|
Геремар (Гермер, Жерме) и Домана Бовэзские (VII). Аристократ из Бовэ Геремар
стал придворным франкского короля Дагобера, при дворе нашел себе жену Доману,
которая родила ему двоих дочерей и сына Амальберта. Дочки умерли рано, а когда
сын достиг совершеннолетия, Геремар и Домана решили принять монашество. В ту эпоху
в таком решении не было ничего сенсационного, хотя, конечно, лишь немногие дворяне
избирали для себя такой путь. На Геремара и Доману повлиял епископ Руанский св.
Ауден. Они расстались (и Доману почитали святой лишь в епархии Эвре, ее
имя не вошло в общецерковный календарь, в чем не стоит усматривать козней мужчин,
потому что бывало и наоборот - жена в святцах, муж забыт).
Геремар еще до пострига на свои деньги построил монастырь в своих родных местах,
но сам принял монашество в другой обители, под Брионном и со временем стал здесь
настоятелем. Отсюда, однако, ему пришлось уйти: монахи считали его слишком требовательным
и даже попытались его убить. Правда, они сделали это с какой-то очаровательной,
поистине монашеской неумелостью - вставили лезвие ножа в матрас, рассчитывая,
может быть, что их настоятель имеет привычку бросать в постель со всех размаха.
Геремар стал жить отшельником, пока однажды ему не сообщили о смерти его сына.
Он взмолился Богу: “Благодарю Тебя, что Ты показал милость Свою ко мне, призвав
сына моего к Твоей славе”. Слова эти для сегодняшнего сознания звучат ужасно,
кажутся проявлением бесчувственного фанатизма, тем более, что современная культура
склонна делать ребенка Богом (если, конечно, чадо не падет жертвой аборта). Пережить
своего ребенка в такой культуре - трагедия, безумие, невообразимое как похороны
Бога. Конечно, в средневековом обществе тоже не радовались гибели единственного
наследника - хотя не из любви к ребенку, а из заботы о себе и своем роде. Поэтому
и запомнили слова Геремара, потому и переписывали их и читали, что они показывали
возможность другого взгляда на себя, ближнего и Бога.
Имение, которое после смерти сына вернулось Геремару, он потратил на основание
монастыря во Фле на реке Эпт (между Бовэ и Руаном), где и стал настоятелем. Впоследствии
это место назвали в память о нем Сен-Жерме. Acta Sanctorum, сентябрь, т. VI;
Butler, 24.9. Память 24 сентября.
|
