Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Александр Мень

 


НИКЕО-ЦАРЕГРАДСКИЙ «СИМВОЛ ВЕРЫ»
Беседы для готовящихся к принятию святого крещения

БЕСЕДА ШЕСТАЯ


В заключение наших бесед о Символе Веры хочу немного рассказать вам о таких понятиях, как бессмертие и Царство Божие.

Уверенность в том, что жизнь после смерти не прекращается, была чем-то общим для людей древности и людей поздних времен. Древний египтянин, который был куда цивилизованнее, чем люди каменного века, который знал и астрономию, и основы математики, и архитектуру, человек, принадлежавший к великой цивилизации, которая создала пирамиды, храмы, фантастические лабиринты, секрет которых до сих пор до конца не разгадан людьми нашего времени, он никогда, ни на мгновение не сомневался в том, что у человека есть бессмертная часть.

Вы можете подумать, что речь идет о некоем утешении, к которому стремился человек, но на самом деле это не так. Иногда посмертное бытие представлялось как ущербное, темное, полусознательное, страшное. Вероятно, опыт людей, встречавшихся с какими-то таинственными феноменами, с какими-то знаками присутствия духа умершего, и рождал те страшные сказания, которые мы читаем в «Одиссее» Гомера, у древних вавилонян: мрачный мир призраков обитает в этих сферах. Так же думали и греки в течение долгого времени. Но когда у них появилась философия, философы первые поставили вопрос на уровень рационального и серьезного обсуждения.

Они поставили его так: если мир состоит из неких частей, как говорили древние греки, атомов, то не является ли душа человека, мысль человека чем-то состоящим из атомов? Это предположение выдвинули древние материалисты, Демокрит и его последователи. Но взгляд этот не был принят основной массой философов, потому что они прекрасно понимали, что распасться может только агрегат, который состоит из каких-то частей. Распадение неизбежно требует движения, а может ли двигаться дух? Движение вещи есть перемещение ее в пространстве: если движется вот этот предмет, то сначала он находится в одной части пространства, потом в другой и так далее.

Сознание человека не локализируется ни в какой точке пространства. В ней локализируются органы, которые мышление использует, но само оно обладает способностью быть непространственным, нефизическим, нематериальным. Следовательно, раз оно не находится в пространстве, оно неподвижно, то есть оно не может распадаться. Его бытие совершенно особенное: во всем известном нам мироздании ничего подобного не существует, хотя человеку сегодня известно уже очень многое.

Все, что открывает нам наука в течение веков и тысячелетий, а, как я уже сказал, египетские ученые достигли огромных результатов еще за пять тысяч лет до нашей эры, — все открытия современной науки показывают, что любое природное явление может быть измерено, либо взвешено, либо увидено глазами или прибором: оно обладает такими свойствами, которые это позволяют, например, даже если мы не видим полета элементарной частицы, мы видим свет, который она оставляет.

Между тем, только сознание, только «я», только дух не оставляет следов, не улавливается никакими приборами и аппаратами. Иногда говорят, что изучение открытий биотоков мозга как раз и есть фиксация нашего мышления. Но должен вам сказать, что любая живая ткань, в той или иной степени, имеет биотоки, и мы можем найти их и в лапке лягушки. Биотоки сопровождают физическую и физиологическую жизнь клеток мозга, а не являются мышлением. Таким образом, мышление есть чудо, в том хотя бы смысле, что мы можем удивляться ему, поскольку оно полностью иноприродно всему остальному. И если все в мире разрушимо и преходяще, то мышление, «я», дух, личность, центр — неразрушимы и непреходящи.

Это вовсе не значит, что жизнь нашего «я» все время однородна, что нет возрастания, углубления каких-то возможностей. Напротив, если растение живое, оно разрастается из маленького семечка, если дух в человеке, как семя, посеян, из него может вырасти нечто, а может и не вырасти.

Таким образом, человек уже в древности пришел к мысли, что судьба нашего сознания находится в прямой зависимости от того, что происходило с ней на протяжении земной жизни. Наш мозг — это орган мышления, это инструмент духа, это рука, глаз действующего «я». Подобно тому, как локатор улавливает вибрации вселенной, тончайшая и до сих пор не изученная структура мозга становится носителем Духа. Подобно тому, как глаз улавливает свет, в себе его собирая, так наша центральная нервная система аккумулирует в себе духовное начало.

Человек видел, что умерший уже не живет с ним, он молчит, его глаза закрыты, он отрезан от бытия, но у него хватало логики, чтобы понять простую истину: если в соседнюю комнату вход замурован, и мы не можем общаться с тем, кто там находится, если стена достаточна толстая, что даже стук туда не дойдет, то это вовсе не значит, что за этой стеной уже ничего нет и никого нет. Если прервался наш контакт с умершим, если его тело перестало ему служить, и он не может нам передать сигнал своего «я» с помощью своего тела, это не значит, что душа его испарилась.

Я всегда в этом случае вспоминаю, как меня в юности поразило высказывание Мопассана о женщине, которая погубила себя, бросилась в колодец, и, как он говорит, душа ее, то, что называлась ее душой, «угасло на дне колодца». Это звучало очень мрачно. Но тогда уже — хотя я был еще школьником, — тогда я уже понимал, что угасание это не аннигиляция, это процесс перехода из одного состояния в другое. И поэтому, если было столь мощное явление, как душа, как сознание, как «я» в человеке, она не может аннигилироваться, она переходит в другую форму существования.

Самое высокое из созданий Творца, которое мы только имеем в мире, — это личность. Все стихии безличны, в животном проявляются первые зачатки индивидуальности, но творящая личность — это только человек. Об этом говорил Паскаль в своей бессмертной книге «Мысли». Обязательно посмотрите эту книгу, она легко читается, потому что это афоризмы. Он говорит о том, насколько хрупок человек и как мало нужно для того, чтобы прервать его жизнь, но все стихии мироздания, огромные бездны и скалы, которые могут его раздавить, как муху, в одно мгновение, ничего не стоят перед ним, потому что только человек, он один может сознавать, что с ним происходит.

И мы знаем ответ на вопрос, откуда это чудо. Можно понять, откуда наша способность мыслить, — спросите у биолога, и он вам расскажет, как процесс усвоения кислорода начался у первых наземных животных. А мы их наследники. Мы знаем, почему мы поддерживаем свою жизнь с помощью пищи, — эти энергетические процессы совершенно ясны химику, физику, физиологу, биологу. Мы знаем, откуда происходит все в нашей телесной жизни, но только не знаем, откуда появилось духовное «я», творящее, мыслящее, выбирающее между добром и злом, меняющее облик планеты.

И Священное Писание нам открывает эту тайну. Оно говорит о том, что человек, в его духовности, создан по образу и подобию самого Творца — вот где разгадка, вот почему мы иноприродны. Вот почему человек, который дышит, ест, пьет, размножается, как любое другое существо, духовно отличается, качественно отличается от всей природы. Он отражает в себе всю созданную Богом Вселенную — царство минералов, элементы таблицы Менделеева, царство растений. Ведь каждая клетка нашего тела точно повторяет модель клетки любого растения, любого животного — но дух наш есть гость в этом мире и не просто гость, а перед ним поставлена определенная задача возрастания.

Дух — учащийся здесь, он соединен с материальными силами не благодаря какой-то парадоксальной прихоти, а это происходит потому, что он принадлежит двум измерениям бытия: вещественное, материальное, стихийное соединилось через человека с духовным, чтобы духовная сила пронизала все материальное бытие. Одухотворение вселенной, созданной Богом, — вот высочайшая цель, и человек был выведен в мироздание с этой целью, но он еще очень плохо эту цель выполняет и очень мало в этом выполнении участвует,

Вот одна из разгадок, почему врачи, физиологи, часто говорят вам, что человек не использует своих возможностей на тысячную долю. Это правильно, потому что заложено в нас бесконечно много. Но эта неудача человека на самом деле не является неудачей, потому что, когда люди умирают телесно, продолжается работа всего человечества.

Вот образ для вас: текут реки, моря, поднимается утренний пар, и вот земная вода в виде пара восходит вверх, и вот белые облака уже кружатся и стелются над землей. Какое огромное значение имеют облака для жизни: они несут в себе живительную влагу в те пустынные места, где так мало жизни, в те пустынные места, над которыми раскинулось лишь беспощадное голубое чистое небо.

И история духа имеет свои живительные облака: потоки душ, восходящих вверх (то есть вверх не в пространстве, а в иное измерение), создают бессмертную сокровищницу человеческих душ. Мы называем это высшим измерением жизни. Иные называют его потусторонним, посмертным бытием, в котором тоже развитие, в котором тоже движение, в котором тоже жизнь, но иная жизнь.

То, о чем я говорил, является общечеловеческим представлением, понятием, которое разделяют люди от одного океана до другого. И те, кто сознательно пытаются убедить себя и других, что личность самосознающую ожидает впереди ноль, небытие, все равно в глубине своего существа не верят в свое полное уничтожение. Такой глубокий исследователь человеческой психики, как Зигмунд Фрейд, писал, что в действительности никто в свою смерть, то есть уничтожение, аннигиляцию, в глубине своего существа не верит.

Но христианство говорит нам о чем-то большем. Оно говорит нам о жизни будущего века, не просто о естественном бессмертии каждого человеческого «я» в ином измерении, а о новом этапе космической эволюции. Слово «век», по-гречески «зон», означает огромное пространство во времени, почти уходящее за пределы истории. Грядущий зон, жизнь грядущего зона, это уже взгляд в отдаленнейшее вселенское будущее, это тот взгляд, который проникает за завесу того, что может сегодня представить ограниченный человеческий рассудок, это не просто естественное бессмертие души, вернее духа.

Я сразу должен оговориться: речь идет всегда о духе, потому что душа — это психика, которая есть у животных и по-своему у растений, это реакция организма на окружающую среду, а дух — это то, что творит, то, что является неповторимым, личностным, обладающим свободой. Все религии и философии, так или иначе, говорят о бессмертии духа, и христианство не открывает нам эту естественную истину. «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века» — это упование, и эта вера родились не на пустом месте, а родились они в таинствах Пасхи Нового Завета, когда Иисус Христос победил смерть.

Мы говорим о людях, оставивших нам великие произведения искусства, литературы, науки, как о бессмертных по-своему. Поэтому и Пушкин говорит: «Весь я не умру, душа в заветной лире мой прах переживет...» Это все остается, но остается временно, потому что нет бесконечной памяти у человечества. Вечной остается жизнь, погибают отдельные организмы, но для человека, для его ноосферы, то есть для сферы духа, важен каждый человек, важна каждая личность.

И когда Христос явился перед учениками, — это не была память о Нем. Память была о пророке Исайе, о великих учителях человечества, о великих философах. А Христос вовсе не жил в их памяти — Он явился им живой. Вот, что было важно. Бессмертие в легендах и памяти было у Моисея, но никто не говорил, что он явился живым; бессмертным в памяти учеников был и Сократ, но никто не говорил, что он явился живым; наконец, бессмертны в памяти нашей великие святые христианские, и многие их видели во сне, имели с ними внутренний контакт, но все-таки мы знаем, что они умерли, и гробницы их об этом свидетельствуют, и мощи их явно об этом свидетельствуют.

Христос не ожил, а изменился, поэтому святой апостол Павел говорит, что мы все изменимся. Это трансформация, мутация, новая ступень эволюции. Все души, которые когда-либо были созданы в мире, мы все изменимся. И тогда нам вновь будет возвращено телесное бытие, но то телесное бытие, которое открылось ученикам в явлении Воскресшего. Апостол Павел говорит, что есть тело душевное, а есть тело духовное: некое иное тело, которое не подвержено в такой степени жестоким неумолимым законам мертвой живой природы, тело, которое подчиняется духу, поэтому не знает ни старости, ни усталости.

Опыт учеников, видевших Воскресшего, был особенным. Это не было смутное видение, а Он пришел к ним и сел за стол, и показал им знаки на Своих руках, и ел с ними. Но никто и не думал, что Он, может быть, очнулся, что Он ожил, что Он реанимировался, — потому что лицо Его изменилось, они узнавали Его не сразу. Он не входил к ним в дверь, а появлялся сразу в комнате; для Него не существовало тех преград, которые существовали для Него же до того, прежде. И Он сказал: «Дана Мне всякая власть на небе и на земле». Он стал иным.

И апостол Павел, продолжая Его мысль, учит нас, что Христос в этом отношении явился Первенцем, Первенцем, не как Богочеловек, а как человек — как человек, обретший новую жизнь. Среди всех нас Он первый обрел духовное тело, первый вошел в вечность в духовно-душевно-телесном единстве личности. И вот это и есть то, чего желает, чает христианство.

«Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века». Тело побеждается, миры побеждаются, и наша душа, скомканная, маленькая и жалкая, вырывается на колоссальную свободу. И между нею в ее нынешнем состоянии и тем раскрытием огромным, которое ее ожидает, такая же гигантская дистанция, как между молчаливым эмбрионом в утробе матери и гением (скажем, Леонардо да Винчи или Эйнштейном), который из этого эмбриона развился.

«Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века...» Я убежден, что эта жизнь охватит не только нашу планету, а и то, что в Библии названо новым небом и новой землей. Я убежден, что столь сложное существо, как человек, его организм, он должен был подготавливаться колоссальным количеством процессов, которые происходили в необъятной Вселенной. Для того, чтобы создать одно мыслящее человечество, по-видимому, нужно было запустить столь гигантский котел урановый, как наша галактика, а, может быть, и все наше мироздание.

Вопрос о том, имеются ли другие подобные человечества, не имеет принципиального значения. Даже если там есть подобные люди и у них другое тело, они все равно люди, они все равно наши братья, потому что у них принципиально то же соединение телесного и душевного, духовного, и у них также существует бессмертие. И все мироздание сегодня, еще подчиненное жестким законам деградации, умирания, омертвления энергии, распада, — вся эта вселенная одухотворится таким образом, чтобы жизнь играла во всей ее полноте. Снова вернусь к словам апостола, который говорил, что у человека сегодня нет воображения и силы для того, чтобы представить «жизнь будущего века»...

Душа — это печать человека. Знаменитый американский психолог и психиатр, философ Джеймс проводил очень много опытов, пытаясь связаться с сознанием умерших людей. Я читал отчеты, запись этих экспериментов. Трудно сказать, насколько все это может быть сегодня оправдано и достоверно, но любопытная деталь. Джеймс пришел к выводу, что человек уносит с собой все свои особенности, но он сохраняет свою ограниченность, и то, что он лишен телесных органов своих в какой-то степени умаляет его бытие. Это дух развоплощенный, а не человек.

В этом отличие христианства от всех видов оккультизма, которые считают развоплощение благом. Это большой соблазн. А христианство говорит так: да, мы покидаем свою плоть, но для того, чтобы обрести новую, потому что Бог создал Вселенную не напрасно, не только для того, чтобы мы в ней страдали, а для того, чтобы она заиграла всеми красками гармонии, красоты и мощи, и чтобы в ней играл человеческий дух, вечно творя, вечно преобразуясь, открывая все новые и новые для себя горизонты.

Отец Сергий Булгаков, один из великих учителей наших православных в XX веке, называл это очеловечиванием природы. Его современник Пьер Тейяр де Шарден, французский теолог и палеонтолог, называл это тоже гоминизацией природы. Это процесс, который начинается уже здесь и теперь. Когда человек учит свой дух подниматься над природным, вырабатывать в себе терпение, твердость, умение отрешиться от давления материальных факторов, умение сосредоточиться на духе так, чтобы эти факторы не были всепобеждающими, — это уже в нашей личной жизни репетиция, прелюдия к жизни будущего века.

Знаменитый современный ученый, психиатр Виктор Франкл проводил свои наблюдения за душами людей в тяжких условиях, в нацистском концлагере. И он убедился там, что погибали в первую очередь не физически слабые люди, а люди духовно слабые; люди, у которых была цель, у которых был собран дух, — они, несмотря на слабость физическую, проходили через все круги ада и оказывались победителями. Выйдя после войны из лагеря живым, Франкл много об этом думал, много писал и создал даже специальную методику для лечения неврозов, которую назвал логотерапией, то есть лечение с помощью логоса, духа, слова.

Так вот, в росте духовной жизни сегодня, здесь и теперь, повторяю, мы имеем преддверие жизни будущего века, преддверие воскресения мертвых.

Воскресение есть преображение всей природы. Однажды я был в доме у одного скульптора, весьма любимого мной и уже пожилого человека. Оглядев как-то свои скульптуры, он с грустью сказал: «Все минует, и все пройдет, а куда все это денется?» Он верил в бессмертие человеческой души, но ему было жалко произведений, которые погибнут. И действительно, опыт человека показывает, как легко разрушается все — природа и искусство. Но на самом деле, если человек вложил в свои творения свою душу, они в какой-то степени приобщились к его бессмертию. И все великие произведения искусства не смогут умереть, потому что они приобщены царству Духа. И человек получил вдохновение из этого царства.

Вспомните великие строки А.К.Толстого: «Тщетно, художник, ты мнишь, что своих ты творений создатель»... Да, человек, вдохновение и то, что создано им, разрушаясь зримо для нас, уходят в своем ядре бессмертном в иной мир, и мы можем быть уверенными, что все совершенное и прекрасное в природе и в искусстве также войдет в Царство Божие, где воцарятся полностью красота и гармония.

В заключение я должен сказать о Царстве. Иисус Христос проповедовал нам о Царстве Божием. Не о чем-то другом, а Весть Его прежде всего была о Царстве Божием, «ибо не царствует Бог в этом мире, ибо князь мира сего сатана». Так сказал Господь, и мы сами прекрасно знаем, что в мире действуют слепые разрушительные силы природы и общества, злые страсти распада, ненависти. Бог не царствует, а мир этот — поле боя, в котором участвуют и добро и зло, и стихии, и свободная воля человека.

А что же такое Царство Божие? Это такое состояние бытия, в котором воцарилась полнота жизни и гармония, воцарилась мысль Божия, бесконечно прекрасный замысел Творца. Недаром Господь Иисус говорит, что это Царство приходит незаметным образом. Да, оно давно вошло в мир, потихоньку проникая в него, еще до того, как человек появился: в гармонии частей природы, в ее красоте оно уже присутствует, в духе человеческом, в любви человеческой оно присутствует, в творчестве человеческом оно присутствует, в милосердии человеческом оно присутствует. Царство Божие это не просто футурология, не просто слова о будущем. Оно уже здесь.

Вот почему Господь Иисус говорит, что Царство Божие внутри вас, «среди вас» — буквальный перевод. Оно врастает в этот мир. Там, где царствует совершенство, мощь красоты и любви, там Царство Божие все громче и громче заявляет о себе. Это не очевидность, которую можно пощупать руками, это надо уловить интуитивно, постичь сердцем, это то, что открывает нам Христос.

Он говорил нам: «Покайтесь, приблизилось Царство Божие». И это слово я приношу вам, тем, кто готовится к крещению: принесите Ему стремление изменить свою жизнь, потому что к вам, к вашей душе, к вашей жизни приблизилось это Царство, и оно даст вам силу духа, силу противостояния, силу причастности вечности в этой быстротечной жизни. «Побеждающему дам вкушать небесную манну», — говорит Христос, небесный хлеб, и каждый, хоть немножко достигший этого Царства, усилиями устремленной любви к Нему, — тот победитель, на своем месте; на своем месте в жизни и он получит небесный хлеб жизни.

И потому Царство Божие есть наше величайшее упование и цель. И теперь, когда мы с вами поговорили обо всем Символе Веры, мы понимаем, почему именно на этой ноте завершается Символ, почему Богочеловек, придя на эту грешную землю, сказал нам: «Ищите прежде всего Царствия Божия и правды Его, и все остальное приложится вам».

Лекция была прочитана 16 декабря 1989 г. в Доме культуры фабрики «Дукат»

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова