Яков Кротов
Оглавление книги
 Ио
10, 11. Маккоби возмущается:
"Евангелия говорят нам, что когда Иисус применял выражения "царство
Божие" и "мессия", он имел в виду нечто совершенно отличное от
значения, придаваемого этим словам всеми прочими евреями своего времени. Но это
лишено всякого вероятия по самому существу своему. Если он имел в виду нечто совершенно
иное, зачем же он вообще пользовался этими выражениями?" (С. 71). Типичный
вопрос "здравого смысла", на который ответом является встречный вопрос,
типа еврейского или сократического, то есть восклицание в шкуре вопроса: "А
какими другими выражениями Он мог бы пользоваться?" Бог абсолютно Иной, и
любое слово абсолютно неприложимо ни к Нему, ни к чему-либо, что с Ним связано.
Можно подумать, что слово "Бог" адекватно описывает Бога - и так действительно
думают те наивные персоны, которые уверены, что исполняют заповедь Божию, заменяя
букву "о" на тирешку: "заповедь Б-жия". В каждой строчке только
точки После буквы "Б"... Так что, будем играть в молчанку? Создатель
поступает иначе. Он молчит, но Он берет человеческие слова и сталкивает их друг
с другом, высекая огонь. Если бы Он назвал жизнь с Собой только "царством
Божиим", это была бы ложь. Но Он называет жизнь с Собою еще и "крест"
- и образуется правда, хотя "крест" само по себе было бы вранье, шизофрения
и ханжество. Он называет Себя одновременно "пастухом" и "овцой"
- и становится ясно, что Он не пастух, не овца, а Он. Но если бы не было столкновения
двух образов, не имеющих к Нему никакого прямого отношения, человек не знал бы
Бога.
5.4.2004
|
