Мф. 9, 5. ибо что легче сказать: прощаются тебе грехи, или сказать: встань и ходи?

Мк. 2, 9: Что легче? сказать ли расслабленному: прощаются тебе грехи? или сказать: встань, возьми свою постель и ходи?

Лк 5, 23: Что легче сказать: прощаются тебе грехи твои, или сказать: встань и ходи?

№ 43 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Анекдот, рассказанный Борис Грачевским в "Московском комсомольце" (1.4.2001, с. 23): Господь Иисус решил еще раз придти на землю до Страшного Суда, помочь страждущим. Чтобы не создавать ажиотажа, он одел халат врача и отправился в больницу. Уже у входа он увидел каталку с больным и спросил: "Что у вас?" - "Я двадцать лет не хожу", - ответил больной. - "Встань и иди", - сказал Иисус. Больной встал и пошел. Вокруг него собралась толпа пациентов, все спрашивают: "Это что, новый врач? Ну как?" - "Э! - грустно ответил больной. - Такой же как и все они, даже не выслушал".

Это, очевидно, комментарий к Мф. 9, 5. Пока Бог нас слушает, мы этого не замечаем, будучи заняты вопрошанием о смысле своих болячек. Когда же Бог начинает говорить и действовать, человек вообще впадает в истерику и перестает замечать что бы то ни было.

*

Расслабленность есть невозможность переменить положение человека в материальном пространстве. Расслабленность души есть невозможность переменить положение человека в пространстве нематериальном. Это именно невозможность - во всяком случае, осознаётся расслабленность души не как своё нежелание, а как блок, абсолютно внешнее событие, трагедия. Счастлив человек, который знает расслабленность души - и беда, если человек полагает, будто лишь тело может заболеть, и даже должно заболеть. Долой тело, да здравствует духовная жизнь! Три ха-ха-ха... Тело чаще помогает Богу возродить человека духовно, чем дух - телесному возрождению. Без тела человек был бы хуже падших ангелов - те хотя бы пали, а так называемые "духовные люди" и упасть не в состоянии, просто стоят на пуантах и полагают, что парят. Духовная немочь здравствует в нас - и ханжество, с которым люди берутся судить и рядить о вечном, отличная иллюстрация. Кто живёт духовно, тот ничего не станет утверждать наверняка - некогда, всё смазано от скорости... Только паралитик видит мир всегда с одной и той же точки зрения. Паралитика приносят в дом, разбирают крышу, спускают к ногам Иисуса. Исцелённый Иисусом паралитик возвращается в свой дом. Что делать - материального дома у Иисуса больше нет.

С духом всё наоборот. Тут нужно, чтобы самому несчастному "снесло крышу", чтобы кто-то, Бог или люди или наше отчаяние вдруг прорвались через нашу окостенелость, инертность. Бог спускается глубже преисподней, в душу, она начинает двигаться - и тут самое важное не уйти, а остаться там, где Бог. Чтобы "храмина души" напоминала римский дом - с открытым небу внутренним двориком.

Иисус увязывает паралич с прощением не случайно. Паралич мешает грешить телесно. А может, это был педофил?! И его выпустить на волю?!! Мы боимся прощать, потому что отождествляем прощение с возможностью возвращения ко греху. Но ведь это лишь показывает, что мы сами просим прощения у Бога (и людей, если совесть есть, а не только набожность) лишь для того, чтобы грешить по новой. Подсознательно, конечно, но результат - налицо. А вот не надо бояться простить: настоящее прощение, как и настоящая жизнь, это не паралич - мол, не буду грешить, замру столбиком как суслик в поле с поднятыми лапками. Бог нас прощает - даёт движение. Это грех - паралич, беспомощная судорога мускулов и чувств. Праведность - беготня и прогулки, непредсказуемые и нескончаемые приключения и похождения. Страшно: непредсказуемые... нескончаемые... Это хорошо, что страшно - это страх Божий, страх перед бесконечностью, которая так противоречит всему нашему опыту, как бег противоречит всему опыту паралитика. И другого надо прощать не для того, чтобы другой превратился в набожную картинку на стене, а чтобы в другом распахнулось то самое черное бездонное небо со звездами...

Проповедь 1277, 2008 г.