|
Владимир Амбарцумович Амбурцумов (3.10.1892 н.с., Москва - 5.11.1937, Москва, Бутово). Сын армянина и русской немки Каролины Кноблох,
Вольдемар Амбарцумов вырос в семье, где религиозную атмосферу определяла мать, искренняя лютеранка, окончил
гимназию при московской лютеранской церкви во имя св. Петра и Павла. Он учился на математическом факультете
Московского университета, пока не началась война учился в Германии, там стал баптистом. Вернувшись в Россию,
он активно участвовал в работе Христианской ассоциации молодёжи (YMCA, впоследствии известная в России благодаря
тому, что под маркой этого издательства выпускались книги Бердяева и других авторов, соединявших жажду свободы с жаждой Бога). В 1916 г. он женился на Валентине Алексеевой, с которой и познакомился в Христианском студенческом
кружке. В 1919 году Амбарцумовы (у них было уже двое сыновей) переехали в Самару, где Владимир стал руководить
местным отделением YMCA вместо известного проповедника Владимира Марцинковского. Здесь он усыновил сироту Никиту.
Он читал лекции, организовывал кружки, и в 1920 году большевики его арестовали, привезли в Москву и тут освободили
под подписку о невыезде из столицы - случай необычайный. В 1924 году деятельность YMCA была запрещена, и большинство
баптистов подчинились распоряжению властей, но Амбарцумов считал, что не имеет права прекращать проповедь Евангелия
и что надо работать нелегально, собираясь по домам. В его кружок входили Николай Овчинников (впоследствии иеросхимонах Нектарий, служивший в соборном храме
Ельца), Валерий Поведский (впоследствии катакомбный священник, а потом патриархийный священник в Таллине), Василий Евдокимов (впоследствии священник Ташкентской епархии), врач Сергей Сергеевич Утешев, психиатр Дмитрий Евгеньевич Мелихов. Летом 1928 г. в Подмосковье даже прошел съезд Движения,
правда, последний. Внезапно умерла беременная жена Амбарцумова, отравившись советской колбасой. Амбарцумов в
1925 принял православие под влиянием о. Валентина Свенцицкого, крестил своих детей (они оставались некрещеными
по баптистскому обычаю). Когда Свенцицкий выступил против курса
митр. Сергия Страгородского на сотрудничество с большевиками, Амбарцумов его поддержал и был рукоположен в священники 11 декабря 1927 г. в Глазове еп. Виктором Островидовым, одним из руководителей церкви "антисоветской" и назначен священником в Георгиевскую церковь в Глазове. Однако, через две недели он стал настоятелем московского храма "Владимира в Старых
Садах" - в том же переулке, где и лютеранская Петропавская церковь. К сожалению, источники умалчивают о том, почему такое назначение стало возможным: может быть, храм отстояла община "оппозиции". Амбарцумов, впрочем, был склонен к
компромиссу: не поминал митр. Сергия как "местоблюстителя патриаршего престола", но и службы не оставлял.
Свенцицкий погиб в концлагере в 1928 году, но и Княжвладимирский собор в 1929 г. закрыли. В 1931-м году Амбарцумов
всё-таки вышел за штат - новая власть наступала и прежних компромиссов уже не терпела, от священников потребовали предать митр. Петра Полянского, находившегося в заключении, согласившись с тем, что не он, а митр. Сергий Страгородский - законный руководитель Церкви. Несколько месяцев он служил в Никольской церкви "у Соломенной сторожки" вместо арестованного свящ. Василия Надеждина. В сентябре 1931 года он поступил на службу в Научно-исследовательский институт птицеводства заведующим
группой измерительных процессов. 5 апреля 1932 года отец Владимир был арестован органами ОГПУ и осуждён с ещё 73 православными как «активный участник Всесоюзной контрреволюционно-монархической организации «Истинно Православная Церковь». На допросе он заявил:
"… Формулу, введенную Сергиевским Синодом, о поминовении властей я считал для себя неприемлемой (как новшество) и поэтому ее не употреблял. Это, в частности, было одним из мотивов моего ухода от священнической деятельности. Как верующий человек я, естественно, не могу разделять политики соввласти по религиозному вопросу… Фамилии своих знакомых предпочитаю не называть, дабы не навлечь на них неприятностей… Ведя организованную работу среди молодежи, я ставил перед собой задачу удовлетворения их личных запросов, в духе христианского понимания жизни. Это были частью из числа прихожан церкви Соломенной Сторожки, частью — не прихожане. Организованной эту работу понимать следует в том смысле, что отношения эти были результатом личного доверия, дружбы. Постепенно эти люди от меня отошли — в силу моей загруженности и намерения оставить эту деятельность. По социальному признаку это были, главным образом, советские служащие, преимущественно женщины. Повторяю, что назвать персонально этих людей я отказываюсь по моральным и религиозным причинам".
Приговорили его всего лишь к условному сроку - помогли
ходатайства из Академии наук, где он тогда работал. Амбарцумов продолжал священствовать, зарабатывал на жизнь изобретательством и работой в научно-исследовательских институтах. Его дочь вспоминала: "Вместе с владыкой Мануилом он увлекался инкубаторами и курами. У меня с Женей были свои куры, для которых папа сделал специальный курятник из фанеры с гнездами и специальной поилкой из перевернутой бутылки».
9 сентября 1937 года его вновь арестовали. Амбарцумов вновь повёл себя на допросах необычайно твёрдо, принципиально отказался говорить что-либо. Только когда ему предъявили показания его друга о. Михаила Шика о их встречах, Амбарцумов подтвердил: да, встречались, и смело добавил, что говорили
"о тяжелом ненормальном положении Православной Церкви в СССР, говорили, что раз Церковь отделена от государства, то государство не должно вмешиваться в церковные дела, также говорили, [что] если Церковь не занимается политикой, то надо дать Церкви свободу действий и дальнейшего ее развития, дать возможность провозглашать свободно проповеди с целью укрепления Православной Церкви. Я говорил, что бывают случаи, когда служители культа невинно осуждаются за контрреволюционную деятельность и высылаются в концлагеря и в тюрьмы.По вопросам Конституции я говорил, что хотя служители культа и получили по новой Конституции права быть избранными и избирать, но я не верю, что служители культа будут избраны в советы. Я по своим убеждениям заявляю, что советская власть есть явление временное, как всякая власть".
5 ноября его расстреляли как участника "контрреволюционной нелегальной монархической организации церковников — последователей «ИПЦ».
Канон. 2000 г. Память 23 октября/5 ноября и 10 октября в соборе катакомбных святых.
Сын Амбарцумова Евгений стал священником, как и муж его дочери - Глеб Каледа. Правда, Каледа служил подпольно
вплоть до либерализации режима при Горбачеве. Дочь Амбарцумова, оставившая о нём воспоминания, большинство его
родственников и православных друзей в последующие годы постепенно свыклись с советскими нравами, старались приуменьшить
значение баптизма в духовной биографии Амбарцумова, затушевать его несовместимость с национализмом, фанатизмом
и казёнщиной. В биографии Амбарцумова была затушёвана его и Марцинсковского деятельность как баптистов: упоминается, что они действовали по благословению патр. Тихона, но не упоминается, что были они всё же баптистами, а патриарх их благословил как раз по той причине, что не видел в баптизме врага православию. Была утаена и его принадлежность к "катакомбной" Церкви. Возможно, Амбарцумов и не совершал подпольных богослужений, однако, дома он хранил необходимые именно и только для этого антиминс и священные сосуды (их чудом не нашли). Глеб Каледа, сын его прихожан, женившийся в 1951 г. на дочери Амбарцумова, вспоминал с восторгом богослужения о. Владимира - между тем, Каледа родился в 1921 г. и вряд ли мог помнить, как служил Амбарцумов в обычной церкви.
См. мемуары его дочери.
|
