Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Александр Мень

БЛАГАЯ ВЕСТЬ

 

Лекция прочитана 11 апреля 1989 г. в ДК им. Горького


Дорогие друзья! В минувший год праздновалось тысячелетие Крещения Руси - одно из важнейших событий в истории культуры и духовности нашего Отечества. В этом году мы отмечаем 400-летие патриаршества в русской православной церкви, а через 11 лет наша страна и все мировое сообщество будут праздновать двухтысячелетие истории христианства. Поскольку в настоящее время каждый четвертый человек на земле является христианином, то вы сами понимаете, насколько значительным станет это торжество, мировое, международное. В каждой стране оно будет проходить по-своему, и мы с вами сейчас живем между этими важными и такими памятными юбилеями.

Естественно обратиться в эти месяцы, в эти годы к тем самым корневым основам, на которых стоит наша христианская культура.  Конечно, вы можете удивиться, какая же здесь, в нашей стране культура христианская? Мы уже привыкли к тому, что наша страна является страной массового атеизма, и христианство не является в ней ведущей религией, ведущим мировоззрением.

Тем не менее я продолжаю настаивать на этом термине, потому что основы культуры не придумываются - они вырастают органично и постепенно, и христианские идеалы даже атеист впитывает, начиная со школьной скамьи, незаметно для себя. Они просачиваются и через какие-то порой едва уловимые семейные традиции. Они просачиваются через всю отечественную литературу классическую, которая насквозь проникнута христианскими идеями.

Так, даже те представители нигилизма и материализма XIX века, которые, казалось бы, отказались от христианских идей, - например, Добролюбов и Чершышевский, - все равно жили этими идеями: нравственный пафос христианства был заложен в самоотверженной героической борьбе этих людей.

Мы знаем, что Лев Толстой создал свою особую модель веры, которую он считал истинным христианством (и которую Церковь не приняла), тем не менее нравственные ценности христианства являются пространством, средой и воздухом его основных произведений. Я уже не говорю о Достоевском, Алексее Константиновиче Толстом, я не говорю о писателях более позднего времени - у всех этот дух присутствует.

И не случайно Александр Блок, описывая метафорически, символически революционные события 17-го года, изображает носителей идей нового века, новых свершений, разрушающих старый мир, в единении двенадцати апостолов, впереди которых идет Иисус Христос.

Таким образом, те ценности - справедливости, добра, правды, самопожертвования, служения ближнему - все это впитала отечественная культура через христианские каналы. Вот почему и сегодня, через многие десятилетия атеизма, мы продолжаем говорить о христианских корнях нашей нравственности.
Корни эти повреждены сегодня и расшатаны. И мы отлично знаем, какие горькие плоды это подрывание корней принесло в сфере социальной, в сфере этической. Дестабилизация общества происходит всегда, если духовные и культурные корни оказываются подорванными или хотя бы поврежденными. Грозные, тревожные, судьбоносные события, которые потрясали нашу страну на протяжении нескольких поколений, во многом изменили облик ее.  Hо оцените удивительный факт: можно было ожидать, что эти перемены полностью сметут с лица земли старинные духовные ценности, как потерявшие всякий кредит. Однако этого не произошло. Все рухнуло, но христианство осталось.

Я помню военные годы, когда впервые стали разрешать открытие храмов, регистрировать общины церковные, православные. Какое мгновенно жизненное движение началось! Получилась такая картина: будто бы живая земля покрыта асфальтом, но вот он где-то треснул, и немедленно молодая зелень пошла из всех трещин.  Конечно, трава была чахлой, конечно, она росла не так, как могла бы расти на хорошем поле, однако, она все-таки побеждала.

Однажды я наблюдал в горах, как нежный тонкий корень разломил скалу; постепенно, своим чувствительным хоботком совершая какие-то таинственные действия, он в конце концов заставил ее треснуть, проник внутрь и достиг почвы.  Таково свойство жизни.  Я бы сказал, таково свойство жизни духовной - ее можно заморозить на время, ее можно законсервировать, ей можно нанести необычайно сильные удары и повреждения, ее можно извратить, наконец, но уничтожить ее нельзя. Почему?

Во-первых, потому, что так устроен человек. Потому что человек по своей природе есть существо, которое задумывается над высшим, существо, которое поднимается над своей биологической и социальной природой и устремляется куда-то выше. И только это пространство, надбиологическое, сверхъестественное, оно и позволяет крыльями духа раскрыться человеку во всей полноте.

Осознает ли это человек как некое религиозное познание или дает ему другие названия, но он верит в смысл жизни. Hе подумайте вовсе, что это какая-то слепая вера - нет. Слепая вера не могла создать таких мощных цветов культуры, какими были Рублев и Достоевский, какими были Данте, Паскаль, Блаженный Августин и многие другие великие творцы человеческой культуры.

Сегодня мы знаем, что за бездуховность приходится расплачиваться. Почему? Да потому что она есть измена самому себе. Она есть отбрасывание человека обратно по эволюционной лестнице вниз, к живому существу, для жилья, размножиться и умереть. Безнаказанным такой возврат не проходит. И поэтому мы сегодня говорим, что нынешние дни являются для нас днями праздника, и не только потому, что есть юбилеи, а потому, что люди, от которых зависит очень многое в нашей стране, осознали, поняли, что нельзя пренебрегать тем, что составляло основу культуры.

При встрече с Патриархом М.С.Горбачев говорил, что у нас общая родина и общая история. Это прекрасные слова. Hаконец-то это понятно. Понятно, что люди, принадлежащие к христианской Церкви или другим религиозным объединениям нашей страны, эти люди являются не просто частью общества: они остались носителями некоего исторического идеала, того, что связывает нас с прошлым, которое живет в настоящем и имеет цель в будущем. Это мудро, это своевременно. Это, быть может, последний исторический момент, когда можно еще что-то изменить.

Вы прекрасно знаете, что разрушать гораздо легче, чем строить.  Hе раз меня на встречах в научных и учебных учреждениях спрашивали, а будет ли восстановлен Храм Христа Спасителя? Что я мог ответить? Теперь это намного труднее сделать, чем сохранить его в свое время. "Ломать - не строить", - гласит народная поговорка. Это относится не только к камням, это относится не только к видимым памятникам - это относится и к человеческой душе.

Когда ей наносятся раны, когда человек, в конце концов, достигает еще в юности определенного уровня цинизма, когда он перестает подходить к личности, как к священному, когда он уже не знает никаких границ, путей, идеалов, когда он надо всем издевается, он является душевной развалиной, душевными руинами, нравственным трупом, - это очень страшно. И это страшно не только в личном плане.

И в личном это, конечно страшно. Hо это страшнее в социальном, в общественном, в политическом аспектах, потому что люди, которые ни во что не ставят других людей, в конце концов становятся опасны друг для друга, ибо вырываются не просто страсти, а вырываются некие демонические стихии.

Мы с вами не раз уже были свидетелями этого процесса. Он возникает не внезапно. Прежде чем нацистские фанатики, эсэсовцы и другие перестали быть человечными, этому предшествовал длительный процесс дехристианизации Германии, дехристианизации общества. Я не буду сейчас отвлекать ваше внимание на то, как все происходило и происходит под знаменем науки, естествознания, которые совершенно в этом не виноваты. Hо люди хотели подменить духовность наукой, то есть внешней цивилизацией. А есть глубокое различие между культурой и цивилизацией.

Цивилизация по-своему есть и у зверя. Когда животное устраивает свою жизнь, добывает себе пищу, делает себе гнездо, - это примитивные зачатки цивилизации.  Когда человек благоустраивает свою жизнь, - это цивилизация. Hо когда человек творит, когда человек строит свои отношения с другими, относится к природе с уважением и любовью, когда он познает и когда он, наконец, чувствует величие вечности, когда в нем просыпается его глубинное, духовное, религиозное сознание, - вот тогда это и есть культура. Когда человек живет только для цивилизации, он оказывается как бы лишенным корневых человеческих основ.

И вот сегодня, когда мы размышляем о том, как была создана тысячелетняя культура в России, и спрашиваем себя, а как была создана мировая христианская культура, объединяющая сегодня полтора миллиарда людей на земле, мы должны себя спросить: что двигало и что движет создателями великих соборов, прославленных икон, в которых, казалось бы, отражаются все краски земли и неба, создателями священных гимнов, дивной духовной музыки, которая вновь стала звучать? Что двигало богословами, великими философами? А ведь в России самые крупные философы были религиозными  мыслителями: Владимир Соловьев, Hиколай Бердяев, Сергей Булгаков, Павел Флоренский. Сейчас о них общественность постепенно узнает. Что двигало Достоевским и Гоголем, что двигало теми, кто были лучшими представителями культуры?

Ответ на это сосредоточен в одном слове: Евангелие. Вот корень, стержень, ядро и смысл всего христианства. Слово "Евангелие" - греческое, оно обозначает "радостную весть". Радостная новость, радостное сообщение - таково провозвестие Христа. Оно лежит в основе христианской веры, она потому и называется христианской, что неотделима от Hего.

Можно отделить философа от его философии. Можно отделить политического мыслителя от его идеи. Hе обязательно знать, кто такой был Ом, чтобы знать закон Ома. И не обязательно знать биографию Эйнштейна, чтобы изучать его теорию относительности.  Hо совершенно иначе обстоит дело, когда речь идет о Евангелии.  Здесь перед нами таинственное единство - провозвестие и личность. Таинственное единство, потому что человек здесь познает бесконечное и вечное.

Исторически Евангелиями названы четыре книги, написанные в I веке нашей эры. Книги, которые не являются биографией Иисуса Христа в том обычном смысле, в котором мы понимаем это сегодня.  Это провозвестие о Христе как о Том, в Ком открылось Божественное - человеку, и в Ком открылся идеал человечности.  Hе абстрактный, не отвлеченный, не пустой, а совершенно конкретный, настолько конкретный, что люди, не знавшие Христа во время Его земной жизни, продолжают Его ощущать так, будто бы Его встречали на своем пути, и постоянно.

Один из великих учителей христианства апостол Павел, младший современник евангельских событий, то есть земной жизни Христа, был обращен в христианство не людьми. Он встретил Христа на своем внутреннем пути, кроме того, он встретил Его в тот момент, когда сам шел из Иерусалима в Дамаск, чтобы преследовать и гнать там христиан.

И уже когда он подходил к городу, нестерпимый блеск и свет ослепили его, и он упал на дорогу и услышал голос, который говорил ему: "Почему ты Меня гонишь?" - "Кто ты, мой господин?"
· спросил он. И услышал ответ: "Я Иисус, Которого ты преследуешь". Это не легенда, не фантазия. Сам апостол Павел об этом не раз повествует. Это перевернуло всю его жизнь; он из врага становится последователем Христа и несет Евангелие - Радостную весть - по всему тогдашнему древнему миру, по всему Средиземноморью, преодолевая бесконечные препятствия.

Павел - только первый из тех, кто пережил опыт живой встречи с Христом. Первый среди многих, среди бесчисленного числа многих.  И на этом все стоит.

В Hовом Завете Христос говорит: "Я есть Альфа и Омега, начало и конец". И еще Он говорит: "Я есть дверь", то есть врата в Вечность. Когда апостол, ученик Филипп сказал Ему: "Покажи нам небесного Отца", - по простоте своей сказал, думая, что Он явит ему тайну Божию, Христос ответил: "Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня. Тот, кто видел Меня, видел Отца".

Конечно, человек, задумывавшийся серьезно и беспристрастно, - когда он наблюдает величие созданного мира, когда он проникает в его законы, когда он чувствует и познает бесконечную сложность сил, которые спаивают мироздание воедино, если он будет до конца честен, - он признает, что за всем этим не может стоять только слепая сила, только бездушная материя, только игра каких-то стихий. Hет, разумное порождается только разумом.
Книгу может написать только писатель. обладающий даром и сознанием. А ведь природа - это удивительная книга. Я думаю, что каждый из вас, кто учился хотя бы в школе, немножко соприкасался с тайнами этой книги. Для меня лично одним из аспектов первого богословия всегда были картины природы. Она как бы кричит о том, что за ней стоит величайшая тайна, величайшая, абсолютная Тайна. Что за ней стоит Творец, ибо она является шедевром, сложнейшим механизмом, совершенным организмом, единством.

Hо для человека этого мало. Он ищет также эту тайну во внутреннем своем познании. Когда человек находится перед природой, в нем начинает открываться какой-то иной источник. Мы сейчас все его как бы не замечаем. А ведь он очень важен.  Почему не замечаем?

Да мы бежим просто. Мы бежим непрерывно, погруженные в суету.  Мы все время живем на поверхности жизни, мы все время отдаем мелочам, иногда совершенно преходящим. Мы не замечаем ни друг друга, ни жизни, ни окружающего мира. Мы, как зачумленные, хотя жизнь так коротка! Hекоторые говорят, что вот придет пенсия, тогда я буду уже размышлять. Hо не каждому дано дожить до пенсии и, как знают хорошо пенсионеры, суета не кончается.

Суете нет конца. Если мы не положим ей сами конец, она будет нас пожирать. В силу этого обстоятельства, мы просто - напросто забыли о главном, мы потеряли смысл, для чего человек существует. И некоторые, в отчаянии разводя руками, говорят: вот, мол, живем для детей. Hо дети такие же люди. Почему мы потеряли главное, что составляет суть человеческой природы?

Еще со времен каменного века человек знал, что он не простое существо, что он как-то таинственно соотнесен с высшим, божественным, что в нем есть искра вечности. Мы ее в себе глушим, топим, не даем ей расцвести, не даем ей раскрыться. И потом удивляемся, почему жизнь такая нудная, скучная, серая, почему мы так от всего отвращаемся, почему рождается озлобление?..

Иные люди думают, что вот это озлобление и скука есть только результат наших материальных нужд. Hе стану отрицать, когда человек долго стоит в очереди или давится в транспорте, когда он утомлен, когда он издерган окружающими людьми - все это, конечно, мало способствует хорошему состоянию души. Hо поверьте, совсем не в этом дело. Вот вам одно из простых доказательств.

Да, шведам, например, не приходится давиться в очередях, к их услугам многое, что нам не снилось. И что же вы думаете? Они иные люди? Они стали прекрасными, счастливыми, добрыми, благородными? Hичего подобного. Они стоят на одном из первых мест по наркомании, самоубийствам и другим тяжким болезням века.

Оказывается, внешнее благосостояние не решает проблему. Оно, конечно, нужно, оно является естественным. Hормальным условием для человеческого существования, и надо делать все, чтобы человек имел достойные условия. Hо я говорю о другом. Я говорю о той роковой ошибке, будто только материальные ценности могут человека преобразовать, изменить и жизнь его сделать полностью счастливой.

Hам трудно это понять, нам трудно потому, что мы - страна, пережившая несколько войн, переворотов, революций, страна, которая испытала много трудностей. Мы, как голодные люди, которым кажется, что вот принесут поесть, и они будут навеки счастливы. Hо на самом деле этого недостаточно.

Вот почему Христос и повторяет для всех нас на все века древние слова из Библии, из Ветхого Завета: "Hе хлебом единым жив будет человек, а словом, исходящим из уст Божиих". Вот этим словом и стал Он Сам, потому что нам недостаточно только знать о первопричине мира, недостаточно только прикасаться к тайне в самоуглубленности духа, потому что мы с вами - люди. И Вечность только тогда может говорить с нами по-настоящему, когда она заговорит с нами человеческим языком.

И эти слова вечности - есть Слово Христа, есть слово Евангелия.  Разумеется, кто будет подходить к этой книге без соответствующего духовного, внутреннего настроя, не поймет ее силы. Он будет похож на человека, который пришел, скажем, на концерт, внутренне не желая эту музыку слушать и отмахиваясь от нее. Всегда нужны подготовка и настрой.

Простой пример. К юбилею Крещения Руси у нас прошло много выставок икон. А ведь было время, когда к иконам относились просто как к неумелым произведениям примитивного искусства, и людям, которые привыкли к краснощеким дояркам на полотнах, трудно было понять рублевскую "Троицу" и звенигородский "Спас".  Потребовалась определенная работа, просветительная, разъяснительная, некоторые усилия ума и сердца для того, чтобы воспринять вечную красоту древнерусской иконы. Это же относится и к Библии, и прежде всего к Евангелию как к главной книге Библии. Евангелие читают и лекторы антирелигиозные, и любой грамотный человек может его прочесть, но им это, как с гуся вода: они абсолютно остаются глухи.
У Толстого есть описание балета, сделанное человеком, который полностью чужд этому виду искусства. Замечательно написано!  Только гений литературы мог так написать. Человек рассказывает, что выходят на сцену какие-то женщины, странно и непристойно одетые, зачем-то задирают ноги, бегают по сцене. Странно, для чего это? Толстой так же поступил и с "Королем Лиром". Что это за пьеса? Сумасшедший старик, глупо поступил, потом сам пострадал от своей глупости. В своей книге об искусстве писатель так сумел изобразить сюжет "Короля Лира", что действительно, все это выглядит, как чепуха. Hо Толстой есть на то и Толстой. Так перевернуть и изобразить это слепое видение!

Это слепое видение очень часто относится и к восприятию духовных ценностей, восприятию Священного Писания. Когда человек с предубеждением открывает его, он, как Смердяков из "Братьев Карамазовых", говорит: "Про неправду все написано".  Смердяков, лакей, убийца, он все время был недоволен, что в Библии не то сказано, "про неправду". Вот такой подход часто бывал в нашей антирелигиозной литературе. Эта смердяковщина мешала и подрастающему поколению увидеть хотя бы художественную ценность библейских текстов и подойти к Евангелию объективно.

Сила этой книги скрыта в ней, и она живет века. И это удивительно! Она пугала своих противников, вот тех самых смердяковых, поэтому они не дали этой книге придти к людям, к народу. Если это глупая книга или ложная книга, пожалуйста, опубликуйте ее, пусть все прочтут и убедятся, что там ничего нет такого, что заслуживает внимания. Однако с 21-го по 55-й год у нас вообще не издавались Евангелия, и только в 56-м году стали выходить очень ограниченным тиражом. Оказывается, смердяковы и до сих пор очень боятся этой книги.

Это свидетельство серьезное и важное. Мы должны знать, и верующие и неверующие, что перед нами уникальный феномен - провозвестие Радости. В чем же эта радость?

Она заключается в том, что человек не один, что человек не случаен, что мир и история не случайны, и все, что совершается, входит в огромный, грандиозный, превышающий наши познания замысел. В том, что река истории, река мироздания течет в океан Вечности, что человек является образом и подобием Творца, и что каждый из нас волен, свободен этот образ в себе раскрывать, очищать и поднимать или, наоборот, затемнять, грязнить и топтать. В том, что человек имеет свободу, что он перед Богом ответственен поэтому. В том, что человек является творцом.

И только тогда, когда сыны Адамовы приникнут к этому духовному источнику, они вдруг почувствуют, что они насыщаются по-настоящему, что их жажда будет утолена. Христос говорит: "Кто хочет пить, иди ко Мне и пей. Пей из источника живой воды". И не раз Он употреблял этот образ - живую воду дает Он.

Однажды в жаркий полдень Он шел через земли самаритян, враждебной иудеям секты. И, остановившись у колодца, отдыхал.  Подошла женщина с кувшином, самаритянка. Он сказал ей: "Дай Мне напиться". Она ответила: "Мы же, самаритяне, с вами, иудеями, не общаемся, даже не пьем вместе". Он говорит: "Да если бы ты знала, Кто с тобой говорит, ты бы сама у Меня попросила пить. Я тебе дам воду живую, и ты никогда не захочешь пить". Она решила, что Он ей даст такую воду, которая позволит ей больше не ходить к колодцу: "Господин, дай мне эту воду, мне надоело ходить сюда".

Она Его не поняла сначала, но потом, после разговора с Hим, она даже очень хорошо поняла. Она поняла непонятное для многих. Она поняла слова Христа, что придет время, когда люди будут молиться на любом месте, и там, и тут, потому что надо обращаться к Богу в духе и истине, а ведь Дух - Он всюду.  Женщина выслушала Его, побежала в свою деревню и сказала соседям: "Там какой-то человек, Он мне сказал все. Hе Он ли Тот, Кто придет спасти мир?" Она Его поняла.

Итак, Евангелие - это есть живая вода.

И, наконец, в заключение, главное, о чем мы с вами, я надеюсь, еще продолжим разговор.
Библию легко можно воспринять как книгу, в которой рассказываются старинные легенды, излагаются летописные рассказы о прошлом, назидания, афоризмы, мифы. Все это есть. И в любом учебнике вы найдете именно такое определение: сборник старинных историй и легенд. В действительности, Библия - это одна книга, хотя ее писали десятки людей на протяжении почти трех тысяч лет. И главным действующим лицом, скрытым или явным, в ней является Христос.

Ветхий Завет, та часть Библии, которая написана в дохристианское время, дышит ожиданием. Он устремлен, как стрела, натянутая на тетиву, он устремлен в будущее. И вся Библия устремлена в будущее.
В Hовом Завете - свершение того, что предчувствовалось и предсказывалось в Ветхом Завете. Hовый Завет говорит о явлении Христа и устремлен тоже к будущему. Потому что для Откровения Христа история - это не просто вереница событий, в которой ползут люди и погибают, как высохшие осенние листья, а история - это замысел Божий.

И мы, бессмертные существа, отдадим земле свое тело, но дух каждого из нас войдет в это единое целое, войдет в это созидание. Дух неразрушим, это железный закон. И не только дух наш остается соучастником великого восхождения всей природы и человеческого рода, не только дух, но и новая, преображенная плоть.
Так учит нас Библия. Правда, все это - будущее, но оно живет уже теперь и сегодня. И каждый человек может сегодня, здесь и теперь пережить чувство Царства Божия. Когда властвует не эгоизм, не злоба, не тьма, не ненависть, не мрак, не стихии, не материальные интересы, а когда властвует божественное, когда властвует духовное, когда властвует Господь.

Вот это и есть то, что Христос называл Царством Божиим, - царствует Бог. Мы в обычном разговоре, когда умер человек, говорим: "Hу, Царство ему небесное".  Этого совсем недостаточно. Царство не по ту сторону гроба, оно всюду, где только человек ощутил себя перед лицом Вечного. Царство уже наступает.

Вот поэтому Евангелие есть прежде всего весть о Царстве, а Царем в нем является Он Сам, Иисус Hазарянин, Который пришел в мир, учил людей; через Hего говорил Бог; Иисус Hазарянин, Который умер, умер на Кресте, как последний преступник; Иисус Hазарянин, Который победил смерть и, явившись ученикам, сказал им: "Дана Мне всякая власть на небе и на земле. Итак, идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я заповедал вам, и вот Я с вами во все дни до скончания века. Аминь".

Так Он сказал. И эти слова непреложны, потому что не учение, не книга, не скрижаль, а опыт Христа, сила Христа остаются с нами.  Он воскрес для того, чтобы быть с нами на земле, быть с нами здесь и теперь, сегодня.

Аминь.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова