Мф 16, 27 ибо
приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст
каждому по делам его.
У Марка 8, 38 (читается в третье, Крестопоклонное, воскресенье Великого поста) полнее: "Ибо кто
постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном,
того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами".
Лк. 9, 26: Ибо кто постыдится Меня и Моих слов, того Сын
Человеческий постыдится, когда приидет во славе Своей и Отца и святых Ангелов.
По согласованию №86. Фразы предыдущая - следующая.
Комментарий преп. Макария Великого, 4
в.;
Христос понимает, что Его и Его учения будут стыдиться.
Христиане этого не понимают. Напротив: стыдно должно быть тем, кто не ходит в
церковь, кто не христианин. Таков печальный результат двухтысячелетнего навязывания
Христа сверху. Конечно, стыдно быть последователем Иисуса. Пусть последователи
разнообразных учителей и пророков не стыдятся, что идут за бывшими милиционерами,
за слащавыми или не очень слащавыми персонажами. Христианин долен стыдиться. Ходить
в церковь, креститься, становиться на колени и бухаться лбом о пол - стыдно, срам,
смех. Это ненормально. В раю этого не было и не будет. Правда, мы не в раю...
Но это и означает, что должно быть стыдно - стыдно быть нормальным в ненормальном
мире. Стыдно и неловко так же, как поставить супружеское ложе посреди ярмарки.
Срамнее исповедания Иисуса Богом только исполнение заповедей Иисуса. Глупо и вздорно
уступать, ласкать, быть добрым. Нормальный человек даже добрый поступок прикроет
сердитым словом - из смирения. А христианин не постыдится добрый поступок сопроводить
и добрым словом - урод. Поэтому многие христиане убегают от доброты в несение
креста - точнее, заменяют исполнение заповеди терпением какой-нибудь болячки,
или нищеты, или горя. Но ведь это не обязательно крест. Нищета может быть от лени
и трусости, болячка от обжорства, горе от гордыни. Нет - настоящий крест, как
и у Христа, есть результат доброты - невозможности, бессилия и поражения доброты
в мире.
У краткого Марка здесь полнее: "Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в
роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет
в славе Отца Своего со святыми Ангелами" (Мк. 8, 38). Так что речь идет прежде
всего о деле веры и исповедания.
Перевод Кузнецовой
(2000, 149): "А кто постыдится признать Меня и Мои слова перед этим безбожным
и грешным поколением..." и помета, что "безбожный" - это греческое
"мохайлис". В синодальном переводе "прелюбодейный".
У пророков развратом всегда назывался уход от веры.
Вообще, удивительна скудость языка, когда такие по видимости
близкие слова как "поворот" и "разврат" оказываются
обозначениями полярных явлений. Да и "разврат" пришлось
переделывать из "разворот". Набожный -- прямолинейный,
верный - не виляющий.
Прибавить к этому, что исповедание Бога в слове тоже может быть
делом гнусным, прикрывающим разврат внутренний, и можно просто
сойти с ума: промолчи -- будет стыдно тебе, заговори -- станет
стыдно окружающим.
Но вот чудо: после смерти любого великого человека можно услышать
упреки в адрес его учеников и последователей: мол, примазываются
к чужой славе. Напечатает прихожанин воспоминания о своем духовном
отце -- и сразу, вне зависимости от качества: ячество, он себя
выставляет, а не покойного. А вот с Христом так не происходит.
Меня могут упрекнуть, если я стану называть себя учеником и последователем
какого-нибудь христианского священника, но не упрекают, что я
называю себя последователем Христа. Хотя, казалось бы...
Наверное, упрекающие исходят из лучших побуждений, не хотят разврата:
идешь за Христом, так иди, не отвлекаясь хотя бы и на святых.
По той же логике отвергают Иисуса те, кто считает веру в Его Богочеловечество
развратом, прелюбодеянием в ветхозаветном смысле слова, отклонением
от веры в Единого. Гарантий тут нет и быть не может, и от разврата
может спасти лишь поворот к свету, к той Славе Божией, которая
есть единственное "доказательство" подлинности Иисуса,
подлинности (в своем призвании) любого человека.
|
