старце молишься, а о себе не молишься. Сотворил же и о себе одну молитву продолжительную. Совершал же во всю седмицу каждую ночь по две молитвы, одну за старца, а другую за себя. В воскресный день авва Макарий, опять проходя в церковь, видит опять демонов, стоящих вне келии брата совсем печальных, и уразумел старец, что по причине молитвы брата опечалились демоны, и возрадовавшись вошел в келию брата, и сказал ему: сотвори любовь и прилагай за меня еще одну молитву каждую ночь. Сотворив же две молитвы за старца, брат опять пришел в сокрушение и сказал сам себе: о несчастная душа! прибавь и за себя еще одну молитву. Делал же так одну седмицу, четыре молитвы совершая каждую ночь. Опять старец проходя видел, что демоны печальны и молчат, и возблагодарил Бога и взошел опять к брату и просил его приложить еще одну молитву за него. Прибавил же брат и за себя еще одну молитву, совершал каждую ночь шесть молитв. Когда же опять шел старец к брату, рассердились демоны на старца и оскорбляли его, негодуя о спасении брата. Авва же Макрий, прославивши Бога о преуспеянии брата, вошел опять в его келию, и дав ему наставление не оставаться в нерадении, но неотложно молиться, вышел от него. Демоны же, видя великую ревность брата, которую приобрел он к молитве по благодати Божией, отступили от него.

16. Авва Макарий, утешая братию, сказывал: пришел сюда однажды отрок, одержимый бесом, с своею матерью и сказал матери своей: встань, пойдем вон. Она же сказала: я не могу идти. Говорит ей сын: я тебя понесу. И дивился я хитрости демонской, как хотел он выгнать их отсюда.

17. Еще говорил о запустении Скита братиям: когда увидите келию выстроенную у болота, знайте, что близко запустение Скита; когда же увидите отроков, берите милоти ваши и уходите.

18. Авва Моисей, обитавший в Петре, был однажды сильно обуреваем блудом; и наконец не могши оставаться в келии, пошел и открыл сие авве Исидору, и увещевал его старец, чтобы возвратился в келию свою. Он же не успокоивался, говоря: не могу, авва. И взявши его, возвел его с собой на горницу, и говорит ему: смотри на запад. И посмотрев увидел множество демонов, и они были в волнении и шумели, готовясь к сражению. Говорит ему опять авва Исиидор: посмотри и на восток. И посмотрел и увидал бесчисленное множество ангелов прославленных. Сказал же авва Исидор: вот это те, которые посылаются от Бога на помощь святым, а кои на западе, те воздвигают брань на нас; но больше тех, которые с нами, нежели тех, которые против нас. Итак воздав благодарение Богу, авва Моисей ободрился и возвратился в свою келью.

19. Говорил авва Моисей в Ските: если сохраним заповеди отцев наших, я поручусь вам пред Богом, что варвары не придут сюда; если же не сохраним, то опустошено будет место сие.

20. Когда сидели некогда братия у него, сказал им: вот варвары идут в Скит, но встаньте, бегите. Говорят они ему: а ты не побежишь, авва? Он сказал им: я много лет ожидаю этого дня, чтобы исполнилось слово Господа моего Иисуса Христа, сказавшего: "вси, приемши нож, ножем погибнут" (Мф. 26, 52). Говорят ему: что мы не побежим, но с тобою умрем. Он же сказал им: это не мое дело, каждый из вас пусть усматривает, как поступать ему. Было же семь братий с ним, и говорит им: вот варвары подошли к двери. И вошедши убили их. Один же из них убоявшись убежал за корзины и видел, что сошло семь венцов и увенчало их.

21. Говорили некоторые из отцев об авве Маркеле Фиваидском, со слов ученика его, что намереваясь идти в воскресенье к службе, он приуготовлял себя и часть писания выучивал наизусть, пока не уходил в церковь, и когда он так размышлял, уста его не двигались, чтобы никто не услыхал его. И когда стоял за службою, грудь его была омочена слезами. Ибо говорил, что когда совершается служба, я вижу всю церковь как бы огненною, и когда оканчивается служба, опять удаляется огонь.

22. Говорили об авве Силуане, что он хотел некогда идти в Сирию, и сказал ему ученик Марк: отче, я не хочу идти отсюда, и тебя не отпущу идти, авва, но пробудь здесь еще три дня. И на третий день почил в мире.

23. Говорил авва Иоанн, котоый выгнан был Маркианом: пришли мы некогда из Сирии к авве Пимену, и хотели спросить его о загрубении сердца. Старец же не знал по гречески и переводчика мы не нашли. Видя же старец, что мы скорбим, начал беседовать на греческом языке, говоря: природа воды мягка, а камень тверд. И если сосуд с водою висит над камнем, вода каплет по немногу на камень и пробивает его. Так и слово Божие кротко, а сердце наше жестко; когда же человек часто слушает слово Божие, открывается сердце его, чтобы бояться Бога.

24. Сказал авва Пимен: написано: "якоже желает елень на источники водные, сице желает душа моя к Тебе Боже" (Пс. 41, 2). Олени в пустыне проглатывают много змей и когда жжет их, на гору желают идти на воду, и напившись освежаются от яда змеиного. Так и монахи, в пустыне обитающие, воспламеняются от яда лукавых демонов, и потому желают в субботний и воскресный день придти к источникам вод, т.е. к Телу и Крови Господа нашего Иисуса Христа, чтобы очиститься от всякой горечи лукавого.

25. Спросил некто авву Пимена, говоря: что значит: "не воздавай зла за зло" (1 Петр. 3, 9; 1 Сол. 5, 15). Говорит же ему авва Пимен: эта страсть имеет четыре вида: первый - в сердце,  другой - во взоре, третий - на языке, четвертый - делать зло за зло. Если можешь очистить сердце, не прейдет она во взор. Если же прейдет во взор, берегись говорить; если же и скажешь, то немедленно удержись, чтобы не сделать зла за зло.

26. Об авве Пахомии говорили, что труп мертвого несли по дороге, и встретив его авва Пахомий видит двух ангелов, сопровождающих мертвого позади одра, и размышляя о них, просил Бога, чтобы Он открыл ему касательно их. И пришли два ангела к нему, и сказал он им: зачем вы, будучи ангелами, сопровождаете мертвого? И сказали ему ангелы: один из нас ангел среды, другой пятка. И поелику до тех пор, пока не умер он, душа сия не оставляла поститься в среду и пяток, то мы  сопровождаем труп сей. Так как даже до смерти своей сохранял он пост, то и мы прославляем его, добре подвизавшегося для Господа.

27. Блаженный Павел Простый, ученик аввы Антония, рассказал отцам следущее: однажды прийдя в монастырь для посещения и пользы братии, после обычной беседы, мы пошли в церковь Божию совершать обычную службу. Блаженный же Павел, смотря на каждого из входящих в церковь, наблюдал, с какою душею входят: ибо имел и такую благодать, данную ему от Бога, что видел каждого таким, каков он в душе, как мы видим лица друг друга. Когда все входили со светлым взором и блистающим лицем и с каждым ангел, радующийся о них, увидел он одного черного и мрачного всем телом, и демоны с обеих сторон держали его и влекли к себе и накладывали на ноздри его узду, а святой ангел его следовал издали, плача и печалясь. Павел, плача и часто ударяя рукою в грудь, сидел у церкви, оплакивая того, которого видел он таковым. Видившие, что делал он,  и столь скорую перемену в нем, по причине его слез и плача, смутились и спрашивали его и пытались просить сказать, что он видел. Опасаясь, не обо всех ли узнавши что, делает он так, просили его идти с ними к службе. Павел же отгоняя их и отказываясь идти, сидел молча и чрезмерно оплакивая того, кого увидел таковым. Не много времени спустя в церкви окончилось все и стали выходить. Опять смотрел на всех Павел, и зная, каковы вошли, хотел узнать, каковыми они выйдут. Здесь видит, что оный муж, прежде черный и мрачный всем телом, выходит из церкви светел лицом и бел телом, а демоны следуют за ним далеко, а святый ангел пребывает близ его веселый и радостный, торжествуя и радуясь о нем. Павел вскочив с радостью восклицал, благословляя Бога и говоря: О неизреченное милосердие и благость Божия! О божественные щедроты и незримая благостыня Божия! Побежав и войдя на высокую лестницу громким голосом говорил: "приидите и видите дела Божия, как страшны и дивны они" (Пс. 45, 9). Приидите и видите Того, Иже всем человеком хощет спастися, и в разум истины приити (1 Тим. 2, 4). Приидите поклонимся и припадем (Пс. 94, 6) Ему и скажем: Ты един можешь отпущать грехи". Все же сошлись со тщанием, желая слышать, что он говорит. И когда сошлись все, Павел рассказал виденное им при входе в церковь, и после. И просил онаго мужа сказать причину, по которой Бог вдруг даровал ему такое изменение. Человек же оный, изобличенный Павлом, при всех не утаевая рассказал о себе, говоря: я человек грешный, и много времени жил в блуде даже доныне. Вошедши же ныне в святую Божию церковь, я услышал слова Исаии пророка, лучше же, Самого Бога, говорящего в нем: "измыйтеся и чисти будете, отымите лукавства от сердец ваших пред очима Моима, научитеся добро творити, взыщите суд. И аще будут греси ваши, яко багряное, яко снег убелю, и аще хощете и послушаете Мене, благая земли снесте" (Ис. 1, 16-19). Я блудник, продолжал он, будучи весьма тронут сими словами, возстенал в помысле моем, и сказал Богу: Ты, Боже, пришедший в мир спасти грешников, исполни самым делом на мне недостойном грешнике то, что Ты обещал чрез пророка Твоего. Ибо вот отныне даю Тебе  слово и ручаюсь и сердцем исповедаюсь Тебе, что уже не буду делать онаго зла, но отрекаюсь от всякого преступления и буду служить Тебе отныне чистою совестью. Итак ныне, Господи, с сего часа приими меня кающегося и припадающего к Тебе и отрекающегося от всякого греха. С сими обетами вышел я из церкви, рассудив в душе моей, не делать впредь ничего худого пред очами Господа. Услышав сие, все единогласно воскликнули к Господу, говоря: "яко возвеличишася дела Твоя, Господи, вся премудростию сотворил еси" (Пс. 103, 24). Итак христиане, из святого писания и из Божественных откровений познавши, какую благость имеет Бог к тем, кои искренно прибегают к Нему и покаянием исправляют прежние падения, и воздает опять обещанные блага, не наказывая за грехи соделанные прежде, не будем отчаяваться о нашем спасении. Ибо как чрез Исаию пророка обещал Он оскверненных во грехах омыть и как волну и снег убелить, так и ныне чрез Иезекииля пророка с клятвою обещал не погубить: "живу Аз, глаголет Господь, не хощу смерти грешника, но еже обратится и живу быти ему" (Иезек. 33, 11).

28. Пришел некогда ученик аввы Силуана, Захария, и нашел его в исступлении и руки его простерты к небу. И, затворив дверь, он вышел; и вошедши в шестой и девятый час, он нашел его в таком положении. Около десятого часа он постучался и вошедши нашел, что он отдыхает, и говорит ему: что было с тобою ныне, отче? Он же сказал ему: я нездоров ныне, чадо. Но он, взявши за ноги его, говорил: не отпущу тебя, если не скажешь мне, что ты видел. Говорит ему старец: я был восхищен на небо и видел славу Божию, и стоял там доселе, и теперь отпущен.

29. Сказала святая Синклитикия: будем мудры как змеи, и чисты как голуби, чтобы прозорливо устремлять мысли на сети его (Дьявола - ред.), ибо об этом сказано: быть мудрыми, как змея, чтобы не утаились от нас нападения диавола и козни его. Подлинно подобное подобным всего скорее распознается, и простота голубя указывает на чистоту деяния.

30. Говорил некто из отцев: сидели некогда старцы и говорили о полезном. Был между ними один прозорливый, и видел ангелов, которые обмахивали их ваиями и восхваляли их. Когда же зашла иная беседа, ангелы отошли и стала кружиться между ними свинья зловонная и марала их; когда же опять стали говорить о полезном, опять пришли ангелы и прославляли их.

31. Говорили о некотором великом старце в Ските, что, когда братия строили келью, выходил он с радостью и полагал основание и не уходил до тех пор, пока не будет она окончена. Однажды, выйдя на стройку кельи, он весьма уныл. И говорят ему братия: что ты уныл и печален, авва? Он же сказал им: будет опустошено это место, дети. Ибо я видел, что возгорелся огонь в Ските, и братия, взявши ваия, и ударяя ими, погасили его; и опять загорелся, и опять братия взявши ваия и ударяя ими, угасили его. Загорелся огонь и в третий раз и обнял весь Скит, и уже не могли угасить его. Потому я уныл и печалюсь.

32. Рассказывал один из отцев: когда приносили клирики святые дары в Ските, нисходил как бы орел на просфору Дух Святый, и никто Его не видал, кроме клириков. В один день попросил чего-то один из братии у диакона, и говорит ему: недосуг теперь. Когда же пошли они на приношение даров, не сошло подобие орла по обычаю. И сказал пресвитер диакону: что это значит, что не сошел орел по обычаю? И сказал пресвитер диакону: поистине, или во мне есть пригрешение, или в тебе; отступи от меня немного, и если сойдет, очевидно будет, что ради тебя не сходит. А если нет, то ясно будет, что ради меня не сошел. И когда отступил диакон, тотчас сошел орел. И когда окончилась служба, сказал пресвитер диакону: скажи мне, что ты сделал. Он же объясняя ему, говорил: я не сознаю себя согрешившим, кроме разве того, что приходил ко мне брат и просил у меня чего-то, и я отвечал: мне недосуг. И говорит ему пресвитер: поистине ради тебя не сходил орел, потому что ты огорчил брата; и пошедши диакон покаялся пред братом.

33. Сказал старец: написано: "праведник яко финикс процветет" (Пс. 91, 13). Означает же слово сие, что плод добрых дел и высок и прям и сладок. В финиковом дереве одна сердцевина и притом белая, содержащая в себе всю силу его. Подобное можно находить и в праведнике: одно у него и прямо сердце, взирающее к одному Богу. Оно и бело, имея просвещение от веры, и всякое действование праведного в сердце его; а острая вершина финикового дерева есть сопротивление праведника диаволу.

34. Сказал другой старец: Соманитянка приняла Елисея, потому что не имела общения ни с кем. Говорят, что Соманитянка есть образ души, а Елисей - образ Духа Святого. Как скоро душа удаляется от житейского пристрастия и смущения, приходит к ней Дух Божий, и тогда может она рождать, хотя была бы бесплодна.

35. Иной некто из отцев сказал: глаза свиньи такое имеют природное устройство, чтобы обращаться к земле, и никак не могут взглянуть на небо. Так и у тех, кои услаждаются удовольствиями, душа, однажды ниспадши в тину сладострастия, с трудом может взирать к Богу, или мудрствовать что-либо достойное Бога.

36. Был некоторый старец, великий прозорливец; он утверждал, говоря: силу, какую видал я стоящею над купелию крещения, видел и над одеждою монаха, когда принимает он схиму.

37. Еще иной из старцев говорил: что часто, когда диакон говорил: возлюбим друг друга (облобызаем), видел он Духа Святого на устах братии.

38. Некогда старец был преосвещен так, чтобы видеть, что происходит, и говорил: я видел, что некогда в киновии брат размышлял в своей келье и вот демон пришедши стал вне кельи. И пока брат размышлял, не мог демон взойти; когда же перестал размышлять, тогда вошел в келью.

39. Говорили об одном старце, что он просил Бога, чтобы видеть ему демонов. И открыто было ему: нет нужды тебе видеть их. Старец взывал, говоря: Ты, Господи, силен защитить меня Твоею благодатию. И отверз Господь глаза его, и увидел, что они как пчелы кружатся около человека, скрежеща на него зубами; но ангелы Божии отгоняют их.

40. Сказал один старец: были у него в соседстве два брата, один чужеземец, другой туземный; чужеземец был весьма нерадив, а туземный очень ревностен. Случилось, что почил чужеземец. И старец, будучи прозорлив, видел множество ангелов, отводящих душу его; и котда достигли неба, чтобы войти туда, было изыскание о нем. И пришел свыше голос, говорящий: известно, что он был несколько нерадив, но ради странничества его отворите ему. После сего умер и оный туземец, и пришли к нему все родные его. И видя старец, что ангелов совсем нет, удивился, и павши на лицо свое пред Богом, говорил: как чужеземец, бывши нерадивым, имел такую славу, а сей, будучи ревностен, не получил ничего? И пришел к нему голос, говорящий: этот ревностный, когда приблизился к смерти, открыл глаза свои и увидел родителей своих плачущими, и утешена была душа его. А чужеземец, хотя и нерадив был, не видал никого из своих, и стеная плакал и Бог утешил его.

41. Некто из отцев рассказывал, что в пустыне Никополя жил пустынник и прислуживал ему один мирянин. Был же в городе человек богатый и нечестивый, и вот богатый умер, и провожал его город и епископ со светильниками. Вышел же и тот, который прислуживал пустыннику, неся ему по обычаю хлебы, и нашел его умерщвленного гиеною, и пал на лице свое пред Господом, говоря: не встану, пока не откроешь мне, что это значит: почему оный нечестивец получил такую почесть, а сей, служивший Тебе день и ночь, потерпел сие? И пришел ангел и сказал ему: оный нечестивец имел небольшое доброе дело и получил награду здесь, чтобы там не иметь уже никакого облегчения; а сей пустынник хотя праведен был и украшен всякою добродетелью, но имел и он как человек небольшое падение, и получил здесь наказание, чтобы там оказаться чистым пред Богом. Получив откровение, пошел он, прославляя Бога за суды Его, потому что они истинны.

42. Рассказывал некто из отцев, что три дела досточестны у монахов. Приступать к ним должно со страхом и духовною радостью - это приобщение Святых Тайн, и трапеза братская, и сосуд омовения. Предложил же и притчу сию, говоря: был некто великий старец прозорливый, и случилось ему вкушать со многими братиями, и когда ели они, молился духом старец, сидя за трапезою, и увидел, что одни едят медь, а другие хлеб, а иные сено и удивился сам в себе и молил Бога, говоря: Господи, открой мне сие таинство: как одна и та же пища, всем предложенная на трапезе для вкушения, представляется так разнообразною, и одни едят медь, другие хлеб, а иные сено? И пришел голос свыше, говоря: вкушающие медь, это те, которые со страхом и трепетом и духовною радостью сидят за трапезою и непрерывно молятся, и молитва их, как фимиам, восходит к Богу, потому они и вкушают медь. А вкушающие хлеб, это те, которые при вкушении благодарят за дарованное от Бога. Едящие же сено, это те, которые ропщут и говорят: это хорошо, а это худо. Не так должно рассуждать, а паче славословить Бога и песнопения возсылать Всевышнему, чтобы и в нас исполнилось сказанное: "Аще ясте, аще пиете, или ино что творите, вся во славу Божию творите."

43. Некоторые монахи, вышедши из своих келий, собрались вместе и вели речь о подвижничестве и о благочестии и о том, как должно угождать Богу. Когда говорили они, некоторым старцам из них явились два ангела, держащие мантию, похваляющие каждого из тех, которые говорили о полезном. Умолчали же те, коим было видение, и вот в другой раз, когда собрались опять вместе, речь шла об одном брате, как согрешившем, и начали наговарить на него. Тогда увидели оные старцы свинью испускающую зловоние и всю нечистую. Узнавши же о падении те, которым открылось видение, рассказали братиям и о похвалении ангелов и о зловонии свиньи.

44. Рассказал некоторый старец об одном епископе, чтобы, получив от сего большое дерзновение, были мы прилежны к своему спасению: рассказывали об одном из бывших у нас епископе (думаю, что это был тот самый, который видел сие и рассказал нам), что о двух мирских благородных женщинах из верующих слышал он, будто они живут целомудренно. Епископ же сострадая о тех, о которых сказано ему было, подозревая же тоже и о других, обратился с молитвою к Богу, от Него желая узнать истину, что и получил. Ибо после страшной и божественной литургии и приношения онаго, когда приходили к приобщению Божественных Тайн, сквозь лица он увидел души, и каким каждый подвержен грехам: у одних, видел, лица были как сажа, некоторые из них имели лицо на подобие пламени, глаза же кровяные и огненные; иных же из них видел светлыми лицем, белыми по одежде; иных же, когда преподавал Тело Христово, оно опаляло и сожигало, а у других делалось как бы светом, чрез уста их входящим и все тело их просвещающим. Были же в числе их и избравшие жизнь иноческую, и жившие в супружестве, которые подвергались сему. Потом, говорил он, начал я преподавать и женщинам, чтобы узнать мне, каковы они по душе, и видит, что и с ними было тоже, -  лица черные, и кровавые, и огненные, и белые. В числе их подошли и те две женщины, о которых наговорили епископу, и ради которых преимущественно и предпринимал епископ таковую молитву. И видит, что и они, приступая к Святым Тайнанм, имеют лицо светлое и досточестное, и облечены в белую одежду. Потом когда приняли и они Святые Христовы Тайны, как бы от света воссияли они. Опять обратился он на обычную к Богу молитву, чтобы узнать образ показанных ему откровений. Предстал же ему ангел Господень и повелел спрашивать о каждом. Епископ же тотчас спросил о двух женщинах, справедлив ли прежний донос на них, или несправедлив. Ангел сказал ему, что справедливо все, что сказано о них. И епископ сказал ангелу: и как же в приобщении Святых Тайн они были светлы лицем, имели белое одеяние, и светом светились не мало? Ангел же сказал: это потому, что пришли в чувство о соделанном ими и обещались отстать от сего, а за слезы, и воздыхания, и милостыни нищим и исповедь, и обещание впредь никогда уже не впадать в таковое зло, они причтены к лику божественному, и прощены им грехи, и остальное время поживут целомудренно, и праведно, и благочестиво. Он же (епископ) сказал, что удивляется не таковой перемене женщин (ибо сие случается часто), но дарованию Бога, Который не только освободил их от наказания, но и удостоил таковой благодати. И ангел сказал: ты удивляешься сему? И справедливо, ты - человек, а Владыка наш и ваш есть Бог, благий по естеству и человеколюбец. Отстающих от своих грехов и с исповеданием припадающих к Нему, не только не посылает в муку, но и гнев Свой на них отлагает, и почестей  их удостоивает. Ибо так возлюбил Бог мир, что и Сына Своего Единородного предал за него. Посему Изволивший умереть за врагов не тем ли более тем, кои соделались Его собственными, и раскаиваются в том, что соделали, подает разрешение грехов и дарует наслаждение тем, что уготовано им. Сие верно знай, что ни один человеческий грех не победит Божиего человеколюбия, если только кто покаянием загладит зло, каким согрешил прежде. Ибо будучи человеколюбив, Бог знает немощь вашего рода, и силу страстей, и диавольскую хитрость, и когда падают люди в грех, прощает им, как детям Своим, и ожидает исправления, долготерпя на них. К кающимся же и просящим Его благости состраждет как к немощным, и тотчас освобождает от наказания и дарует им уготованные праведным блага. Сказал же епископ ангелу: скажи мне, молю тебя, и о других с различными лицами, каким грехам подвержен каждый из них, чтобы узнав о них, освободиться мне от всякого недоумения. Ангел же сказал: светоносные и светлые лицем -  те, которые живут в целомудрии и чистоте и в праведности, добры и сострадательны и милостивы. Имеющие же черные лица суть любители блуда и нечистоты и иных скверных услаждений. Показавшиеся кровавыми и огненными живут в злобе и неправде, любят обиды и хуления, коварные и убийцы. И прибавив, сказал ему ангел: и так помоги им, желая спасения их, ибо для того получил ты исполнение твоих молитв, чтобы по лицу узнав грехи поучаемых тобою, наставлениями и увещаниями сделать их лучшими чрез покаяние, приводя к умершему за них и воскесшему Христу Богу нашему. Итак сколько есть у тебя силы, ревности и любви к твоему Господу Христу, всякое тщание употреби, чтобы обратить их от грехов их к Богу; скажи им, каким грехам повинны они, чтобы они не были нерадивы о своем спасении. Бывает же от сего для кающихся и обращающихся к Богу спасение их души, тебе же велика будет награда, как подражателю Самого Владыки, Который, сошедши с небес, проводил жизнь на земле для спасения людей.

45. Брат спросил старца: имя спасает, или дело? Говорит же ему старец: дело. Знаю я, продолжал старец, что однажды молился брат и пришел ему такой помысл, что пожелал он видеть душу грешника и праведника разлучающуюся от тела. Бог же не восхотел его огорчить в его желании. Когда сидел он в келье, вошел к нему волк и схвативши ртом за одежду его, тащил его вон, и тот вставши последовал за ним, пока волк довел его до некоторого города и оставив его там, ушел. Когда же он сидел вне города у монастыря, был болен в сем монастыре некоторый великий по имени отшельник и ожидал своего часа. И видит брат великий запас свечей и лампад, приготовляемых для него; и весь город плачет о нем как бы потому, что Бог ради его только молитв давал всем хлеб и воду, и весь город спасал Бог ради его. Если же случится с ним что-нибудь все мы, говорили граждане, умрем. Когда же настал час смерти, вот наблюдает брат и видит тартар адский с трезубцем огненным, и слышит голос: так душа его не утешила меня ни одного часа, и ты ее не милуй, владей душею его, ибо не получит покоя во веки. И тот, к кому относилось сие повеление, опустив огненный трезубец в сердце подвижника, многое время мучил его и исхитил душу его. После сего вошел брат в город и сидел плача, и видит странника брата на площади, лежащего больным и не имеющаго, кто бы позаботился о нем, и пробыл у него один день, и во время успения его брат видит Михаила и Гавриила, пришедших за душею его. И севши один с правой стороны его, другой же с левой, звали душу его, желая взять ее. Когда же она не хотела оставить тело, сказал Михаил Гавриилу: восхить ее, и пойдем. Говорит ему Гавриил: повелено нам от Владыки нашего безболезненно взять ее, потому не можем насильно принуждать ее. Возгласил же Михаил голосом великим: Господи, что изволишь о душе сей, поелику не хочет она выходить? Пришел к нему голос, говорящий: вот посылаю Давида с гуслями, и всех поющих, дабы она, услышавши сладкопение голоса их, вышла с радостью, дабы не принуждать ее. И когда сошли все и окружили душу и воспели песни, выскочивши пришла на руки Михаила, и вознесена была с радостью.

46. Сказал еще он же о некотором старце: пошел сей старец однажды в город продать кошницы, и в свободное время сел у ворот некоего богача, который умирал. Когда сидел он, взглянул и видит черных лошадей, и всадники на них черны и страшны, держа огненные жезлы в руках своих. Подъехавши к дверям, остановили коней снаружи, и вошел каждый из них, и увидавшиих, больной закричал громким голосом: Господи помилуй меня и помоги мне. Говорят ему посланные: теперь ли, когда зашло для тебя солнце, начал ты вспоминать о Боге? Почему при свете дня не взыскал ты Его? Теперь уже нет места ни надежде, ни молитве. - И так, взявши бедную душу его, удалились.

47. Сказал старец: слышали мы от некоторых святых, имеющих Христа в себе, о том, что четыре старца святых уговорились и дали друг другу руки в том, чтобы единодушно и единонравно жить в веке сем и вместе опять обрестись на небесах, верую Владычнему слову: "аще два от вас совещается вкупе на земли о всякой вещи, еяже аще просите, будет вам от Отца Моего, Иже на небесех." Трое из них безмолствовали в пустыни, прилежа к подвижничеству, другой же служил им в необходимом. Случилось же двум из них скончаться во Христе, и перенесены были они в одно место покоя, а двое остались на земли, прислуживающий и безмолвствующий. По навету же лукавого демона прислуживающий впал в блуд. И открыто было одному из прозорливых, что два отшельника скончавшиеся умоляют Бога о прислужнике, говоря: предай брата на съедение льву или другому зверю, чтобы очистившись от греха, пришел в то же место, где мы, и не разрушилось соглашение наше. Случилось, что, когда брат возвращался с службы к безмолвствующему, встретил его лев и хотел его умертвить. Узнал же безмолвствующий о случившемся (ибо открыто ему было), и стал на молитву, прося Бога за брата, и тотчас остановился лев. Два же брата, уже скончавшиеся, умоляли Бога, говоря: просим Тебя, Владыко, допусти ему быть пожранным, дабы пришел вместе с нами в сие блаженство, и не слушай, о Святый, молящегося за него на  земле. Старец же в келии усиленною молитвою со слезами умолял Бога, чтобы помилован был брат и избавлен от льва. Услышал же Бог вопль старца и сказал старцам, сущим на небе: праведно его услышать; вы здесь в покое, освободившись от трудов и подвигов жизни, он же утружден трудами плоти и борениями духов злобы и потому справедливее ему даровать благодать, нежели вам. Тотчас же отошел лев от брата, и сей, пришедши в келью, нашел старца плачущим о нем, и рассказал ему все случившееся с ним и исповедал грех свой. И уразумев, что пощадил его Бог, стал нести покаяние, и в немногое время достиг в прежнюю меру. Случилось же, что они оба почили и скончались во Христе. И открыто было святому прозорливцу, что все четверо находятся в одном месте, по неложному обетованию Господа нашего Иисуса Христа.

48. Был еще один апокрисиарий в великой киновии. Когда он отправлял дела киновии, случилось ему впасть в грех невоздержания. Известно стало, что он умер и было лице его как сажа котла. Авва монастыря, будучи духовен, как скоро увидел случившееся, собрал все братство, говоря: брат сей отошел от жизни, и вы знаете, что для вашего успокоения и безмолкия от всей души занимался он делами нашими, и как человек, прельщен был лукавым и потому из-за нас подпал греху; давайте потрудимся прилежно за него, и будем молить человеколюбца Бога. Они же, сострадая к нему за все труды его, начали со слезами поститься и молить Бога, чтобы Он помиловал его. И провели три дня и три ночи в посте, ничего не вкушая, но плача и сокрушаясь о погибели брата. И был авва в исступлении и видит Спасителя умилостивленного трудами братии. Диавол же начал обвинять и говорить: Владыко, он мой; прошу Тебя, он из наших, я содействовал ему во грехе. И будучи, Господи, Судьею праведным, праведно суди. И сказал ему Спаситель: "Праведный Я Судия, но и милостивый, и пределом Моей правды и милости служит Мое человеколюбие. И поелику Я милосерд и человеколюбив, то благословно, не презреть моления стольких святых мужей, приносимое Мне за одного уязвленного, и притом ради их самих, молящихся за то, что впал он в грех. Ибо мог и он пребывать в безмолвии, как и все в монастыре, и неуязвленным соблюстись от стрел твоих. Но по поводу дел братии, как человек, погубил себя. Или не видишь, как все на смерть предают себя за него? Пожалуй убеди их перестать умолять Меня, и тогда возьми его. Если же таковыя души подвергаются опасности погибнуть от голода, три дня и три ночи призывая Меня и со слезами умоляя за него, не оставляя молитв и воздыханий и коленопреклонений и пеплом посыпав свои главы, и сие за брата побежденного не с сознанием, а лукавством, - не есть ли благословно успокоить их в прошении их? Ибо если царей земных, когда весь город за осужденного уже, ведомого на смерть, взывает против царского решения, - умилостивляет прошение многих людей и исхищает виновного из рук палача, не тем ли более Я, будучи царем праведным и человеколюбивым, исполню прошение и моление Моих воинов,  приносимое Мне за одного?" Когда изрек сие Господь, диавол был постыжден и исчез. Когда вышел из изступления авва обители, то рассказал обо всем братиям, и возрадовались они радостью великою весьма. И начало лице брата понемногу очищаться от черноты, и сделалось все чисто; и уверившись, что вчинил Господь душу его в лик спасаемых, опрятали тело и погребли его. И радовались о совершившемся чудесном спасении брата, потому что близ Господь всем призывающим Его во истине.

49. Надлежит нам, возлюбленные, жизнь святых отцев, исполненную добрых дел и назидания, приводить на память, чтобы утвердить мудрование наше. Итак, узнавши многое, что служит к преспеянию в ангельской жизни, попытаемся рассказать не многое, особенно служащее к вашей пользе. Пришел недавно муж, старый возрастом, седой волосом, в особенной одежде, свидетельствовавшей об ангельском образе, с кротким и благообразным лицем, показывающим чистоту души и его человеколюбие. Его сопровождал другой, молодой по летам, но престарелый разумом и утвержденный помыслом. Когда спрошены они были мною: откуда идут и зачем, кротко и тихо сказал старец: "Мы, о христиане, монахи одного из фиваидских монастырей. Привлечены же были к сей жизни некоторым святым мужем, у которого была великая некая неизъяснимая добродетель, так что от всех почитался сей святый за великого и богоносного мужа, и для спасения душ их имел духовное и богоугодное слово. Он, живя благочестиво и будучи славен по жизни, достиг до управления монастырем сообразно с своим образом жизни. Одного брата, долговременным опытом искушенного в подвигах, послал он за некою нуждою монастырскою в Египет. Когда брат замешкал вне монастыря,  пострадал болезнью, свойственною рыбам. Они, когда вынуты бывают из воды, тотчас подвергаются смерти. То же случилось и с сим братом. Ибо от долгого пребывания вне монастыря подпал он греху блуда. Имея же совесть свою обвинительницею такого греха, и не надеясь скрыть от других и не перенося стыда ради такого дела, побоялся возвратиться в свой монастырь: ибо таков конец греха, - грех не только лишает добродетели, но и делает чуждым Богу, еще же облачает стыдом и бессчестием, когда узнают о нем. Добрый же чина нашего пастырь, узнав о совращении брата, начал вздыхать, и плакать и стенать о погибели брата, и не столько о грехе его, сколько об отчаянии его. Ибо говорил: "блюстись всячески должно от греха, как от многоглавого змия, потому что под разными предлогами старается войти в нашу душу. Когда же случится грех, или по немощи, или по собственному изволению, или от насилия диавольского, не должно дозволять долго держаться ему в душе, но как впадшим в болезнь, скорее прибегать к врачеванию, и не отчаиваясь в спасении, исхищать себя у диавола. Ибо не принимать врачевства покаяния значит не верить человеколюбию Божию." Собрав же своих учеников, вошел с ними в рассмотрение, что нужно делать для спасения брата, не потому впрочем, чтобы сам не знал, что нужно делать (ибо не было бы справедливо ему управлять и пасти, если бы не знал, что полезно его овцам), но для того, чтобы дать упражнение другим, и испытать, какое друг к другу сохраняют они расположение. Братья же все, как бы одна душа, сказали: кого захочет он послать отыскать его и возвратить, все готовы на сие служение. Сие и сделал добрый оный и благий муж, ученик истинного Пастыря, положившего душу Свою за овец Своих: он послал нас сюда, других же в другие страны, чтобы множество посланных могло как-нибудь найти искомого. - Поелику же я осень удивился их такой любви и попечению о согрешившем, то сказал ему: есть ли, блаженный, какое-нибудь воздаяние добрым и худым в будущем? Сказал мне он: "поистине, о христианин, есть воздаяние за то, о чем думаем днем и ночью, и что делаем, за деяния злые и добрые." И в подтверждение сказанного, простерши руки к небу, клялся, что намерен рассказать мне об откровениях, которые случилось некоторым видеть. И сильно плача, начал так рассказывать нам: Один пресвитер из наших стран, муж чудный и много времени проведший в подвиге и со многим старанием прилежавший к чтению Священных Писаний, рассказывал мне следующее: "Была у меня, говорил он, сестра девица, молодая летами, но приобретшая старческий разум. Она проводила все время в посте и воздержании. Она сидела однажды около меня, и вдруг отклонившись на спину, лежала безгласна и бездыханна целый день и ночь. На следующий день в тот же час, как бы от сна вставши, была она в страхе и ужасе. Когда же я спрашивал, что такое случилось с нею, она просила меня до тех пор оставить ее в молчании, пока не пройдет немного страх душевный, и получит она удобство и легкость для рассказа о том, что ей было показано. Ибо, говорила она, превышает зрение и слух то, что видно было ею хорошего и худого. В слезах провела она много дней, и сама не хотела  слышать слова от кого-нибудь, и не говорила с самыми близкими, часто же имена некоторых вспоминала со слезами и стеная оплакивала их. Я большое имел желание узнать о виденном ею; она же едва уступила просьбе и начала говорить так: "В оный час, когда я сидела около тебя, два некие мужа седые волосами, сановитые по виду, одетые в белую одежду, пришедши и взявши меня за правую руку, приказали следовать за ними. Один же из них, держащий в руке жезл, простер его к небу и отверз его, приготовляя нам доступ внутрь его. Потом, взявши меня, приводят на некое место, где стояло великое множество ангелов, двери же и храмины были выше всякого слова. Когда же я вошла внутрь, вижу престол возвышенный, и многих обстоящих там, красотою и величием превосходящих тех, кои стояли вне. На престоле, сидел некто, Своим светом всех освещающий, к Которому припадая, все поклонились. Ведшие меня повелели и мне поклониться Ему. Услышала же я, что Он повелел вести меня и показать все, для вразумления еще находящихся в жизни. Они тотчас взяли меня за руку, и приказанное им исполнили. И пришедши в некое место, вижу великое множество творений, красоты несказанной, облеченных в различные одежды, блестящие золотом и драгоценными камнями, и храмины разнообразные, и живущих в них мужей  и жен великое множество в чести и славе. Показывая каждую, говорили мне: это суть епископы, праведно и свято начальствовашие над людьми; это же клирики и миряне, из них одни в своем служении просияли, другие целомудренно и праведно пожили. Там, брат, увидела я пресвитера сего селения, и клириков, которых знаем и я и ты. Увидела множество дев и вдов, жен в браке честно поживших; из них многие были из знакомых, иные из нашего местечка, другие из различных мест, с которыми случилось быть вместе на праздниках мучеников, иных же, которых и не знала я, о которых просила я ведших меня, сказать что-нибудь о них. Они же сказали: из различных городов и местечков они; одни упражнялись в подвижничестве, иные же пожили каждый в своем состоянии, некоторые во вдовстве провели большую часть жизни и сокрушаемы были скорбями и многими бедствиями. Есть из них некоторые, в девстве и вдовстве сначала павшие и за покаяние и многие слезы опять восстановленные в прежний чин. Взявши меня оттуда, отвели меня в некоторые места, страшные по виду и ужасные для зрения, исполненные всякого плача и рыданий." Намереваясь же начать рассказ о сем, в такой пришла она страх, что слезами омочилась вся одежда, и от страха рассказываемого прерывался ее голос, язык же ее невольно запинался, двигался не издавая звука. Но принуждаемая мною, так начала она говорить: "Видела я места столь страшные и ужасные, что ни зрением, ни слухом нельзя понять; о них предстоящие мне говорили, что они приготовлены для всех нечестивых и беззаконных и для тех, которые в мире назывались христианами, но много зла делали. Там видела я печь разженную и издающую страшное некое клокотание.  Увидевши ее и ужаснувшись, спросила я: для каких нечестивых приготовлено сие? Они же сказали: для вчиненных в клир, из сребролюбия же и беспечности Церковь Божию оскорбивших и в постыдной жизни проживших без покаяния; в числе их ясно сказали и имена некоторых, иных из городских, о которых и сам ты слышал, что они постыдно жили, некоторых же и из моей церкви. Я же трепеща возгласила: ужели для находящихся в клире и девстве приготовлены такие бедствия? Один же из бывших вдали, отвечая, сказал мне: бедствия, девица, назначены им соответствующие нечестию их против Бога и неправде их против ближнего. Ибо ни тех, кои страдают там, не презирает Бог, ни тех, кои делают неугодное Ему, не оставляет без наказания. Всем за доброе и злое воздает по достоинству Бог всемогущий. Еще отошедши, остановились на месте, полном глубокой тьмы. Все там наполнено было вопля, и смущения, и скрежета, и жалобного голоса, и страшного стенания. Там, брат, увидела я многих и разных дев и вдов и некоторых других, о которых сказали, что никогда они не поступали сообразно с своими обетами, переходили же с места на место и своим бродяжничеством порочили жизнь других, вину и наслаждениям прилежали, а на псалмопение и молитвы и пост не обращали никакого внимания, несмотря на то, что своими обещаниями вступили в завет с Христом. Об некоторых же из них говорили, что они человеконенавистно, хотя и правильно, пересказывали о намерениях других, что послужило для некоторых из них к развращению, и сделались они виновными в их погибели. Я же, видя их великое стенание и плач, не меньшим чем они объята была страхом. Посмотревши внимательнее, вижу двух самых любезных мне девиц, объятых оным огнем и муками, которым вместе со мною весьма часто ты, брат, предлагал многие советы и увещания, любя их особенно за их дружбу ко мне; увидевши их и возстенавши весьма, по имени позвала я одну из них. Они же взглянули, и лицо их покрылось стыдом по причине наказания, которому подверглись, и еще более мучились стыдом и поникли вниз. Я же со слезами спрашивала их: что сделано ими тайного, что утаилось от многих и в какие худые дела впали они, за которые получили здесь наказание? Они же сказали: когда наказания обвиняют нас и показывают деяния наши, зачем спрашивать нас? Зачем же впрочем и скрывать нам? Ибо девство погубили мы растлением, на убийства же по причине зачатия решались, воздержание и пост в виду других исполняли, втайне же делали противоположное, ибо славы только человеческой желали, а на угрожающее здесь не обращали никакого внимания. Но вот все, сделанное там тайно, обличили здешние бедствия. Вот за тамошнее прельщение достойное принимаем наказание. Вот за тамошнее славолюбие соответственный здесь принимаем стыд. Всячески же за дела наши праведному подверглись мы суду и никакой ни от кого из тамошних друзей не удостоиваемся помощи. Но если есть у тебя теперь какая сила и дерзновение ради твоей доброй жизни, помоги нам в обдержащих нас страшных мучениях. Покажи любовь к нам, и хотя немного помилования, испроси нам у мучающих нас. Я же отвечала им: и где суть толикия увещания и советы брата моего? Где мольбы, где великое попечение, где постоянные молитвы? Ужели ничто из сего не было достаточно для того, чтобы не быть вам, сестры, отведенными сюда? так всякий совет, и забота, и молитвы, бывающие о ком-либо, бывают тщетны и бесполезны, если он сам себя не сделает послушным к ним. Они же устыдившись, сначала молчали, потом стали опять говорить: не время теперь обличения и укорения, а утешения и немощи, ибо одержат нас беды. Помилование доставь и помощь, если что можешь, помоги нам, умилостившись над нами. Я же сказала: если могу сделать что доброе, хочу. Они же сказали, чтобы я просила за них начальствующих над муками, если возможно, совсем освободить их от сего мучения; если же невозможно, хотя малое получить - облегчение от таких бедствий. Я же припавши со слезами и плачем молила их, говоря: подражайте своему Владыке человеколюбивому и благому, и облегчите их от сего мучения. Они же со страшным взором без успеха отослали меня, говоря: не время для них теперь покаяния и исповедания, ибо данное им от Бога время для покаяния проведши в блуде, и убийствах, и наслаждениях и во всяком беззаконии, облегчения здесь получить не могут. За басню почитавши там блага здешние, как ныне ищут получить их? Справедливо для них, какие посеяли там деяния, за такие пожать плоды; какие там презрели блага, тех здесь не получить, а какими пренебрегали муками, те испытать; потому до конца будет их бедствие. Ступай, девица, возвещай там о здешнем - о добром и о злом, хотя бы многим показалась ты говорящею пустое. Они же узнавши, что бесполезно было мое моление, плача и скрежеща зубами, сказали: "все терпели мы сообразно с сделанным нами. Ибо учивших в мире оном жить достойно девства мы не послушались, и добрые увещания оказались здесь бесполезными. Но, оставивши нас, уйди опять в мир; просим тебя, расскажи обо всем этом жившей с нами, ибо она с нами делала подобное, смеясь над здешним, баснями считая говоримое, как и мы. Возвести ей о наших мучениях, чтобы, если до конца будет делать подобное, и ей не испытать таких же бед. Уверь ее, что истинно есть здесь все, и убеди покаяться, ибо может быть это будет спасением для такой души." Господь же и Бог да удостоит нас освободиться от мук, о которых мы слышали и получить вечные оные блага в самом Христе Господе нашем, Ему же слава и держава во веки веков. Аминь.


Глава 19. О чудотворцах, Святых старцах

1. Сказал авва Дула, ученик аввы Виссариона: когда мы шли по берегу моря, я возжаждал, и сказал авве Виссариону: "авва, я жажду." И сотворивши молитву, авва говорит мне: "пей из моря," и тотчас вода сделалась сладкою и я напился. Потом я зачерпнул воды в сосуд, не захочется ли пить еще. Увидев сие, сказал мне он: "зачем ты зачерпнул воды?" Я сказал ему: "прости мне, авва, может быть еще захочется пить." И сказал старец: "Бог сущий здесь - и везде Бог."

2. В другое время, когда ему (Виссариону) нужно было, сотворил молитву и перешел Хризорою пеший и вышел на берег. Я же удивившись поклонился ему, говоря: "как чувствовал ты ноги свои, когда шел по воде?" И говорит старец: "до пят я ощущал воду, а прочее было твердо."

3. В иной раз, когда мы шли к другому старцу, солнце близко было к закату. И молясь старец сказал: "молю Тебя, Господи, да стоит солнце, пока я приду к рабу Твоему," - и было так.

4. Пришел однажды один бесноватый в Скит, и была о нем молитва в церкви и не выходил демон, потому что был свиреп. Говорили клирики: "что будем делать с сим демоном? Никто не может изгнать его кроме аввы Виссариона. И если станем звать его для себя, он не придет в церковь. Сделаем же так: вот прежде всех приходит он в церковь; сделаем, чтобы страждущий сидел на его месте, и когда он взойдет, станем на молитву, и скажем ему: разбуди брата, авва." Так и сделали. И когда пришел старец утром, стали на молитву и сказали ему: разбуди брата, авва. Он сказал ему: "встань и выдь отсюда," и тотчас вышел из него демон, и стал здоров человек с того дня.

5. Говорили старцы авве Илии в Египте об авве Агафоне, что он хороший брат, и говорит им старец (Илия): "по своему поколению хорош." Говорят ему: "сравнительно с древними что?" - И ответил: "сказал я вам, что по своему поколению хорош он, а что касается до древних, я видел человека, который мог остановить солнце на небе, как Иисус Навин." И услышавши сие, удивились и прославили Бога.

6. Некоторая женщина, имея болезнь в груди, называемую рак, и слышавши об авве Лонгине, искала случая встретиться с ним. Он жил в девяти милях от Александрии к западу. Когда же искала его женщина, случилось блаженному сему собирать дрова при море; и увидевши его, женщина говорит ему: "авва, где живет раб Божий авва Лонгин?" не зная, что это он сам. Он же сказал: "чего ты хочешь от этого обманщика? не ходи к нему: ибо он обманщик. Что же тебе нужно?" Женщина же показала болезнь. Старец, знаменав крестным знамением то место, отпустил ее, сказав: "ступай, Господь исцеляет тебя. Лонгин же не может помочь тебе." - Женщина ушла, поверивши слову, и скоро была исцелена. Когда же рассказывала некоторым о сем и сказывала признаки старца, узнали, что это был сам авва Лонгин.

7. В другой раз еще иная женщина, имеющая неисцельную болезнь на руке, пришедши с другою женщиною, стала ждать вне кельи старца у окошечка, так как он сидел там. Он отсылал ее, говоря: "отойди, женщина." Она же продолжала оставаться и не говорила ничего, ибо боялась. Он же, узнав и разведав, что нужно ей, встал и затворил пред нею оконце и сказал: "ступай, ничего худого нет у тебя." И исцелилась женщина с того часа.

8. В иной раз еще принесли к нему бесноватого; он же сказал принесшим: "я не могу ничего сделать вам, но лучше идите к авве Зенону." Авва Зенон стал на молитву и начал теснить демона, изгоняя его. Демон же вскричал: "может быть думаешь ты, что ради тебя выхожу? Вот авва Лонгин молится, говоря на меня Богу, и страшась его молитв, я выхожу; а тебе и ответа не дал бы я."

9. Говорили об авве Макарии, что идя из Скита и неся корзины, утомившись он сел и молился говоря: "Боже, Ты знаешь, что у меня уже нет силы." И тотчас очутился он при реке, вблизи того места, куда шел.

10. Имел некто в Египте сына расслабленного и принес его к келье аввы Макария и оставив его плачущего у дверей, отошел поодаль. Старец, выглянув, увидел отрока, что он плачет, и говорит ему: "кто принес тебя сюда?" Отвечал отрок: "отец мой бросил меня здесь и ушел." Говорит ему старец: "встань, поищи его", и тотчас выздоровевши, отрок встал и нашел отца своего, и пошли в дом свой радуясь.

11. Говорил авва Сисой: когда был я в Скиту с аввою Макарием, пошли мы с ним сжать семь нив, и вот некоторая женщина вдова, собирая колосья позади нас, не переставала плакать. Позвал же старец владельца поля и сказал ему: "что с этою старухою, что она все плачет?" Он же говорит: "Муж ее имел от кого-то залог, и умер вдруг, и не сказал, где положил его, и хочет хозяин заклада взять ее и детей ее в рабы себе." Говорит ему ставец: "скажи ей, чтобы пришла, когда мы будем отдыхать во время зноя." И когда женщина пришла, говорит ей старец: "что так плачешь непрестанно?" И говорит женщина: "муж мой умер, взявши залог от некоторого человека, и умирая не сказал, где положил его." И сказал ей старец: "пойжем, покажи мне, где ты похоронила мужа." И взявши братий, вышел с нею. И когда пришли они на местто, сказал ей старец: "ступай в дом твой." И когда мы помолились на сем месте, позвал старец мертвого, говоря: "где положил ты чужой залог?" Он же ответствуя сказал: "в доме моем спрятан он в ногах постели моей." И сказал ему старец: "усни опять до дня воскресения." Видя сие, братья пали от страха к ногам его. И сказал им старец: "не ради меня делалось сие, ибо я ничто, но ради вдовы сей и сирот сотворил Бог дело сие. Велико же то, что Бог ищет безгрешной души, и чего бы ни попросила она, получает." Пришедши же, сказал вдове, где лежит залог; она же взявши его, отдала хозяину его, и освободилась она и дети ее. Услышав о сем, все прославили Бога весьма.

12. Авва Милисий, проходя по одному месту, увидел, что некоторые держат монаха, как совершившего убийство. Старец подошедши расспросил брата, и узнавши, что он оклеветан, говорит держащим его: "где убитый?" Те покзали ему мертвого. Подошедши к убитому, велел всем молиться. Когда же сам простер руки к небу, мертвый воскрес. И сказал ему при всех старец: "скажи нам, кто убил тебя?" Он же сказал, что "вошедши в церковь, дал деньги пресвитеру, а он вставши задушил меня и отнесши бросил меня в монастырь аввы. Но прошу взять у него деньги и отдать детям моим." Тогда сказал ему старец: "ступай, спи, пока не придет Господь и возбудит тебя." И он тотчас опять почил.

13. Пришли некогда многие старцы к авве Пимену, и вот один мирянин, родственник аввы Пимена, имел отрока, у которого лицо по действию диавола обращено было назад. И видя отец его множество собравшихся у Пимена старцев, взявши отрока, сел вне монастыря плача. Случилось же некоторому старцу выйти, и увидя его, сказал: "что ты плачешь, человек?" Он же сказал: "я родственник аввы Пимена, и вот случилось такое искушение с отроком моим. И хотели бы принести его к самому старцу, но боимся, ибо он не хочет видеть нас. И если узнает, что я здесь, пошлет прогнать меня; зная же о присутствии вашем здесь, я осмелился придти.  И теперь, как хочешь, авва, возьми отрока, и смилуйся надо мною, и помолись за него." И взявши его, старец возвратился в собрание старцев и поступил осмотрительно; когда принес; он ничего не сказал авве Пимену, но начавши с младших братий, говорил: "знаменуй крестным знамением дитя." Заставивши всех по порядку знаменовать его, после поднес его к авве Пимену. Он же не хотел знаменовать его; они же просили его, говоря: "сделай, отче, как и все мы." И вздохнувши, встал он и помолился, говоря: "Боже, исцели создание Твое, чтобы не обладал им враг." И знаменавши его, исцелил, и отдал здоровым отцу.

14. Рассказывал некто из отцев об авве Павле, жившем в нижних странах Египта в Фиваиде, что он держал в руках змей и скорпионов и разрывал их пополам, как бы некую ткань паука. Сотворили ему братья поклон, говоря: "скажи нам, какое делание совершал ты, что получил такую благодать?" Он же сказал: простите мне, отцы. Если приобретет кто чистоту, все покорится ему, как Адаму, когда был он в раю, прежде чем преступил заповедь.

15. Шел некоторый мирянин, имея сына, к авве Сисою, в гору аввы Антония, и во время пути умер сын его. И не смутился он, но взял его к старцу с верою несомненною, и припал к нему с сыном, как бы кланяясь, чтобы получить благословение от сего старца. И вставши, отец оставил отрока у ног старца, и вышел из келии. Старец же, думая, что отрок кланяется ему, говорит: "встань и иди вон," ибо не знал, что он умер. И тотчас он воскрес и вышел. Увидя же его, отец его изумился, и войдя поклонился старцу, и возвестил ему о событии сем. Старец же услышав, опечалился,  ибо не хотел, чтобы так было. Приказал же отцу ученик старца, чтобы никому не говорил о сем до смерти старца.

16. Старец некоторый был отшельником на Иордане, и в знойное время вошел в одну из пещер, и в ней оказался лев, и начал лев скрежетать зубами и рычать. И говорит ему старец: "что оскорбляешься? Место вместит и меня и тебя. Если же не хочешь, встань и выдь." Лев, не стерпя его, вышел.

17. Пришел некто из старцев из Скита в Теренуфим, и там жил. Принесли ему ради труда подвижнического немного вина. А другие, слышавшие о нем, привели к нему одного бесноватого. Начал же бес поносить старца и говорить: "к винопийце этому привели меня?" Старец по смиренномудрию не хотел-было изгонять его, по причине же поношений его сказал: "Верую Христу, что еще не кончу я пить чашу сию, как ты выйдешь." И как скоро начал старец пить, закричал бес, говоря: "жжешь меня." И прежде чем кончил он чашу, вышел бес по благодати Божией.

18. Братья родные жили в Ските, и случилось одному заболеть; тогда другой брат пришел в церковь и просил у пресвитера приношения за болящего. Услышав сие, пресвитер говорит братьям: "пойдем, навестим болящего брата." Пришедши же и помолившись, ушли. И в другое воскресенье спрашивает пресвитер о болящем: "каков брат?" Брат болящего сказал: "помолись за него." Опять пресвитер взявши братий, пошел с ними к болящему брату. Когда пришли они и сидели, начал он кончаться. Когда же одни из братий говорили, что он удостоился утешителя (Св. Духа), другие же сомневались о нем, тогда посмотревши на них брат умирающего сказал им: "что сомневаетесь? хотите узнать, какую он имеет силу?" И обратясь сказал брату своему: "отходишь, брат мой?" Он же сказал ему: "да, но помолись за меня." Он же сказал ему: "по истине, брат, не позволю тебе умереть прежде меня." И обратившись к сидящим братьям, сказал: "дайте мне рогожу и покрывало," и взявши, наклонил голову, и предал первый душу, потом же и болящий. И тотчас же отцы, приготовив обоих, вынесли и погребли с радостью, что сподобились они умного света.

19. Брат имел руководителем старца и видя, что он хорошо приготовлял умерших к погребению, сказал ему: "и меня, когда я умру, будешь ли приготовлять так?" Он же сказал ему: так же буду приготовлять и тебя, пока не скажешь: довольно. Не много же спустя умер брат, и слово перешло в дело, ибо приготовив его благочестиво, сказал ему при всех: "хорошо ли опрятал я тебя, чадо, или еще недостает чего?" Издал же мертвый глас: "хорошо, отче, ибо исполнилось обещание."

20. Старец некоторый скитянин, пошел с братом почерпнуть воды. Брат, пришедши прежде к колодцу, увидел дракона, и воротившись сказал о том старцу. И говорит ему старец: "ступай, наступи на голову его." Брат же убоявшись не пошел. Когда же пошел старец, животное увидя его и устыдившись, убежало в пустыню.

21. Говорили о некоем старце, что его келия всегда была светла, как бы днем, и как днем, читал и работал он в ней, так и ночью.

22. Был иной старец, у которого от чрезмерного подвижничества повредились ноги, так что не мог он двигаться в продолжении долгого времени, и когда хромая он вышел и стал приготовлять пищу, то предстал ему ангел, коснулся уст его, говоря: "Христос есть тебе истинная пища и питие", и исцелив его, удалился. Он же, взявши пальмовые ветви, стал делать перевязи для животных. Некоторые пожелали отвести к нему хромого для исцеления, и сажали хромого на осла. Но как скоро ноги его коснулись перевязи, сделанной святым, тотчас он исцелел. На благословение многим больным, посылал он перевязи, и тотчас исцелялись они от болезни.

23. Случилось некогда святому старцу послать ученика своего принести воды из колодца. Когда он пошел, то увидел внизу аспида, и не почерпнув воды, возвратился и сказал ему: "умрем мы, авва, ибо я видел аспида в колодце." Он же внушал ему не бояться и качая головою сказал: "если захочется сатане, чтобы в колодце был змей или аспид, и попал в источники вод, неужели ты никогда не будешь пить?" И пошел старец, и сам зачерпнув полный сосуд, первый попробовал говоря: "где возложен крест, там не имеет силы никакое зло."

Далее

Ко входу в Библиотеку Якова Кротова