|
Эмма (Хемма) Гуркская (ок. 1045). По матери Эмма была в родстве с императором Генрихом, воспитывалась при его дворе и
была выдана замуж за ландграфа Вильгельма фон Фризах. Брак был счастливым: супруги любили друг друга, Бог послал им двоих
сыновей, на землях Вильгельма были серебряные копи, благодаря чему он был богаче соседей. Но этот источник богатства оказался
и источником несчастья: однажды взбунтовавшиеся шахтеры убили обоих сыновей графа. Вильгельм был в ярости и кричал, что
перебьет всех этих диких и коварных животных вместе с их женами и детьми. Но и сил на это у графа бы не хватило, и на шахтах
все равно надо кому-то работать, да и не по-христиански вышло бы. Так что Вильгельм казнил только “зачинщиков” и отправился
паломником в Рим, но умер, недалеко отойдя от дома. Эмма посвятила остаток жизни и огромное состояние благотворительности,
а также основала несколько монастырей, главный из которых располагался в ее собственном замке Гуркхофен. Здесь в изолированных
друг от друга помещения жили двадцать монахов и семьдесят монахинь. Здесь в изолированных друг от друга помещения жили двадцать
монахов и семьдесят монахинь. В монастыре соблюдался обычай “laus perennis”, к тому времени уже почти исчезнувший: монашествующие
по очереди читали псалтырь, так что общая молитва не прерывалась ни на минуту. Историки, правда, считают рассказ о жизни
Эммы недостоверным и указывают, что на самом деле она принадлежала к роду Фризахов, а ее муж к роду фон Саннгау; их единственный
сын погиб в битве в 1035 году. Как и в случаях с другими легендами, эта важна уже потому, что в ней выразилось то, о чем
в Средние века вообще-то предпочитали молчать: проблема неизбывной социальной несправедливости в формально христианском
мире. Беатиф. 1938 (хотя она была включена в список “блаженных”, обычно именуется “святой”). Примечательно, что почиталась
святой именно она, а не ее погибшие сыновья (видимо, ровесники Бориса и Глеба). Среди святых вообще немного матерей, хотя
каждая мать освящается уже тем, что несет крест материнства (если, конечно, несет). И если Борис и Глеб почитались святыми,
поскольку образ их смерти напоминал о Христе, то судьба Эммы напоминала о Матери Христа.Acta Sanctorum, июнь, т. 7; Butler,
29.6. Память 29 июня.
|
