Cергей Говорун

ИЗ ИСТОРИИ "ДОБРОТОЛЮБИЯ"

Ист.: http://www.pravoslavie.ru/archiv/dobrot_hist.htm

Трудно найти другую духовную книгу, вышедшую в свет в течение последних нескольких столетий, которая бы оказала столь значительное влияние на весь христианский мир, как "Добротолюбие". Справедливо поэтому замечание епископа Амфилохия (Радовича), который говорит: "Нет никакого сомнения, что Добротолюбие, как обожения орган, как справедливо назвал его преподобный Никодим Святогорец, является корнем и подлинным непосредственным или косвенным источником почти всех настоящих духовных всплесков и богословских течений в Православии с конца XVIII века до сего дня". Добавим к этому, что влияние "Добротолюбия" распространилось не только на Православие, но на весь христианский мир.

Идея составить сборник святоотеческих текстов, посвященных умному деланию и аскетическим предпосылкам к нему, принадлежала митрополиту Коринфскому св. Макарию Нотарасу (1731-1805). О мотивах, подвигших его к такому предприятию, сообщает его сподвижник и сотрудник на ниве собирания и издания святоотеческих текстов преп. Паисий Величковский, в своем письме болгарскому старцу Феодосию. Здесь он, во-первых, сообщает: "Преосвященнейший Кир Макарий, бывший митрополит Коринфский, еще от юного своего возраста толико неизреченную, Божиим действом, к книгам отеческим, трезвению и вниманию ума и безмолвию, и молитве умной, сиречь умом в сердце совершаемой, учащим, любовь стяжа, яко все житие свое на всеприлежнейшее взыскание оных, и трудолюбивое своею рукою, яко преискусен во внешнем учении сый, и многоиждивное руками краснописцев преписание определил есть"^[1]. То есть, св. Макарий с юношеских лет имел ревность к духовному подвигу и любовь к аскетической письменности, которые и влекли его к поиску и собиранию аскетических трактатов. Другой причиной, почему св. Макарий занялся этим делом, было, во-первых, фактическое отсутствие в широком обращении аскетических произведений, а во-вторых, угроза потери рукописей с произведениями древних подвижников благочестия, которые хранились в монастырских библиотеках. Об этом также сообщает преп. Паисий Величковский: "О выпечатании же таковых книг от давних лет воистину блаженный сей кир Макарий Митрополит желание возыме таковы намерением, да не приидут сии святые книги во всеконечное забвение и от лица земли истребление, в неже мало мало уже и не приидоша"^[2].

Действительно, к восемнадцатому веку образовался кризис как в богословской, так и в аскетической литературе. Например, богословские трактаты Отцов Церкви почти полностью вышли из широкого обращения и перестали переписываться. Древние рукописи с ними ветшали в монастырских книгохранилищах, а иногда и просто погибали. Подобная ситуация была и с аскетическими произведениями древности. Популярной была другого рода литература, которую составляли выдержки из трудов Отцов Церкви упрощенного нравственно-назидательного характера, моралистические проповеди и наставления, построенные зачастую по западным образцам^[3]. "Бестселлерами" эпохи были такие произведения как, например, Thisauros (Сокровище) Дамаскина Студита (†1577), Amartolon sotiria (Спасение грешных) и Neos Paradisos (Новый рай) критского монаха Агапия Ландоса (†1664/1671), которые как раз и отличались своим упрощенным морализмом.

Движение колливадов, которое было призвано обновить различные аспекты церковной жизни эпохи, вернуть ее в святоотеческое русло, в числе прочего возбудило интерес к аскетическим и созерцательным произведениям древних подвижников благочестия. В рамках этого движения следует рассматривать деятельность св. Макария по собиранию в различных библиотеках рукописей с подобного рода произведениями и их изданию. В рамках этого же движения, еще до св. Макария были предприняты попытки выпустить в широкое обращение аскетико-созерцательные произведения. Так, Неофит Кавсокаливит (†1784), стоявший у истоков колливадского движения, перевел Слова преп. Симеона Нового Богослова, которые, однако, остались неизданными. Также Никифор Феотокис (1730-1800), который, однако, не был колливадом, в 1770-м году издал труды преп. Исаака Сирина. Тем не менее, все эти попытки были спорадическими. Преп. Макарий первый систематически подошел к делу собирания и издания аскетических трактатов. Наиболее зрелым и значительным плодом такого рода деятельности стало "Добротолюбие".

Рукописи аскетических произведений, вошедших в "Добротолюбие", св. Макарий искал и переписывал в период 1775-1776-х гг. в библиотеках Патмоса, Хиоса и, главным образом, Афона, как об этом сообщает преп. Паисий: "Иже (Макарий), пришед во святую Афонскую гору, и с неисповедимым усердием и превеликим тщанием во всех вивлиофиках великих святых обителей многи обрете таковые отеческие книги, яковых еще у себе и дотоле не имеяше"^[4].

Встает вопрос, какие именно рукописи использовал св. Макарий для составления "Добротолюбия". Подсказку для решения этого вопроса дает все тот же преп. Паисий Величковский, который сообщает: "Паче же всех в вивлиофике преславной и великой обители Ватопедской обрете (Макарий) бесценное сокровище, сиречь книгу о соединении ума с Богом, от всех святых великими ревнителями в древние времена собранную, и прочие о молитве, нами еще и доселе не слышанные книги."^[5] Таким образом, в библиотеке Ватопедского монастыря св. Макарий обнаружил книгу, составленную - на основании писаний "всех святых" - в древности "великими ревнителями" и посвященную "соединению ума с Богом". Это дало основание некоторым исследователям, в частности, проф. Солунского университета Э. Тахиаосу^[6], предположить, что за основу "Добротолюбия" был взят некий древний сборник, составитель которого собрал аскетико-мистические тексты ранее живших подвижников благочестия, хранившийся в Ватопедском монастыре. По мнению исследователя, ядро "Добротолюбия", по всей вероятности, составил кодекс № 605 XIII века Ватопедского монастыря. Он состоит из отрывков богословских и аскетических трактатов Отцов, живших до XIII столетия. Тексты из этого кодекса составили первые четыре тома "Добротолюбия". Пятый том, в который входят труды подвижников эпохи исихастских споров, по мнению Тахиаоса, был составлен на основании другого, позднейшего сборника, которым мог быть, например, ватопедский кодекс № 262 XV века. Этот или другой подобный кодекс мог быть теми "прочими о молитве, нами еще и доселе не слышанными книгами", о которых говорит преп. Паисий Величковский.

Между тем, указанный кодекс № 605 не является сборником аскетико-мистических произведений в чистом виде, как и вообще ни в одной из библиотек, которыми мог бы пользоваться св. Макарий, не обнаружено кодекса, который мог бы считаться сборником аскетико-мистических произведений, аналогичным "Добротолюбию". Ватопедский сборник является наиболее полным по количеству содержащихся в нем аскетических трактатов. Но и в нем эти трактаты не преобладают. Большинство текстов, составляющих этот сборник, носит богословский характер и принадлежит Григорию Чудотворцу, Афанасию Великому, Григорию Богослову, Григорию Нисскому, Иоанну Златоусту, Иоанну Дамаскину, Максиму Исповеднику, патриарху Фотию и другим. Кроме того, в этом сборнике содержится только шесть текстов из тридцати шести входящих в "Добротолюбие". Также не все аскетические тексты, входящие в этот и другие кодексы, которые использовал св. Макарий, содержатся в "Добротолюбии". Все это позволило профессору Афинского университета С. Пападопулосу^[7] сделать вывод, что ни Ватопедский кодекс № 605, ни какой-либо другой кодекс нельзя считать основой "Добротолюбия". Сборник аскетико-мистических текстов составил сам Макарий, который и собрал "Добротолюбие" по крупицам и из различных кодексов. Что же касается свидетельства преп. Паисия о том, что Макарий нашел в Ватопедском монастыре "книгу о соединении ума с Богом", которую использовал для составления своего сборника, то, по мнению Пападопулоса, подобная книга могла быть просто использована св. Макарием в большей мере, чем другие книги, но не стала основой сборника, составлением которого мы обязаны исключительно Макарию.

Ему же мы обязаны названием сборника - "Добротолюбие" (Philokalia). Это название было заимствовано св. Макарием у другого сборника, составленного между 357-360-м годами св. Григорием Богословом. В "Добротолюбие" Св. Григория вошли отрывки из произведений Оригена.^[8] По аналогии с этим сборником отрывков, объединенных общей темой и общим замыслом, назвал своей сборник и св. Макарий. Темой его "Добротолюбия" стала аскетика и мистический опыт древних подвижников благочестия. Этимологически это слово означает "Любовь к красоте", "красотолюбие". Красота имеется ввиду духовная, которой приобщается христианин в результате следования наставлениям Отцов, собранным в сборнике.

В 1777-м году св. Макарий закончил собирать материал для сборника аскетико-мистических произведений древних подвижников благочестия. Переписанные из различных кодексов тексты он свел в одну книгу и передал для редактирования преп. Никодиму Святогорцу (1749-1809). С преп. Никодимом св. Макарий познакомился приблизительно тремя годами раньше, когда жил в монастыре Пресвятой Богородицы на острове Гидра. Св. Никодим, который был еще тогда мирянином, специально приезжал на остров, чтобы познакомиться с Макарием, будучи наслышан о его добродетельности и учености. Уже тогда Николай Калливурцзис, как звали в миру св. Никодима, который был младше св. Макария на восемнадцать лет, произвел на него большое впечатление своей ученостью, рассудительностью и, главное, ревностью к духовной жизни. Духовные дарования, которые проявились в св. Никодиме очень рано, вместе с ученостью и незаурядным филологическим даром, были как раз тем, в чем нуждался св. Макарий для подготовки к изданию святоотеческих произведений.

О незаурядных способностях св. Никодима остались свидетельства его школьных соучеников: "Он наизусть знал то, что читал, не только из философии, экономики, медицины, астрономии и военного дела, но и всех поэтов, историков, древних и новых, греческих и латинских, также как и все творения Святых Отцов. Ему было достаточно однажды прочитать какую-нибудь книгу, чтобы на всю жизнь ее запомнить."^[9] За годы учебы он овладел в совершенстве латинским, итальянским и французским языками.

Имея такие предпосылки, а также уже в молодом возрасте овладев основами духовной жизни, преп. Никодим приступил к сотрудничеству со св. Макарием в издании святоотеческих произведений, и в первую очередь "Добротолюбия".

Как уже было сказано, началось это в сотрудничество в 1777-м году на Афоне. Об этом сообщает, в частности, биограф и друг преп. Никодима Святогорца иеромонах Евфимий. По его сведениям, живя на Афоне, в келии преп. Антония в Кариях, св. Макарий пригласил к себе Никодима Святогорца, который незадолго до этого, в 1776-м году пришел на Афон и был пострижен в малую схиму в монастыре св. Дионисия. Преп. Никодим, откликнувшись на просьбу св. Макария, произвел общее редактирование текста, а также написал предисловие и краткие жития каждого из авторов, вошедших в сборник. Примечательно, что тексты не были переведены на разговорный язык, как другие святоотеческие тексты, которые издавали св. Макарий и св. Никодим, но оставлены такими, какими они были в оригинале. На разговорном языке в конце книги было помещено только семь заключительных текстов. На новогреческий язык "Добротолюбие" было переведено лишь в середине двадцатого столетия.

Вместе с "Добротолюбием" св. Макарием и св. Никодимом тогда же были подготовлены две другие книги. Во-первых, так называемый "Эвергетин". Этот сборник был составлен еще в одиннадцатом веке монахом Павлом, основателем и первым игуменом Эвергетидской обители в Константинополе (†1054). И во-вторых, "О божественном и священном частом причащении". В этой книге развивалась апология частого причащения святых Христовых Таинств.

С подготовленными таким образом книгами св. Макарий покинул Святую Гору. Он отправился сначала на остров Хиос, а затем в Смирну. Здесь он обратился к своим знакомым и различным благотворителям с просьбой пожертвовать деньги на издание этих книг. Основную поддержку он нашел у представителя богатой аристократической семьи Маврокордатов - Иоанна^[10]. Собрав необходимую сумму, он отослал ее, вместе с рукописями книг, в Венецию.

В 1782-м году здесь и вышло в свет первое издание "Добротолюбия". Полностью книга имела следующее название:

Добротолюбие священных трезвомудрцев, собранное из святых и богоносных отцов наших, в котором, через деятельную и созерцательную нравственную философию, ум очищается, просвещается и совершенствуется. Исправленное и теперь первым изданием изданное на средства честнейшего и боголюбивейшего господина Иоанна Маврокордата, на общую пользу православным. В Венеции, 1782. У Антония Вортоли. Con Licenza de Superiori, e Privilegio

Фраза "Con Licenza de Superiori, e Privilegio" означает, что книга не противоречит католическому вероучению и получила соответствующее разрешение цензуры.

Большая часть тиража "Добротолюбия" сразу же была разослана по всему востоку. Несколько экземпляров, однако, попало и в западные библиотеки. Издатели Греческой Патрологии Миня, начиная с 85-го тома, стали пользоваться и "Добротолюбием". Тем не менее, на Западе эта книга оставалась большой редкостью.^[11]

Один экземпляр "Добротолюбия" был отослан преп. Паисию Величковскому. Его он получил, скорее всего, от самого св. Макария. На нем он собственноручно сделал надпись по-гречески^[12]. Через некоторое время бoльшая часть книги была переведена преп. Паисием и его учениками на славянский язык.

Инициатором издания славянского перевода выступил митрополит Санкт-Петербургский Гавриил (Петров). Будучи сам "строгим постником, молитвенником и аскетом, и не только в замысле, но и в жизни", как охарактеризовал его о. Георгий Флоровский^[13], он увидел важность распространения этой книги в России. Старец Паисий, однако, имел опасения относительно целесообразности ее издания. Он опасался, "чтобы люди самонадеянные не стали превратно толковать содержащееся в ней (книге) святое учение и, занимаясь ею самочинно, без надлежащего руководства и порядка, не впали бы в самомнение и прелесть, и тем не подали бы повода к уничижению святыни"^[14]. Тем не менее, митрополиту Гавриилу все же удалось убедить старца Паисия издать книгу. Таким образом, в 1791-м году ученик преп. Паисия - монах Афанасий - привез в Санкт-Петербург греческое издание книги и ее славянский перевод.

Получив перевод, митрополит Гавриил отдал его на правку. Сначала он был проверен знатоками греческого языка из Александро-Невской Академии, а затем отдан для пересмотра и исправления преподавателю греческого языка в Троице-Сергиевой Лавре Якову Дмитриевичу Никольскому, ставшему впоследствии протопресвитером Московского Успенского собора. Проверенный и исправленный текст "Добротолюбия" был отдан в печать в Синодальную типографию в Москве и вышел в свет в 1793-м году - через одиннадцать лет после греческого издания.

Второе издание славянского "Добротолюбия" вышло в 1822-м, а третье - в 1832-м году. Оба издания были осуществлены стараниями святителя Филарета Московского. Перевод "Добротолюбия" на разговорный русский язык был осуществлен свт. Феофаном Затворником. Это был скорее пересказ, чем перевод, да и тот выборочный. Он был издан в 1877-м году.

Митрополит Гавриил, настаивая на необходимости скорейшего издания "Добротолюбия" на славянском языке, был прав - в этой книге нуждалась как Русская Церковь, так и русское общество в целом. "Добротолюбие" способствовало распространению исихастской традиции во многих монастырях России. Так, известно, например, что преп. Серафим Саровский не только сам постоянно читал "Добротолюбие", но и своим посетителям рекомендовал изучать эту книгу. В наибольшей степени, однако, влияние "Добротолюбия" сказалось на развитии традиции оптинского старчества. Этой традицией, как известно, была оплодотворена и значительная часть русской культуры. Одним словом, "в … век душевной раздвоенности и разорванности проповедь духовного собирания и цельности получила особую значительность. Издание словено-русского Добротолюбия было событием не только в истории русского монашества, но и в истории русской культуры вообще. Это был сдвиг и толчок…"^[15]

Не столь успешно складывалась судьба "Добротолюбия" в Греции. Вскоре после выхода книги в свет в 1782-м году, в Греции совершилась освободительная революция (1821 г.), которая вместе с политической свободой принесла греческому народу духовное рабство. После убийства первого правителя свободной Греции Иоанна Капподистрии (1776-1831), к власти пришло правительство из протестантов-баварцев, во главе с молодым королем Оттоном I (1815-1867). Это правительство инициировало незаконное объявление Элладской Церковью автокефалии (1831 г.), закрыло множество монастырей, превратило Церковь в государственное учреждение, ограничив ее живительное влияние на греческое общество. К этому присовокупилось стремительное распространение в Греции идей Просвещения, а позже - позитивизма, способствовавшее усугублению секуляризации греческого общества. На фоне этого кризиса, в определенной мере продолжающегося до сих пор, "Добротолюбие" и колливады на протяжении девятнадцатого и первой полвины двадцатого столетия оказывали в целом незначительное влияние на развитие духовной жизни в Греции. Поэтому нет ничего удивительного в том, что "Добротолюбие", изданное впервые в 1782-м году небольшим тиражом, было переиздано лишь более чем через сто лет - в 1893-м году. Однако тираж и этого издания тоже был незначительным. Примечательно, что в выходившей в 30-е годы двадцатого столетия "Большой Греческой Энциклопедии", в статье "Добротолюбие" говорится лишь о сборнике, составленном каппадокийцами, а о "Добротолюбии" св. Макария и св. Никодима не сказано ни слова.

В широкое обращение книга была выпущена лишь в середине века, когда в духовном климате Греции наметились радикальные изменения, связанные с обретением своей идентичности, возвращением к традиционным духовным устоям. Откликом на этот перелом стало третье по счету издание "Добротолюбия", осуществленное в 1957-1963-м годах.

Возрождению филокализма в Греции в середине двадцатого века во многом способствовало богословие русской диаспоры, развившееся под влиянием в том числе "Добротолюбия". Таким образом, спустя полтора столетия после своего выхода на греческом языке, "Добротолюбие" вернулось на свою родину, пройдя долгий путь по другим странам - главным образом России.

Русская филокалистическая традиция оказала решающее влияние не только на Грецию, но и на другие страны, в том числе инославные. Она повлияла на развитие и европейской культуры. Мы не будем здесь подробно анализировать это влияние, но скажем о нем в общих чертах словами Х. Яннараса: "Динамическое освоение филокалистического возрождения было осуществлено в середине 20-го века русскими богословами послереволюционной диаспоры. Оно стало первым, после 14-го столетия, обретением богословского самосознания и самоотождествления православных. Это потрясающее пробуждение вызвало значительные преобразования в широких кругах европейского богословия и вызвало то, что значительные римо-католические богословы обратились к изучению Греческих Отцов, Православного богослужения и искусства. "Неопатристический" поворот римокатоликов нашло себе скрытое, но в любом случае утешительное выражение на Втором Ватиканском соборе (1962-1965), которое, тем не менее, скоро утонуло в консервативном противодействии ватиканской бюрократии. Влияние русских богословов диаспоры было очень плодотворным как в Греции, так и в Румынии и Сербии, открывая "богословскую весну" 60-ых. Таким образом филокалическое возрождение после исторического путешествия длинной в сто семьдесят лет возвратилось в место своего происхождения, в отправную точку создателя филокалического движения Святого Макария Нотараса."^[16]

1877 г. - издается частичный перевод или, лучше сказать, пересказ "Добротолюбия" на русский язык, выполненный свт. Феофаном Затворником.

1893 г. - второе греческое издание, осуществленное Панайотом Дзелатисом. Как и первое издание 1782-го года, малотиражное, и поэтому сразу же ставшее раритетом.

1946 г. - начало издания перевода "Добротолюбия" на румынский язык. Автором перевода был выдающийся румынский богослов о. Дмитрий Станилоаэ (1903-1993). До 1948-го года были изданы четыре тома из запланированных десяти. Затем под давлением государства издание было прекращено. Лишь через тридцать лет оно было возобновлено. С 1976-го по 1981-й гг. были изданы оставшиеся шесть томов. В румынское "Добротолюбие" вошло большее количество текстов, чем было в греческом оригинале. Так, о. Дмитрий дополнил его некоторыми текстами преп. Максима Исповедника и преп. Григория Паламы. Он также заново написал вступительные статьи к каждому автору и снабдил тексты обширными примечаниями.

1951 г. - "Добротолюбие" начинает распространятся в Западной Европе. В этом году английский издательский дом "Faber & Faber" издал первый том двухтомной антологии текстов из "Добротолюбия". Перевод текстов на английский язык был выполнен Евгенией Кадлубовской и православным англичанином G.E.H. Palmer'ом по русскому тексту свт. Феофана. Этот том имел следующий заголовок: Writings from the Philokalia on the Prayer of the Heart. Второй том антологии вышел в 1954-м году и имел следующий заголовок: Early Fathers from the Philokalia. Издательство вначале опасалось издавать эту книгу. На ее издании, тем не менее, настоял советник издательства и нобелевский лауреат T. S. Eliot. В конце концов успех издания оказался таким, что за десять лет было восемь переизданий книги. Католический журнал "Catholic Gerald" охарактеризовал "Добротолюбие" как одно из наиболее значительных произведений, когда-либо переводившихся на английский язык.

1953 г. - еще в меньшем объеме, чем в английском издании, в Париже вышло издание "Добротолюбия" на французском языке. Оно было осуществлено Жаном Gouillard'ом и имело заголовок: Petite Philocalie de la priere du cur.

1957 г. - тот же Жан Gouillard издает в Цюрихе антологию из "Добротолюбия" на немецком языке. Издание имеет титул: Kleine Philokalie zum Gebet des Herzens, и осуществлено на основе французского текста.

1957-1963 гг. - третье греческое издание. Издатель: издательский дом "Astir-Papadimitriou", под редакцией архимандрита Епифания Феодоропулоса. Данное издание было переводом "Добротолюбия" на новогреческий язык. Это сыграло важную роль в его широком распространении. Именно это издание оказало существенное влияние на возрождение духовной жизни в Греции, начавшееся в середине двадцатого века.

1979-1986 гг.- новое издание полного текста "Добротолюбия", предпринятое Abbaye de Bellefontaine. Перевод с греческого выполнен православным французом и поэтом Jacques Touraille, под редакцией протопресвитера Бориса Бобринского.

1979 г. - издательством "Faber&Faber" начал издаваться новый, полный перевод "Добротолюбия" на английский язык с греческого оригинала, в авторстве Джеральда Palmer'а, Филиппа Sherard'а и епископа Диоклийского Каллиста (Ware): The Philocalia, London, Boston. До сих пор издано четыре тома. Пятый том в скором времени должен выйти в свет. Как и в случае с изданием Кадловдовской и Пальмера, вышедшие тома этого издания уже несколько раз переиздавались.

1984-1988 гг. - в Салониках вышел полный перевод "Добротолюбия" на новогреческий язык, выполненный А. Галитисом. В девяностых годах на новогреческом языке в издательстве "Апостольская диакония" издавалась двухтомная антология, названная Малое Добротолюбие. Первый том (первое издание: 1992, 2-е: 1994, 3-е: 1998) был подготовлен архим. Евсевием, и второй (первое издание: 1995, 2-е: 1998) - Е. Караковунисом.