|
Франциск Борджа (1510, Гандия - (ум. в ночь на 1.10.1572, Рим). Праправнук человека, который, став папой Александром VI, опорочил как папство, так и род Борджа. Во всяком случае, благодаря протестантской агитации (Лютер был современником Александра VI) имя Борджа стало на века символом разврата. Франциск был герцогом Гандии, вице-королем Каталонии, жена - Элеонора де Кастро - родила ему восьмерых. После её смерти, он, обеспечив по совету Игнатия Лойолы будущее своих детей, присоединился к только что основанному тогда, крошечному обществу иезуитов и в 1551 г. стал священником. “Герцог стал иезуитом”, — это была сенсация, и толпы людей собрались, чтобы посмотреть на гранда, который наголо остригся, сбрил бороду и смиренно служит литургию. Борджа стал членом общины в Оньяте,был назначен помощником повара, прислуживал собратьям за столом. Через три года Лойола сделал его комиссаром Пиренейского полуострова. Борджа считал, что его номенклатурный опыт подготовил его к руководству орденом: “Тогда я научился принимать решения по ответственным вопросам, примирять враждующих, видеть обе стороны проблемы”. Аристократичность его осталась, конечно, при нём - характер не изменишь, и это был святой-патриций; но изменилось направление всей жизни. Однажды он ночевал в одной постели с сильно простуженным другом, который всю ночь, не подозревая, чихал на своего спутника. Утром друг пришел в ужас, увидев замаранного своими соплями Франциска, и рассыпался в извинениях. ”А на кого ж чихать, если не на меня?” - искренне удивился святой. Слушая его проповеди, люди забывали и о знатности его предков, и об их подлости. Когда он приезжал в новый город, собирались толпы с криком: ”Мы хотим видеть святого!” - и видели человека доброго, вежливого, внимательного к каждому, равного всем во Христе Иисусе. Во всяком случае, почитатели Борджа видели толпы. Равнодушное большинство, как и в любую эпоху, сидело по домам. Но к другим-то и меньшинство не выходило! Может быть, показательнее толп поклонников, внимание врагов. Инквизиция относилась к герцогу-иезуиту подозрительно, он её тоже недолюбливал. Когда император Карл V оставил престол и поселился в роскошном уединении, он вызвал к себе Борджа — возможно, потому что, при всей нелюбви к иезуитам, почувствовал в доне Франциске родственную душу, сумевшую отказаться от власти ради жизни. Иезуиты не нравились императору уже потому, что орден был нововведением. “Возраст не гарантирует добродетели”, — не слишком деликатно и очень по-современному ответил Борджа. В 1565 папа сделал его генералом ордена, и благодаря Борджа иезуиты в критический момент истории Католической Церкви помогли ей устоять перед натиском протестантизма. Возможно, успех был достигнут потому, что Борджа был сосредоточен на другом. Однажды он сказал послушникам, что шесть лет во время размышлений о Страстях Господних представлял себя на месте Иуды, но потом почувствовал, что недостоин занимать даже место этого человека, ибо Иуде Господь ноги умыл. Butler, 10.9; Otto Karrer. Der heilige Franz von Bordja. 1921; M. Yeo. The Greatest of the Borgias. 1936. Память 10 октября.
|
