Лк. 15, 11 Еще сказал: у некоторого человека было два сына;

№108 по согласованию. Фраза предыдущая - следующая. Иллюстрации.

Комментарии: Шмемана; Блума; проповедь Меня.

Притча о блудном сыне кажется соединением двух притч, о двух сыновьях с довольно разными жизненными сценариями. Договорено о младшем - начинаем о старшем. Сценарии-то, однако, различаются лишь во второстепенном. Братья одинаково относятся к отцу как к дойному вымени. Только один дерзко дёргает за вымя, а второй боится - вдруг лягнёт. Психология старшего - психология законника, он соблюдает закон, ненавидя Законодателя, стиснув зубы, мечтая хотя бы о "козлёночке". Фарисея тоже не стоит представлять себе великим мистиком: он благодарит Бога с искажённым от злости лицом, и злится он именно на Того, Кого благодарит - когда же, когда же будет плата за благочестие?

*

Аверинцев, если не ошибаюсь, сказал, что при советской власти сложилась уникальная ситуация, когда в Церковь стали возвращаться блудные отцы, а принимали их сыновья. Ныне всё вернулось к норме: блудные дети не идут в Церковь, потому что видят здесь блудящих, блудословящих и блудливых отцов.

19 февраля Православная Церковь называет воскресеньем "о блудном сыне", потому что читается притча Христа о блудном сыне, одна и предшествующих Великому Посту. Господь Иисус как будто бы рассказал обычную земную историю, где "все хороши": старший сын - завистник вроде Каина, довел, небось, младшего до остервенения; младший сын - дурачок, променявший семью на свободу; отец - эдакий любвеобильный до придурковатости папаша, не понимающий, что иногда нужно вовсе не прощать ребенка, а хорошенько его выпороть. До чего же все-таки человеческий язык даже не беден - зол и скверен, как и бытие наше, и на месте Иисуса всякий разумный человек, наверное бы, помолчал - ведь обязательно все переврут, исказят, высмеют. Господь же все-таки говорит, и совершается чудо: циничный вздор отступает перед истиной Любви, и Рембрандт пишет багряной своей кровью чудное "Возвращение блудного сына", и сердце сжимается от восторга: да, так, именно так, мастер угадал, именно так две натруженных Божьи руки ложатся на мои плечи, именно я становлюсь на колени, чтобы освободиться от нищеты эгоизма и свинства, и это мой несчастный старший брат справедливо негодует на меня в полумраке за Отцом, но поверь, брат, счастья хватит на всех, и Отец сейчас повернется и к тебе, и при этом, о чудо чудес, нимало не отвернется от меня. Так делается еще один шаг навстречу Пасхе, Воскресению Христову, так мы начинаем чувствовать разгадку: Бог не потому нас прощает, что не может наказать. Уж Он-то может наказать так, как следовало бы, но как наказать любимого, и этот любимый - я, и как не заплакать от счастья быть любимым и от жажды ответить любовью на любовь. Эти слезы и есть слезы великопостного покаяния. - 95 год

1995 г., написано для церковного календаря в газете "Куранты".

О блудном сыне

Жизнь во грехе есть смерть (твой брат был мертв и ожил). Но главное — христианин есть старший брат, которого отец попросил временно побыть со свиниями и попитаться "рожками". Одно утешение: мы еще не с Богом пока, но Бог уже с нами. 

Блуд - измена. У иудеев, как и у многих других народов, холостых людей, сколь бы разгульны они ни были, все же не называли блудниками, ибо им некому было изменять. Они, так сказать, определенной фигуры, места в жизни не имеют и потому могут сколь угодно бродить - это прогулка, а не блуждания. Чтобы прелюбодействовать, надо иметь любовь, которую посягаешь пере-действовать. Чтобы заблудиться, надо иметь определенное место жительства. Чтобы заблуждаться, надо иметь в мире истину.

Их могут, их должны по праву рождения иметь все люди - ибо все люди поселены в мире Богом, сотворены Им по любви, сотворены любящими истину. Истина, место жизни, любовь, - все это Бог. Мы же - вышли за пределы Его любви и истины. Вот за что Иисус - кроткий и милостивый, но не слепой - называет наш род: "прелюбодейный" (Мф 12:39), "неверный и развращенный" (Мф 17:17, а еще Мк 9:19, Лк 9:41).

Самая невинная степень блуда - разврат телом. Недаром Отец с такой легкостью прощает блудного сына - несчастный, больной человек. Самая простительная степень блуда - заблуждение ума - "рече безумец...". Иисус говорит не о них. "Род прелюбодейный ищет знамения" сказано о людях верующих в Бога и верных женам. Это сказано о старшем сыне Божием - по делению той притчи Евангелия от Луки, которую мы обычно называем "притчей о блудном сыне", хотя там не один, а два блудных сына. Старший не блуждал телом, не заблуждался умом. Он сблудил одной фразой, обращенной к Богу: "Ты никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими" (Лк 15:29). 

Бог или козленок нужен нам? Бог или знамение? Бог или победа над врагом? И то, и другое желательно? Но придется выбирать. Потому что пока наш ум видит отдельно Бога - и веселье с друзьями, Бога - и знамение, Бога - и триумф, до тех пор мы неизбежно будем блуждать мыслью от Одного ко многому. То есть, конечно, мы постараемся жить в смирении и в том святом послушании, которое обрисовал старший сын: "Я столько лет служу Тебе и никогда не преступал приказания Твоего". Но внутри - блуждание и прелюбодеяние от Бога к козленочку будет. И поиск знамений, старцев, святынь тоже может оказаться таким духовным скотоложеством, если мы воспринимаем их как особую нужду, как особое от Бога бытие, как нечто драгоценное и нужное помимо Бога. 

Только верующие в Бога - род прелюбодейный; вне религии прелюбодействуют не родом, а поодиночке, каждый отдельно, и даже чем свальнее физиологическое прелюбодейство, тем более одинок каждый из участников. А верующие, в том числе христиане, в том числе православные, прелюбодействуют хором, ибо из поиска знамений создают коллективное занятие, подбадривают и укрепляют в нем друг друга и потому именно не стыдятся своего духовного блуда, что не одни блуждают, а толпою. Но ведь и этот коллективный блуд осуществляется внутри каждого из нас и каждого из нас растлит. 

Блуждание мысли возвращает нас в дохристианское, а пожалуй, и в дотварное состояние - в ничто мы возвратиться не можем, но в туман превращаемся успешно. Блуд и разврат духовные суть возвращение к миру неструктурированному, где нет границы между добром и злом, где не разделены земля и вода, небеса и твердь. Нет в состоянии блуда и Христа как точки отсчета, как Проводника и Путеводителя, нет света истины и мрака заблуждения, а есть гадание и смятение мозгов.

Это неоформленное, расплывчатое состояние и само по себе неприятно и бредово. К тому же мы не можем полностью затуманить мир. Одно сохраняется довольно, по видимости, четко: наше я, наша воля, наши желания. И здесь блуд, растливший мир и уничтоживший саму возможность существования в нем, начинает оборачиваться против нас. Мы начинаем злиться, мы суровеем, мы нервничаем и мысли наши блуждают - потому что нет знамений, нет козленка, нет, в конце концов, осуществления нашей маленькой воли - повеселиться с друзьями, найти себе в Царстве Божием уголок для вечеринки. Ну хоть немножечко мы имеем право отдохнуть от Бога?

Таков первородный грех. Переступить с Бога как основания жизни, как самой жизни - на какое-то другое основание, на кочечку, пусть с болотистым запашком, но иную. Отдохнуть от Бога! - как будто не Он должен отдыхать от нас, рода прелюбодейного! А Бог - пожалуйста, не держит. Смерть - отдых от Бога, мы получаем, чего хотели, только что-то не радуемся, а называем это геенной огненной. Да не геенна, а именно отдых - от Бога; и осознайте, что это одно и то же.

Бог нас не держит. Он даже не сердится. Он - удивляется: "Все мое твое" (Лк 15:31). Супружеская измена долго готовится в душе: человек убеждает себя, что жена ему изменяет и он только мстит - то есть, что не все ее - его; или он внушает себе, что ничего такого у нее вообще нет, что просто связался со стервой - так что нету того "всего", что могло бы быть "его", или - чаще всего - что есть-то у нее много чего, но она его не любит, не делится с ним, захлопывается от него - а значит, нет того единства, которое делает брак браком, о котором сказано "одна плоть" - а можно сказать "все мое твое". Так же мы рассуждаем, прелюбодейничая от Бога: у Него-де ничего нет, или вообще даже и Его Самого нет, или Он - жестокий и не хочет с нами Своим добром (козленочек! знамения!!) делиться. 

Все есть у Бога! Только мы не решили: Бог ли нам нужен или еще что-то? Бога мы просим или знамений? Нет, бывали в истории знамения от Бога, и не раз бывали - но только тем, кто просил и жаждал Бога, а не знамений. И козлят в изобилии Господь посылал - но не тем, кто жаждал козлят. Пока есть в нас хоть крошечное расстояние между Богом и тем, чего мы хотим от Бога - будем блуждать по этому расстоянию, и будет это нам в прелюбодейство. Только Бога, только Его воли, одного Его Христа просить и желать - и тогда мы станем не тростником, ветром колеблемым, а сынами Божиими. Тогда мы подлинно вернемся в Его Царство - где все передано Христу, где все дастся нам, если мы будем просить об этом в молитве - все, буквально все, ибо "все Божие - наше". И тогда мы получим право сказать: "Нет Царства Божия, есть Царство Мое" - и только тогда мы откажемся от этого право и скажем то, чего ждет Отец: "Все мое - Твое". Стоя на камне, который есть Христос, мы повторим Его молитву: "Да будет воля Твоя" - и кончится всякое блуждание и начнется нормальная жизнь.