Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Николай Бердяев

СОЦИАЛЬНЫЙ   ПЕРЕВОРОТ И ДУХОВНОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ

Первая публ.: Социальный переворот и духовное пробуждение. - В кн.: Русский сборник. Кн. I. Париж: Подорожник, 1946. С. 187-194.   (Клепинина, №67)
Воспроизводится по изд.: Истина и откровение. СПб.: Изд-во Русского Христианского гуманитарного института, 1996.

 

 

Еще, может быть, не настало время исследовать причины мировой войны, закончившейся потрясающим открытием атомной бомбы. Причин будет найдено много — экономических, политических, .национальных, идеологических, и верны будут указания на эти частичные причины. Но нужно задуматься не .над причинами войны, а над ее смыслом, и своевременно уже это делать. Эта страшная война и ее окончание, окончание желанное, есть важная дата во всемирной истории. Война кончилась, но нет настоящей радости, нет даже по-настоящему чувства, что она кончилась. Мы ловим себя иногда на бессознательном чувстве ожидания сирен и бомбардировок. Как объяснить это? Война все-таки прежде всего объясняется духовным состоянием мира, она была симптомом разложения целой цивилизации. Но и после окончания войны духовное состояние нашего мира остается ужасным, в нем продолжается внутренняя война, ненависть терзает наше больное общество и люди по-прежнему, как до катастрофы войны, ждут

220//221

новых катастроф. Гроза не очистила воздуха, он остается удушливым. Нельзя сказать: «и на земле мир, и в человецех благоволение» 1. Да и когда можно было это сказать? Война почти нормальное состояние жизни в этом мире. Человеческое общество и цивилизация все еще покоятся на старых началах. И если советская Россия основывает себя на новых началах, то это можно сказать исключительно о ее социальном строе, а не о ее духовном строе. Есть разные степени вины, но в более глубоком смысле все за всех ответственны, каждый человек должен на себя взять часть ответственности за войну, как и за революцию. Характерной чертой современной цивилизации давно уже является выброшенность человеческой жизни вовне, все большее и большее отдаление от духовного центра жизни. В быстротечном движении времени человек теряет себя и в активности, которая от него требуется, он внутренне делается пассивным, он определяется механическими реальностями, вне его находящимися. Возрастающая роль машины и техники в человеческой жизни была самой большой революцией в человеческой истории. Последствия этого процесса неисчислимы. Жизнь все более и более механизируется и рационализируется. Техническому могуществу человека совсем не соответствует его моральный и духовный рост. Рационализация оказывается на услужении иррациональных сил. Особенно современная война оказывается рационализацией на службе у иррационального и даже безумного. Машина есть создание человеческого духа, но человеческий дух не овладел своим созданием, он ему подчинился. Человек внутренне не приспособлен к созданным услови-

221//222

ям жизни, он находится в дисгармоническом состоянии. Люди и народы не столько одержимы империалистической волей к могуществу, порождающей войны, сколько находятся во власти этой воли как силы, вне их находящейся. Внутренняя цельность человека теряется, но его тем более принуждают к внешне организованной цельности. Наиболее роковым является ослабление внутренней жизни, угнетенность и распадение эмоциональной стороны человека при изощренности в разных формах труда. Это процессы, которые я давно уже определил как дегуманизацию *. Люди сцепляются друг с другом при нарастающей вражде внутренней. Усовершенствование способов сообщения людей, народов и стран, универсализация человеческой жизни, когда ничто уже не может быть изолировано и локализировано, радио, кинематограф, газеты, авионы2, усовершенствованные способы пропаганды, все, что приобщает людей к мировой жизни, привело к кровавому раздору войны. Человек окончательно овладел земным шаром, нет больше свободных пространств. Внешней универсализации, объединению человечества соответствует нарастающий внутренний раздор. Мир более, чем когда-либо, находится в состоянии анархии. Мир не знает никакого духовного единства и склонен отрицать общечеловеческую мораль. К единству хотят прийти через усиление раздора. Капиталистическая система, которая все еще господствует в мире, есть раздор и война

* См. мою книгу «Destin de I'homme dans le monde actuel». Stock и по-русски «Судьба человека в современном мире» YMCA-Press. Есть также перевод английский, немецкий и испанский.

222//223

людей и народов. Человек для человека, народ для народа — волк.

Индустриализация, все более рационализированная, есть фатум не только Европы, но и всего земного шара. Рост народонаселения, рост потребностей толкают в этом направлении. Не Маркс выдумал господство экономики в человеческой жизни, как не он выдумал борьбу классов. Он увидел действительность капиталистических обществ XIX века. Ошибка его была лишь в том, что он слишком обобщил это господство экономики и классовой борьбы в известную эпоху, придал этому универсальное значение. Господство экономики оказалось фатумом человеческих обществ, но это в принципе фатум преодолимый. Проблема экономики, пробема «хлеба» должна быть решена, без этого нельзя идти вперед и ввысь. Это требует сосредоточенности над материальной стороной жизни, над ее организацией. И на эту работу, очень важную, но связанную со средствами, а не целями человеческой жизни, идут огромные духовные силы человека, человеческий героизм и жертвенность. Внутренняя же жизнь человека опустошается. Между тем как власть машины и техники требует от человека большей силы духа, чем прежняя, более органически-растительная жизнь. Человеку даются в руки такие страшные орудия истребления, что будущее человечества зависит более, чем когда-либо, от духовного и нравственного состояния людей и обществ. В этом основное противоречие современного мира и опасность его положения. Совершенно невозможен возврат к доиндустриальному, дотехнико-машинному периоду человеческой истории. Такие медиавалисты3,

223//224

 

как Карлейль и Рескин, смотрели назад, а не вперед, хотя в их критике было много верного. Но идти можно и должно лишь вперед. Человеческие общества зашли слишком далеко на этом пути. Индия, страна очень большой духовности и углубленности, должна будет пройти через процесс, пройденный западной цивилизацией, в которой духовность ослабела. Это необходимо для победы над народной нищетой. И весь вопрос в том, сохранит ли при этом Индия свою духовность. Россия, Св. Русь, которую славянофилы противополагали рационализму и материализму Запада, проходит через острую индустриализацию, через усвоение высокой техники, через развитие материалистической цивилизации в очень напряженных темпах. По видимости Россия материализируется, т. е. происходит процесс, обратный тому, которого хотели русские мыслители и писатели XIX века, веровавшие в великую русскую миссию. Но процесс сложнее, чем могут думать. Прежде всего этот процесс, в отличие от Запада, происходит под знаком социализма, что соответствует старой русской идее социальной правды. Кроме того, нужно верить, что в России есть подземное, глубинное духовное течение. И во всяком случае роль православной Церкви очень возросла, религиозные верования русского народа оказались сильными.

Нужно быть слепым, чтобы не видеть, что миру предстоит радикальное социальное переустройство. Это может происходить разными путями. Должно желать, чтобы социальная революция в мире происходила наименее насильническим и кровавым путем. Это будет зависеть от степени сопротивления сил, гос-

224//225

подствовавших доныне в мире. Но еще более будет зависеть от той роли, которую будут играть положительные духовные силы мира. Борьба христианских церквей и христианских группировок против идущего на мир социализма или коммунизма есть самое плохое, что может произойти. Нужен не страх коммунизма и не антикоммунистический фронт, который неотвратимо превращается во фронт фашистский, а христианизация и спиритуализация коммунизма, при признании в нем положительной социальной правды. Необходимо защищать высшие духовные ценности, которые со всех сторон утесняются и отрицаются. Но есть ложная защита духовных ценностей, которая лишь усиливает материализм. Духовными ценностями слишком часто прикрывались для дурных целей, для защиты несправедливого социального строя. Получалось ложное впечатление, что духовная ценность есть социальное достояние буржуазных классов, ими и для них созданное. Это постоянно утверждается и охранителями буржуазного строя и марксистами-коммунистами. Но подлинные духовные ценности, особенно ценности религиозные, находятся вне классов и вне социальных строев, и они менее всего созданы в буржуазно-капиталистический период истории. Можно удивляться тому упорству, с которым католики — bien-pensants4 — готовы кричать, что национализация трестов противоречит католической вере, и защищать буржуазные формы собственности, как неразрывно связанные с католичеством. Это и готовит во Франции самые насильственные формы социальной революции. В этом отношении в Англии гораздо более здоровое положение. Современным католикам, осо-

225//226

бенно правым католикам, но также протестантам, следует напомнить, как учили о частной собственности учители Церкви, особенно восточные — св. Иоанн Златоуст и св. Василий Великий. Коммюнотарность собственности св. Василий Великий считал естественным состоянием всех сотворенных Богом существ. «Снимите крыши, — говорит он, — разрушьте стены, покажите на солнечный свет хлеб, который вы заставляете гнить». Собственника он считал лишь управителем. Он идет так далеко, что называет бандитами тех, кто не разделяет своего имущества с бедными. Хлеб принадлежит тому, кто голоден, одежда тому, кто наг. Св. Амвросий Медиоланский говорит, что природа создала общее право и лишь узурпация создала частное право. «Это не ваше имущество вы щедро раздаете бедным, это часть его собственного вы ему возвращаете». Земля принадлежит всем. Особенно интересен св. Иоанн Златоуст. Он говорит: «Частная собственность всегда имеет свое происхождение в каком-либо преступлении или несправедливости». Бог не сделал одних бедными, а других богатыми. Несправедливость может исчезнуть только по переходе имущества в общее владение. Св. Иоанн Златоуст думал, что лишь интегральный коммунизм есть единственный экономический режим, согласный с волей Божьей. Люди должны сообща пользоваться всеми благами земными. Эти учители Церкви были коммунистами своего времени. Св. Иоанн Златоуст, Константинопольский Патриарх, считал себя представителем пролетариата Константинополя. Коммунизм по идее своей христианского происхождения, и в прошлом он был обычно религиозно окрашен. И

226//227

нужно потерять совесть, чтобы считать более соответствующим христианству капитализм. Мир идет к социализму в той или иной форме. В советской России, согласно конституции 36-го года, сейчас строй не столько коммунистический, сколько социалистический. Весь вопрос в том, чтобы переход к новому социальному строю произошел не при ослаблении духовности, а при ее усилении и напряжении. Умаление духовности уже давно происходит. Но возрастание духовности будет также возрастанием человечности, что особенно важно при социальном перевороте. Социализм и коммунизм, связанный с марксизмом, находятся в слишком большой отрицательной зависимости от капиталистической промышленности, от ее противоречий и от порожденного ею зла. Это приводило к тому диалектическому выводу, что зло создает добро, что свет происходит от тьмы. У Маркса была эта идея. Но капиталистическая промышленность есть временное и преходящее явление исторического процесса, которому было придано слишком универсальное, всеобщее значение. Дух представился эпифеноменом или надстройкой известной эпохи. Новый человек при этом будет продуктом фабричного производства, которое формирует и человеческие души. Он поднимется из самых недр хозяйственного строя, который признается злым и несправедливым. Таким образом отрицаются положительные духовные источники возрождения человека к новой жизни, созданья лучшего человеческого общества. В нашем исстрадавшемся и изолгавшемся мире необходима не только социальная революция, но и революция духовная. Вопрос стоит не только об обществе, но и о человеке. И вопрос о чело-

227//228

веке глубже вопроса об обществе. Впрочем, оба вопроса неразрывно связаны. Из плохого, гнилого человеческого материала нельзя построить хорошего общества, как нельзя построить хорошего дома из распадающегося камня и гнилого дерева. Между тем как человек в нашем мире находится в очень плохом состоянии. Он потерял себя, оторвался от собственного центра, утерял смысл своей жизни, он внутренне разорван и с необыкновенной легкостью поддается массовому внушению, гипнозу. Пример нацизма в Германии в этом отношении потрясающий. Человек с большей легкостью сбрасывает с себя покровы цивилизации. Никогда еще пропаганда не играла такой роли в истории, как в наше время, никогда еще не было такого нового могущественного фактора, как пресса. Современный человек определяет свои мнения и свои действия в состоянии выброшенности вовне. Если русский народ в советский период обнаружил огромную способность к жертве и героизму, как это мы видим в революции и войне, то только потому, что он еще живет духовным капиталом, приобретенным тысячелетним его христианским воспитанием. Это остается и после отпадения от христианской веры. Христианства не может заменить пафос коллективного экономического строительства. Патриотический же пафос во время войны в час смертельной опасности для России, имел тоже более древние духовные источники. Народы же Запада, особенно французский, наиболее культурно рафинированный народ, очень ослаблены пережитой буржуазной эпохой, очень материалистической, связанной с жаждой наслаждения жизнью. Буржуазные классы находятся в состоянии

228//229

разложения и морального упадка, трудовые же, угнетенные классы слишком проникнуты желанием стать похожими на буржуа и так же, как и они, воспользоваться жизнью. Исключение составляют сравнительно небольшие круги. Это очень остро ставит вопрос о том, какую роль может играть христианство в переживаемом кризисе, вернее, катастрофе. Христианство само переживает кризис и требует обновления и возрождения. Старые формы христианства теряют жизненную силу и играют роль отрицательную, задерживающую, бессильно обращены к мертвому прошедшему. Но в глубине христианства есть вечная, неисчерпаемая духовная сила и есть способность к возрождению. Есть начало, которое всегда способствует возрождению и может победить омертвение, это профетическое начало в христианстве, обращенное к грядущему. Только профетической своей стороной христианство может быть обращено к социальному пере<у>стройству человеческих обществ, что более всего необходимо в нашу эпоху. Другое возрождающее в христианстве начало есть начало углубления духовности, на почве которой только и возможно ждать объединения разорванных и враждующих частей христианского мира. Центры такой напряженной и углубленной духовности должны быть созданы в нашем хаотическом и обездушенном мире. Инерция политических партий, обращенных целиком вовне, поистине ужасна, и не от них можно ждать спасения и возрождения.

Настоящий глубокий кризис нашего времени есть кризис человека. Может быть, именно потому так часто говорят о нео-гуманизме, особенно в советской России.

229//230

Речь идет не только о спасении человека от происходящей дегуманизации, но и об утверждении творческого призвания человека, его царственной роли в мире: эта творческая роль человека утверждается в эпоху, когда человек наиболее угнетен и принижен, когда о нем говорят, как о низменном существе, о куске грязной материи. Во Франции есть целое течение, которое очень низменно думает о человеке, считает его за ничто и вместе с тем утверждает гуманизм и творчество человека как единственный выход из тошнотворности бытия*. В советской России гуманизм и активность человека связываются с материализмом. Уже более 30 лет как я посвятил свою философию защите человека, как творческого существа **. В этом я как будто бы схожусь с нео-гуманизмом, даже с марксистами новой формации, которые верят, что человек может победить рок. Но как велика разница, как различны самые основы в понимании человека! Мы сталкиваемся тут с основным противоречием и слабостью гуманистической антропологии, которой не может быть противопоставлена традиционная христианская антропология, столь же бессильная разрешить противоречие. Если человек целиком продукт природной и общественной среды, если он целиком формирован обществом и всем ему обязан, если в нем нет начала,

* Таков Сартр, который сейчас один из властителей дум современной французской молодежи.

** Впервые я ясно выразил свою мысль о творчестве человека как религиозном акте в книге «Смысл творчества. Опыт оправдания человека», напеч<атанной> в 1915 г. В этой же книге я предвидел наступление катастрофического периода в жизни человечества.

230//231

возвышающегося над природой и обществом, то непонятно, откуда у него найдется творческая сила овладеть природными и общественными стихиями и творить новое. Низшее не может создать высшего, если в нем не заложена потенциальная сила высшего. Это основная философская истина. Материализм во всех своих формах есть нетворческая, пассивная, в существе реакционная философия. Его сторонники могут быть признаны творцами нового исключительно вследствие насилия над терминологией, неверного употребления слов, порожденного ошибкой сознания. Я как-то спорил с одним материалистом. Он воскликнул: «Так что же, значит, Вы отрицаете во мне существование духа?» Я ему ответил: «Не я отрицаю, наоборот, я признаю в Вас существование духа, но Вы сами отрицаете в себе существование духа». Защита материализма всегда кончается таким анекдотом. Требует еще углубленного объяснения, почему творческие, прогрессивные и революционные движения в Европе новых веков часто связывались с отрицанием духа, то есть источника активности, творчества и высшего достоинства человека, защиту же духа связывали с пассивностью, обращенностью назад, с реакционным движением. В этом виноваты обе стороны и, вероятно, наиболее виноваты ложные защитники духа, лжеспиритуалисты. Это уродливое явление приходит к концу, все ныне требует переоценки. Наша катастрофическая эпоха требует переоценки слов, которые слишком износились и выветрились, потеряли связь с реальностями. Если мир действительно идет к новой эре, если в результате страшных катастроф будет создана новая жизнь, то так будет только потому, что

231//232

человек будет поднят в своем достоинстве, что он сам сознает себя свободным и творящим духом. Тогда только он подчинит себе материю, не подчиняясь ей. Если же он лишь часть все той же материи, и процессы, происходящие в нем, лишь перераспределение этой материи, то настоящее творчество и настоящая новая жизнь невозможны. Современный мир и современный человек раздавлены между двумя течениями, жаждой творчества новых ценностей и новой жизни при отрицании того, что человек есть творческий свободный дух, и консервативным христианством, которое отрицает творчество человека и направляет его духовные силы исключительно на покаяние в грехе и на спасение. В этом центральная точка духовного и социального кризиса. И кризис этот прежде всего требует изменения сознания. Новое всегда нарождалось от изменения сознания. Марксистский тезис о том, что сознание определяется бытием, совсем не может быть противоположением тезису о том, что все новое начиналось от изменения сознания. И вот почему. За сознанием и глубже его находится бытие, если уже употреблять это условное выражение, находится глубина самой первожизни, которая и определяет сознание изнутри. Рационализированное же, интеллектуа-лизированное сознание всегда вторично, а не первично. Появление действительно, не по одежде лишь, нового человека связано с изменением структуры сознания. Этот новый человек может быть лишь новым явлением вечного человека. Человек должен еще по-настоящему стать личностью, т. е. свободным, определяющимся изнутри творческим существом, не индивидуалистом, а существом коммюнотарным, но в своей коммюно-

232//233

тарности независимым от внешнего социального детерминизма. Это и есть то духовное преображение, без которого социальный переворот и вызывает возврат ветхого человека. Но духовное преображение есть также изменение обветшалого христианского сознания.

Повторяю, после внешнего замирения мир продолжает находиться в состоянии внутренней войны. Мировая война оставила после себя ненависть, которая терзает людей и народы. Как победить эту ненависть, есть ли целительная сила? Делают усилия путем международной политики, напоминающей очень старые методы, победить вражду и найти выход из столкновения противоположных интересов. Но все эти попытки производят впечатление нарастающей войны, хотя еще не грозящей непосредственным переходом в настоящие внешние столкновения. Война породила разного рода ressentiments, от которых не так легко освободиться. Никакая политика сама по себе не может излечить от ненависти, не поможет отказаться от противоположных интересов. Пробуждение сострадания, жалости, прощение обид есть духовное пробуждение. Но духовное пробуждение не достигается внешней организацией, социальным учреждением. Социальная революция в Европе неизбежна. Употребляю это слово не в смысле кровопролития, которое многим представляется неизбежным и которое, конечно, желательно предотвратить, а в смысле изменения основ общества, самих принципов, на которых оно покоится. Но безумно было бы оторвать эту революцию от изменения самого человека, от революции духовной. К духовной стороне жизни относится отнюдь

233//234

не только внутренняя жизнь отдельного человека, но также и отношения людей между собой и целых обществ. Духовная жизнь охватывает не только «я», но и «мы». С этим связана идея соборности в православии, выраженная Хомяковым. Выброшенность жизни вовне, на периферию породила и капитализм, и войну. Дальнейшее движение в этом центробежном направлении может породить только новые и новые катастрофы. Не исключена возможность, что весь XX век пройдет в войнах и революциях, хотя и с антрактами. Эту мысль я давно высказывал. Но недопустимо смотреть фатально на будущее. Человеческая свобода должна делать усилия, чтобы победить фатум. Детерминизм не есть наш беспредельный владыка. Нужно преодолеть кризис человека. Христианство может сыграть в этом решающую роль лишь в том случае, если оно преодолеет свои упадочные формы и раскроет в себе вечно юные творческие силы.

V. СОЦИАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОРОТ И ДУХОВНОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ

В РГАЛИ имеется начало автографа статьи (до слов: «Но еще более будет зависеть от...». Ед. хр. 225. Л. 12) и машинописная копия с правкой автора и неустановленного лица (Л. 13—20).

На русском языке статья была опубликована в «Русском сборнике» (Вып. 1. Париж, 1946).

Текст публикуется по авторизованной машинописи с учетом прижизненной публикации.

1  См.: Лк. 2: 14.

* Авионы — от франц. «avion» — самолет.366

Николай Бердяев

3   Медиавалисты — от франц. «medieval» — средневековый = медиевисты — историки средневековья.

4   Bien-pensants(франц.) — благонамеренные.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова