Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Николай Бердяев

РОССИЯ И НОВАЯ МИРОВАЯ ЭПОХА

Первая публикация: у Клепининой нет.
Воспроизводится по изд.: Истина и откровение. СПб.: Изд-во Русского Христианского гуманитарного института, 1996.

Номер страницы перед текстом

Владимир Безносов

ПОСЛЕСЛОВИЕ: НЕПОДВЕДЕННЫЕ ИТОГИ НИКОЛАЯ БЕРДЯЕВА

1. Критика Откровения и новая мистика

Читатель вместе с нами получил счастливую возможность ознакомиться с одними из последних работ Николая Александровича Бердяева. Особенно хотелось бы подчеркнуть: благодаря сотрудничеству издательства Русского Христианского гуманитарного института и Российского Государственного архива литературы и искусства издана единственная из больших работ Бердяева, не выходившая до сих пор на русском — «Истина и откровение. Пролегомены к критике откровения». Так хотелось бы, чтобы читатель не торопился с выводами, с оценкой работы. В случае с большим мыслителем надо быть очень и очень осторожными, иначе можно пропустить то главное, что он хотел сказать и что для нас может оказаться чрезвычайно важным сегодня.

Практически все работы Николая Александровича Бердяева изданы на русском языке и обрели читателя на Родине мыслителя, и тем приятнее находки и открытия, позволяющие углубить понимание русского Пути в философии.

328

Николай Бердяев

В последние годы мне посчастливилось работать в двух архивах над исследованием творчества Бердяева, неизданных его работ — в РГАЛИ в Москве и в Кламаре, в доме, где жил, творил и умер Н. А. Бердяев. В РГАЛИ хранится архив мыслителя, переданный сестрой его жены, Евгенией Рапп *. Е. Ю. Рапп выполнила завещание Н. А. Бердяева, и его архив передан в Россию, в РГАЛИ. Но часть его осталась в Кламаре, в доме философа: рукописи, письма, статьи Бердяева и других авторов, и даже развернутый план ненаписанной им книги о творчестве и новой мистике. Издателям еще предстоит серьезная работа по полному и адекватному воспроизведению колоссального (в качественном и количественном смысле) наследия классиков русской философии XX века и, в частности, Николая Александровича Бердяева.

Не так давно в серии «Русский Путь» появилась книга «Н. А. Бердяев: pro et contra. Книга 1», в которой перед нами встает во всей возможной полноте образ Бердяева в читательском сознании и восприятии, причем читатели эти — выдающиеся мыслители России XX века. Творчество Бердяева подчас подвергается резкой критике, особенно со стороны церковных людей, но в то же время мы видим их абсолютно уважительное отношение к Бердяеву. Его признают одним из самых выдающихся мыслителей России XX века. И когда мы пишем о нем — не стоит этого «забывать».

Последние работы Н. А. Бердяева представляют особенный интерес в связи с выяснением проблемы оснований, устоев его творчества в целом. Что случилось (и случилось ли) с Бердяевым-мыслителем? Произошел ли некий пусть и не логический, но —синтез?  Выстроил ли сам

* «Самопознанию» (в 1-ми 2-м его изданиях) Бердяев предпосылает посвящение: «Посвящаю эту книгу моему лучшему другу Евгении Рапп».

 

329

Бердяев прочные (насколько это возможно в творчестве) основания своей концепции. Хоть каким-то образом завершил свое учение? Вот здесь вопросов будет больше, чем ответов.

Бердяев не зря журнал свой назвал «Путь». Он сам — всегда в пути, потому что такова его творческая индивидуальность, он не может принципиально остановиться, завершиться. Для Бердяева это было бы изменой Творчеству. Таков тип его творческой личности, стиль, форма, творческая душа. Но есть еще выбор творца, его свободный творческий выбор. Он определяется типом его творческого лица, но не только. Человек творящий чувствует эту определяемость, но он не может на ней остановиться, быть в зависимости от нее. Он хочет идти и идет дальше. Он выбирает, проецирует себя, творит из себя другую (высшую— он убежден в этом) экзистенциальную реальность.

Бердяев выбрал свободу и Бога и всю жизнь пытался гармонизировать отношения между ними. При этом пожертвовать свободой даже для Бога он не мог, не желал. И не только, и даже не столько потому, что сам этого не хотел. Бердяев был убежден, что этого больше, нежели человек, не хочет и не может хотеть Бог. Вот в этом додумывании за Бога, уверенности в Божьем избрании свободы прежде всего, без всяких условий, как ценности наивысшей, вечной, абсолютной, — Бердяев никогда не усомнился. А если бы усомнился — посчитал бы предательством дела Божьего и Свободы. Чтобы и самому себе раз и навсегда поставить заслон, рубеж, стену (чтобы невозможно было никому и никогда покуситься на Свободу), Бердяев и принимает в качестве безусловного бёмевское учение об Ungrund'e как безосновной основе бытия. И на эту основу даже Господь не может повлиять, она не в его власти. Свобода — она и от Бога, но первоистоки ее, «онтология» Свободы — в Ungrund'e, в Божественном Ничто, в Бездне, в Небытии. Бердяев отличал свое понимание Ungrund'a от

330

 

бёмевского. И в «Самопознании» он отмечает: «Но у Бёме Ungrund, т. е., по моему толкованию, первичная свобода, находится в Боге, у меня же вне Бога. Первичная свобода вкоренена в ничто, в меоне». Следовательно, по Бердяеву, не Богом создана Свобода, и власть Бога на Свободу не распространяется. Если свобода не создана Богом и коренится в Небытии, в Ничто, то невозможно говорить о Всемогуществе Бога. В своем постскриптуме к открытому письму Н. А. Бердяеву прот. С. Четвериков пишет: «Ваша книга (речь идет о книге Бердяева «Судьба человека в современном мире». — В. Б.) поразила меня беспросветностью Вашего пессимизма, которому Вы не нашли возможным противопоставить никакой противодействующей светлой силы. Но сейчас я вспомнил, что Ваш пессимизм еще глубже. По-видимому, Вы не допускаете единовластительства Бо-жия, по крайней мере, человеческую свободу Вы объясняете из другого источника, находящегося вне власти Божией... Мне хотелось бы выяснить для себя, как можно совместить эту Вашу точку зрения с христианским мировоззрением, которое, насколько я могу судить, не допускает ограничения единовластительства Божия?» (Прот. С. Четвериков. Открытое письмо Н.А.Бердяеву// Н.А.Бердяев. Pro et contra. СПб., 1994. С. 395).

Конечно, для Бердяева о единовластительстве Бога не может быть и речи по той причине, что «победа над темной свободой невозможна для Бога, ибо эта свобода не Богом создана и коренится в небытии» («Дух и реальность»). Итак, Бердяев подходит к критике Откровения с совершенно определенными метафизическими предпосылками, которые у него не менялись по сути до конца творческого пути: первичность, домирность и безосновность свободы, невластие Бога над свободой, всевластие творческого начала в бытии и в человеке, освобождающее от страха и от закона.

Еще в «Смысле творчества» Бердяев формулирует свою основную идею-надежду: «Бог ждет от человека От-

 

331

кровения творчества...». В «Самопознании» философ подтверждает свою фундаментальную интерпретацию: «Бог ждет от человека творческого акта как ответа человека на творческий акт Бога». И эта надежда о Боге и Творчестве — Бердяева не покидала никогда. С ней он приступает к «Истине и Откровению». Но если это Пролегомены к критике Откровения (критика — здесь употребляется в кан-товском смысле), то это означает, что Откровение должно быть очищено от всяких исторических ненужных и неверных примесей, ложных ходов, человеческих пристрастий и заблуждений, интересов и потребностей. Уже в самом начале своей Критики Бердяев пишет, что поскольку Откровение, глас Божий «проходило» через человека, то, естественно, на нем «лежали ограничения человеческого сознания». И это побуждает Бердяева предпринять «Критику Откровения», — очистить голос Божий, свидетельство Божие от ошибок, несовершенств и заблуждений человека и истории. Кажется, желание вполне правомерное, и рассуждения достаточно соблазнительные. Они лежат в традиции критики исторического христианства, характерной для многих представителей русской религиозно-философской мысли рубежа веков, «нового религиозного сознания». Но... Перед этим рассуждением Бердяев пишет: «Говорили Моисей и пророки, говорил Бого-человек Иисус Христос, говорили апостолы, святые...» Это уже не «просто люди»... В этой связи естественно возникает вопрос: если в христианстве нет богооткровенной Истины, то в чем тогда Божеский и богочеловеческий смысл христианства? И если мы эти Истины не принимаем и в них постоянно сомневаемся, то не встает ли естественным образом вопрос прот. С. Четверикова: «Николай Александрович, с Церковью ли Вы?..»

Бердяев подчеркивает, что «Истина и откровение» — философская, а не теологическая работа. Тем самым он заявляет, что раз философская, значит, естественно, нет

332

никаких запретов, все свободно обсуждаемо. Это, конечно, хорошо все. Однако у читателя может возникнуть вопрос: Откровение, критика Откровения — предмет ли это философского анализа? Естественным образом возникает и вопрос о правомерности самой постановки проблемы критики Откровения. Но здесь хотелось бы уберечь себя от излишне запретительно-назидательных поучений в адрес Н. А. Бердяева. Мыслитель такого масштаба имеет право на выбор проблемы. А вот уже наша задача и проблема — увидеть в работе, в тексте и поверх текста, в кадре и за кадром, по возможности все, что хотел написать, выразить мыслитель, все, что двигало им. И в этом случае, если мы совершим столь важное усилие понимания всего высказанного и, может быть, не высказанного, а только намеченного, предполагаемого мыслителем, данная работа может принести нам несомненную и очень большую пользу. Это имеет прямое отношение к работе Бердяева «Истина и откровение».

Сама работа Бердяева имеет два смысла: явный и неявный. Первый — это заявленная тема, критика Откровения. Второй смысл — внутренний потаенный подтекст работы, выход ее за рамки непосредственно заявленной темы к проблематике глубинного экзистенциального религиозного контакта, взаимодействия философии и богословия, и шире — культуры и религии. В прежние времена этот контакт был, и был он в высшей степени плодотворным как для философии, так и для богословия. В новые и особенно в новейшие времена этот контакт нарушен, творческого доверительного взаимодействия нет. Есть недоверие, которое надо преодолевать, к обоюдной пользе.

Если говорить непосредственно о решении проблемы, которую ставит перед собой Бердяев — философской критики Откровения, — то возникает сомнение в разрешимости ее философским (традиционным или новаторским) способом. Священное Писание есть Божественное Откровение,

333

Сверхъестественое Божественное Откровение. Священное Писание — Богодухновенно. Апостол Павел во втором Послании Тимофею свидетельствует: «А ты пребывай в том, чему научен, и что тебе вверено, зная, кем ты научен;... Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности» (2 Тим. 3, 14, 16).

Следовательно, мы имеем дело с принципиально различными установками. Если ты знаешь, кем научен и знаешь, что тебе вверено богодухновенное Священное Писание, то не возникает проблемы критики Откровения. Потому что есть вера в Священный смысл и силу Откровения Священного Писания, написанного по внушению Духа Святого. И в этом случае проблемы, вставшей перед Бердяевым — критики Откровения, — быть не может.

Свободный дух Н. А. Бердяева ищет, где хочет, и для него нет преград и тем более запретов. Чувствует ли Бердяев всю сложность и невозможность философского разрешения поставленной им проблемы? Думается, есть основания ответить утвердительно: да, чувствует. В чем это выражено? —

Во-первых, в обилии вариантов планов книги (см. Примечания). И дело не в множестве самих вариантов, а в том, что итоговое название, точнее, подзаголовок — «Пролегомены к критике Откровения» — появилось лишь в беловом автографе книги. А вначале ведь было — «Критика форм богопознания». Бердяев решил, видимо, ограничить себя Пролегоменами, введением в проблему. Это не характерно для дерзостного духа мыслителя, он привык доходить до конца, и уж никак не останавливаться на введении в проблему.

Во-вторых, когда читаешь «Истину и откровение. Про-легомеяы...», не покидает ощущение, что стиль, форма, метод написания свидетельствуют о некоторой неуверенности автора. Проблема явно оказалась серьезнее, нежели

334

 

Бердяев мог вначале помыслить о ней. Есть предел у философии, в том числе у религиозной философии, дальше которого она не сможет идти. Одного свободного желания и даже философской гениальности мало. Не по силам проблема, и в этом нет ничего печального: каждому свое.

Много в книге Бердяева верного, но не этим определяется ее огромное значение для русской философии и культуры XX века, о чем речь пойдет чуточку позднее. Бердяев справедливо считает, что критика откровения «должна идти... в сторону преодоления теологического рационализма». Эта проблема, стоявшая весьма остро как в западном богословии — достаточно вспомнить знаменитое тертуллиановское credo id absurdum, направленное против крайностей теологического рационализма, так и в восточной традиции — Г. Палама и вся исихастская мистически-православная традиция, включая старца и святого Нила Сорского и идущую от него традицию нестяжательства в русском православном монашестве.

В «Истине и откровении» Н. Бердяева читатель обнаружит, без сомнения, много для себя ценного как в критической, так и в положительной ее части. И все же не покидает ощущение некоей беспомощности мыслителя, столкнувшегося с неподъемным. Приходит на память глубокое суждение о Бердяеве архимандрита Константина (в миру—К.И.Зайцева). Архим. Константин отмечает, что Бердяев, осознав опасность и пустоту безбожного материализма и пошлость позитивизма, «казалось бы, пришел к Богу, — но не обрел ни предмета возвышающей Любви, ни источника спасительного Страха. Отсюда соблазнительно-скользкая переливчатость, отсюда всеохватывающая беспредметность его писаний, которые касаются религиозной проблематики». (См.: Полторацкий Н. П. Россия и революция. 1988). Может быть, архим. Константин чересчур резок, но правда насчет пусть и не «всеохватывающей», но все же — некоторой беспредметности его писа-

 

335

ний — несомненна. И это чувствуется при чтении «Истины и откровения».

Бердяев настойчиво стремится к праведному суду Истины привлечь искаженное человеком и историей «историческое откровение». Возникает вопрос: что это такое — «историческое откровение»? Христианство знает сверхъестественное Божественное Откровение. И возникает дилемма: или вы принимаете Откровение, верите, или — вы стремитесь очистить откровение. И середины, видимо, нет. Поэтому философская критика откровения в значительной степени есть интеллектуальная игра, потому что трудно представить себе ситуацию, когда разумом, логикой или интуицией, или мистической интуицией, или чем-либо еще можно судить о Божественном Откровении.

И все же это не совсем бесполезная игра. При нашем желании и искренней духовной заинтересованности мы можем увидеть в ней, вслед за Бердяевым, подлинный смысл и осознать значение подобного «очищения». Откровение, действительно, двусторонне: есть в нем сверхъестественный Божественный источник и смысл, и есть человеческое восприятие, понимание и отражение откровения. И вот эту человеческую сторону Бердяев и пытается подвергнуть объективному критическому философскому анализу. Только вот в чем проблема самого Бердяева и его изначальной установки: она далеко не так беспристрастна и непредвзята, как хотелось бы мыслителю. Бердяев точно знает, что мы имеем дело с Откровением, в котором человеческое, преходящее, неистинное, не от Бога, а от людей, времени и ситуации, — преобладает над вечным, Божественным, сверхъестественным.

В «Истине» и откровении» Бердяев говорит об историческом бессилии христианства, причиной которого стало его приспособление к «разлагающемуся социальному строю». Неудача христианства в истории есть неудача нравственно-онтологическая: неспособность человека и че-

336

ловечества выдержать до конца высокий замысел Творца о человеке. Он оказывается трагически неподъемным для человека. «Соблазн Великого Инквизитора» преследует христианство в истории. Поэтому Бердяев и мечтает о некоей «духовной религии», которая будет в состоянии преодолеть кошмар притяжения мира и привязанности к нему человека. Бердяев мечтает о «новом человеке», «новом христианстве», очищенном от неудач его воплощения в истории.

В истории, по Бердяеву, искажается все, в том числе все великие идеи. Следовательно, по железной логике Бердяева: «В ней искажено было и откровение». Значит, Бердяев видит свою задачу, задачу своей философии свободы в том, чтобы: «Творческая философия свободы не онтологическая, а экзистенциальная, должна понять откровение очищенным и освобожденным от детерминизма природы и общества». О жажде «очищения» и об историческом откровении уже шла речь. Можно подумать, что это просто беспомощность мыслителя. Но при вдумчивом и ответственном размышлении представляется более верным и соответствующим духу бердяевской книги посчитать, что в конце жизненного пути, подводя духовные итоги, певец свободы и творчества Н. А. Бердяев делает шаг навстречу теологии, богословию. Работа Бердяева «Истина и откровение. Пролегомены к критике откровения» — это совершенно отчетливый, духовно внутренне определенный шаг мыслителя, философа к всеохватывающему Синтезу, это Введение, Пролегомены в самую большую (и больную) проблему русской культуры, русской истории, русского духа — проблему Встречи культуры и религии, свободного разума, высокого сознания и богооткровенной спасающей веры. И эта встреча для России не просто желательна, она необходима и промыслительна. Отмахиваться от культуры, философии, свысока, по-барски относиться к ним, как это иногда делается людьми церковными, болеющими

 

337

за судьбу России, Православия, — не самое правильное дело. Да, много было в русской культуре демонического, суетного, своевольного, это бесспорно. Но в творчестве как таковом действительно силен демонический момент выхода за мыслимые и немыслимые пределы; творчество требует экстатического преодоления бытийного, земного и в этом праведном желании часто улетает в никуда. Конечно, можно осудить творчество, культуру, философию, можно и запретить, можно поэтов изгонять из государства. Но... творчество ведь — Божий дар. Так что же—может, не примем его?..

Проблема заключается в том, что до сих пор в русской культуре, истории, в русской жизни нет и пока не предвидится тот великий Синтез, о котором мечтали русские мыслители, поэты, священники. В русской культуре XIX века со времен А. С. Хомякова утвердилась как высшая духовно-религиозная идея для человеческой индивидуальной и социальной жизни — идея Соборности как синтеза целостности, единения и — Христовой любви. И эта задача обретения единства в любви при установке на абсолютное значение индивидуальных миров, входящих в соборное единство — остается до сих пор важнейшей задачей русского духа. Разделяться мы, пожалуй, более чем научились. Пора бы нам начинать объединяться, не отрицать Другого, а с любовью понимать и принимать. Это ни в коем случае не означает быть всеядными, мы должны отчетливо представлять, что Христова любовь — деятельна, и зовет, понуждает нас к единению.

Великой помехой единению на Руси служат малые и большие страсти и пристрастия, в том числе и творческие. Певец творчества Н. Бердяев очень любил пророческие слова апостола Павла: «Если кто хочет быть мудрым в мире сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым». И надо прямо сказать, что именно с безумием (к сожалению, в прямом смысле слова) в России все было «в порядке». Не было

338

 

недостатка в безумии, и прежде всего в безумии разделения и неприятия, о чем пишут многие и многие русские мыслители. Так, большой русский мыслитель XX века В. Н. Ильин с горечью отмечает: «Россия — страна контрастов, поляризаций, страна жестоких междоусобных идеологических схваток и внутренних непримиримостей» (Ильин В. Н. Арфа Царя Давида в русской поэзии. Брюссель, 1960). И поэтому именно в России так важно достижение согласия, гармонии, и не на субъективном уровне, а путем построения, сотворения программы единого духовного поля, в рамках которого согласие и духовный мир стали бы возможны на длительное время, стали бы определять нравственное духовное лицо России.

В конце XX века эта проблема стоит еще более остро и актуально, нежели в начале столетия. Это уже вопрос выживания России. Для России будущее возможно только духовное, культурное, иначе, как писал Достоевский, лучше бы и не жить.

Когда мы говорим о программе единения и синтеза всех форм духа, мы, в первую очередь, имеем в виду две глайные духовные силы России — религию и культуру, церковь и интеллигенцию (не в веховском, а в обычном общеупотребительном значении слова). И эти главные силы должны пойти навстречу друг другу, понимая онтологическую и историческую сложность этого пути. Люди культуры часто обвиняют церковь в негативном отношнии к культуре и человеческому творчеству, но стоило бы вначале критически рассмотреть свое отношение к религии и церкви. Это имеет самое прямое отношение к Н. А. Бердяеву, к его «Истине и откровению».

Говоря о потребности и необходимости единения, нельзя не отметить самое главное возражение, упрек Бердяеву со стороны церковных людей — нечувствие Церкви, слишком легкое, чересчур критическое; непонимание внемирно-го значения Церкви, причем не идеальной, абстрактной,

 

339

чаемой, желаемой, а — реальной исторической православной Церкви. И если бы чувство церкви реальной было у Бердяева, то сама проблема критики Откровения встала бы перед ним по-иному. Ибо в этом случае ясно, что основатель Церкви Господь Иисус Христос поставил ее хранительницей Божественного Откровения. То есть реальная историческая церковь есть хранительница Божественного Откровения, и в этом случае становится понятной беспомощность концепции «исторической» церкви и «исторического» откровения, их «очищения», «освобождения» и приведения в соответствие с тем предмирным Смыслом, который заложен был изначально Господом и который в истории людьми был искажен или утрачен. Вот и получается, что Бердяев и другие критики исторического христианства имеют (подобно гностикам первых веков нашей эры) какое-то особенное знание о том, как было, как должно быть...

Следует отметить в этой связи, что мыслители и священники, резко критиковавшие христианское вольнодумство Н. Бердяева, такие как о. Василий Зеньковский, Г. Федотов, прот. С. Четвериков, архиепископ Сан-Францисский Иоанн (Шаховской) и др., подчеркивают глубокую связь Н. А. Бердяева с Православием, со всей его духовной религиозной установкой.

Смерть делает более ясным и прозрачным многое из того, что при жизни не увиделось сполна. В марте 1948 года Е. Ю. Рапп получает два письма — свидетельства о будущей судьбе Бердяева-мыслителя (письма хранятся в РГАЛИ). Первое письмо(25. 03. 1948)—от кн. Ирины Павловны: «Многие иностранцы судили о России и Православии по произведениям Николая Александровича. И можно без колебания сказать, что и Родина, и религия его многим ему обязаны. Настанет день, я в этом не сомневаюсь, когда отдаст ему должное Россия, которую он так любил и об участи котор<ой> так страдал

.340

 

<...> Он вдохновитель христиан, всех вероисповеданий, широтой своих взглядов, чистотой и искренностью своей веры» (РГАЛИ. Ф. 1496. Оп. 1. Ед. хр. 979).

Надо сказать, что Бердяев, критиковавшими «историческую» церковь, в жизни был очень послушным и верным сыном церкви, что отмечали многие его современники, и что многим, кстати, не нравилось. Когда большинство соратников Бердяева перешли в юрисдикцию Константинопольского Патриарха, Бердяев не последовал их примеру и остался прихожанином храма Трех Святителей Московской Патриархии. Приводим второе письмо — от архимандрита Стефана, который многие годы был духовником Н. А. Бердяева. Письмо от 29. 03. 1948 г.:

«<...> Но кончина его — большая потеря для Церкви, которой он также отдавал силы со свойственным ему темпераментом, которой он был верным, любящим, преданным сыном. Но ушедши для Церкви Земной, воинствующей, он _ жив в Церкви Небесной. А т. к. Церковь Небесная и Земная — Едина, то он, его верующий православный дух, с нами в общении молитв, таинства, жизни Церкви». (РГАЛИ. Там же. Ед.хр. 983). Это очень важные свидетельства лиц, хорошо знавших Н. А. Бердяева. Бердяеву очень много писали священники со всего мира — из Европы, России, Америки. И многие священники обращаются к Бердяеву как к верному сыну Православной Церкви, глубокому религиозному мыслителю.

Проблема: Бердяев и церковь, как и в целом — русская религиозная философия и церковь, требует специального, по возможности беспристрастного, неидеологизирован-ного анализа. Необходим он для того, чтобы совместными усилиями найти путь к обретению утраченной цельности, к чему еще в начале XIX века призывал Иван Киреевский, и что и сегодня остается таким же призрачным и почти нереальным. Но тем не менее задача никоим образом не снимается, и даже если мы будем абсолютно уверены, что

341

достижение ее — нереально вообще,— мы обязаны (по нравственной максиме и духовной необходиости обязаны) действовать так, как будто это более чем достижимо.

Вот подобная установка — нравственной духовной просветленной воли—характерна для Н.А.Бердяева, и при всех его несогласиях и критических пассажах это чувствуется в его «Истине и откровении». Итак, в книге Бердяева «Истина и откровение» есть два сюжета. Первый — критика исторического откровения, очищения откровения, поиск его изначального божественного смысла. И второй сюжет — признавая глубокую зависимость философского сознания от откровения, Бердяев стремится выйти к Откровению, чтобы в его свете пересмотреть основания религиозной философии, предполагая, что вне света и огня Божественного Откровения эти основания оказываются неспособными отразить всю полноту Божественной Истины, «которая и есть Бог». То есть, в этой книге Бердяев делает совершенно отчетливо шаг навстречу богословию, предполагая в будущем построить некую единую философ-ско-богословскую теорию Божественной истины и откровения, свободы, творчества и новой истины, отражающей целостную реальность богочеловеческой жизни.

Каким образом и с помощью какой целостной универсальной методы можно построить эту единую теорию? Означает ли это у Бердяева, что традиционных философии и богословия, христианской мудрости оказывается недостаточно? На этот вопрос можно вполне ответить утвердительно. Для Бердяева есть сфера выше религии и веры в традиционном, ортодоксальном их понимании. Новая мистика — вот то, что снимет все противоречия религий, все объединит, и тогда случится Великий Синтез. В последней своей работе «Царство Духа и царство Кесаря» Бердяев пишет: «Мы подходим к последней сфере мистики, которой я хочу посвятить специальную книгу. Мир через тьму идет к новой духовности и новой мистике... Она одновре-

342

менно будет более обращена к миру и более свободна от мира. Это процесс духовного углубления. В новой мистике должен быть силен профетически-мессианский элемент... И все мучительные противоречия и раздвоения найдут себе разрешение в новой мистике, которая глубже религии и должна объединить религии. Это вместе с тем будет победа над ложными формами социальной мистики, победа царства Духа над царством Кесаря».

Работая с оставшейся частью Архива в Доме Н. А. Бердяева  в Кламаре, я совершенно случайно наткнулся на две странички плана книги. На обороте второй страницы было от руки написано: план ненаписанной книги. В последние годы две темы были всепоглощающей страстью Николая Александровича: вечная бердяевская тема Творчества и идея новой разрешающей мистики. И, видимо, Бердяев задумывал книгу, в которой эти две его любимые сверхидеи были бы синтезированы. Это, конечно, первый и самый предварительный план. Точнее, создается впечатление, что перед нами два плана: план книги о творчестве и — о новой мистике. Но скорее всего, что это первоначальный план единой книги. Думается, что перед нами тот задуманный рабочий план новой книги о мистике, о которой мыслитель пишет в «Царстве Духа и царстве Кесаря». Итак:

«План книги о ТВОРЧЕСТВЕ (найденный в записных тетрадях Н. А. Бердяева) Ничто и творчество

Творчество, объективация и воплощение Эмансипация Мифотворческий процесс Вдохновение Экстаз

Художник и красота Творчество и свобода

Послесловие: неподведенные итоги

343

Творчество и познание Творчество и труд Творчество и любовь Творчество и героизм Творчество и революция Творчество и сострадание Творчество и познание

Новая мистика:     

Бог нуждается в возрастании мира

В начале был огонь

Все в мире есть тело и кровь Бога

Все есть Единое

Новая мистика прежде всего погружение в духовный мир, наиболее реальный, и общение в нем с Богом. Новая мистика не есть только индивидуальный путь души к Богу и уход от мира, она есть принятие внутрь себя всей социальной и космической жизни, путь активного преображения мира. В новой мистике личность не исчезает в Боге, человек, как и космос, остаются в соединении с Богом. Аскеза новой мистики лишь укрепление, самоограничение, самоосвобождение, а не мироотрицание. Мистика по ту сторону всех рациональных понятий, всех противопоставлений, например, субъекта и объекта».

Пока очень трудно высказать какие-либо определенные суждения о ненаписанной книге Н. А. Бердяева. Не будем торопиться с заключениями, подождем: может быть, появятся дополнительные, более определенные источники или варианты этой, без всякого сомнения, не последней из ненаписанных книг выдающегося русского мыслителя XX века Николая Александровича Бердяева.

Потребность всеохватывающего Синтеза вольно или невольно выводит Бердяева за пределы традиционного и даже творчески понимаемого Православия. Бердяев вряд ли мог бы написать так, как о. Сергий Булгаков: «Навсег-

344

 

да я познал, что есть только Бог и милость Его, что жить надо только для Бога, искать только Царствия Божия, и все, что заслоняет его, есть самообман» («Автобиографические заметки»). Бердяев, по всей вероятности, склонен был именно к самообману в отношении исключительно внемирного Божественного значения человеческого творчества. Он убежденно и страстно писал, проповедовал, что «для Царства Божьего творчество человека необходимо. Царство Божье приходит и через творческое дело человека. Новое, завершающее откровение будет откровением творчества человека. Это и будет чаемая эпоха Духа» («Самопознание»). Но эта проблематика уже выходит за рамки «Истины и откровения» Н. А. Бердяева...

 

2. Социальное христианство, или христианский    коммунизм, Николая Бердяева

Читаешь статьи из сборника «На пороге новой эпохи» и удивляешься их невероятному современному звучанию. Казалось бы, только духовные события не зависят напрямую от времени. Платон, Будда, Паскаль, Ницше, Чаадаев, Хомяков, Достоевский современны всегда, ибо говорили и писали о вечных духовных проблемах и истинах. А социальные изменения — быстротечны и преходящи. Читая Бердяева, убеждаешься в обратном. В социальной жизни есть такие инварианты, над которым не властно время: Дух — сила, власть — свобода, личность — общество, демократия — тоталитаризм. Гегель в «Феноменологии духа» всю историческую социальную жизнь объясняет через диалектику господства и рабства, свободы и принуждения.

Бердяев, как христианский мыслитель, четко и обнаженно выражает существо трагедии жизни — прошлой, настоящей и будущей, трагедии неизбывной, пока стоит этот мир: «Мы живем в мире, в котором высшая правда

 

345

была распята — Христос умер на кресте». Это христианская онтология социальной жизни, но есть еще ее феноменология.

Судьба мира и христианства в мире всегда волновала Бердяева. Неудача мира для мыслителя была очевидна, особенно ко времени написания «Истины и откровения» и «На пороге новой эпохи»: две мировые войны, две революции, десятки миллионов жертв, кровь и ложь, предательство свободы, личности, духа. От всего этого немудрено прийти в отчаяние. От отчаяния Бердяев удержался и не поддался ему до конца жизни, веруя в преображение жизни и человеческой души.

Но вот найти и объяснить причины неудачи мира и истории Бердяев считал первейшей обязанностью философа. И вот здесь Бердяев следует логике, которой никоим образом нельзя пренебрегать, отбрасывать ее. Христианство— духовная сберегающая и спасающая сила истории и человека. И если в мире и в истории происходят такие ужасы и апокалиптические потрясения, значит, в этом следует прежде всего усмотреть вину христиан. Значит, христианство в истории не смогло выполнить свою сберегающую спасающую миссию. Вот поэтому Бердяев и пишет в «Судьбе человека в современном мире» о «неудаче христианства в истории». Кто же более христианства ответствен за все, что происходит в истории? И с кого же более спрашивается?

Да, Бердяев предъявляет большие требования христианству, полагая, что если в мире творится недоброе, значит — христианство и христиане не до конца выполняют свою высокую миссию, не реализуют высокий замысел Бога о человеке и человечестве. Вот здесь — в несоответствии замысла Господа о человеке и его реализацией в истории — и возникает для Бердяева постоянная потребность критики «исторического христианства», «исторического откровения». Судьба христианства в мире и истории — главная

346

 

тема последних работ Н. А. Бердяева: «Истина и откровение» и «На пороге новой эпохи».

Сборник статей Бердяева «На пороге новой эпохи» роднят с «Истиной и откровением» два обстоятельства, две сверхидеи, отстаиваемые мыслителем. Первая — необходимость и потребность некоего сверхсинтеза, который случается тогда, когда мы преодолеваем идеологемы «точек зрения», как блестяще пишет об этом Ф. Степун, и «во мне пробуждается какое-то новое зрение, и глазам моим начинает мерещиться то, что не видно ни с каких последовательных точек зрения» (Степун Ф. А. Мысли о России). Для Бердяева не просто неприемлемы, а страшны были шоры «точек зрения», которые убивают «живую жизнь». Поэтому как в «Истине и откровении», так и в сборнике «На пороге...» многие идеи Бердяева могут шокировать благовоспитанную публику, утвердившуюся на какой-либо «точке зрения». «Новое зрение» в «Истине...» должно было помочь Бердяеву выйти за пределы объективации мира и «исторического откровения», а в сборнике «На пороге...» — преодолеть утвердившуюся в западном сознании постсоциалистическую и антикоммунистическую социальную мифологию.

Вторая сверхидея, объединяющая две работы — убеждение в принципиальной недостаточности разумного устроения как внутренней духовной религиозной жизни, так и социальной жизни, и понимание жизненного экзистенциального значения спасительности сверхрациональной веры. И в той, и другой работе — упования и надежды на веру, на ее сверхмирную спасительность. Другого спасения у человека и человечества нет и быть не может.

«На пороге новой эпохи» гораздо более традиционная и прозрачная работа, нежели «Истина и откровение». В последней многое осталось за кадром, и поэтому читателю необходимо совершить значительное усилие, чтобы ввести в кадр то содержание, те идеи, которые руководили Бер-

347

дяевым при написании работы и которые в итоге гораздо более важны и ценны, нежели то, что написано и опубликовано.

Как видит читатель, и после второй мировой войны комплекс социальных идей Бердяева остался достаточно традиционным для него. Мы снова встречаемся с идеями раздора мира, «поклонения серединной пошлости мира, мира, поправшего дух и высшие ценности» («Дух и сила»), все большего отдаления современной цивилизации «от духовного центра жизни» («Социальный переворот и духовное пробуждение»), противопоставления «коммюнотарной» России обезличенной механизированной западной цивилизации («Личность и общинность (коммюнотарность) в русском сознании»), о свободе как обязанности человека («О затруднениях свободы») и т. д., круг подобных традиционных для Бердяева идей можно перечислять и далее. Но сборник интересен в первую очередь не подобным постоянством Н. Бердяева.

Ни революция, ни две мировые войны не смогли примирить или сломить духовную волю мыслителя, его духовно-страстное непоколебимое неприятие диктатуры, насилия над человеческими душами: «Никакая власть мира, будь то власть святых, ни при каких условиях не смеет утверждать диктатуру над духом... Диктатура над духом, над творчеством, над мыслью и словом есть не необходимость, а зло...» («О творческой свободе и фабрикации душ»). И в последней статье сборника он также воинствующе-христиански напишет: «Свобода же духа, совести, мысли, слова, творчества имеет абсолютный характер и зависит не от царства Кесаря, а от Царства Божьего» («Россия и новая мировая эпоха»).

Поистине Рыцарь без страха и упрека. Но еще большая рыцарственность, непреклонность и духовное благородство Бердяева проявляется в другом. Казалось бы, после всех революционных потрясений, которые пережила Россия

348

 

в XX веке, Бердяев должен был просто возненавидеть социализм, коммунизм, марксизм, большевизм и все эти жуткие для человека XX века «измы». Однако — что же мы видим в сборнике «На пороге новой эпохи»? Как бы мы сами ни относились к указанным пресловутым «измам», не может не подкупать способность Бердяева отстраняться от злобы дня, приподниматься над бытийным, сиюминутным, конкретно-историческим. Мыслителя интересует эпоха, Россия, мир в свете большой исторической перспективы. И тогда изгнанный коммунистами-большевиками из России Бердяев спокойно и достойно рассуждает о том, что св. Иоанн Златоуст и другие учители Церкви «были коммунистами своего времени... Коммунизм по идее своей христианского происхождения, и в прошлом он был обычно религиозно окрашен. И нужно потерять совесть, чтобы считать более соответствующим христианству капитализм» («Социальный переворот и духовное пробуждение»).

И абсолютно подкупает твердая вера Бердяева в великое будущее России, в ее самобытное творческое будущее. При этом мыслитель отчетливо представляет себе всю опасность бездушной технологической, технотронной и прочей мещански-буржуазно-пошлой и подлой современной цивилизации, но он уверен, и эта вера передается читателю, что Россия выстоит, не склонится перед молохом американизма, явит миру свое духовное слово. Чего стоит этот трезвый, выверенный пассаж духовно просветленного русского Мыслителя: «Можно себе представить необычайный рост экономической и политической мощи России и возникновение нового типа цивилизации американского типа, с преобладанием техники и с поглощенностью земными благами, которого не было в прошлом русского народа. Но воля наша должна быть направлена на созидание иного будущего, в котором будет разрешена справедливо социальная проблема, но <и> обнаружит себя религиозное призвание русского народа, и русский народ останется верен

 

349

своей духовной природе, будущее зависит от нашей воли, от наших духовных усилий. То же нужно сказать и о будущем всего мира» («Россия и новая мировая эпоха»).

В этой связи важно отметить принципиальную христианскую установку мыслителя. Для Бердяева несомненным является то, что в процессе подобного социального и духовного преображения мира и человека решающая роль принадлежит христианству.

Исследуя в «Истине и откровении» предельные основания жизни духа, в сборнике «На пороге новой эпохи» — предельные основания человеческой социальной жизни, Бердяев приходит к выводу о том, что только преображенный, духовно новый просветленный человек сможет духовно, социально, свободно устроиться на этой земле и в мире горнем. Человеку предстоит совершить духовную революцию, и в то, что она совершится, Бердяев глубоко верил, не взирая ни на какие социальные потрясения, падения человеческой души и вселенские катастрофы. Вера в творческую религиозную силу человеческого Духа никогда не покидала русского мыслителя, иначе он просто не мог бы творить.

350

ПРИМЕЧАНИЯ

В настоящем издании представлены произведения Николая Александровича Бердяева (1874—1948), написанные им после окончания Второй мировой войны. Книга «Истина и откровение. Пролегомены к критике откровения» (вероятно, единственное из числа крупных произведений философа, до настоящего времени не публиковавшееся по-русски) и сборник «На пороге новой эпохи» — в . полной мере отражают мироощущение Н. А. Бердяева последних лет жизни.

Автографы публикуемых произведений и подготовительные материалы к ним являются частью значительного архива Н. А. Бердяева, хранящегося в Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ, бывш. ЦГАЛИ СССР). Эти документы были переданы в РГАЛИ в 1960 г. через Советское посольство во Франции (См. об этом подробнее: Встречи с прошлым. Сб. материалов ЦГАЛИ СССР. М., 1990. Вып. 7. С. 575).

Произведения Н. А. Бердяева публикуются с максимально возможным сохранением авторской орфографии. Сохранено написание имен собственных — Гейдеггер (общепринятая транскрипция — Хайдеггер), Кирхегард (Кьеркегор) и др. Слова, написанные характерной для Н. А. Бердяева скорописью, раскрыты без скобок; слова, сокращенные автором, раскрыты в угловых скобках < >. Слова, отсутствующие в автографе, но имеющиеся в неавторизованной машинописи или в переводах на иностранный язык, а также слова, вычеркнутые автором в автографе, заключены в прямые скобки [ ].

 

351

ИСТИНА И ОТКРОВЕНИЕ. ПРОЛЕГОМЕНЫ К КРИТИКЕ ОТКРОВЕНИЯ

Книга «Истина и откровение. Пролегомены к критике откровения» была написана Н. А. Бердяевым в 1945—1947 гг. в Клама-ре под Парижем. Она идейно и стилистически тесно связана с другими произведениями, написанными во время второй мировой войны или вскоре после ее окончания («Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация», «Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого», «Царство Духа и царство Кесаря»). Более того, можно рассматривать эти книги как единое целостное произведение о судьбах человека и всей человеческой цивилизации в изменяющемся мире, отражающее взгляды философа-экзистенциалиста на главнейшие проблемы христианства.

Книга «Истина и откровение» была задумана Н. А. Бердяевым во время работы над «Экзистенциальной диалектикой божественного и человеческого». Жена философа записала в своем дневнике:

«1944. Октябрь 24.

"Я удивляюсь, — говорит Ни, — тому, что пишу новую книгу, а следующая за ней еще мне неизвестна. Я привык, что, когда пишу новую, следующая уже в голове".

Октябрь 25.

Утром Ни входит в мою комнату и, улыбаясь, говорит: "Знаешь, я проснулся ночью, и план новой книги весь созрел во мне даже по главам, и я все записал. Сейчас же!" Сегодня Ни начал писать предисловие к новой книге (названия еще не выбрал)» (РГАЛИ. Ф. 1496. Оп. 1. Ед. хр. 947)*.

Хотя название нового труда не упомянуто, но очевидно, что речь идет именно об «Истине и откровении». 25 октября 1944 г. в черновой тетради был записан публикуемый ниже план (план № 1).

Как свидетельствуют дневниковые записи Л. Ю. Бердяевой, «Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого» была закончена 29 января 1945 г. и, вероятно, начата работа над «Истиной и откровением», которая продолжалась с большими пере-

*   Далее при ссылках на этот фонд будут указываться только номера единиц хранения и номера листов.

352

 

рывами до 1947 г. Сам автор указывает в предисловии время работы над книгой — 1946—1947 гг.

Книга «Истина и откровение» при жизни автора опубликована не была. Впервые она была издана по-английски в 1953 г. (переводчик Р. М. Френч, Нью-Йорк: Harper and Bros; 2-е издание — Лондон: G. Bles, 1954).

По-французски книга была издана французско-швейцарским издательством «Delachaux et Niestle» (Paris-Neuchatel) в октябре 1954 г. в серии «Collection "Civilisation et christianisme"» (переводчик Александр Константен). В этой серии также были изданы сборники статей Н. А. Бердяева «На пороге новой эпохи»(1948)и «О духовной буржуазности» (1949), книга «Царство Духа и царство Кесаря» (1951). Наряду с произведениями Н. А. Бердяева, в этой серии издавались и работы других философов, например, «Христианские речи» С. Кьеркегора, «Развивающаяся Россия» Ф. Либа.

В библиографии произведений Н. А. Бердяева, составленной Т. Ф. Клепининой (Bibliographie des oeuvres de Nicolas Berdiaev. Paris, 1978), имеются сведения об издании книги «Истина и откровение» на японском языке (Токио, 1959).

В архивном фонде Н. А. Бердяева (РГАЛИ, ф. 1496) хранятся черновой и беловой автографы книги «Истина и откровение», тетрадь с подготовительными материалами к ней, машинописная копия книги.

В тетради с подготовительными материалами (Ед. хр. 45) сделаны следующие записи:

л. 1: название книги (чернилами и карандашом);

л. 1а: 1-й и 2-й (нумерация дана условно. — Е. Б.) планы книги (чернилами и карандашом);

лл. 2—5, 6 об.: первоначальные наброски к книге — выписки из книг других авторов, фрагментарные тезисы (карандашом);

л. 6: 3-й и 4-й план книги (карандашом);

л. 7: оглавление книги, в основном сходное с планом № 4 (чернилами, почти без исправлений);

лл. 7 об.—15 об.: тезисы книги с соблюдением деления на главы, обозначенные в оглавлении (чернилами).

Изучение изменения названия книги и сопоставление всех планов книги дает возможность проследить, хотя бы отчасти, процесс написания книги, поэтому приводим ниже фрагменты из тетради с предварительными набросками.

 

353

Первоначально книга, по-видимому, называлась «Философия откровения или откровение и истина. Откровение, мистика и религия». Затем:

— «Откровение и истина. Опыт критики откровения»,

—  «Откровение и истина. Экзистенциальные размышления об основах христианства».

— «Истина, откровение и творчество. (Критика форм богопознания»).

—  «Откровение и истина. (Критика форм богопознания)». (Ед. хр. 45. Л. 1).

Черновой автограф был озаглавлен сначала: «Истина и откровение (Экзистенциальные размышления об основах христианства)», затем подзаголовок был изменен: «Критика форм богопознания» (Ед. хр. 46. Л. 1). Подзаголовок «Пролегомены к критике откровения» появился лишь в белом автографе (Ед. хр. 47. Л. 1).

Реконструкция первоначальных планов книги.

ПЛАН№1

Истина.

Двучленность, богочеловечность откровения. Антропоморфизм и

социоморфизм. Откровение и внутренний духовный опыт. Профетизм. Церковь.

[Мистика].

Откровение и история. Историческая критика. [Откровение и историческая критика]. Откровение и развитие. Откровение и социализация. Откровение и догматика.

[Откровение личное и откровение историческое]. Откровение и философское познание. О новом откровении Духа и духовности. Мистика. Откровение

конца. Откровение нового человека. [Откровение и истина].

* Ед. хр. 45. Л. 1об. В квадратных скобках воспроизведены слова, зачеркнутые чернилами; слова, зачеркнутые или вписанные карандашом, не воспроизведены, поскольку они отразились в плане № 2.

354

 

ПЛАН №2*

Истина. Сознание и ступени веры. Первожизнь и Existenz. Экзистенция философии **.

Двучленность откровения, богочеловечность. Антропорморфизм, социоморфизм и космоморфизм.

Внутренний примат свободы над бытием, духа над природой, существования над сущностью.

Истина не есть предметная реальность. Истина и путь. Истина и ложь. Истина и прагматизм. Истина и Бог.

Новые формы атеизма. Полу- и безбожие.

О вечном аде, о перевоплощении, о всеобщем воскресении и вечной жизни. Грех и ложь. Путь человека.                  ,.f

Об откровении, о догматике и философском познании. Кризис судебного понимания христианства и откровения.

Бытие и творчество ценностей.

О новом откровении Духа и духовности.

Об откровении человека и откровении конца.

Личность и история.

ПЛАН№3***

1. Экзистенциальный и религиозный опыт.

2.  Истина. Истина не есть предметная реальность. Ступени созна-

ния и вера. Первожизнь до разделения на субъект и объект.

3.  Откровение. Духовность откровения. Антропоморфизм и социоморфизм.

4.  Свобода и бытие. Эссенция и экзистенция.

5.  Новые формы оезбожия. Очищение богопознания.

6.  Искупление. Разрыв с судебным пониманием христианства. Эк-

зотеризм идеи спасения.

7.  Об аде. Этика антиада.

8.  Откровение Духа и новый человек. Творчество ценностей.

9.  Личность и история.

*  Там же. План написан чернилами почти без исправлений. **  Два слова написаны карандашом. ***   Там же. Л. 6. Написан карандашом.

 

355

Оглавление (почти = плану М 4)*.

Глава I. Экзистенциальная философия и духовный опыт. Трансцендентальный человек.

Глава II. Истина. Истина не есть предметная реальность. Первожизнь до разделения на субъект и объект. Ступени сознания. Прагматическое и марксистское понимание истины. Ницше. Человечность истины. Неотделимость познания от полноты жизни.

Глава III. Откровение. Это духовное событие, лишь символизируемое в истории. Универсальность откровения и ступени откровения. Антропоморфизм, космоморфизм и социоморфизм. Человечность откровения. Апофатика и катафатика. Теология и философия. Догматика и ее символический характер.

Глава IV. Свобода, бытие и дух. Эссенция и экзистенция. Творческий акт.

Глава V. Личность и история. Мистика истории. Свобода и необходимость в истории. Промысел, свобода и фатум.

Глава VI. Новая форма безбожия. Оптимистическое и пессимистическое, дневное и ночное безбожие. Польза безбожия и очищение богопознания от рабьего социоморфизма.

Глава VII. Об искуплении. Разрыв с судебным пониманием христианства. Личное спасение и социальное и космическое преображение. Искупление и творчество. Божественное начало в человеке.

Глава VIII. Об аде. Этика ада и анти-ада. Парадокс зла. Перевоплощение и преображение. Трагическое.

Глава IX. Откровение Духа. Новый человек.

Первый, черновой, вариант книги (Ед. хр. 46) написан характерной для Н.А.Бердяева скорописью, чернилами. План книги несколько отличается от приведенного выше оглавления и в целом совпадает с окончательным.

Беловой автограф книги написан более разборчивым почерком, чернилами, в нем имеется подпись автора, дата, указание на место написания этого произведения (Ед. хр. 47).

Там же. Л. 7. Написан чернилами.

356

 

ИСТИНА И ОТКРОВЕНИЕ

1   ...поклоняться Богу в Духе и Истине. — См.: Иоан. 4 : 24.

2   Учитель Церкви — доктор Церкви (doctor ecclesiae) — титул, который дается за заслуги перед Церковью и святость. Первыми учителями Церкви стали в 1295 г. Григорий I Великий, Амвросий Медиоланский, Августин и Иероним, позже этого титула были удостоены Фома Аквинский, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Ансельм Кентерберийский и др.

3   Гермес Трисмегист (трижды Величайший) — вымышленный автор теософского учения, изложенного в так называемых герметических книгах и отрывках египетско-греческого происхождения сер. III в. Имя его связано с греческим богом Гермесом (соответствовавшим египетскому богу Тоту, Тауту или Теуту), путеводителем душ и покровителем тайных знаний.

Бердяев цитирует одну из герметических книг («Десять отрывков из разговоров Гермеса Трисмегиста с сыном его Татом»). В черновой рукописи здесь сделана ссылка: «Hermes Trissmdgiste. Стр. 235 и 236».

А«Итак, сын мой, ты видишь лишь обманчивое проявление высшей истины; а если так, я называю ложь истолкованием правды» (франц.).

5   «Я понимаю, о Тат, я понимаю того, кто не может изъясняться, вот Бог» (франц.).

6   Философия жизни — философское течение кон. XIX—нач. XX вв., выдвигавшее в качестве исходного понятия «жизнь» как некую интуитивно постигаемую целостную реальность, не тождествную ни духу, ни материи.

7   Традиция, идущая от Парменида, или линия Парменида (см. с. 299 наст, изд.) — от Парменида идет представление, что истинное знание дает только разум, чувственное же познание недостоверно и противоречиво.

8   Каузальная связь — от лат. causaiis — причинная связь.

9   Dasein(нем.) — существование, определенное, наличное бытие, здесь — бытие.

10 Angst(нем.) — страх.

 

357

11   Атман — в древнеиндийской философии — всепроникающее духовное субъективное начало, «я», душа; брахман — высшая объективная реальность, безличное абсолютное духовное начало, из которого возникает мир со всем, что в нем находится, не постигаемый обычным сознанием или различными рационально-умозрительными конструкциями, но лишь — высшей религиозной интуицией. Атман обычно противопоставляется брахману, поскольку брахман осознает себя и тем самым становится атманом.

12   ...герой в карлейлевском смысле... — Томас Карлейль исповедовал «культ героев», отмеченных божественным предначертанием, являющихся духовными творцами исторического процесса и возвышающимися над «средней» массой.

13   Apriori(лат.) — из предшествующего; в философии — знание, предшествующее опыту и независимое от него.

14   Адам Кадмон Каббалы — первочеловек, сосредотачивающий в себе потенции мирового бытия. Бердяев рассматривает Адама Кадмона как трансцендентального человека.

15  Экзотерический — от греч. «экзотерикос» — внешний — не представляющий тайны, предназначенный для непосвященных.

16   Слова Иисуса Христа, сказанные Им на Тайной Вечери ученикам Его (См.: Иоан. 14:6).

17   См.: Иоан. 18:38.

18   В черновом автографе сделана ссылка на книгу Полэна (с. 292). Здесь и далее имеется в виду книга Р. Полена «La creation des valeurs» («Творчество ценностей» — франц.). Paris, 1945.

19   Коммюнотарный — от франц. соттип — община, коммуна.

20   Соборность (кафоличность, цельность, внутренняя полнота) — понятие, введенное А. С. Хомяковым, трактовавшееся им как общий метафизичесий принцип устроения бытия, а именно как свободное единство основ Церкви в деле совместного понимания ими правды и совместного отыскания ими пути к спасению, единство, основанное на единодушной любви к Христу и божественной праведности. Концепция соборности развита в русской религиозной мысли (Вл. Соловьев, Е. Н. Трубецкой, о. П. А. Флоренский, Л. П. Карсавин, С. Л. Франк). См. исследование Бердяевым жизни и творчества Хомякова, а также первоистоков идеи соборности (Бердяев Н. А. Алексей Степанович Хомяков. М.: Путь, 1312).

358

 

Бердяев в ряде случаев отождествляет соборность с коммюнотарностью.

21    Школа ВиндельбандаРиккерта — баденская, фрейбургская или юро-западная школа — направление в неокантианстве, исходившее из «трансцендентально-психологического истолкования» учения Канта. Ее основание связывают с программной речью Виндельбанда «История и естествознание» при вступлении его в должность ректора Страсбургского университета 1 мая 1894 г. Другие представители школы — Э. Ласк, Г. Мюнстерберг, Й. Кон.

22   Визионер — от франц. visionaire — мечтатель.

23   См.: Бердяев Н. А. О назначении человека. Опыт парадоксальной этики. Париж: Современные записки, 1931. Была переведена на англ., греч., испанск., нем., франц., яп. языки.

24    Terrorantiquus{лат.) — древний страх.

25   Praxis(греч..) — дело, занятие, польза; здесь: практическая деятельность.

26   Basfonds(франц.) — низменная сущность.

27   Man(нем.) — неопределенно-логическое местоимение; Das Man — термин, введенный М. Хайдеггером — мир безликого, неистинного существования.

28   Amorfati(лат.) — любовь к року; у Ф. Ницше — радостное принятие судьбы сверхчеловеком.

29   Апофатика — негативная теология, стремящаяся адекватно выразить абсолютную трансцендентность Бога путем последовательного отрицания всех его атрибутов и обозначений.

Катафатика — позитивная теология, описывающая Бога посредством позитивных утверждений и обозначений.

30   Кенозис Божества — от греч. «опустошение». В эллинистической философии и восточной патристике — исхождение Бога в мир, творение мира.

31   Эзотеризм — от греч. «эзотерикос» — внутренний, тайный, скрытый, предназначенный исключительно для посвященных.

32   Gott, Gottheit(нем.) — бог, божество. Экхарт различал в боге Gottheit — божество как абсолют и Gott — первое обособление божества, бог как личность.

33   Усия — от греч. «первоначальный элемент, сущность, индивид».

359

34   Ориген не канонизирован и формально не входит в число отцов и учителей Церкви, хотя он и его учитель — Климент Александрийский предприняли попытку создать первую теологическую систему христианства. Григорий Нисский разделял во многом эсхатологические представления Оригена и его методы толкования Св. Писания.

35   Ориген был известен большим трудолюбием и аскетизмом. После гибели отца он 16-ти лет взял на себя заботу о многочисленной семье. Обладая большими способностями, он уже в 18 лет был избран преемником главы Александрийской школы — Климента Александрийского, с 217 г. стал главой школы. Работая ночами, Ориген создал уникальный свод богословских и философских про-изведний из 6000 свитков. Вел аскетический образ жизни, воздерживался от вина и мяса, довольствовался самой скромной одеждой и жилищем. В результате гонений со стороны Александрийской и других Церквей переселился в г. Кесарию (Палестина). Во время гонений на христиан при императоре Деции был схвачен в Тире и умер в тюрьме от пыток. Созданный им огромный текстологический труд «Гекзапла» — сравнительный анализ 6 редакций Ветхого Завета на древнееврейском и в греческом переводе, а также сочинение «О началах», считаются одним из первых опытов систематизации христианской догматики. Эдиктом Юстиниана 543 г. и V Вселенским Собором в 553 г. учение Оригена о предсуществова-нии душ и о конечном всеобщем спасении, о смерти Христа как о выкупе диаволу и отрицание им физического воскресения были осуждены как ересь.

36    Проводимая Кириллом Александрийским борьба с еретиками и иудеями отличалась крайней непримиримостью и жестокостью. Вплоть до 1881 г. над ним тяготело обвинение в подстрекательстве толпы фанатиков убить Гипатию — знаменитую женщину — математика и философа.

37   Эсхатология (от греч. «эсхатон» — конец во времени и пространстве, предел, конечная цель; «логос» — учение) —религиозное учение о конце света, смысле и завершении земной истории, конечных судьбах человека и человечества.

38    Шанкара и Рамануджа развивали Веданту в монистическом направлении и признавали брахман как высшую и единственную абсолютную реальность. Однако Рамануджа в отличие от Шанка-

360

ры полагал, что брахман охватывает и лишенную сознания материю, и обладающие сознанием индивидуальные души, причем то и другое реально, как часть брахмана, им управляемая, как его тело, но не тождественно ему.

39   В беловом автографе ошибочно: католического, хотя в черновом автографе и в машинописи: православного.

40   Экзегеза — от греч. «толкование» (текстов).

41    См.: Иоан. 8:32.

42   Янсенистпы — сторонники неортодоксального течения во французском и нидерландском католицизме, являющегося одним из проявлений индивидуалистического мистицизма, основанного на учении нидерландского теолога К. Янсенса. Последний в 1640 г. в книге об Августине Блаженном резко противопоставил истинно верующим массу формально приемлющих христианское учение, полагая, что Христос пролил кровь не за всех людей.

43   Сиантпизм (от франц. stance— наука) = сциентизм — возникшая в конце XIX в. концепция, основанная на представлении о научном, и прежде всего естественно-научном, знании как наивысшей культурной ценности и достаточном условии ориентации человека в мире.

44   Левиафан — библейское огромное морское чудовище; в переносном смысле — нечто чудовищно-огромное.

45   Ср.: Матфея 27 : 46; Марка 15 : 34.

45а Телеология (от греч. «телеос» — достигший цели, «логос» — учение, понятие) — учение, согласно которому все в природе устроено целесообразно и всякое развитие является осуществлением заранее предустановленных целей.

46   «SeinundZeit» (нем. — «Бытие и Время») — сочинение М. Хай-деггера(1927).

47   Ungrund(нем.) — бездна, безначальность, безосновность — символ-понятие, примененный к Богу Я. Бёме.

48   «L'etre et le neant.  Essai d'ontologie phdnomenologique» (франц. — «Бытие и Ничто: Опыт феноменологической онтологии») — трактат Ж.-П. Сартра (1943).

49   Византийский император Юстиниан был одержим идеей создании мировой христианской империи в границах бывших рим-

 

361

ских владений. При его появлении были вновь завоеваны Балканы, Африка (Тунис), Италия, Армения. Подчинив себе церковных иерархов, Юстиниан добился обожествления императорской власти, занимался разработкой богословских вопросов, беспощадно боролся против малейших отступлений от церковных догматов (так, в 543 г. специальным эдиктом объявил ересью учение Оригена о всеобщем спасении).

50 См.: Бердяев Н. А. Смысл творчества. Опыт оправдания человека. М.: Г. А. Леман и С. И. Сахаров, 1916 (написана в 1912— 1914 гг.).

51    Вместо зачеркнутого: жалость.

52   Ж. Кальвину принадлежит так называемое «учение об абсолютном предопределении», согласно которому Бог еще до сотворения мира предопределил одних людей к спасению, а других — к гибели, и человек не в силах изменить этого предопределения.

53   Reductioadabsurdum(лат.) — сведение к нелепости.

54   Халкидонский догмат — принят в 451 г. на IV Вселенском Соборе и определяет отношения между двумя естествами Иисуса Христа. Догмат провозгласил, что Христос — «совершенство в Божестве и совершенство в человечестве, истинно Бог и истинно человек», «в двух природах неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно познаваемый». Эти два естества гармонично сочетаются в одной ипостаси, в одной сущности вследствие Боговоплощения. Входит в Символ Веры.

55    Профетическая (от греч. «профитис» — пророк, предсказатель) — пророческая.

56    Система догматического богословия С. Н. Булгакова изложена в его трехтомном сочинении «Агнец Божий» (Т. 1: Богочеловечест-во; Т. 2: Утешитель; Т. 3: Невеста Агнца. Париж: ИМКА-Пресс, 1933—1945).

57   Манихейство — религиозно-философское учение, возникшее в III в. на Ближнем Востоке и в Персии и распространившееся от западных и южных римских границ до Китая. Считалось то христианской ересью, то самостоятельной религией. Его основатель, перс Сураик, принявший имя Мани, считал своими предтечами Зороа-стра, Будду и Христа. Некоторое время взгляды манихеев разделял Августин Блаженный, который впоследствии стал одним из

362

непримиримых их врагов. Согласно учению Мани именно он является носителем целостной, абсолютной, ничем не затемненной и совершенной Истины, в отличие от ранее являвшихся пророков, которые открывали людям лишь часть Истины.

Далее примечания под соответствующими статьями.

 

УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН*

 

Август Октавиан (63 до Р. X. — 14 по Р. X.), римский император с 27 до Р. X. 280, 281,290

 

Августин Блаженный Аврелий (354—430), главный представитель западной патристики, учитель Церкви 11, 116, 121, 123, 130, 135, 356, 360, 361

 

Адам 120, 143, 149

 

Адамов Артур (1908—1970), французский драматург русско-армянского происхождения 192, 364

 

Аксаков Константин Сергеевич (1817—1860), публицист, историк, лингвист, один из идеологов славянофильства 286, 368

 

Аксельрод Павел (Пинхус) Борисович (1850—1928), революционер, один из лидеров социал-демократов (меньшевиков), деятель II Интернационала 250

 

Александр Македонский (356—323 до Р. X.) 178

 

Александр Ярославич Невский(1220—1263)263

 

Александр // (1818—1881) 250

 

Амвросий Медиоланский (ок. 340—397), представитель западной патристики, учитель Церкви 226, 356

 

Ансельм Кентерберийский (1033—1109), представитель ранней схоластики августиновского направления, учитель Церкви 116,

 

356

 

Аристотель (384—322 до Р. X.) 11, 59, 60, 198 Аттила (ум. 453), гуннский вождь, жестокий завоеватель, основатель державы гуннов в Центральной Европе 175, 178

 

*   В указатель.включены имена лиц, упоминаемых Н. А. Бердя-374

 

Николай Бердяев

 

Ахматова (Горенко) Анна Андреевна (1889—1966) 287, 293, 368

 

Баадер Франц Ксавер фон (1765—1841), немецкий религиозный

 

философ-мистик, врач 37, 244, 370

 

Бакунин Михаил Александрович (1814—1876) 94, 250, 252 Бальзак Оноре де (1799—1850) 245 Барт Карл (1886—1968), швейцарский протестантский теолог, один

 

из основателей диалектической теологии 47, 51, 61—64 Батойль (Батей) Жорж (1897—1962), французский писатель 191 Белинский Виссарион Григорьевич (1811 — 1848) 84, 239, 286, 366 Бёме (Ьёмэ) Якоб (1575—1624), немецкий философ-мистик, пантеист 25, 108-110, 154, 302, 309, 330, 360                       •* Бергсон Анри (1859—1941), французский философ 276 Блан Луи (1811 —1882), французский утопический социалист 270 Бланто (Бланшот) Морис (род. 1907), французский писатель 191 Блок Александр Александрович (1880—1921) 283, 292, 314 Блуа Леон (Маршнуар Мари Жозеф Казн; 1846—1917), французский писатель и критик 205

 

Боссюет (Боссюэ) Жак Бенинь (1627—1704), епископ, французский писатель, находившийся под сильным влиянием идей Блаженного Августина 57, 141

 

Боткин Василий Петрович (1811 —1869), писатель, критик 239,366 Бремон Анри (.1865—1933), аббат, французский историк, критик

 

185

 

Бройль Луи де (1892—1987), французский физик, один из создателей квантовой механики, .автор идеи о волновых свойствах материи 321 Булгаков Сергей Николаевич (1671 — 1944) 60, 61, 63-65, 70, 120,

 

131, 132, 143, 147, 344,361 Бухарев Александр Матвеевич (в монашестве Феодор; 1824—1871),

 

архимандрит, богослов, публицист 371

 

Бюхнер Людвиг (1824—1899), немецкий философ, представитель вульгарного материализма, врач, естествоиспытатель 281

 

Вагнер Рихард (1813—1883), немецкий композитор, дирижер, реформатор оперного искусства 283, 365

 

Валентин (ум. 160), древнеримский философ-гностик, родом из Египта 49

 

375

 

Василид(II в.), древнеримский философ-гностик, родом из Сирии 49 Василий Великий Кесарийский (ок. 330—379), философ-платоник,

 

представитель восточной патристики, учитель Церкви, брат

 

Григория Нисского 226, 356 Вергилий Марон Публий (70—19 до Р. X.), древнеримский поэт

 

280, 281, 290

 

Виндельбанд Вильгельм (1848—1915), немецкий философ, глава Баденской школы неокантиантства 24, 357, 358

 

Вольтер (Мари Франсуа Аруэ; 1694—1778), французский писатель, философ-просветитель 98

 

Ганди Мохандас Карамчанд Махатма (1869—1948), лидер национально-освободительного движения Индии, автор социально-политического учения о достижении независимости мирным путем 173

 

Гарнак Адольф фон (1851 —1930), немецкий лютеранский теолог,

 

историк христианства 246, 366

 

Гартман Николай (1882—1950), немецкий философ, основоположник критической онтологии 105, 106, 168, 305, 322, 323 Гегель Георг Вильгельм Фридрих (1770—1831) 15, 31, 77- 79, 83, 84, 88, 100-102, ПО, 170-172, 190, 239, 254, 258, 272, 303, 306, 344

 

Гейдеггер см. Хайдеггер Мартин

 

Гельвеции Клод Адриан (1715—1771), французский философ 98 Гераклит Эфесский (кон. VI — нач. V вв. до Р. X.) 68 Герцен Александр Иванович (1812—1870) 239, 240, 247, 248, 311 Гете Иоганн Вольфганг фон (1749—1832) 104, 284 Гитлер (Шикльгрубер) Адольф (1889—1945) 175-179, 363 ГогольНиколай Васильевич (1809—1852) 314 Гольбах Поль Анри (1723—1789), французский философ 98 Горький Максим (Пешков Алексей Максимович; 1868—1936) 246 Григорий IВеликий Двоеслов (ок. 540—604), представитель западной патристики,учитель Церкви 128, 356

 

Григорий Нисский (ок. 335 — ок. 394), философ-платоник, представитель восточной патристики, учитель Церкви, брат Василия Великого 57, 61, 116, 119, 130, 135, 358

 

Гуссерль Эдмунд (1859—1938), немецкий философ, основатель феноменологии 15, 18, 109, 299376

 

Николай Бердяев

 

Данилевский Николай Яковлевич (1822—1885), публицист, социолог, идеолог панславизма 311 Данте Алигьери (1265—1321) 138, 280, 281 Декарт Рене (1596—1650) 8, 298 Диккенс Чарлз (1812—1870)245 Дилыпэй Вильгельм (1833—1911). немецкий историк культуры,

 

философ, основатель философской герменевтики 27 Достоевский Федор Михайлович (1821—1881) 11, 36, 69, 79, 84, 99,

 

104, 105, 137, 155, 177, 178, 184, 189, 190, 207, 240-242, 244,

 

245, 248, 252, 258, 270, 284, 292, 301, 309, 311, 314, 316, 320,

 

338, 344

 

Дюркгейм Эмиль (1858—1917), французский социолог-позитивист, основатель французской социологической школы 103

 

Желябов Андрей Иванович (1851 —1881), революционер-народоволец, один из организаторов покушений на императора Александра II250

 

Жид Андре (1869—1951), французский писатель 321

 

Засулич Вера Ивановна (1849—1919), революционерка, террористка

 

-    250

 

Зигфрид Андре (1875—1959), французский социолог, экономист 235 Зощенко Михаил Михайлович (1894—1958) 287, 293, 368

 

Иванов Вячеслав Иванович (1866—1949) 283

 

Иисус Христос 6, 21, 45, 46, 54, 71, 79, 91, 97-99, 104, 113, 120, 122,

 

132, 133, 155, 163, 165, 168, 169, 172, 174, 255, 317, 331, 339,

 

357, 359-361, 365

 

Иоанн Богослов, апостол и евангелист 116, 119, 357, 360, 365 Иоанн (Иван) IV Васильевич Грозный (1530—1584), великий князь

 

Московский с 1533. первый русский царь с 1547 312 Иоанн Златоуст (ок. 350—407), епископ Константинопольский с 398,

 

представитель восточной патристики, учитель Церкви 226,

 

348, 356

 

Иов, праведник 136 Иуда Искариот 138

 

Каиафа Иосиф, первосвященник Иудейский 208, 365

 

Указатель имен

 

377

 

Каин 81, 138

 

Кальвин Жан (1509—1564), деятель Реформации, основоположник

 

кальвинизма 73, 116, 122, 123. 130, 360, 369

 

Камю Альбер (1913—1960), французский писатель, философ, близкий экзистенциализму 191 Кант Иммануил (1724—1804) 5, 10, 14-16, 62, 69, 76, 83, 88, 105,

 

109, 135, 170-172, 199, 200, 299, 322, 330. 358 Карлейль (Карлайл) Томас (1795—1881), английский философ,

 

писатель, историк 13, 224, 357 Кирилл (ум. 444), архиепископ Александрийский, представитель

 

восточной патристики, учитель Церкви 57, 359 Кирхегард см. Кьёркегор Серен Клагес Людвиг (1870—1956), немецкий психолог, философ-ирра-

 

ционалист, представитель философии жизни 162 Климент Александрийский, Тит Флавий (ум. до 215), христианский теолог, писатель, глава Александрийской богословской школы 48, 358, 359

 

Ключевский Василий Осипович (1841 —1911). историк 266 Конт Огюст(1798—1857), французский философ-позитивист 103 Кропоткин Петр Алексеевич, князь (1842—1921), революционер,

 

теоретик анархизма 252

 

Ксенофан Колофонский (ок. 570 — после 478 до Р. X.). древнегреческий философ, поэт 49

 

/0/ш/зо# (Голенищев-Кутузов) Михаил Илларионович (1745—1813) 263

 

Кьёркегор Серен (1813—1855), датский философ-иррационалист, теолог, писатель 9, 11, 36, 46, 62, 84, 104, 107, 190, 191, 207, 240, 296, 299, 309, 319-321, 350, 352

 

Лавров Петр Лаврович (1823—1960), философ, социолог, один из идеологов народничества 240, 314

 

Лейбниц Готфрид Вильгельм (1646—1716), немецкий философ-идеалист, математик, физик 283

 

Ленин (Ульянов) Владимир Ильич (1870—1924) 31, 195, 196, 207, 250,291

 

Леонардо да Винчи (1452—1519) 278

 

Леонтьев Константин Николаевич (1831 —1891), писатель, публицист, поздний славянофил 247, 311378

 

Николай Бердяев

 

Лермонтов Михаил Юрьевич (1814—1841) 314

 

Лже-Дмитрий(Лжедимитрий) /(ум. 1606), русский царь-самозванец с 1605, предположительно— Григорий Отрепьев 254

 

Людовик IXСвятой (1214—1270), король Франции из династии Капетингов с 1226, возглавил 5-й и 6-й крестовые походы в Северную Африку, канонизирован в 1297 г. 169

 

Лютер Мартин (1483—1546), немецкий мыслитель, деятель Реформации, основатель лютеранства 73, 106, 113, 172

 

Марат Жан Поль (1743—1793), деятель Великой французской революции, один из вождей якобинцев 259

 

Маркион (ок. 85—ок. 160), христианский еретик-гностик, основатель одной из гностических сект — маркионитства 62,99, 117, 246, 366

 

Маркс Карл (1818—1883) 13, 30, 31, 33-35, 79, 100, 101, 103, 172, 178, 187-190, 200-202, 207, 223, 227, 253, 254, 260, 271, 273, 281,291,305,306,311,319,324

 

Мёллер Адам, см. Мюллер Адам Хайнрих

 

Местр Жозеф Мари де, граф (1753—1821), французский религиозный философ, публицист, политический деятель 36

 

Микеланджело Буонарроти (1475—1564) 278

 

Михайловский Николай Константинович (1842—1904), социолог, публицист, социалист-народник 240, 248

 

Моисей, пророк 6, 45, 331

 

Молешотт Якоб (1822—1893), немецкий физиолог, философ, представитель вульгарного материализма 281

 

Монтень Мишель де (1538-1592), французский философ-гуманист 198

 

Мор Томас (1478—1535), английский гуманист, государственный деятель, писатель, один из основоположников утопического социализма 185

 

Мюллер Адам Хайнрих (1779—1829), немецкий философ, теолог 243

 

Наполеон /(Наполеон Бонапарт; 1769—1821) 179

 

Несмелое Виктор Иванович (1863—1920), религиозный писатель,

 

профессор Казанской духовной академии 120 Нечаев Виктор Иванович (1847—1882), организатор тайного общества «Народная расправа» 250

 

Указатель имен

 

379

 

Николай I(1796— 1865) 286

 

Ницше Фридрих (1844—1900) 11, 22, 33-35, 43, 74, 75, 79, 92, 93, 103-105, 108, 154, 167, 172, 178, 184, 185, 189-192, 194, 202, 203, 207, 319, 320, 322, 344, 355, 358, 363, 365

 

Ориген (ок.  185—253/254), христианский теолог, представитель

 

ранней патристики 48, 57, 61, 116, 119, 135, 358, 359, 361 OmmoРудольф (I860—1937), немецкий философ, теолог 49

 

Павел, апостол 45, 119, 122, 145, 333, 337

 

Парменид из Элей (род. ок. 515 или ок. 544 до Р. X.), древнегреческий философ 9, 70, 299, 322, 356 Паскаль Блез (1623—1662), французский религиозный философ,

 

ученый 11, 107, 243, 296, 298. 301, 309 Петр, апостол 116

 

Петр IВеликий (1672—1725), русский царь с 1682, первый российский император с 1721 257, 263, 286 Петр III(1728—1762), российский император с 1761, немецкий

 

принц Карл Петр Ульрих 254 Петрашевский (Буташевич-Петрашевский) Михаил Васильевич

 

(1821 —1866), революционер, утопический социалист 248 Лико делла Мирандола Джованни (1463—1494), итальянский мыслитель, гуманист 185

 

Писарев Дмитрий Иванович (1840—1868), публицист, литературный критик, революционный демократ, утопичсекий социалист 287, 368

 

Планк Макс (1858—1947), немецкий физик, один из основоположников квантовой теории 320 Платон (427—347 до Р. X.) 63, 198, 322, 344

 

Плеханов Георгий Валентинович (1856—1918), философ, основатель марксистской группы «Освобождение труда» 250 Плотин (ок. 204/205—269/270), греческий философ, основатель

 

неоплатонизма 176

 

Покровский Михаил Николаевич (1868—1932), историк, академик АН СССР с 1929, руководитель Коммунистической академии, Института красной профессуры 263

 

Полен Реймон (род. 1910), французский философ, профессор Сорбонны, член Академии нравственных и политических наук 24, 75, 277, 357

 

 

 

 

380

 

Николай Бердяев

 

Указатель имен

 

381

 

Понтпий Пилат, римский наместник Иудеи в 26—36 гг. 21 Потемкин Владимир Петрович (1874—1946), нарком просвещения

 

РСФСР с 1940 247

 

Прудон Пьер Жозеф (1809—1865), французский социалист, теоретик анархизма 240, 248

 

Пруст Марсель (1871 —1922), французский писатель 321 Пугачев Емельян Иванович (1740 или 1742—1775)254 Пушкин Александр Сергеевич (1799—1837) 242, 258, 263, 282, 292

 

Радищев Александр Николаевич (1749—1802)248

 

Рамануджа (род. ок. 1017), индийский религиозный мыслитель, основатель и крупнейший представитель вишишта-адвайты — разновидности Веданты 59, 359

 

Раушнинг Герман (1887—1982), немецкий политический деятель, член национал-социалистической партии с 1926, президент сената Вольного города Данциг в 1933—1934, публицист, с 1948 фермер США 175, 176, 363

 

Рескин (Раскин) Джон (1819—1900), английский писатель, теоретик искусства, призывавший к возрождению «творческого» средневекового ремесла 224

 

Риккерт Генрих (1863—1936), немецкий философ 24, 357

 

Руссо Жан Жак (1712—1778) 79, 150, 152, 172

 

Сартр Жан-Поль (1905—1980) 8-11, 13, 36, 107-110, 191, 192, 230, 277, 296-309, 321-323, 360, 369, 370

 

Сен-Симон Клод Анри де Рувруа, граф (1760—1825), французский мыслитель, утопический социалист 248

 

Сергий (Страгородский Иван Николаевич; 1867—1944), епископ Ямбургский, позже — Финляндский, ректор С.-Петербургской духовной академии, богослов, патриарх Московский и всея Руси с 1943 316

 

Сократ (ок. 470—399 до Р. X.) 168

 

Соловьев Владимир Сергеевич (1853—1900) 120, 143, 185,210,244, 255, 312, 316, 317, 357, 366

 

Сорель Жорж (1847—1922), французский философ, теоретик анархо-синдикализма 154

 

Софокл (ок. 496—406 до Р. X.), древнегреческий поэт-драматург 208

 

I

 

Спиноза Бенедикт (Барух; 1682—1677), нидерландский философ-пантеист 65, 198

 

Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (1879—1953) 177, 178, 181

 

Стендаль (Анри Мари Бейль; 1783—1842)245

 

Суворов Александр Васильевич (1730—1800) 263

 

Тамерлан (Тимур; 1336—1405), эмир Мавераннахра с 1370, полководец 178

 

Ткачев Петр Никитич (1844—1885), один из идеологов народничества, публицист 250

 

Токвиль Алексис (1805—1859), французский историк, социолог, политический деятель 263

 

Толстой Лев Николаевич, граф (1828—1910) 83, 150, 173, 174 244 245, 247, 248, 252, 263, 282, 284, 291, 292, 314

 

Тургенев Иван Сергеевич (1818—1863) 245

 

Тэн Ипполит (1828—1893), французский философ-детерминист, историк, родоначальник культурно-исторической школы, литературовед 278

 

Федоров Николай Федорович (1828—1903) 138, 312, 314, 316

 

Фейербах Людвиг (1804—1872) 13,54, 100, 101, 102, 172, 188,254 306

 

Фенелон Франсуа (1651 — 1715), архиепископ, французский писатель 57, 141

 

Фихте Иоганн Готлиб (1762—1814) 170, 172

 

Флобер Гюста в (1821 — 1880) 245

 

Фома Аквинский(Аквинат; 1225 или 1226—1274), философ, теолог, член ордена доминиканцев 18, 33, 60, 116, 130, 356, 369

 

Франциск Ассизский (1181 или 1182—1226), итальянский проповедник, основатель ордена францисканцев 172

 

Фрейд Зигмунд (1856—1939) 36, 297, 301, 302, 321

 

Фурье Шарль (1772—1837), французский утопический социалист 153, 250

 

Хайдеггер Мартин (1889—1976), немецкий философ, один из основоположников экзистенциализма 8-11, 13, 36, 107-110 191 192, 296-300, 302, 304, 305, 309, 322, 350, 358, 360, 370382

 

Николай Бердяев

 

Хомяков Алексей Степанович (1804—1860), религиозный философ, писатель, один из основоположников славянофильства 24, 38, 59, 185, 234, 237, 238, 244, 252, 316, 337, 344. 357

 

Цезарь Гай Юлий (102 или 100—44 до Р. X.). римский диктатор с 49, полководец 178

 

Чаадаев Петр Яковлевич (1794—1856) 311, 316

 

Чернышевский Николай Гаврилович (1828—1889) 178, 287

 

Чехов Антон Павлович (1860—1904) 245

 

Чингисхан (Тэмуджин, Темучин; ок. 1155—1227), основатель и великий хан Монгольской империи с 1206, организатор завоевательных походов против народов Азии и Восточной Европы 178

 

Шанкара (кон. VIII—IX вв.), индийский мыслитель, создатель ад-вайта-веданты, религиозный реформатор, мистик, поэт 59,

 

359

 

Шеллинг Фридрих Вильгельм (1775—1854)63

 

Шестов Лев (Шварцман Лев Исаакович; 1866—1938) 64, 65, 191, "-          240, 309

 

Шиллер Иоганн Фридрих (1759—1805) 190

 

Шлейермахер Фридрих (1768—1834), немецкий протестантский теолог, философ 55

 

Шопенгауэр Артур (1788—1860) 62, 83, 108

 

Штирнер Макс (1806—1856), немецкий философ, теоретик анархизма 172

 

Шпенглер Освальд (1880—1936), немецкий философ, историк 151

 

Щедрин Н. (Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович; 1826—1889) 287, 368

 

Эдингтон (Эддингтон) Артур Стенли (1882—1944), английский астрофизик   96, 321

 

Эйнштейн Альберт (1879—1955) 320

 

Экхард Иоганн, Мейстер Экхард (ок. 1260— кон. 1327 или нач. 1328), немецкий мыслитель, мистик, член ордена доминиканцев 50, 358

 

Указатель имен

 

383

 

Энгельс Фридрих (1820— 1895) 324

 

Эразм Роттердамский, Дезидерий (Герхард Герхардс; 1469—1536),

 

теолог, ученый-гуманист 185, 192, 193                   *

 

Эсхил (ок. 525—456 до Р. X.), древнегреческий поэт-драматург, «отец

 

трагедии» 280, 290

 

Юстиниан I(482 или 483—565), византийский император с 527 117,359,360                                                                     ::

 

Ясперс Карл (1883—1969), немецкий философ-экзистенциалист, психиатр 9-11, 67, 68, 71, 72, 107, 191, 298-300, 322, 370

 

BeauvoirSimon (1е(Бовуар Симона де; 1908—1986), французская писательница, жена Ж.-П. Сартра 300, 304, 308, 370

 

BlumhardtChristoph Friedrich (Блюмхардт Христоф Фридрих; 1842—1919), немецкий протестантский теолог 371

 

Boukharevсм. Бухарев Александр Матвеевич

 

FriedmannGeorges Philipp (Фридман Жорж Филипп; 1902—1977), французский социолог 187, 364

 

JaspersKarl см. Ясперс Карл

 

MillerHenri (Миллер Генри; 1891 —1980), американский писатель 371, 372

 

NavillPierre (Навиль Пьер; род. 1903 или 1904), французский философ, слен ФКП с 1925, один из основателей IV Интернационала 298

 

Polin Raymond см. ПоленРеймон Rauschning Hermann см. РаушнингГерман

 

Waelhens Alphonse de (Веленс Альфонс де; 1911 —1981), французский философ, преподаватель Школы св. Фомы Аквинского, представитель феноменологии 298, 370

 

 

 

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова