|
Доминик Лорикат (14.10.1060). Родители очень хотели видеть Доминика священником, он сам желал сана не меньше. Правда, юношу вдохновляло желание послужить Богу, а родители, любя сына, хотели еще видеть его будущее обеспеченным, тем более, что одно, слава Богу, не исключает другого. Поэтому родители с чистой совестью подарили епископу, который должен был рукополагать Доминика, козью шкуру. Даже по средневековым понятиям это было не такое уж сокровище. Доминик, однако, узнав об этом, пришел в ужас - взятка! Он чувствовал, что не может приблизиться к алтарю, не смеет совершать мессу или принимать исповедь. Юноша отправился к отшельнику Джованни Монтефельтрскому, организовавшему нечто вроде скита, где подвижники жили в обособленных кельях. В искупление совершенного греха - взятку дали родители, но благодать-то была дана ему - Доминик носил под рясой самдельную сетку из гвоздей (почему его и прозвали “Лорикат” - “Пригвожденный”), ел только хлеб и травы, пил только воду (в Италии это все равно, что в России не есть каши), спал на коленях, да еще носил вериги из цепей и колец. После нескольких лет пребывания в этой общине, около 1042 года, он перешел к отшельникам Фонте Авеллана, которыми руководил знаменитый святой Пьетро Дамиани, и здесь оставался уже до смерти. Дамиани, активно боровшийся с симонией, часто говорил о Доминике с восторгом, как о герое сопротивления этому печальному пороку. Правда, Дамиани сражался прежде всего с “большой симонией” - общепринятой в Средние века практикой торговли церковными должностями. Практика эта объяснялась не столько корыстолюбием, сколько своеобразным отношением к деньгам в средневековом (как и во многих других) обществах: плата была прежде всего средством выразить уважение, оказать почет - хотя бы козьей шкурой. Поэтому так долго на Востоке и очень долго, как раз до XI столетия, на Западе к плате за рукоположение относились снисходительно. Лишь постепенно возродилось отношение к деньгам, бытовавшее и во времена первых апостолов, простое, деловое - а значит, отвергающее деньги, когда они “мимо кассы”. А деньги “мимо кассы” довольно часто, потому что “касса” - от латинского “капса”, “вместилище” (отсюда же “капсула”), и Дух может просочиться даже в кошелек, то деньгам невозможно просочиться в Царство Духа. Бог - наш сосед сверху, Он может залить нас, не наоборот. Acta Sanctorum, октябрь, т. 6; Butler, 14.10. Память 14 октября.
|
