МОЯ "КОНФЕССИОНАЛЬНАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ"
Я православный, был крещен о.
А.Менем, им же венчан, до его смерти был у него в приходе. С первых лет
в Церкви и до сего дня я считаю, что истинной Церковью являются не только различные
православные Церкви, но и Римо-Католическая. Протестантов люблю, но все же не
могу разделить их отчужденности по отношению к православию и католичеству. Впрочем,
отчужденность, тем более агрессивность неприятны мне, когда они встречаются
как у католиков, так и у православных.
Одно время я готовился к рукоположению - о. Александр благословил
незадолго до смерти - почему работал пономарем (на общественных
началах) в нескольких храмах, куда меня направляло церковное начальство.
К середине 1990-х годов стало ясно, что епископа, который действительно
хочет меня рукоположить, нет. Мне посоветовал один уважаемый мною
человек, считавший, что мне обязательно надо быть священником, обратиться
к московским католикам. Местный епископ сперва сказал, что с моими
взглядами мне надо быть в Католической Церкви. Но когда я и еще
несколько обратились к нему с просьбой благословить общину православных,
которые бы хотели, оставаясь православными, не совершая никакого
отречения от православия и не присоединяясь формально к католичеству,
быть в общении с Римской Церковью, он отказал.
Двухлетние попытки быть православным и одновременно католиком привели
только к тому, что люди враждебные или просто равнодушные заявили,
что я стал униатом, что я перешел в католичество. Ничего подобного
не было. В настоящее время я прихожанин православного храма.
Знаю, что по мнению многих "ревнителей православия" я
все равно католик, униат и т.п. Они из моих слов и дел сделали такой
вывод, который я сам не делал. На что я могу только предложить относиться
ко мне так, как я отношусь к другим людям. Я называю каждого человека
так, как он хочет, чтобы его называли, толкуя всякое сомнение в
пользу ближнего, тем более в пользу врага. Пусть человек формально
нарушил каноны - рукоположен до достижения 30-летнего возраста,
или он разведен, или стал "старообрядцем", "карловчанином",
"филаретовцем", или он попросту допускает богословские
ошибки - не мое дело, Бог рассудит, я все равно буду называть его
так, как он сам себя называет.
Сегодня для меня главная проблема в том, что нет единства Причастия
в Русской Церкви, потому что многие священники устанавливают свои,
дополнительные барьеры на пути к Евхаристии, запрещая, к примеру,
причащаться тем, кто хотя бы молился с католиками или протестантами,
а часто выдумывая и намного более иррациональные запреты. Священники
одной церкви могут держаться противоположных взглядов на то, что
допустимо, а что нет.
Но какие бы у меня ни были проблемы с собратьями по вере, все-таки,
мне думается, лучше и правильнее жить с такими собратьями и с такими
проблемами, чем просто махнуть рукой на Церковь, на налаживание
совместной жизни с собратьями по вере.
6 марта 2001 года. Есть предыдущий
вариант (17 января 2000 г.)
Дополнение от 10 ноября 2002 года. Сегодня я был рукоположен
во священники еп. Виталием. Это епископ Апостольской Православной Церкви (юридическое
название) - часть "катакомбной Церкви", которая в 2000 г. восстановила
апостольское преемство. Думаю, нет смысла (пока?) объяснять все это подробно,
во всяком случае, письменно. В любом случае, я готов причащать и православных
"патриархийных", и католиков, поминаю всех патриархов и Папу Римского,
с благословения моего епископа, и не считаю, что остальные "русские православные
церкви" обречены на прямое попадание в преисподнюю. Тем более не считаю,
что принадлежу к "самосвятам" и "проклятым отступникам-раскольникам".
Заранее предупреждаю, что вести полемику по этому вопросу не буду.
Один из посетителей сайта прислал мне 7.3.2001 такое письмо, прочитав
этот текст: "Несколько лет назад (еще в "эпоху FIDO" :) вы
заявляли, после вашей встречи с покойным Любачивским, что перешли
к униатам. Почему сейчас вы об этом умолчали? Считаете ли вы по
прежнему, что продажность иерархов и темное КГБ-шное прошлое некоторых
из них это достаточное основание для православного, чтобы уйти из
Церкви?"
Письмо достаточно типичное, поэтому я даже не просил автора разрешения
указать его фамилию. А ответил я следующее: "Я никогда не встречался
с покойным Любочивским и никогда не заявлял, что я с ним встречался.
Я никогда не переходил к униатам и не говорил и не писал, что я
перешел к униатам. Я не только никогда не писал, что, по Вашему
выражению, "продажность иерархов и темное КГБ-шное прошлое некоторых
из них это достаточное основание для православного, чтобы уйти из
Церкви", но я всегда подчеркивал, что пребывание в Церкви никак
не связано с грехами отдельных ее членов. Советую Вам впредь не
пользоваться слухами и (или) не доверять своей памяти, а прибегать
к точным цитатам".
В вопросе, где каждое слово - на вес золота, большинство людей от равнодушия,
по непривычке быть внимательными или даже от агрессивности подменяют прочитанное,
услышанное, совершившиеся мифами, которые деформируют факт, перерабатывают его
в соответствие с собственными предпочтениями. Неточное восприятие и запоминание
моего поведения - лишь разыгрывание в миниатюре драмы, которая и называется "разделение
Церкви". И Фотий, и Лютер, и Пии (некоторые по крайней мере) помнили не то,
что было, а то, что должно было бы быть в соответствие с их представлениями о
мире. История как наука и призвана укоротить вот эту историю как басню.
Не тешил ли я свое тщеславие рукоположением? Но разве хоть один священник посмеет
сказать, что он принял рукоположение исключительно из ангельских побуждений, что
никоим образом самолюбие в этом не участвовало, одна чистая благодать? Всякое
такое заявление было бы ложью, сознательной или невольной. Тщеславие будет примешиваться
к рукоположению до тех пор, пока таинство связано с совершенно не таинственными,
земными явлениями - властью, клерикализмом, мачизмом. Важно не добиться абсолютной
целомудренности помыслов (это, дай Бог, возможно лишь на смертном одре), важно,
чтобы призвание преодолевало эти помыслы и они не отражались на несении служения.
Или чтобы отражение сие не отпугивало людей от Того, Кому служишь.
См. отдельно мои размышления
о единстве Церкви
|
