Мф. 7, 24. Итак всякого, кто слушает слова Мои сии
и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне;
Лк. 6, 47 Всякий, приходящий ко Мне и слушающий слова Мои
и исполняющий их, скажу вам, кому подобен. 48 Он подобен человеку, строящему дом,
который копал, углубился и положил основание на камне; почему,
когда случилось наводнение и вода наперла на этот дом, то не могла поколебать
его, потому что он основан был на камне.
№50 по согласованию.
Фразы предыдущая - следующая. Ср. о краеугольном камне.
 В Евангелии, отмечал Иеремиас (Притчи, 18), можно встретить реалии и палестинские, и римские, и греческие, и левантийские. Можно предположить, что иногда это - результат перевода, хотя следует помнить, что евреи жили не в гетто, Иисус мог и сам обращаться к примерам из культуры соседей. Например, знаменитая притча о доме на скале - речь идёт о доме на глубоком фундаменте, подвале, а в Палестине таких домов обычно не строили. Но если Иисус был, как и Иосиф, строителем, то Он просто обязан был знать, как строить дом грекам. Может ли быть, что Иисус использовал какой-то другой образ, а переводчик взял, да и заменил образ в целом? Может. С другой стороны, разумность включает в себя воображение, и человеку нетрудно понять, что имеется в виду, даже если он никогда не видел дома с подвалом. Песок-то от камня все отличают, и бури всюду дуют. Синодальный перевод вообще легко понять так, что человек просто срыл песок и поставил дом прямо на скале, а не так, что был вырыт фундамент. Скала противопоставляется болоту, зыбучему песку, а не погреб - поверхности земли, не углублённость - поверхностности. Далеко не всегда, к счастью, нужно глубоко рыть, чтобы обнаружить твёрдую почву под ногами: ведь со скалой Иисус сравнивает не какие-то таинственные знания, а порядочность, миролюбие, и готовность давать больше, чем должен.
*
Притчи, связанные со строительством, напоминают об основной профессии Иисуса
(строитель), о его бездомности (сапожник без сапог) - причем бездомности изначальной,
с момента рождения, о невидимом доме - Собрании, Церкви, в которой камни - люди.
Человек создан для вечности, только этим человек и схож с домом. Иисус уподобляет
дом человеку только в том отношении, что и дом может быстро обрушиться (особенно,
когда строят на жидкости - водке, спирте, нефти), а может существовать долго.
А вот где метафора заканчивается: бывают стройки, которые лучше не начинать. Вавилонская
башня, к примеру. Поэтому Иисус сравнивает следование за Собой с отказом строить
"башню" (Лк. 14, 28), с отказом быть самостоятельным правителем, призывая
сдаться сильнейшему царю - Богу (Лк. 14, 29). Не надо гордиться, переоценивать
свои силы - и это иногда означает полную бездомность, когда только невидимый Дом
Божий и становится единственным обиталищем.
*
Про Исаакиевский собор ходила эпиграмма: "Се памятник двух царств, обоим
им приличный: Низ каменный, а верх кирпичный". Имелось в виду, что правление
Екатерины - надежный камень, правление Павла - ненадежный кирпич. Особенно смешно,
что сочинители эпиграммы "забыли", что сам-то Петербург заложен не то
что на песке, а попросту на болоте. Иисус сравнивает творчество (ибо речь идет
о том, что вера без дел мертва) сперва с плодами, а затем с фундаментом. Так Он
ловит людей, которые разделяются на два типа - "овощи" и "фрукты",
"вершки" и "корешки". Эти типы часто друг с другом ссорятся,
как у Джанни Родари в сказке про восстание овощей аристократы уподоблены сочным
фруктам, которые обречены упасть и сгнить, а крестьяне и рабочие - овощам, которые
упорно пробиваются через чернозем, но потом заполоняют поверхность земли. Впрочем,
а кто не ссорится? Внутри любой однородной категории людей все равно идет война.
Но более заметен конфликт тех, кто идет от упорного труда к озарению, и тех, кто
идет от озарения к труду. Муравей и стрекоза. Иосиф Прекрасный и Никита Кожемяка.
Благая весть обращена же одинаково ко всем. Козлами бывают и те, и другие, равно
как и овцами. И небо - слякоть, если в этом небе нет Духа Божия, и гранит - песок,
если это гранит эгоизма. Напротив, есть творчество в смирении, в самоуничижении,
в аскезе - и есть смирение в творчестве, и только самозванцы от культуры гордо
задирают нос, именуя себе творцами, полными сил. Есть два типа эгоизма в каждом
человеке, и одному эгоизму, возносящемуся к облакам, Иисус напоминает о том, что
духовная жизнь есть возведение дома, порыв к небу, а другому эгоизму Он же напоминает
о том, что духовная жизнь есть приношение плода, который падает с высоты кроны
на землю и там перегнивает и умирает.
*
Притча о делах как о каменном фундаменте, на котором стоит дом веры, это редкий случай, когда Иисус борется
с противоположностью фарисейства - разгильдяйством. Это, между прочим, хорошо говорит о людях, которые Его
окружали. В России сегодня обломовщина актуальнее фарисейства - точнее, само фарисейство удивительным образом
считает иждивенчество, кое-какерство и отказ от творчества самым главным своим делом. "Верую, что не
могу!" - вот наш символ веры. Чтобы смочь и нужно строить жизнь сверху, с веры - тогда как у нормальных
людей дела идут впереди веры. В истории современной архитектуры известен способ строительства дома с крыши.
И вот происходит чудо: в нашу жизнь, раздвигая скальную крышу, который мы отгораживаемся от Творца, опускается
Дух Божий. Лодырь что-то делает. Ворчун говорит ласковое слово. А что же затем делать, чтобы не возгордиться
делом - то есть, чтобы каменное основание не заняло всю душу? Дом может устоять перед наводнением, но быть
непригодным для жилья из-за вонищи внутри... Если бы речь шла о соотношении веры и дел, положение было бы
безнадёжное. Но речь идет о вере в Христа и о делах, а это совсем наособицу. Дело не в том, как
веровать, а в том, в Кого веровать. Дела - твёрдый фундамент не для всякой веры, а для веры, которой
крыша - Дух Божий. Только Дух может камни дел умять так, что они станут действительно фундаментом, уйдут из
поля зрения. Крыша дома должна быть из Духа, чтобы глядеть хотелось вверх, на чистое небо, на Солнце. Дела
должны быть уравновешены не словами, а Словом - Христом. Только Бог дышащий, согревающий, сострадающий, прощающий,
- только Он делает дом пригодным для жилья. Дух и есть такой Бог. И хотя в русском языке "Дух Божий"
звучит как "дом Иванова" - Дух не есть принадлежность Бога, Он есть Сам Бог. Этим люди и живы.
*
Жизнь сращивается с Богом через веру в Христа как дом сращивается со скалой через сваи. Бог окликает человека, ожидая ответа, но ответ следует давать через жизнь других людей. Вера опознаётся по делам, как по следам-пузырькам опознаются проходящие сквозь воду невидимые частицы, из которых состоит мир. Эти дела часто проявляются в словах - словах утешения и любви. Трассирующая вера как трассирующие пули, только результат противоположный. Мы же чаще видим совсем другое: беды, неудачи, слабость, - таковы следы сомнений. Такими следами являются слова ненависти и обиды. Они показывают, что мы не доверяем Иисусу распоряжение нашей волей и жизнью, хотим сами распорядиться и принести Ему результат - а Ему результат не нужен, Он сам есть не результат, не устье реки, а скала, на которой стоит дом у реки - вся жизнь человеческая, и надо успокоиться, отречься от власти и просто жить в этом доме на Скале.
Проповедь об этом 2008 г. №1251.
|
