|
Иларион Меглинский (1164). Восемнадцати лет принял монашество, вскоре был избран настоятелем, а в 1134 г. стал епископом
болгарского города Меглин. Подъем по иерархической лестнице был быстр, потому что в тогдашней Болгарии быть епископом означало
действительно и рисковать жизнью, и быть готовым проповедовать. В монастыре Илариону пришлось бороться с прозаическим пьянством
братии, а пьющее монашество - верный симптом того, что христианство надоело обществу. Действительно, болгары, как и французы
той эпохи, были увлечены более простой и понятной религией - в древности ее называли манихейством, в Провансе - альбигойством,
в Болгарии - богомильством. Богумилы пользовались христианской терминологией, но верили не в одного, а в двух богов - верили
в то, что зло и сатана самостоятельны в мире, царят наравне с Богом Светом. Они постыжали христиан своим высоконравственным
поведением. Иларион отвечал им не указывая на собственную подвижническую жизнь (одно "как" не может опровергнуть
другое, точное такое же "как"). Он говорил о том, "что", о сути веры: "Злые мысли, зависть,
тщеславие, суетность, коварство, ложь - не дело злого вещества в человеке [во что верили богомилы] и не побеждаются постом.
Они - плод самолюбия и потому требуют для искоренения духовных подвигов". Разумеется, Иларион постился, было бы
глупо отказываться от всего, смысл чего можно извратить (а чего смысл нельзя извратить?). Словом и собственной жизнью он
показывал, что зло побеждается не верой в сатану как во второго бога, а неверием в то, что человек есть пуп земли. Память
перенесения мощей в 1206 г. из Меглина в Тырнов 21 октября/3 ноября.
|
