Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Александр Мень

 


НИКЕО-ЦАРЕГРАДСКИЙ «СИМВОЛ ВЕРЫ»
Беседы для готовящихся к принятию святого крещения

БЕСЕДА ВТОРАЯ


Итак, дорогие друзья, для тех, кто хочет поразмышлять, кто хочет освежить в своей памяти то, что давно уже знал, тех, кто готовится к святому крещению, тех, кто уже крещены, но не проходили в свое время катехизации, то есть элементарного объяснения Символа Веры, — мы продолжаем рассказ о простейшем, элементарном.

Быть может, некоторые из вас, кто привык к изощренной философии, кто знакомился со сложными философскими книгами, подумают, что все это слишком просто для них. Я прошу у таких людей извинения; я говорю не для них, я говорю для любого рядового человека, который хочет понять слово Божие. Как говорил апостол Павел, «оно не в премудрости».

Премудрость — это наше человеческое размышление, а мы постараемся услышать сам голос слов Божиих.

Итак, напоминаю вам, что первая часть, первый член Символа Веры говорит нам о Творце Едином всего видимого и невидимого. Мы говорили о том, что действительность, которая нас окружает, разделяется на видимое и невидимое, причем, невидимое имеет господствующую природу — это дух, это разум, это, в конце концов, и Сам Творец, который принадлежит к миру невидимого.

Но это не унижает и, не перечеркивает мира видимого, потому что видимый мир должен встречать наше понимание, нашу любовь, наше сопереживание. Природа — это не мастерская, а прежде всего храм, — я говорю это, перефразируя известные слова известной вам книги, — и только тогда, когда мы будем это чувствовать, мы сможем и в этом храме выполнить свой человеческий долг и выполнить ту работу, творческую, которую Бог нам дал.

Первому человеку заповедано было хранить и возделывать ту землю, которую Бог ему дал. В этом уже, как в фокусе, собрано наше призвание человеческое — трудиться, возделывать, вносить свою творческую лепту, продолжать Божие творение. Творение еще не кончилось, оно еще продолжается, и человек может его либо продолжать, либо разрушать и тем самым становиться противником Божиих замыслов.

Итак, видимое и невидимое — в нашем теле, в нашей душе, в нашем существе — занимает иерархическую позицию, иерархическую. Святой Василий Великий сравнивает духовное начало со всадником, а психофизическое, плотское, — с лошадью. Это вовсе не значит, что всадник должен ее убить, ранить ее или морить. Нет, всадник должен ее беречь, направлять — таково соотношение видимого и невидимого, духовного и телесного. И когда Священное Писание говорит нам: «Бог создал человека по образу и подобию Своему» — «да владычествует он над тварями земными», — это означало, по учению Святых Отцов, что человек должен владычествовать над тварями, которые живут в нем, над хищными зверями, над необузданными страстями.

Второй раздел Символа Веры, по числу пунктов самый большой, говорит о Господе Иисусе, о Том, Который является осью мировой культуры, осью нашей жизни: «Я есмь Альфа и Омега, начало и конец». Недаром весь мир отмечает Его рождение как начало нашей эры. Это действительно новая эра, но она только началась: первые шаги, робкие, часто неумелые, быть может, спотыкающиеся, ошибочные делают люди, которые услышали евангельский призыв. «Во единого Господа Иисуса Христа Сына Божия» — вот слова Символа Веры.

Первое — Он Единый. Часто люди говорят, что было много мудрецов, учителей, философов. И Толстой ставил Иисуса Христа в один ряд с Сократом, Буддой, Сенекой. Но это принципиально неверно. Даже если мы будем смотреть на это сторонними глазами, мы поймем глубочайшую разницу, я бы сказал, пропасть, которая отделяет Иисуса Назарянина от всех учителей мира. Но будем последовательны, неторопливы, разберем по пунктам. Он — единственный и единый для нас. Что , это значит, мы увидим и почувствуем позднее.

Что такое «Иисус»? Это Его личное, человеческое имя, не уникальное, распространенное весьма в те времена. Впервые в документах мы встречаем его 23 столетия тому назад, и с тех пор это имя в течение веков носят священники, христиане, мудрецы, учителя, люди самых разных сословий. Имя это было любимым, потому что оно означает «Господь его спасение» или «Господь-спаситель», «Господь несет спасение». В оригинале, на древнееврейском языке, оно звучит как Иешуа или Егошуа. Слово «Иисус» — это грецизированная форма имени Иешуа. Мы восприняли (в церковнославянском языке, а потом современном русском языке) эту грецизированную форму, но какова бы она ни была, сила этого имени заключается в Том, Кто стоит за этим именем. Кого мы призываем. Поэтому Иисусова молитва, которая существует уже множество веков в православной традиции, призывает имя Христово, призывает Его в той форме, в которой оно было принято согласно греческой традиции.

Христос — что же это означает? Это означает царь, царь — не буквально, а в переносном смысле. Я думаю, каждый из вас помнит, что царя называли «помазанником». Откуда происходит это название? Дело в том, что в древности, в обрядах различные стихии и различные элементы природы воспринимались, как символические знаки: огонь — символ чистоты (а не истребления), вода — символ омовения и чистоты, хлеб — символ жизни. Хлеб и вино были символами жизни, потому что это знаменовало собой ту пищу, которая была за столом у человека всего средиземноморского круга.

По всему Средиземноморью, включая и наши причерноморские районы, распространено дерево, олива или маслина, и из него с незапамятных времен, с начала земледелия, изготовляли масло оливы. Оно называлось елей, елей — это оливковое масло. Оно было очень важно для жизни. Сейчас мы, используя различные химические вещества, забываем часто о той роли, которую играли естественные продукты в древности. Масло оливы служило и для очищения тела, и для сохранения продуктов, оно означало в символе древнего Востока сохранность: положить что-то в сосуд с оливковым маслом означало сохранить его.

И вот, когда человек — священник, пророк, царь поставлялся свыше на свое служение, совершался обряд помазания его елеем. Совершался он преимущественно над царем, это было звание человеческое, это было правило; пророк мог не быть помазанником, царь — нет. Почему? Потому что царь — любой — претендовал на власть, а помазание символизировало, что власть эта не пришла к нему от него самого, а что он ее получил. И когда помазывали царя, это означало: у него будет сохраняться этот дар, если он будет верен слову Божию, если он не будет верен, этот дар исчезнет. То есть помазание было символом некоторой условности власти в древнем мире и особенно в Ветхом Завете.

Мы, христиане, сохранили этот обряд для великого таинства миропомазания. О том, что означает это таинство, я расскажу вам непосредственно, когда мы будем говорить уже о последних членах Символа Веры — «исповедую едино крещение», я объясню вам вкратце, что означает и миропомазание. Сейчас только предварительно скажу: каждый христианин получает в крещении — будь он младенец, будь он взрослый — получает в крещении царское посвящение, — мы все являемся царским священством перед Богом.

Что такое священство христианина? — Служение Богу. Мы все — священники и миряне — служим Богу, каждый на своем месте. Поэтому каждый христианин есть по-своему священник Бога Всевышнего, не функционально» а по призванию и посвящению. Так учит нас апостол Петр в своем Послании, такова традиция Церкви.

Теперь главный вопрос, на который я хочу попытаться кратко ответить. А почему же Иисуса Христа, Иисуса Назарянина, возвестившего миру Царство Божие, мы в Символе Веры, в столь кратком изложении веры, называем помазанником, царем? По-гречески слово это звучит Христос. «Христос» — это точный перевод древнееврейского слова «помазанник». Звучит оно в оригинале как Машиах, на арамейском языке, который был распространен во времена земной жизни Иисуса Христа; оно звучит и как Мешиха, отсюда греческое его изменение Мессиас, которое потом перешло в церковнославянский, древнерусский и современный русский языки. Мессия — это царь, это высший помазанник Божий. Почему мы так называем Христа в Символе? Это приводит нас к первой, большей по объему, но на самом деле вступительной по своему значению, части Библии, Ветхому Завету.

Для того, чтобы понять сущность христианства, мы должны обратиться к основополагающей книге христианства — Библии. Библия состоит из двух Заветов. Что такое Завет? Завет, буквально, — это связь, союз, договор, который дается человеку до Христа. По-церковнославянски он называется Ветхий Завет. А Новый Завет — это тот, который дал и установил лично Господь Иисус на земле.

Я хотел бы вам представить некоторую схему ветхозаветного развития для того, чтобы вы поняли, почему Христос называется царем. При чем здесь история, спросите вы? А дело в том, что наш Господь Иисус явился не в абстрактном мире, не вне истории, а совершенно реально в определенное время. В древности не было единого календаря и поэтому точные даты Его жизни, совсем точные, люди не могли привести, но заметьте, что сказано было, что Он был распят при Понтии Пилате.

Почему, зачем имя прокуратора, этого человека, который отдал распоряжение о казни Иисуса Христа, введено в Символ? Чтобы новокрещаемый не думал, что Он распят где-то в мифическом времени, что Он распят где-то между вселенной и землей, что это произошло где-то вне нашего бытия. Нет, назван конкретно тот правитель, который в то время управлял страной и который подписал Его приговор, — это было в конкретном времени. Поэтому все христианские богословы подчеркивают, что наше учение историческое по преимуществу, потому что для нас Бог явился в реальной конкретной истории. И поэтому Библия не есть сборник каких-то нравоучений, а это история духа, история человека, история человечества в конце концов, и история встречи человека с Творцом.

Древние толкователи пытались придать этому ходу событий какой-то абстрактный смысл, но Церковь всегда стояла на том, что события эти реальные и совершенно определенные. Хотя они не всегда изложены со стенографической и фотографической точностью, потому что это все-таки священная поэзия — мы от нее не должны требовать фотографичности и буквализма. Тем не менее, то, что рассказывает Священная история, это не миф, а факт.

Два слова о том, что представляет собой Библия как книга.* Библия в евангельские времена... Иисус Христос открывал эту книгу, когда читал ее перед народом. Те из вас, кто знаком с Евангелием, помнят, что в Назарете Господь, придя в молитвенный дом, открыл книгу пророка Исайи и прочел там слова: «Дух Господень на Мне, Он послал Меня благовествовать». И действительно, именно свиток пророка Исайи принадлежит тому времени. По свидетельству историков, палеографов, он переписан от руки в конце II — начале I веков до Рождества Христова. Но это, конечно, не оригинал.

------------------------------------------
* Далее свой рассказ отец Александр сопровождает показом слайдов.

Пророк Исайя писал за много столетий до этого, ибо в его времена употреблялся другой шрифт, другой алфавит, так называемый финикийский. Здесь уже фигурирует другой шрифт, квадратный. В том же I веке и еще ранее, III веке, древнееврейский текст Ветхого Завета был переведен в Александрии на греческий язык. Согласно преданию, 70 переводчиков трудились над ним в Александрии. Этот перевод стал первым общепринятым для Церкви.

Дворянин фон Тишендорф. Этот человек в середине прошлого столетия был собирателем древних рукописей и объездил многие города, наконец, добрался до пустыни и достиг древнего монастыря у подножия Синайской горы Дженари-муса. И там он нашел греческую рукопись. Долго он с монахами договаривался, чтобы ему продали ее, уступили. И они согласились только тогда, когда Тишендорф перешел на службу правительства России, и передали древнейший известный нам полный список Библии IV века до нашей эры, передали в дар России, русскому правительству. И когда Тишендорф приехал уже в последний раз в монастырь и подступил к этим древним стенам IV столетия, то над стенами взвился российский флаг и его встретили как желанного гостя.

В Лейпциге по поручению русского царя Тишендорф издал факсимильно первую греческую Библию, и она вышла к празднованию 1000-летия Российского государства. После революции этот знаменитый кодекс древнейшей Библии, в 1933 году, был продан в Англию, за довольно большую сумму. Эту сумму англичане собирали, чтобы возместить убытки Британскому музею, который купил ее за полмиллиона долларов по тогдашнему курсу. И эта бесценная рукопись, единственная в своем роде, к сожалению, теперь находится не у нас, а в Лондоне.

Иногда говорят, что Библия — это древнейшая книга в мире. Это неверно. К тому периоду, когда она писалась, уже существовали огромные государства на Ближнем Востоке и в других регионах земли, уже были построены великие пирамиды — за несколько столетий до того, как появился первый, написавший строки Библии, Моисей. Можно сказать, что за 1000 лет до Моисея существовали искусственные горы колоссальной высоты, огромные города, сложные религии, высокоразвитые цивилизации по берегам Средиземного моря и великих рек — Нила, Тибра и Ефрата: Индия и Китай, Вавилон и Египет тоже предшествовали Библии.

Но промысел Божий захотел, чтобы Откровение начало свое развитие совсем в иных условиях — степях северной Месопотамии, где странствовали кочевники многочисленных мелких племен. Среди них был человек, шейх, глава племени по имени Авраам. Как он выглядел, вы можете судить приблизительно по египетским фрескам той эпохи. Он странствовал по земле, называвшейся тогда Харум или Ханаан, впоследствии Палестина, по названию племени филистимлян, которые жили на берегу. Это тот регион, который находился на стыке Европы, Африки и Азии.

В Библии ничего не сказано о внутренней духовной жизни Авраама, говорится только одно: «И сказал Бог Аврааму — выйди из земли своей, из дома отца твоего и иди в землю, которую Я покажу тебе». Откровение Божие начинается с повеления исхода: покинуть языческий дом, покинуть дом, где люди поклонялись стихиям, и стать странником. Бог говорит Аврааму: «Я произведу от тебя народ большой и через тебя будут слагаться все племена и народы земли. И Я даю тебе эту землю...»

И вот парадокс — это библейский характернейший парадокс: Авраам ничего этого не имеет, он бездетен, какие же могут быть у него потомки? Он странник, единственное, что мог он купить в этой земле, это пещеру, чтобы похоронить свою жену потом. Он живет только одним — верой, он доверяет тому единственному Божиему призыву, который его позвал, и заповедь у него была только одна: «Ходи передо Мной и будь непорочен». «Ходи передо Мной» — то есть всегда ощущай, что Я над тобой. И сказано в Библии: поверил Авраам Богу, и это вменялось ему в праведность. Но он не просто поверил в Бога, нет, в Бога верили все тогда, — он доверился Богу, он постиг Его как высшее благо...

В страну, куда переселился Авраам, приходили и греки, и ассирийцы, и вавилоняне, и египтяне. Таким образом, здесь было пересечение всех цивилизаций. Страна и народ Авраама не создали высокой цивилизации, быть может, в этом и заключалось как раз действие Промысла. Авраам ничего не имел — и потом стал основателем Ветхозаветной Церкви и стал нашим Отцом.

Как говорит апостол Павел, «Авраам отец всех верующих». Почему? Потому что он доверился Богу. Авраам не понимал и не знал, что ждет его впереди, что это за таинственное благословение, которое придет через него ко всем племенам и народам земли, но он не допытывался, он предался Богу. Мы должны быть, как Авраам.

Около 1700 года до нашей эры, до Рождества Христова, потомки Авраама, небольшое кочевое племя, приходят в Египет. Сегодня археология нам открыла целый мир египетских памятников письменности и культуры, но началось все это с Библии. Именно интерес к Священному Писанию, к событиям, которые там разворачивались, и повел первых исследователей на Восток, на раскопки. Была найдена гробница фараона Сети I, лицо сохранилось удивительно, черты ясно видны, причем они соответствуют тому, как изображали Сети I художники. Он умер около 1500 года до нашей эры. Сети I совершил походы в Азию, он захватил Палестину, Сирию, воевал в тех регионах, где некогда жил Авраам.

Итак, потомки Авраама поселились на окраине египетской дельты, поселились в дни тяжелого голода, поселились — и не могли уже уйти обратно. Почему? Фараон Рамзес II, человек неукротимой энергии, двухметрового роста, много ведший войн на Востоке, стал отстраивать дельту и сооружать там свою новую столицу. И он привлек для этих работ тех, кто там обитал. Полукочующие племена, потомки Авраама, которые в свое время стали называться израильтянами, оказались в положении государственных рабов. На одной из фресок этой эпохи мы находим изображения людей из Азии, которые работают на строительстве. Вероятно, за годы жизни в этом полурабском состоянии они почти забыли веру Авраама в Единого Творца и его надежду, что Бог совершит в его судьбе нечто чудесное.

Но вот однажды среди этих людей появляется человек по имени Месу, по-гречески значит «сын». Мы произносим это имя, согласно греческой традиции, как Моисей. Моисей призывает народ идти на свободу.

Таким образом, ветхозаветная религия начинается с призыва к свободе.

Не думайте, что призыв этот был достаточно легким: это был призыв бросить дома, насиженные места, тяжелую, но все-таки работу. Надо сказать, что египтяне, как свидетельствуют документы, достаточно хорошо кормили всех рабочих, и жизнь там была спокойная, но это была неволя. И для того, чтобы идти за Моисеем, чтобы двигаться в пустыню, необходимо было мужество.

Древние песнопения и древние молитвы напоминают о том, как Моисей призвал людей покинуть дом рабства, и как они вышли оттуда.

...Синайская пустыня. Вместо домов, вместо обжитых в течение нескольких поколений районов — мертвая пустыня. Она не случайно оказалась великим искушением для народа, и Библия описывает это как вечную модель, как вечную параллель. Недаром потом Христос искушается в пустыне по той же модели. Народ кричал Моисею: «Ты загнал нас в пустыню, где мы погибаем от голода». И сатана потом говорил Христу, чтобы Он накормил людей, тогда они пойдут за Ним. Они требовали от Моисея чудес, хотя много чудес видели, но часто роптали, и многие из вождей народа оспаривали власть Моисея из честолюбия. И Христу искуситель говорил, что поклонись мне, то есть насилию и честолюбию, и Тебе отдам всю землю.

В течение длительного времени, несколько месяцев, двигался караван, покинувший Египет, и подступил к горе, которая теперь носит имя Моисея. Моисей поднялся на вершину — горы всегда являются в Библии символом высоты духа, подъема духа к небу, а небо — образом незримого Божества, — и он вернулся оттуда с двумя каменными досками, на которых был написан Декалог, или десять заповедей.

Десять слов Бога, обращенных к человеку. Надо помнить, что эти десять заповедей были даны людям три с лишним тысячи лет назад. Я Господь твой. Единый, не почитай иных богов, не сотвори себе кумира, чти день, который посвящен Богу... а дальше все остальные, шесть из десяти, направлены на отношения между людьми: не убивай, не кради, не прелюбодействуй, не клянись ложно, не совершай лжесвидетельств, не завидуй — простые истины.

Мне один богослов говорил: что в них удивительного? Конечно, ничего удивительного, но именно эта простота, она как основные законы материи, законы природы, законы Божий, лежит в основании всей библейской этики. И сегодня мы знаем, что современному человеку удержаться на этих заповедях так же трудно, как и человеку, жившему три тысячи лет назад. Если кто из вас сомневается, строго проверьте себя, как мы делаем перед исповедью, по этим десяти заповедям, и вы увидите, что недалеко мы ушли от тех полудиких, неграмотных кочевников.

Итак, движение по пустыне продолжалось, а Моисей умер, не дождавшись, когда Бог введет его народ в Землю обетованную. Она стала символом венца, то есть увенчания человеческих дел, благословенных Богом. Обетованная страна требовала от человека усилий. Каждый город там в то время был занят своим племенем, израильтяне просачивались и селились там с трудом, и это стало с тех пор символом того, что дар Божий приходит только к тем, кто прилагает усилие.

Но, придя туда со своей верой под покровительством Моисея, люди потеряли своего пророка, он умер на вершине горы, только издалека глядя на землю, куда ему не суждено было ступить. Это участь многих великих людей: предвидя будущее, они оказываются сами отброшены в прошлое, они только издалека, как Моисей с горы, смотрят на это.

Археологи во множестве находят остатки языческих храмов, рассеянных по Ханаану или Палестине. Там была религия своеобразная, религия стихий, плодородия и секса. Эта религия пользовалась огромной популярностью в народе, и во имя этих, часто жестоких, кровожадных богов войны и плодородия, постоянно приносились человеческие жертвы. Археологи находят могильники, устроенные под стенами города. Значит, людей приносили в жертву стихиям, когда основывали город. Почитались и чужие боги разных стран, которые были богами Ханаана.

Давно уж нет этого древнего язычества, но мы сегодня можем понять древних израильтян, которые на протяжении многих столетий, осев в чужой стране, продолжали тянуться к этой религии. Во-первых, хананеяне были более цивилизованный народ. Религия Ваала в течение многих столетий являлась соблазном для народа. Против него боролся отчаянно пророк Илия, хорошо известный вам всем, которому посвящены многие страницы Библии.

На жертвенниках израильтян не было никаких изображений, потому что Моисей запретил изображать Бога. Почему? Чтобы простой, грубый, неграмотный человек не вообразил, что Бог есть что-то вещественное, из вещей этого мира. Простая истина, что Он велик, несоизмерим с мирозданием, эта истина для людей символизировалась с запретом изображать.

Около тысячного года до н.э. в небольшом городке, куда свозилось обычно зерно из соседних городов и полей, — этот город назывался «дом хлеба», по-древнееврейски «беклехем», в греческой транскрипции Вифлеем — родился будущий царь Давид, отдаленным потомком которого стал Иисус Христос, и Сам Иисус Христос, по Евангелию от Матфея и Луки, родился в Вифлееме.

Согласно Библии, Бог заключил с Давидом еще один завет, Новый. Поскольку Давид был исключительно предан Господу, Бог предсказал ему, что он станет родоначальником царской династии, которая будет царствовать вечно. Странное предсказание. Тем не менее, Давид в него верил. У него есть псалмы, — а он был слагателем священных гимнов, в которых исповедовал свою веру в небесную помощь. Эти псалмы стали основанием, ядром библейской книги Молений, или молитв, по-церковнославянски она называлась Псалтирь. Это одна из первых ветхозаветных Книг, которая была переведена на церковнославянский язык и до сих пор печатается почти всегда вместе с Новым Заветом. Потому что, как говорят Святые Отцы, книга Псалтирь собирает все основные библейские ветхозаветные темы, это молитвы церкви Ветхого Завета.

Так вот, Бог сказал, что будет Царство вечное. Какое царство? Это не было открыто. Сын Давида по имени Соломон построил в Иерусалиме храм, дом Божий. Вступить в него, в это здание, могли только священники, народ молился на улице, на большом дворе, молились все: иноплеменники, язычники, которые хотели здесь присутствовать.

Здесь, во дворе, было место, куда приводили жертвенных животных, и торговцы их продавали, но иногда они создавали под этой крытой галереей такой базар, что нарушали благоговение в доме молитвы. Вы все, наверное, помните, как Иисус Христос пришел в храм и изгнал торгующих.

Иерусалим, небольшой горный город, окруженный оврагами, которому суждено было сыграть огромную роль в Ветхозаветной и Новозаветной истории. Здесь жили пророки, мудрецы, великие цари, и здесь прозвучал голос Иисуса Христа, здесь Он умер и здесь Он воскрес, победив смерть.

Наши христианские, в частности, православные храмы строятся по образцу ветхозаветного библейского храма. Храм символизировал вселенную. Здесь было святилище, три части: притвор, святилище и святая святых. Святая святых была полностью отделена завесой от святилища. Два столба символизировали мировое древо, во дворе стояла огромная бронзовая чаша, символизирующая море, светильники обозначали звезды — это была модель вселенной. А Бог обитал в ней невидимо. Посмотрите внимательно на икону Ильи-пророка. Илья не был пророком-писателем, но он был одним из их предшественников. Он жил в IX веке, а в VIII веке появляются пророки-писатели: Исайя, Михей, Осия, первый среди них Амос. Они открывают людям ту простую, но забываемую часто истину, что человек может принести Богу только свое сердце, что ему не нужны жертвы, если нет веры и любви. Происходит целая религиозная революция. Пророки учат: «Человек, тебе сказано, что есть добро и что ждет от тебя Господь твой — только любить справедливость, быть непорочным, ходить перед Богом твоим».

Вот эта истина, трудная до сегодняшнего дня, составляет средоточие учения откровения пророков. Они боролись против язычества, против пережитков язычества, против склонности людей к идолослужению. Мы должны понять, что борьба эта была напряженной, ибо современный человек также поклоняется и силе, и сексу, и плодородию — только в других формах. Тогда это были мифологические формы, сейчас — иные, но это всегда остается соблазном.

Пророки предсказали, что наступит день, когда Господь Завет свой расторгнет, расторгнет свой договор, который был заключен в древности, и придут бедствия, которые разрушат всю Ветхозаветную церковь и оставят только святой остаток. И они говорили, что Царь — помазанник, все равно явится, и через Него Бог откроется людям, через Него откроется высшее, что может только знать о Предвечном человек. Он придет без силы и славы, Он не потушит курящегося льна, не переломит надломленную ветку. Его оружием будет сила духа, на Нем почиет дух мудрости, дух разумения, дух Слова Божия.

Итак, с VIII века до н.э. уже совершенно ясно определяется, что Бог откроет Себя через Помазанника, Царя, Мессию, Христа.

Что случилось дальше? Ассирия была великая страна высокой культуры, которая в то время захватила почти весь Ближний Восток, современный Ирак. Как и предсказывали пророки, ассирийцы пришли, разрушили сначала северную часть израильского государства, потом и южная часть была разрушена Вавилоном. Знаменитый вавилонский полководец и князь, ставший потом царем, Навуходоносор П в IV веке до н.э. разрушил Иерусалим, сжег храм и увел все население города, почти все население страны, в Вавилон. Для чего он это сделал? Это была старинная политика восточных завоевателей: надо было перемешивать население, чтобы люди забыли свою культуру, свою веру, свой язык и превратились в подданных своего царя и говорили на общем для всех арамейском языке.

Что же произошло с Ветхозаветной Церковью? Горсточка изгнанников раскаялась, она поняла, что пророки были правы, что на самом деле люди отступили от веры, и потому разрушен Завет. Они читали в писаниях пророков, что настанет день, когда Господь заключит с народом Новый Завет. Вот это великое слово, которое уже предваряет историю христианства.

В 538 году иранский царь Кир вступил в Вавилон без боя. Навуходоносор давно уже умер, ему наследовали в общем неудачные и бездарные преемники. Знать была недовольна ими и, в конце концов, когда Кир приблизился к Вавилону, определенные группы в городе открыли ему ворота. И персидский царь въехал в Вавилон не как победитель, а как друг — освободитель, и его приветствовали от имени вавилонских богов. Он издал эдикт, указ, о том, что все изгнанники из разных стран могут, если они того пожелают, вернуться в свои земли. В Иудею вернулась лишь незначительная часть, все уже осели в Вавилоне, и только группа небольшая, несколько сот человек, энтузиастов, которые верили, что чудо какое-то произойдет, вернулись в разоренный Иерусалим.

Они вернулись, и их ожидало ужасное зрелище: разрушенный город, опустевшие дома, камни. За время целых поколений, пока люди жили в Вавилоне, все пришло в одичание и запустение. И община начала деградировать, морально и физически, пока ее не вывел из кризиса священник, по происхождению вавилонянин, по имени Эзра, в греческой транскрипции Ездра. Это было в V столетии до н.э.

Приехав в Иерусалим, Эзра развернул свиток закона Моисея и привел людей к присяге, заставляя их клясться перед небом и друг перед другом, что они будут строго соблюдать Закон и никогда Не будут отступать от него.

Так образовалась небольшая, достаточно замкнутая, потому что она боялась языческих влияний, община в Иерусалиме. Она, собственно, была городом-государством, подчиненным Римской империи. Поскольку храм пал, восстановили новый, но он уже потерял прежнее обаяние, и вот люди стали молиться в молитвенных домах, которые назывались домами-собраниями, по-гречески это слово звучит как «синагога», место схождения.

В конце IV века на Ближний восток приходят войска Александра Македонского. Александр покоряет все окружающие страны, но каждая сохраняет свою культурную автономию, свою религиозную независимость. Он, будучи гибким политиком, молится в египетских храмах, объявляет себя сыном бога Амона. Нам трудно заглянуть в душу этого удивительного и, по-видимому, все-таки великого человека. Быть может, он действительно верил в свое какое-то особое предназначение — ведь почти юношей он сумел завоевать почти полмира, дошел до Индии, и только бунт солдат принудил его вернуться.

Александр начал эпоху, которую мы называем эллинизмом. Здесь встретились Восток и Запад, здесь соединились самые разные культуры, но при нем и при первых его преемниках, которые разделили его империю, терпимость была правильной. Однако обоготворение властителя стало здесь уже довольно типичным, распространенным явлением.

Один из потомков — преемников Александра Македонского, живший около 170 года до н.э., правивший Сирией, на той территории, где она и сейчас, Антиох Епифан IV, чувствуя, что многообразие страны может быть политически опасным, решил эллинизировать все: не только быт, одежду, искусство, но и веру. Различные религии были все окрашены под греческий как бы стиль. Но дело Эзры не прошло даром: когда эмиссары Антиоха IV пришли в Иерусалим, там люди отказались слушаться царских повелений.

Конечно же, в Иерусалиме были грекофилы, которым нравились спортивные состязания, которым нравилась западная культура, западная цивилизация, но Антиох хотел большего. В конце концов он приказал закрыть Иерусалимский храм и превратить его в капище, где бы служили Зевсу, богу небес. Это и произошло около 165 года.

Люди, которые сопротивлялись, были убиты. Экземпляры Библии, которые находили в Иерусалиме и его окрестностях, сжигались, убивали даже матерей, которые совершали над детьми религиозные обряды. Железом и кровью этот маленький очаг уничтожался. И тогда началось восстание, которое возглавил старый священник Матафия и его сыновья, среди которых военным гением выделялся Иегуда Маккавей, поэтому восстание принято называть маккавейским.

Иегуда Маккавей сумел изгнать сирийцев из Иерусалима и сделал его почти наполовину свободным, независимым городом, его братья основали новую светскую династию. А вслед за тем пришли и римляне, они вклинились в конфликт между хасманейскими князьями, захватили контроль над всей Сирией и Палестиной. Единственным религиозным действующим органом остался синедрион — совет священников, богословов и старейшин.

Я уже говорил вам, что древнейшие рукописи Библии были найдены в Кумране, на берегу Мертвого моря. Там были свитки древней секты ессеев и древние списки Библии. Люди, жившие на берегах Мертвого моря и спрятавшие эти свитки, ожидали скорого явления Христа, Мессии, они говорили, что Бог их послал для того, чтобы предварить его приход. Они строго соблюдали все религиозные обряды, обычаи, правила. Но они презирали весь мир, им казалось, что только они одни спасутся. Им казалось, что уже наступил день спасения, день прихода Мессии, день прихода Христа.

Каким будет этот царь? Так размышляли люди у стен этого города. На слайдах вы видите золотые ворота, на которых покоился взор Христа. Эти ворота, несмотря на все войны и бедствия, которые претерпел этот город, несмотря на то, что через него шли и войска, и взрывались бомбы, — ворота сохранились с тех времен. Под протекторатом римской власти, поддерживаемым впоследствии императором Августом, Ирод, последний иудейский царь, захватил власть в 37 году и отстроил Храм.

Незадолго до Рождества Христова император Август полностью одолел своих политических противников. В 30 году он победил Антония и Клеопатру в знаменитом сражении при Аттийском мысе и стал единодержавным правителем империи. Он сохранил некоторые республиканские формы, но на самом деле это была уже единоличная диктатура. Не будем сейчас касаться политической стороны дела, важно отметить, что Римская империя достигла в то время апогея своего могущества и принесла различным народам правовое сознание и единство. Один из Отцов Церкви говорит, как могли бы апостолы проповедовать и путешествовать, если бы эти страны были разделены языками, границами, войсками? Нет. От Испании до Сирии, от Британии до Африки — всюду звучала латинская речь, международная, всюду действовали одинаково римские законы, всюду мог проехать человек, имеющий римское гражданство.

При Августе поставили знаменитый алтарь в честь мира, и одна из древних надписей гласит, что он принес мир народам, что он есть истинный спаситель мира. В честь Августа незадолго до н.э. совершались празднества, игры, и великие писатели и поэты того времени, в частности, Вергилий, упоенные после долгих гражданских войн и неурядиц этой картиной всеобщего примирения, говорили, что наступило сатурново царство — вечное царство мира, вот оно грядет, вот оно близко.

В то время в отдаленной Индии говорили, что грядет Майтрейя, новое перевоплощение Будды, в Иране парфийском говорили о приходе Саошианта, спасителя мира, а индуисты говорили о перевоплощении Вишны, великом герое Калки, который должен прийти в мир и открыть миру истину. В римских Сивиллиных книгах также предсказываются необычайные события.

Явление в мир Бога для Ветхозаветной Церкви было явлением царя, но царя духовного — и вот тут происходит раскол: в сознании людей, в сознании народа. Часть людей воспринимает этого царя как действительно сверхъестественного, посланного Богом Владыку, монарха. Другие предсказывают, что Его силой будет только Слово, что Его мощью будет только дух, что Он возьмет на себя бремя грехов человеческих, что Он будет угнетен и презираем всеми, что Он будет страдать за людей, что он возьмет на Себя грехи всего мира.

Это совсем иной царь. Прежде чем сознание созрело до восприятия этой истины, должно было, как мы с вами видели, пройти почти восемнадцать столетий истории Ветхого Завета. И она, эта драматичная, эта трагичная и в то же время прекрасная история включает в себя все мотивы человеческого бытия и человеческой истории и подводит нас к самой последней черте: когда ночью на поле пастухи сторожили свое стадо, как говорит евангелист Лука, «слава небесная осияла их, и ангел явился им и сказал: «Я возвещаю вам великую радость, ибо ныне в Вифлееме, в городе Давидовом родился вам Спаситель, который есть Мессия, Христос, Господь».

Вот и вся в кратких чертах история происхождения этого термина — Христос, Мессия.

История человечества, которая предшествовала явлению Христа, она как бы сфокусировала, вобрала в себя наиболее типичные черты библейской истории. Но мы Иисуса Назарянина в Символе Веры называем не только Христом, но и Сыном Божиим, Единородным, рожденным от Отца. Это таинственное обозначение, которое составляет самую суть учения о Христе и христологии, и к ней мы еще обратимся.

Лекция была прочитана 17 октября 1989 г. в Доме культуры фабрики «Дукат»

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова