в десяти томах
К общему оглавлению. - См. историю до рождества Христова.
Греция и Македония накануне войны с Персией
Кризис греческого полиса, с большой силой проявившийся уже в событиях первой половины IV в. до н. э., наложил решающий отпечаток на всё дальнейшее развитие социально-политической жизни Эллады. Прогрессирующее разорение свободных производителей и обогащение узкого слоя крупных рабовладельцев, рост частной собственности, бурное развитие денежного хозяйства и ростовщичества подрывали основы экономически самодовлеющего полиса.
Ожесточённая конкуренция в области морской торговли между отдельными греческими городами-государствами переплеталась с борьбой за политическую гегемонию. В ходе этой борьбы складывались и распадались коалиции греческих государств, неоднократно менялось соотношение сил борющихся сторон, города взаимно ослаблялись и в конечном счёте подпали под впасть Македонии.
Предпосылки греко-македонских завоеваний
Решения Коринфского конгресса закрепили потерю Грецией политической независимости. Хотя в решениях конгресса говорилось о самостоятельности греческих городов-государств, но эта «самостоятельность» фактически заключалась лишь в том, что города не подверглись обложению в пользу Македонии и в них были оставлены у власти местные правящие круги — разумеется, в том случае, если они придерживались промакедонской ориентации. Такой дорогой ценой было куплено то, чего сами греки смогли добиться лишь однажды, не в полной мере и лишь на сравнительно короткий срок во время греко-персидских войн, — мир между полисами и консолидация сил вокруг общей задачи.
В установлении общеэллинского мира были непосредственно заинтересованы самые различные слои греческого общества. Бесконечные междоусобные войны сопровождались экспроприацией земель, домов и движимого имущества крупных собственников. Положение их становилось довольно неустойчивым. Скопление наёмников, численный рост люмпен-пролетарских элементов создавали постоянную угрозу политических переворотов. Поэтому имущие классы были готовы поступиться государственной независимостью, если это вело к восстановлению их экономического и политического господства. Не случайно сами решения Коринфского конгресса соединяли условия мира между полисами с запретом наиболее ненавистных для имущих слоев лозунгов античной демократии: передела земель и уничтожения долговых обязательств.
В решениях конгресса олигархические круги видели реализацию тех основных пунктов своей политической программы, которая ещё до завоевания Филиппом Греции была сформулирована выразителем их интересов — Исократом. Но историческая действительность шагнула дальше всех этих расчётов — в форме восстановления старогреческой симмахии (союза) независимых городов-государств фактически наметилась новая политическая организация, которая основывалась на сочетании лишь формально свободных полисов с централизованной властью военной монархии.
В установлении общеэллинского мира были, конечно, заинтересованы и широкие массы населения, на плечи которых в первую очередь обрушивались все тяготы бесконечных войн, несущих им голод, смерть, разорение. Но именно в этих слоях греческого общества были наиболее сильны антимакедонские настроения и наиболее живы традиции независимости и полисной демократии. Поэтому мир на условиях, продиктованных Македонией её греческим «союзникам», не мог встретить сочувственного отклика среди широких масс. Он мог быть навязан им лишь силой оружия, и именно поэтому появились македонские гарнизоны в важнейших стратегических пунктах Греции.
Однако решения Коринфского конгресса представляли собою попытку дать этим слоям греческого общества, не желавшим примириться с потерей политической самостоятельности и подавлением демократии, хотя бы частичную компенсацию и направить их недовольство существующим положением в иное русло. Так, был провозглашён равно приемлемый как для рабовладельческих верхов, так и для деклассированных элементов греческого общества лозунг войны с Персией «во имя отмщения эллинов».
Этот лозунг не был навязан извне, со стороны Македонии. Знакомство с неисчислимыми богатствами Персидской державы уже давно производило на греков сильное впечатление. «Персидского царя и его слуг надо почитать счастливыми,— писал Ксенофонт,— видя, как велика и обильна его страна, богатая провиантом, рабами, скотом, золотом, одеждой». Поход 10 тыс. греков достаточно ярко продемонстрировал внутреннюю слабость военной и политической организации персов. Поэтому призыв Исократа: перенести войну в Персию, а персидское золото в Грецию, нашёл живой отклик.
Вопрос о войне с Персией, о способах её ведения, о её предполагаемых результатах ставится в публицистических и популярно-философских трактатах. Возникают различные проекты военно-земледельческой колонизации, которая получила в это время новый стимул в росте наёмничества и массовой эмиграции — явлениях, порождённых конкуренцией между рабским трудом и трудом свободных, нарастанием социальной борьбы, политическими переворотами и междоусобными войнами. На протяжении IV в. в пределах греческого мира и на его окраинах делаются Попытки колонизации, основываются новые города. Все эти попытки были началом того мощного колонизационного потока, который после греко-македонского завоевания хлынул в страны Востока.
В силу этих причин лозунг войны с Персией не только пробуждал старые воспоминания о величии и славе Греции, но и был той заманчивой и в новых условиях, видимо, посильной задачей, которая находила отклик в самых различных слоях населения и даже придавала некоторое оправдание вынужденному союзу с Македонией. Отряды греческих полисов в сочетании с македонскими фалангами, с высокой по тем временам технической оснащённостью македонской армии представляли собой такую силу, которая могла быть с успехом, как это показал опыт прошлых столкновений, противопоставлена даже превосходящим её в несколько раз по численности персидским войскам. Успех представлялся тем более возможным, что истинные масштабы войны с Персией не были, да и не могли быть ясны накануне войны, когда в первую очередь выдвигалась вполне конкретная, но ограниченная задача освобождения малоазийских городов и более общая, но вместе с тем и несравненно более смутная цель: «отмщение» персам.
Подготовка воины с Персией
Вскоре после Коринфского конгресса Филипп II начал подготовку к войне с Персией, отправив в Малую Азию своих полководцев Аттала и Нармениона с войсками. Но внезапная смерть Филиппа, убитого на свадьбе своей дочери летом 336 г. до н. э., помешала осуществлению этих планов. Обстоятельства убийства, вероятно, имевшего политическую подкладку, остались невыясненными. После смерти Филиппа II царём Македонии становится его сын Александр (35 6—323). На всём облике Александра лежит печать его времени и той среды, в которой он вырос,— господствующего класса примитивного полуварварского государства, вступившего на путь широких завоеваний и оказавшегося к этому времени во главе эллинского мира. Македонские цари оказывали покровительство выдающимся греческим поэтам и художникам, многие представители македонской знати зачитывались произведениями Гомера и Эврипида, а рядом с этим уживались характерные для македонского двора грубые обычаи, беспощадные расправы и казни. Александр получил эллинское образование, его учителем был Аристотель, оказавший на своего ученика глубокое влияние. Благодаря Аристотелю Александр приобрёл широкий кругозор и живой интерес к различным отраслям знания. Вместе с тем он с увлечением занимался физическими упражнениями и военным делом. В восемнадцатилетнем возрасте Александр уже командовал конницей на левом фланге македонского войска в битве при Херонее. Ещё раньше Филипп начал привлекать сына к делам государственного управления. С ранних лет Александр усвоил взгляды и моральные навыки, господствовавшие в окружавшей его придворной среде. Очевидно, уже в это время складывается его характер, противоречиво сочетавший в себе холодный расчёт и пылкий темперамент, великодушие и жестокость, несгибаемую волю и уменье лавировать, приспособляясь к сложным обстоятельствам.
Обстановка македонского двора была довольно сложной: шла борьба между различными группировками знати.Одну из этих группировок составляла в основном знать Нижней Македонии, так как именно Нижняя Македония была в своё время тем ядром, вокруг которого совершилось объединение остальных областей. Многие из представителей нижнемакедонской знати были приближены Филиппом и занимали важнейшие посты при дворе и в армии. Вокруг Александра, в свою очередь, начинает группироваться молодёжь из знатных родов, главным образом Верхней Македонии, нередко настроенная довольно оппозиционно к окружению Филиппа. Так складывается круг друзей и приближённых Александра. Из этого круга вышли впоследствии самые энергичные и способные деятели времён завоевания Азии: Птолемей — сын Лага, Гарпал, Гефестион, критянин Неарх и др. В 337 г. в результате борьбы в придворных кругах Александр и некоторые из его друзей даже вынуждены были покинуть Македонию. Вскоре, однако, Филипп примирился с сыном.
После убийства Филиппа придворные интриги вспыхнули с новой силой. Но Александр беспощадно расправился с возможными претендентами на престол из числа своих родственников и с некоторыми оппозиционно настроенными военачальниками македонской армии. Однако власти Александра помимо придворных интриг и возможных смут в Македонии грозили: на севере — давнишняя вражда и отпадение фракийско-иллирийских племён, на юге — антимакедонское движение в Греции. Возобновив союз эллинских государств и Македонии, Александр весной 335 г. двинулся на север, во Фракию. С крайней жестокостью он расправился с фракийцами, а затем направился дальше на Истр (Дунай) против гетов. Македоняне продавали в рабство захваченных мужчин и женщин, забирали скот и имущество, сжигали и сносили поселения. Геты не выдержали натиска македонян, но Александр вскоре должен был повернуть отсюда в Иллирию, где началось восстание против македонского господства. После подавления восстания иллирийцев цель похода была достигнута: на севере на долгое время наступило спокойствие.
Между тем убийство Филиппа и временное отсутствие Александра способствовали оживлению антимакедонских настроений в Греции. Первыми открыто выступили Фивы. Афины и государства Пелопоннеса примкнули к антимакедонскому движению, но держались осторожно. Узнав о начавшемся движении, Александр быстро вернулся с войсками из Иллирии и уже через две недели стоял под стенами Фив. Александр, в общем осторожный в своей политике по отношению к греческим городам, в данном случае решил показать пример беспощадной расправы. После того как Фивы были взяты, оставшееся в живых население было продано в рабство, а самый город срыт до основания. Трагическая судьба Фив произвела громадное впечатление во всей Элладе. Эти события, по словам историка Арриана, были восприняты совремэнниками, как «эллинское страдание». Антимакедонское движение было подавлено. Удача похода на север и экспедиции в Среднюю Грецию развязывала руки Александру для осуществления азиатского похода.
Походы Александра Македонского
Поход в Азию и Египет
Весной 334 г. до н. э. греко-македонская армия переправилась через Геллеспонт. Она была невелика, но хорошо организована: в ней насчитывалось 30 тыс. человек пехоты и 5 тыс. всадников. Главную массу пехоты составляли тяжеловооружённые: македонская фаланга, греческие союзники и наёмники. Часть гетеров и несколько тысяч человек пехоты Александр оставил в Македонии под командой одного из выдающихся полководцев старшего поколения — Антипатра. Первая встреча с противником произошла недалеко от Геллеспонта, на реке Граник, в мае 334 г. до н. э. В ней решающую роль сыграла македонская конница. Захваченных в плен греческих наёмников, находившихся на службе у персов (около 2 тыс. человек), Александр обратил в рабство и отправил в Македонию, поскольку греки, находившиеся на персидской службе, на Коринфском конгрессе были объявлены изменниками общему делу. Победа при Гранике сделала возможным дальнейшее продвижение по побережью Малой Азии.
Большая часть греческих полисов добровольно подчинилась македонянам, однако были и исключения. Особенно упорно сопротивлялись Милет и Галикарнас. Внешняя ориентация греческих городов в Малой Азии определялась борьбой партий в этих городах, наличием или отсутствием персидских военных сил и греческих наёмников. Наёмники оказывали войскам Александра ожесточённое сопротивление.Лишь постепенно, в результате успеха похода македонской армии, греческие наёмники поняли, что им выгоднее служить македонскому царю, чем сражаться против него.
По отношению к подчинившимся ему греческим полисам в Малой Азии Александр, руководствуясь прежде всего тактическими соображениями, проводил «освободительную» политику, восстанавливая в них демократический строй и изгоняя персидских ставленников. Но «свобода» полисов в Малой Азии оказалась ещё более призрачной, чем в Греции; как правило, освобождённые малоазийские полисы даже не включались в Коринфский союз.
Завоевание Малой Азии свелось главным образом к захвату побережья, основных военных и торговых путей и установлению общего контроля над местным управлением и финансами. Через горные проходы войска Александра двинулись в Северную Сирию. Встреча с персами и новое крупное сражение произошли осенью 333 г. до н. э. при Иссе, в узкой долине между морем и горами. Позиция персидских войск, во главе которых стоял сам Дарий, была сильна, так как отрезала македонское войско от его тыла, а труднопроходимая местность облегчала оборону, хотя, с другой стороны, мешала персам использовать своё численное превосходство. Македоняне стремительным натиском правого фланга достигли успеха. Дарий бежал, бросив весь свой обоз; его мать, жена и дети оказались во власти Александра. Победители захватили громадную добычу. Александр отверг мирные предложения, с которыми обратился к нему персидский царь, и быстро двинул свои войска к югу — в Южную Сирию, Палестину и Нильскую долину.
Упорное сопротивление македонянам оказали крупные торговые центры Финикии и Палестины: Тир и Газа. Взять такую крепость, как Тир, с ходу было невозможно, и Александр приступил к её осаде. Были подвезены машины, проведены широкие по масштабу осадные работы, сооружена большая насыпь, соединившая расположенный на острове Тир с материком. После семимесячной осады в 332 г. до н. э. Тир был взят штурмом. Богатый город был разграблен, мужчины перебиты, женщины и дети проданы в рабство. Такая же участь постигла и Газу. В Египте, всегда тяготившемся властью персов, Александр не встретил сопротивления: персидский сатрап передал ему крепость в Мемфисе, государственную казну и сдался сам со своим войском. Египетское жречество приветствовало нового завоевателя. Александр совершил экспедицию в оазис Амона и там, в храме этого божества, жрецы объявили его сыном Ра, «любящим Амона». Подчинение Египта получило, таким образом, религиозную санкцию; власть Александра была облечена в традиционные для древнего Египта формы.
Зиму 332/31 г. до н. э. греко-македонские войска провели в Египте. В дельте Нила, между морем и обширным озером Мареотис, Александр основал новый город, названный по его имени Александрией. Место для города было выбрано необыкновенно удачно. Уже к концу IV—-началу III в. до н. э. Александрия становится крупнейшим средоточием торговли и ремесла, важнейшим культурным центром греко-восточного мира. Захват Египта и основание Александрии способствовали установлению полного господства македонян над Восточным Средиземноморьем. Битва при Гавгамрдах. Завоеваниие Междуречья и Восточного Ирана Весной 331 г. до н. э. македоняне вышли из Египта по древнему пути через Палестину в Финикию и далее на Евфрат. Дарий не сделал попытки задержать продвижение войск Александра и помешать их переправе через Евфрат и Тигр. Лишь по ту сторону Тигра, на территории древней Ассирии, около деревни Гавгамелы, произошло новое столкновение противников.
Битва при Гавгамелах в сентябре 331 г. до н. э. была одним из самых крупных сражений древности. Успешная атака превосходной среднеазиатской и индийской конницы на левый фланг македонских войск не смогла предотвратить поражения Дария. Центр персидской армии и на этот раз не выдержал удара гетеров и фаланги. Весь огромный лагерь персов с обозом, слонами, верблюдами, деньгами попал в руки победителя. Поражение было сокрушительное, решающее. Дарий бежал в Мидию, а потом в горные, малонаселённые и труднодоступные местности на юг от Каспийского моря. Путь к столицам Вавилонии и Сузианы лежал перед македонянами открытым. С захватом казны Дария при Гавгамелах и особенно сокровищ, хранившихся в Вавилоне и Сузах, денежные ресурсы Александра возросли в огромной мере.
В Персеполе в отмщение за опустошение Греции во время похода Ксеркса в 480 г. до н. э. был сожжён великолепный дворец персидских царей. Из Персеполя македоняне двинулись через горные проходы в Мидию, к её столице Экбатанам. Там в связи с окончанием войны «за отмщение эллинов» Александр отпустил на родину фсссалийских всадников и других греческих союзников. Но участие в дальнейшем походе сулило огромные выгоды, и многие из греческих воинов остались на службе у Александра. Ближайшей его задачей было теперь проследование Дария.
После поражения Дарий стал лишь помехой для правителей восточных областей, издавна слабо связанных с переднеазиатскими сатрапиями державы Ахеменидов. Поэтому летом 330 г. до н. э. они убили последнего Ахеменида, а сами ушли дальше на восток. Вскоре после этого сатрап Бактрии Бесс провозгласил себя «великим царём», приняв имя Артаксеркса IV. Александр же объявил его узурпатором, считая себя отныне единственным законным преемником власти Ахеменидов. Продолжая поход на Восток, Александр с наиболее подвижными частями войска направился в Гирканию, куда отступили греческие наёмники Дария. Наступление македонян заставило наёмников прекратить сопротивление и сдаться. Политика Александра по отношению к ним меняется: тех, кто служил персам до Коринфского конгресса, он отпустил на родину, тех, кто поступил к ним на службу позже, он вкл9ючил в состав своей армии. Прежний контингент этой армии быстро таял в непрерывных боях, и необходимы были всё новые и новые пополнения. Из Гиркании македонское войско двинулось в Парфию и Арейю. Захватив главные центры, овладев колоссальными сокровищами, подчинив самую населённую, богатую и культурную часть Персидского государства, греки и македоняне продолжали двигаться всё дальше и дальше в пустынные или гористые места. Это завоевательное движение было обусловлено изменением общего политического положения, состава и характера армии.
Успех похода на первых его этапах и, в частности, захват сокровищ персидского царя вызвали большой приток в македонскую армию не только новых воинов, но и всякого рода торговцев и дельцов. Все они жаждали новых завоеваний, добычи, земли. На сторону Александра перешли многие персидские сатррапы и другие представители иранской знати с сопровождавшими их воинскими отрядами. Александр уже завоевал западную часть территории державы Ахеменидов и стремился к полному овладению её наследием. Однако он не представлял себе ясно обширности оставшейся территории и всей трудности её завоевания.
Возможность дальнейшего наступления на Восток зависела в значительной мере от положения на Западе, в Элладе. К 331 г. до н. э. главным центром антимакедонского движения была Спарта, дарю которой Агису удалось привлечь на свою сторону некоторые другие государства Пелопоннеса. Рост этого движения мог стать серьёзной угрозой македонской гегемонии в Греции. Однако победа Антипатра над союзниками под Мегалополем и смерть Агиса обеспечили Александру прочный тыл на Западе и свободу действий на Востоке.
Борьба населения Средней Азии против македоского завоевания
Походы Александра дают ясное представление о процессе образования характерных для Востока огромных держав. Завоеватели прежде всего стремились овладеть военными и торговыми путями и главными центрами страны. Рассеянное на громадной территории эксплуатируемое население, лишь слабо связанное с этими центрами, не оказало серьёзного сопротивления. Но в Восточном Иране и в Средней Азии— странах, населённых ещё преимущественно свободными общинниками, где сохранились сильные пережитки военной демократии,— обстановка оказалась иной. Здесь македонским войскам пришлось столкнуться со значительными трудностями и затратить на покорение среднеазиатских областей почти три года. Все эти три года были заполнены упорной борьбой с местным населением. Воинственные горные племена и племена пустыни в ожесточённой борьбе отстаивали свою независимость, снова и снова поднимая восстания. Стоило главным силам македонян уйти из покорённой области, как отряды местных жителей нападали на небольшие македонские гарнизоны, истребляли их, нарушали коммуникации. Так, в Арейе сатрап Сатибарзан сложил оружие и подчинился Александру, но когда главные силы македонской армии направились в Бактрию, он вновь восстал. Александру пришлось вернуться в Арейю, чтобы подавить восстание.
Зимой 330/29 г. до н. э. Александр, преследуя Бесса, вступил в Бактрию и через Гиндукуш спустился в долину Окса (Аму-Дарьи). Бесс, опустошив страну, отступил за реку, но ни местное население, ни другие вожди его не поддержали. Птолемей, посланный вперёд с небольшим отрядом, окружил деревню, где находился Бесс, и без труда его захватил. «Великий царь» подвергся жестокой расправе: Бесса пытали, а затем он был отослан в Экбатаны и там казнён.
Македонские войска продвинулись дальше в плодородную долину Яксарта (Сыр-Дарьи). На берегу этой реки был основан город Александрия Эсхата (современный Ленинабад) — опорный пункт в Согдиане. Главными мотивами основания новых или расширения прежних поселений были соображения стратегического и социального характера: это были военные колонии, опорные пункты, в которых оседали воины старших возрастов, инвалиды, наёмники, а также селились местные жители. Население здесь было смешанным: греки, македоняне, иранцы.
Завоевание Средней Азии, однако, далеко ещё не было закончено. Для его завершения необходимо было не только захватить «города», т. е. укреплённые пункты, но и подавить упорное сопротивление местного населения. В 329 г. до н. э. сильное сопротивление македоняне встретили в районе Курешаты. Несколько позже, в том же году, согдийцы и саки истребили двухтысячный македонский отряд. Против завоевателей выступили также кочевые племена Средней Азии — дахи, массагеты.
У местного населения оказался энергичный, неутомимый и способный вождь — согдийский правитель Спитамен. Не вступая в сражение с главными силами Александра, Спитамен нападал на отдельные его отряды и уничтожал их, вновь занимая поселения, уже захваченные македонянами. Борьба с неуловимым противником потребовала много времени и сил. Македоняне чинили жестокие расправы над местным населением. В Согдиане при взятии Газы все мужчины были перебиты, женщины и дети были обращены в рабство. В рабство было обращено и население шести других городов. Только после поражения, нанесённого Спитамену, отпали поддерживавшие его массагеты. Они разграбили обоз бактрийцев и согдийцев, отрубили голову Спитамену и отправили её Александру.
В начале 327 г. до н. э. Александр осадил крепость, где находился один из согдийских вельмож — Оксиарт с семьёй. Осаждённые чувствовали себя уверенно в казавшейся им совершенно неприступной горной твердыне. Они осыпали насмешками македонян и кричали, что лишь летающие люди могли бы захватить их укрепление. Однако в следующую же ночь 300 македонян-добровольцев при помощи канатов полезли наверх. Утром осаждённые увидели врагов на скалах над крепостью и, поражённые внезапностью их появления, сдались. Александр захватил в плен Оксиарта и отличавшуюся необыкновенной красотой его дочь Роксану, которая вскоре стала женой Александра.
В Средней Азии Александр ещё более, чем раньше, стремился привлечь на свою сторону местную знать и военные контингенты, в которых он нуждался. Весьма показательно, что целый ряд мероприятий — введение проскинесы (земного преклонения перед царём), пользование царской индийской одеждой и др.,— свидетельствующих о стремлении достигнуть сближения с Востоком, падает на время пребывания Александра в Восточном Иране и Средней Азии. Бактрийская и согдийская конница была впервые включена в македонскую армию; позднее в состав её вошли также дахи и саки.
Эта политика Александра имела известный успех. Часть местной знати, действительно, стала постепенно менять свою ориентацию, хотя другая её часть продолжала относиться к Александру враждебно. Александр, стремясь приобрести себе новых союзников, возвращал владения переходившим на его сторону представителям местной знати. Он сделал Оксиарта сатрапом Бактрии.
Поход Александра затронул и те области Средней Азии, которые остались за пределами его державы. Зимой 329/28 г. до н.э., когда Александр жил в Бактрах, к нему явились послы от царя «скифов» (скифами эллины называли самые различные северные народы, в том числе и саков). В это же время в Бактры прибыл с 1500 всадников хорезмийский царь Фарасман и обещал Александру быть его проводником, если тот задумает совершить поход на запад, к берегам Эвксина.
Борьба в македонской армии. Военная реформа
Ко времени завоевания Восточного Ирана и Средней Азии относятся первые открытые проявления недовольства вереде командного состава македонского войска. Это недовольство выливалось, главным образом, в форму заговоров против Александра. Об истинных причинах недовольства судить довольно трудно, так как источники подчёркивают в основном личные мотивы участников заговоров. Можно, однако, предположить, что оппозиционные настроения имели корни в старой борьбе между отдельными группировками македонской знати. Теперь эти настроения усилились прежде всего в тех её кругах, которые опасались, что они будут оттеснены на задний план в новой огромной монархии, всё больше принимавшей черты восточной деспотии.
Когда Александр был в Египте, возник заговор Филоты, командира гетеров, сына одного из старейших и опытнейших полководцев македонской армии—Пармениона. Во время пребывания армии в Восточном Иране Филота был арестован, подвергнут пыткам и предан суду, который происходил в собрании македонского войска. Филота был присуждён к смертной казни и расстрелян из луков. Вслед за исполнением приговора Александр приказал умертвить Пармениона. Очевидно, в связи с заговором Александр изменил организацию гетеров, разделив их на две части, во главе которых были поставлены Гефестион и Клит. Осенью 328 г. до н. э., во время пребывания Александра в Мараканде (ныне — Самарканд), произошло ещё одно событие, свидетельствующее о нарастании острых противоречий внутри македонской знати. На царском пиру в порыве гнева Александр убил одного из самых преданных ему полководцев — Клита, обвинившего его в том, что он променял своего отца Филиппа на Амона и что на его пирах теперь нет места свободному человеку, но лишь рабам и варварам. Этот эпизод уже в древности послужил благодарным сюжетом для характеристики Александра как восточного деспота.
Вскоре против Александра организуется заговор пажей. Это была знатная македонская молодёжь, нёсшая личную службу по охране особы царя. Источники говорят о чисто личных мотивах, которыми руководствовался инициатор заговора паж Гермолай. Однако если проследить состав заговорщиков, то можно видеть, что все они вышли из кругов македонской аристократии, враждебно настроенной по отношению к Александру, Пажи, имея постоянный доступ к царю, предполагали умертвить его в постели. Заговор был раскрыт, суд македонян приговорил заговорщиков к смертной казни, и они были побиты камнями. К делу пажей был привлечён Каллисфен, придворный историограф, сопровождавший Александра в его походах. Ранее Каллисфен восторженно относился к Александру, но, будучи воспитан в греческих понятиях о свободе, он не мог примириться с политикой, проводимой Александром, и, когда была сделана попытка ввести проскинесу, не скрыл своего отрицательного отношения к этому церемониалу. Привлечённый по делу пажей, он был подвергнут заключению и допросу, а позже (в 327 г. до н. э.) казнён.
Борьба в рядах македонской знати, с одной стороны, и изменения в условиях ведения войны — с другой, обусловили необходимость проведения реформ в армии. Разные роды оружия соединялись теперь в одну тактическую единицу. Во главе гетеров и комбинированных частей были поставлены ближайшие сподвижники Александра. Прежние командиры — представители враждебной Александру части македонской знати — были либо смещены со своих постов, либо погибли. Александр придал большую мобильность македонской фаланге, увеличил конницу, создал специальные отряды конных копейщиков и лучников.
Поход в Индию
Уже во время пребывания в Бактрии и Согдиане у Александра возникла мысль о новом большом завоевательном походе и покорении Индии, славившейся своими несметными богатствами. Условия, в которых совершался поход, состав армии, стратегические и тактические приёмы — всё было иным по сравнению с завоеванием Малой Азии и даже Ирана. Успехи завоевания влекли за собой расширение материальной базы предприятия и прилив новых сил. Есть все основания рассматривать поход в Индию, как новый этап грандиозного движения на Восток.
Весной 327 г. до н. э. Александр выступил из Бактрии и направился в Индию. С самого начала этого похода македонские войска встретились с упорным сопротивлением племён, обитавших на территории современного Афганистана. Для достижения успеха Александр пользовался любыми средствами: коварным нарушением данного слова, хитростью, угрозами, беспощадными расправами. Местное население при приближении завоевателей часто бежало в горы.
В Индии македонянам пришлось иметь дело с многочисленным, но разрозненным противником: это были свободные племена, сохранявшие ещё во многом формы первобытно-общинного строя, или же небольшие царства. Между этими племенами и государствами и внутри них кипела борьба. Правитель города Таксилы, важного торгового центра на древнем пути из Индии в Среднюю Азию, вступил в союз с Александром. Могущественный царь соседнего государства Пор в союзе с правителем другого крупного царства (в современном Кашмире) Абисарой решил оказать сопротивление македонянам.
Через город Таксилу македоняне двинулись к притоку Инда — реке Гидаспу. где их уже поджидал на противоположном берегу с большими силами — многочисленными всадниками и слонами — царь Пор. Абисара не оказал помощи своему союзнику. В происшедшем у Гидаспа кровопролитном сражении войска Пора потерпели полное поражение. Однако Александр оставил Пору его царство, рассчитывая в дальнейшем на его поддержку. В память победы на обоих берегах Гидаспа были основаны два города — Никея и Букефалия.
После этого македонские войска двинулись далее к югу и приблизились к реке Гифасису. Македонское вторжение приносило разорение, рабство и смерть местному населению, стремившемуся отстоять свою независимость. При взятии города Сангалы множество жителей погибло, другие были захвачены в плен, город срыт до основания. В намерения Александра входило продвинуться за Гифасис. Однако этому помешало всё усиливавшееся недовольство войска. Воинам приходилось продвигаться в трудных условиях, по нездоровой местности, преодолевая сопротивление противника, использовавшего новый для македонян вид оружия— боевых слонов. Армия была сильно утомлена длительными маршами и беспрерывными боями. В ней появились грозные признаки неповиновения. В лагере стали устраиваться сходки, на которых раздавались жалобы на трудности похода и требования отказаться от его продолжения. Александр созвал совещание военачальников. Однако на этот раз и ближайшие его помощники стояли за возвращение. Тогда Александр объявил, что жертвы для продолжения похода не угодны богам, и отдал приказ об отступлении. Из завоёванных в Индии земель были образованы две сатрапии.
Отступление происходило по иному маршруту и фактически превратилось в новый большой поход. Вернувшись к Гидаспу, Александр решил со значительной частью армии плыть вниз по реке, остальные его войска должны были идти берегом. Сильное сопротивление оказали им племена, жившие у слияния Акесина и Гидаспа. Наконец войско прибыло в город Паталу, расположенный в дельте Инда. Отсюда флот во главе с Неархом должен был отправиться океаном в Персидский залив, к устью Евфрата. Другого своего полководца — Кратера с частью армии Алексендр отправил через Арахосию и Дрангиану, сам же с остальным войском направился через Гедросию и Карманию в Перейду и Сузиану.
Эта часть похода оказалась наиболее трудной. Армия очутилась в безводной пустыне. Страдая от страшного зноя, жажды и голода, утопая в горячем песке, войско медленно продвигалось, теряя людей, коней и вьючных животных. Македоняне были вынуждены бросать больных и отставших, так какие хватало повозок и скота для их перевозки. «Немногие из отставших,— пишет греческий историк Плутарх,— у кого сохранились силы, двигаясь по следам войска, спаслись, большая часть их, как бы упав в море, погибла в песке». Когда войско, наконец, добралось до главного пункта Гедросии — Пуры, оно получило возможность отдохнуть. В Кармании Александра встретил Кратер с остальной частью армии. К берегам Кармании пристал также флот Неарха. О нём долго не было никаких известий, и македоняне думали, что их корабли погибли. После встречи Нларха с Александром флот продолжал своё плавание и прибыл к устьям Тигра и Евфрата. Александр поручил Гефестиоиу вести главные силы с обозами и слонами морским берегом в Перейду, а сам с легковооружённой пехотой, гетерами и частью стрелков отправился более спешно в Пасаргады, а оттуда в Персеполь и Сузы. На этом был закончен длившийся почти 10 лет восточный поход.
Основные черты политики Александра
После окончания военных действий перед Александром встала огромная и сложная задача: удержать в своих руках то, что было добыто силой оружия. Для этого ему было необходимо укрепить свою власть над необъятной империей, организовать управление ею, наладить взаимоотношения между македонянами и греками, с одной стороны, и населением восточной части новой державы — с другой.
В исторической литературе Александру часто ставят в заслугу его политику «слияния»: объединение Азии и Европы, персов и македонян на равных началах в государстве, охватывавшем население почти всей ойкумены. Действительно, в политике Александра, особенно в последние годы его жизни, наметилась тенденция сгладить резкие противоречия между завоевателями и побеждёнными. Чисто внешним выражением политики «слияния» явилось устройство пышного празднества в Сузах по случаю торжественного заключения брака Александра, а также браков его друзей и многих македонян с азиатскими женщинами. Конечно, более существенное значение имело привлечение Александром местной знати в государственный аппарат и на командные посты в армию, хотя политика Александра в этом отношении не была до конца последовательной: под конец его жизни в большинстве областей сатрапы из местного населения были заменены македонянами.
Для социального строя империи Александра характерны черты резкого неравенства и жестокой эксплуатации. Основное противоречие в новой державе вызывается уже не противоположностью • между победителями и побеждёнными, но антагонизмом между господствующим классом, в который теперь включается как греко-македонская, так и местная знать, и широкими слоями эксплуатируемого населения.
Для организации управления империей характерно смешение черт восточной деспотии с формами политического строя греческих государств. Александр использовал теорию божественного происхождения царской власти, выработанную с незапамятных времён на Востоке. Его прерогативы как гегемона общеэллинского союза и царя Македонии отошли на задний план перед неограниченной властью обожествлённого властелина огромной державы. Впрочем, развитие политических идей в Элладе шло в том же направлении и облегчало применение восточной теории власти. Героизация и обожествление политических деятелей (например, Лисандра, Тимолеонта и др.) получали в связи с общим упадком полисов, утратой ими независимости всё большее распространение.
Центральное управление огромной державой находилось в руках царя и македонской знати — сподвижников царя в его походах и высших должностных лиц по гражданскому управлению. Особое лицо стояло во главе финансового ведомства — это был один из друзей Александра, Гарпал, впоследствии, однако, бежавший в Афины с огромной суммой денег; высшую должность хилиарха, который был ближайшим помощником царя, занимал в последние годы правления Александра его друг Гефестион. Большое значение получила царская корреспонденция, которой ведал главный секретарь.
Предметом особой заботы Александра было дальнейшее укрепление армии — главной опоры македонского господства. В армии произошли к этому времени крупные перемены: в неё были включены 30 тыс. персидских юношей (эпигонов), снабжённых македонским оружием и обученных по-македонски. В состав конницы были включены лучшие персидские, согдийские и бактрийские всадники. В Описе Александр собрал македонских воинов и отдал приказ о награждении больных и отслуживших и об отпуске их на родину. Этот приказ вызвал бурю негодования: воины требовали роспуска всей армии, щедрых наград и кричали Александру, что дальше он может воевать один «со своим отцом Амоном». Протест принял резкие формы и охватил всю массу греко-македонских воинов. Александр прибегнул к крайним мерам: зачинщики были немедленно схвачены и казнены. Однако вместе с тем Александр вынужден был пойти навстречу требованиям войска: через несколько дней каждому воину была гыдана плата не только за прошлую службу, но и вперёд — за время, нужное для возвращения домой. Десять тысяч македонян были отправлены на родину.
Крайне важным вопросом для Александра было урегулирование отношений с греческими городами. Завоевания оказали глубокое влияние на Грецию. Она выслала на Восток множество воинов, мастеров, торговцев, искателей приключений; много неимущего люда нашло выход в военной службе. Немалая часть богатств, доставшихся на Востоке греко-македонским завоевателям, перекочевала в города Эллады. Но это не ослабило противоречий между ними и Македонией. Все эти годы Греция продолжала оставаться ареной ожесточённых столкновений. Антимакедонские группировки в греческих городах хотя и были подавлены, но выжидали более благоприятного стечения обстоятельств, чтобы выступить снова. В 324 г. Александром был издан указ, согласно которому все города обязаны были принять изгнанников и возместить им ущерб, связанный с конфискацией и продажей их имущества. Вмешательство во внутренние отношения полисов, возможно, преследовало в данном случае определённую тактическую цель — разжечь социальные конфликты, чтобы затруднить консолидацию антимакедонских сил.
Завоевания Александра отразились на экономической жизни как Эллады, так и Востока. Открылись широкие возможности для торговли. Связи со Средней Азией, Индией, Аравией и областями, расположенными у Каспийского моря, сделались более тесными. Количество драгоценных металлов, находившихся в обращении, снльно увеличилось. Большое влияние на развитие обмена оказало введение единой для Греции и Передней Азии монетной системы. Золотые статеры и серебряные тетрадрахмы Александра с его изображением получили широкое распространение, их продолжали чеканить долгие годы и после его смерти.
В политике Александра уже намечается в основных своих чертах экономическая программа эллинистических государств: широкая военная колонизация, усиление старых и создание новых автономных городских центров, укрепление в них рабовладельческих порядков, эксплуатация внегородских земледельческих территорий, мероприятия, способствовавшие развитию сельского хозяйства, ремесла и обмена. И античные и новейшие историки сильно преувеличивали число и значение городов, основанных Александром. Тем не менее не приходится отрицать, что за время завоевания возникло несколько новых крупных центров, которые вскоре приобрели большое значение. Важнейшими из них были: Александрия в Египте, Александрия Ариана (Герат), Александрия Арахосия (Кандагар), Александрия Маргиана, Александрия Эсхата и др.
Одним из результатов похода было значительное расширение географического кругозора греков, поскольку завоевания сопровождались рядом географических открытий, имевших громадное значение. Путешествие Неарха от устья Инда к устью Тигра и Евфрата привело к открытию новых морских путей. Была также послана особая экспедиция для изучения побережья Гирканского (Каспийского) моря. В 324 г. до н. э. Александр участвовал в экспедиции к устью Евфрата; у него возник план направить эту реку по новому руслу и оросить новые земли. С экономическими целями был связан и намечавшийся поход через Персидский залив; для предварительного исследования пути в Аравию были посланы три экспедиции. Весной 323г. до н.э..в Вавилоне шли самые оживлённые приготовления к этому новому походу. Сюда стали прибывать войска из Карий и Лидии, появлялись отряды наёмников. Александр задумал новую реорганизацию армии, ещё более широкое проведение принципа «слияния». В разгаре этих приготовлений Александр внезапно заболел и 13 июня 323 г. до н. э. умер.
Историческое значение монархии Александра
Личность македонского завоевателя, его блестящие военные Успехи производили огромное впечатление и на современников и на последующие поколения. В древности об Александре рассказывали многочисленные легенды, был создан целый фантастический роман, героем которого являлся македонский завоеватель. В зависимости от своего мировоззрения и политических симпатий одни историки прославляли его доблесть и великодушие, другие яркими красками изображали его как восточного деспота, представляли его в образе тирана. Античная традиция нашла своё отражение в фольклоре и художественной литературе европейских и азиатских народов. Великие поэты Низами и Навои создали поэмы, в центре которых стоит образ Александра. Александр, несомненно, был одним из величайших полководцев и государственных деятелей античности. В своей деятельности он далеко вышел за пределы Македонии. Ему пришлось считаться со сложными социальными и международными отношениями, с борьбой интересов различных групп азиатского, македонского и греческого населения. Именно эти сложные и противоречивые отношения, глубоко уходившие своими корнями в особенности экономического и политического развития древнего мира, определяли собой и характер завоеваний Александра и их конечный исход. В результате похода возникла новая громадная империя, в состав которой вошёл не только ряд областей на Востоке, уже не раз объединяемых в рамках одного государства, но весь бассейн Эгейского моря и значительная часть Балканского полуострова.
Держава Александра Македонского принадлежала к тем империям, которые не имели единой экономической базы и представляли собой временные и непрочные военные объединения. Экономически и культурно высоко развитые греческие полисы сильно отличались от полуварварской Македонии; Нильская долина с её тысячелетней культурой и, казалось, раз навсегда установившейся сложной системой управления — от областей Восточного Ирана с их полукочевыми племенами, жившими в условиях ещё очень примитивного быта; богатые многолюдные центры Междуречья — от малонаселённых областей Персиды и Индии. В этом отношении новая держава была сходна с царством Ахеменидов, также представлявшим собой конгломерат, образовавшийся из многих неоднородных частей. Македонское завоевание свелось, главным образом, к захвату богатых городских центров, военных опорных пунктов, важных в стратегическом отношении дорог. Александр ограничивался требованием признания его верховной власти и уплаты податей под контролем македонских правителей и не стремился к изменению и ломке вековых устоев местной жизни. В конечном итоге македонское завоевание изменило расстановку и соотношение сил в Восточном Средиземноморье и Передней Азии, но оно, как показало ближайшее будущее, не смогло обеспечить целостность и прочность греко-македонской монархии и лишь ещё более обострило социальные противоречия, существовавшие на Востоке.
Распад монархии Александра
Положение в Македонском государстве после смерти Александра. Раздел сатрапий
Период истории Македонской державы со времени смерти Александра в 323 г. до н. э. до битвы при Курупедии в 281 г. до н. э. имеет особое значение. Его основным содержанием является процесс распада огромной «мировой» империи, возникшей в результате завоеваний Александра Македонского и образования новых эллинистических государств. Этот процесс отличался большой сложностью. В пёстрой смене событий, происходивших в различных уголках греко-восточного мира, в бурных столкновениях между преемниками Александра (по-гречески — диадохами) трудно уловить определённую связь и закономерность. Тем не менее совершенно ясно, что распад «мировой» монархии и образование новых государств не были результатом случайных обстоятельств или стремлений отдельных личностей, но должны рассматриваться как неизбежный процесс, обусловленный социально-экономическими и политическими причинами.
После смерти Александра власть фактически оказалась в распоряжении войска, которое в вопросе о преемстве власти и в последовавшей затем борьбе выступает как решающая сила. Руководящие посты в армии Александра и высшие должности при дворе, как уже говорилось выше, занимали «друзья» и телохранители царя, по большей части представители македонской аристократии. Помимо Антипатра, командовавшего войском, оставленным в Македонии и Греции, одно из первых мест среди них занимал Пердикка, опытный полководец, прошедший школу Филиппа и Александра. Из других македонских деятелей выделялся Антигон, прозванный впоследствии Одноглазым, сатрап Великой Фригии, и Птолемей, выдвинувшийся к концу правления Александра. Командиром гетеров был Селевк, знатный македонянин из города Эвропоса. Остальные македонские вожди — Лисимах, грек Эвмен и др.— также стремились играть самостоятельную роль. Наряду с македонянами должности сатрапов в восточных областях занимали и иранские аристократы — бактриец Оксиарт, отец Роксаны, Фратаферн, Атропат и др.
«Друзья» царя принадлежали большей частью к числу гетеров. Ядро пехоты образовывала фаланга, представлявшая массу македонских воинов, которые чувствовали противоположность своих интересов интересам гетеров. Эта противоположность проявилась немедленно, дело дошло почти до вооружённого столкновения, но всё же обе стороны пришли к соглашению.
В результате этого соглашения гетеров и пехоты царём был признан слабоумный Арридей — сводный брат Александра, получивший теперь ещё имя Филиппа. Согласились также, что если у Роксаны родится сын, то и он будет объявлен царём; он родился два месяца спустя и был назван Александром.
Фактически власть над Македонией, Фракией и Элладой осталась за Антипатром — верховным стратегом Европы. Военная власть в Азии была сосредоточена в руках Пердикки, верховного стратега Азии. Одновременно был решён вопрос о сатрапиях. Часть областей в Азии осталась за прежними правителями. Антигон помимо Фригии получил ещё Памфилию и Ликию, Эвмен — Пафлагонию и Каппадокию (последнюю, впрочем, предстояло ещё завоевать). Во главе Египта был поставлен Птолемей Лаг, Фракия и Иония достались Лисимаху, Вавилония — Селевку.
Ламийская война
В Элладе смерть Александра явилась поводом к новому подъёму антимакедонского движения, которое привело к войне, получившей название Ламийской — по имени города, около которого сосредоточились военные действия. В ходе этой войны выявились глубокие социальные Борьба диадохов в 321—311 гг. до н. э. противоречия между различными слоями греческого общества. В Афинах имущие слои были против войны с Македонией, демос — за войну. Перевес оказался на стороне демократии, и афинское народное собрание провозгласило войну за свободу Эллады. К Афинам примкнули Этолия, Фокида и другие области Греции. Предводителем всего греческого войска был командир наёмников Леосфен. Вначале греки действовали успешно: Антипатр после неудачного для него сражения при Гераклее в Фессалии вынужден был укрыться в городе Ламии. Возвратившегося в это время на родину Демосфена афиняне встретили с почестями, он встал во главе управления наряду с другим знаменитым оратором — Гиперидом.
Однако вскоре сказалась разобщённость греков и недостаточная их организованность. На помощь Антипатру подошли войска из Азии. В 322 г. до н. э. произошло сражение в Фессалии при Кранноне, в котором македоняне имели перевес. Это сыграло решающую роль: каждое греческое государство стало теперь думать только о своём спасении. Антипатр потребовал безоговорочной сдачи Афин. Гиперид погиб от руки македонян, а Демосфен вынужден был покончить самоубийством. Для очищения города от «беспокойных», малоимущих элементов Антипатр произвёл выселение наименее обеспеченных афинских граждан во Фракию, где они были наделены землёй. Политические права были предоставлены лишь тем из афинян, кто обладал имуществом не менее чем в 2 тыс. драхм. В Мунихии был поставлен македонский гарнизон.
Между тем на Востоке развёртывались события, положившие начало ожесточённой полувековой борьбе диадохов за власть. Причины и ход её тесно связаны с проникновением, расселением и экономическим укреплением греков и македонян на Востоке и процессом образования эллинистических государств.
Очень многое в ходе этой борьбы зависело оттого, какими силами мог располагать тот или иной претендент на власть. Самыми сильными из диадохов были те, которые располагали наибольшими финансовыми ресурсами для создания надёжной и преданной армии. Однако на успех в борьбе диадохов влияли также и другие факторы: характер отношений между «варварами» и греками, наличие на подвластной диадохам территории городов и их политические позиции, наконец, направление социальной политики сатрапов.
Открытая борьба диадохов начинается походом Пердикки в Египет против Птолемея (321 г. до н. э.). При попытке переправы через Нил войско Пердикки понесло потери, сам Пердикка был убит заговорщиками. Успехи Эвмена, союзника Пердикки, в Малой Азии не могли иметь решающего значения. В Трипарадейсе в Сирии был пересмотрен вопрос о распределении сатрапий в связи с изменением политического положения. Война против Эвмена была поручена Антигону В 319 г. до н. э. умер Антипатр, назначив своим преемником не своего сына Кассандра, но одного из сподвижников Александра — Полиперхонта. В связи с этим одновременно с войной в Азии началась борьба за власть между Полиперхонтом и Кассандрой в Македонии. Полиперхонт, стремясь обеспечить себе поддержку греков, выдвинул лозунг «освобождения Эллады» и обнародовал постановление, согласно которому в греческих городах восстанавливался демократический строй и в них возвращались изгнанники. Это возымело немедленное действие. Власть олигархов в Афинах пала, их вожди были казнены (318 г. до н. э.).
Вслед за тем Полиперхонт вступил в соглашение с Эвменом, признав за ним регентство и власть стратега-автократора Азии. Эвмену, боровшемуся в это время с Антигоном, было важно приобрести базу для флота в Финикии и заручиться поддержкой Македонии. Однако поражение флота Полиперхонта у Византия помешало Эвмену удержаться на побережье. Тогда он двинулся в Азию, в верхние, т. е. северо-восточные, сатрапии. Но условия борьбы и здесь сложились для него неблагоприятно. Эвмен был выдан Антигону своим же собственным войском в обмен на захваченный противником обоз.
После перехода войска Эвмена на сторону Антигона силы последнего значительно возросли. Тогда же Антигон умертвил опасного для него сатрапа Мидии Пифона. Селевк, правитель Вавилонии, опасаясь судьбы Пифона, бежал в Египет. Таким образом, Антигону удалось объединить под своей властью Фригию и Каппадокию, Финикию, Междуречье и верхние сатрапии.
Одновременно на Балканском полуострове успех оказался на стороне Кассандра. Даже Афины были вынуждены заключить с ним союз и восстановить олигархический строй. Правителем Афин был «избран» ДеметрийФалерский, известный как философ и законодатель. Попытка Олимпиады, матери Александра, захватить власть в Македонии привела лишь к гибели Филиппа Арридея и его жены, убитых по её приказанию, а затем к казни самой Олимпиады Кассандрой.
В 316 г. до н. э. общее положение было таково: власть над Азией была в руках Антигона, распоряжавшегося огромными военными и финансовыми средствами; остальные диадохи — Кассандр, Птолемей, Селевк и Лисимах — образовали против него коалицию. Начавшаяся ожесточённая борьба шла с переменным успехом. В ней большое значение имели греческие полисы, как центры экономической жизни и как стратегические пункты.
Войны диадохов сопровождались частыми и ожесточёнными столкновениями богатых и бедных, олигархов и демократов, изгнаниями, конфискациями и казнями. Декларации диадохов о «свободе» Греции сочетались с ужасающей жестокостью. Стратег Кассандра в Аргосе сжёг живыми в здании притания 500 человек. Аристодем, посланный Антигоном, опустошил земли Коринфа. Святилища захватывались силой, договоры постоянно нарушались. Военные действия шли одновременно и на Балканском полуострове и в Сирии. Сражение при Газе (312 г. до н. э.) между Птолемеем и сыном Антигона Деметрием окончилось полной победой Птолемея. Селевк получил возможность вернуться в Вавилон.
К 311 г. до н. э. силы обеих воюющих сторон были истощены, пришлось заключить мирный договор на основе существовавшего до войны полсжения. Фактически он закрепил политическую самостоятельность отдельных территорий, на которые распалась держава Александра Македонского. Самым могущественным из правителей того времени продолжал оставаться Антигон. Под его властью находились почти вся Малая Азия, Сирия и Северная Месопотамия. Центром державы Антигона был город Келены во Фригии, расположенный на скрещении торговых дорог. В Малой Азии и на островах Эгейского моря были организованы союзы городов. Важнейшим из них была Лига островитян. Это были организации, которые всецело зависели от Антигона, постоянно вмешивавшегося во внутренние дела полисов.
Слабой стороной царства Антигона было отсутствие в нём прочной социальной опоры. Такой опорой не являлось ни население полисов, значение которых во владениях Антигона было невелико, ни тем более фригийское крестьянство, никак не заинтересованное в поддержке македонского господства. Что касается армии, то состав войска был очень неустойчив: войско пополнялось главным образом наёмниками, на которых трудно было положиться.
Возобновление борьбы диадохов
Соглашение 311 г. до н. э. вскоре было нарушено. Род Александра прекратился: Роксана и её сын были умерщвлены по приказанию Кассандра в 309 г. до н. э. Борьба шла теперь между самостоятельными правителями. В 307 г. до н. э. сын Антигона Деметрий захватил гавани Афин — Пирей и Мунихию. Деметрий Фалерский, правитель Афин, бежал из города. В Афинах был восстановлен демократический строй. Антигону и Деметрию афинянами были оказаны великие почести: воздвигнуты золотые статуи, принесены в дар золотые венки, установлен их культ как богов-спасителей. Их именем быта названы две новые филы, организованы в их честь праздники и пышные процессии. Успехи Деметрия в Греции на этом, собственно говоря, прекратились. Вскоре Антигон отозвал сына в Азию.
Последующие годы заполнены необыкновенно энергичной, но часто беспорядочной деятельностью Антигона и Деметрия. Источники сообщают о многочисленных походах, о блестящих победах, но результаты их обычно оказывались непрочными, и за псбздами следовали поражения. В морском сражении при городе Саламине на Кипре Птолемей был разбит силами Деметрия и потерял почти весь флот и войско. После этой победы Антигон и его сын Деметрий приняли царские титулы (306 г. до н. э.). Птолемей, Селевк, Лисимах, Кассандр последовали их примеру. Вскоре Антигон предпринял поход на Египет, окончившийся полной неудачей. Его флот не мог подойти вовремя вследствие бури, и огромная армия, оказавшись в пустыне, стала испытывать недостаток в припасах. В войске началась «какая-то тяга», по выражению древнего автора, к переходу на сторону Птолемея. Тогда Антигон решил нанести удар Египту, захватив богатый Родос, поддерживавший тесные сношения с царством Птолемея. Армия в 40 тыс. человек под командованием Деметрия была посажена на корабли, вместе с ней были отправлены тяжёлые осадные орудия и снаряжение. К войску Деметрия присоединилось множество всякого рода любителей добычи, торговцев, пиратов. Остров и одноимённый с ним город были сильно укреплены, родосцы готовы были на всё для защиты родины. В ряды защитников были включены граждане, чужеземцы, наконец, даже рабы; тем из них, которые будут храбро сражаться, была обещана свобода.
Осада и оборона Родоса (305—304 гг. до н. э.) вошли в военную историю как замечательное для своего времени событие. Деметрий, получивший прозвище Полиоркета (Градоосаждателя), был крупным организатором и изобретателем в области осадной техники Город не раз п >двергался страшной опасности, но осаждённые упорно сопротивлялись. Родосцам удавалось отражать неприятеля и даже уничтожать осадные орудия Деметрия. Десятки тысяч человек были заняты на осадных работах. Была соо[ ужена новая осадная машина, знаменитая гелеполис («завоёвывающая города»), грегосходившая размерами все предшествующие. Однако попытка произвести общий штурм города успеха не имела. Родос отстоял свою свободу, но должен был заключить союз с Антигоном и выдать заложников. По условиям мирного договора он обязался помогать Антигону против других государств, за исключением Ег тта. Экономические связи и дружественные политические отношения между Родосом и Египтом, таким образом, сохранились.
Битва при Ипсе и ее последствия
Возвратившись после осады Родоса в Грецию, Деметрий занял Коринф и ряд городов в Аркадии и Ахайе и возобновил Коринфский союз, когда-то организованный Филиппом. В договоре Деметрия с союзными городами были повторены статьи, направленные против изменения существующего строя: против отмены долгов, передела земли и имущества, освобождения рабов. Но вскоре Деметрий снова был отозван отцом в Азию ввиду предстоявшей борьбы с коалицией других диадохов.
С юга на государство Антигона двигался Птолемей, который, однако, получив ложные вести о поражении Селевка, поспешил вернуться в Египет. Из Междуречья приближался Селеяк, из Македонии — Кассандр. Ещё раньше Лисимах захватил ряд городов в Малой Азии. Столкновение во Фригии, при Ипсе, летом 301 г. до н.э. оказалось решающим: Деметрий во главе конницы на одном из флангов одержал победу, но, увлекшись преследованием противника, оторвался от Антигона, который потерпел полное поражение в столкновении с фалангой и слонами Селевка. Антигон был убит, его войско разгромлено.
Битва при Ипсе существенно изменила соотношение сил между эллинистическими государствами. Держава Антигона подверглась разделу. Большая часть её территории попала в руки Селевка и Лисимаха. Первый получил Сирию и Северное
Междуречье, второй — значительную часть Малой Азии. Греческие полисы и прежде всего Афины поспешили отделиться от Деметрия. Последний, утратив надежду удержаться в Малой Азии и Сирии, вновь отправился в Грецию и осадил Афины. Город, в котором в это время власть была в руках тирана Лахареса, испытал все ужасы осады и вынужден был сдаться Деметрию.
В 298 г. до н. э. умер Кассандр. В междоусобную борьбу двух его сыновей вмешались Пирр, царь Эпира, и Деметрий. Пирр захватил несколько областей Македонии, Деметрий же был провозглашён её царём. Однако власть Деметрия над Македонией оказалась непрочной. В 288 г. до н. э. Лисимах и Пирр вторглись в Македонию. Македоняне начали массами переходить на сторону противников Деметрия. Деметрий должен был бежать. Пирр и Лисимах разделили его территорию и войско.
Не найдя опоры в Греции, Деметрий отплыл с оставшимися у него войсками в Малую Азию и через области Лисимаха проник во владения Селевка. Однако войска его терпели страшную нужду, а Селевк всё теснее сжимал Деметрия кольцом своих отрядов. Лишившись почти всех своих войск, Деметрий вынужден был, наконец, сдаться противнику. Беспокойный воитель, в течение четверти века державший в тревоге своих многочисленных противников, то терявший почти всё, то возносившийся на вершину могущества, Деметрий кончил жизнь в плену у Селевка (283 г. до н. э.). Это был один из диадохов, в личности которого особенно ярко отразились типичные черты предводителя наёмников, искателя приключений, жаждавшего богатства, власти и почестей.
Конец борьбы диадохов
От падения Деметрия больше всего выиграл Лисимах. Изгнав Пирра, Лисимах в 285 г, до н. э. сделался царём Македонии. В то же время он владел Фракией и значительной частью Малой Азии. Строй его обширного, но недолговечного государства мало известен. По отношению к городам он действовал энергично и властно: облагал их податями, поддерживал олигархов и тиранов, проводил политику укрупнения полисов путём синойкизмов, не считаясь в этом отношении с желаниями населения. Эфес, например, был переведён на новое место, ближе к морю. На Херсонесе Фракийском была расположена столица царства — Лисимахия. Лисимах стремился расширить и укрепить свою власть в Восточной Фракии (на западном побережье Понта), но встретил там упорное сопротивление со стороны греческих городов, которые ему в конце концов удалось подчинить. Однако его попытка продвинуться дальше в страну фракийцев и гетов не увенчалась успехом.
Внутреннее положение государства Лисимаха было непрочным и неспокойным. Поводом к усилению недовольства была казнь по приказу Лисимаха его сына Агафокла, способного полководца. Этим воспользовался Селевк и двинулся во владения Лисимаха. Весной 281 г, до н. э. произошло решающее столкновение в Лидии, при Курупедии. Лисимах потерпел полное поражение, был убит, а его войско перешло на сторону победителя. После этого Селевк переправился на Херсонес Фракийский. Однако и Селевку не удалось подчинить своей власти Македонию, которая продолжала удерживать свою самостоятельность в течение всей борьбы. Вскоре Селевк был убит недалеко от Лисимахии сыном Птолемея Лага, Птолемеем Неравном, бежавшим из Египта в Македонию.
Птолемей Керавн, ориентировавшийся на македонскую знать и войско, вовсе не желавшее слияния Македонии с царством Селевка, был провозглашён царём Македонии. Однако первый же удар смёл его с исторической сцены. Племена кельтов, жившие на севере, в долине Дуная, весной 280 г. до н. э. вторглись во Фракию и Македонию, подвергая опустошению местности, через которые лежал их путь. При первой же встрече с кельтами Птолемей Керавн был разбит, попал в плен и погиб. Македонский престол снова оказался незанятым. Между тем страна была разорена, социальные противоречия в крупных центрах ещё более обострились. В Кассандрии, на Халкидике, произошёл переворот. Подробности его, к сожалению, мало известны. Источники лишь сообщают, что вождь наёмников и бедняков Аполлодор стал тираном и произвёл передел имущества.
В 279 г. до н. э. кельты проникли ещё далее, они грозили Дельфам. С большим напряжением сил войска греческих государств отразили нашествие. Особенно выдающуюся роль в «спасении эллинов» сыграли этолийцы. Два года спустя сын Деметрия Антигон Гонат, располагавший значительной военной силой и владевший многими городами в Греции, нанёс решительное поражение кельтам при Лисимахии, а в 276 г. до н. э. он был провозглашён царём Македонии и стал основателем династии, правившей этим государством более 100 лет. Борьба диадохов была закончена. Правда, войны продолжались и в последующие годы, но эллинистический мир к этому времени принял уже в основных своих чертах тот вид, который сохранялся в течение двух последующих веков.
Глава IX. Восточное Средиземноморье в IV—III вв. до н. э. Эллинизм.
Основные черты развития рабовладельческих обществ Восточного Средиземноморья в IV—III вв. до н. э.
Распад державы Александра Македонского, совершившийся в ходе борьбы диадохов, привёл к возникновению ряда новых государств, оказавшихся относительно более устойчивыми, чем «мировая монархия» Александра. Ранее всего выделился птолемеевский Египет, который сохранил свою целостность в течение всего периода борьбы диадохов. В состав обширного царства Селевкидов после долгой борьбы вошла большая часть переднеазиатской территории прежней Персидской державы, за исключением областей, ставших самостоятельными государствами (Каппадокия, Понт, Вифиния, Пергам и др.); Македония удержала свою гегемонию над истощённой бесконечными войнами Грецией.
В социально-экономическом строе и классовой структуре, в культуре и идеологии государств, сложившихся после распада державы Александра, ярко выступили некоторые новые, специфические черты. Это был сложный и противоречивый процесс взаимодействия греко-македонских и местных элементов, обусловленный как конкретной обстановкой отдельных стран, так и общими условиями развития рабовладельческого мира в этот период. Самое понятие эллинизм, которым принято обозначать период истории Восточного Средиземноморья, Западной Азии и Понта от завоеваний Александра Македонского до покорения Римом последнего крупного средиземноморского государства— Египта, является в значительной мере условным. Было бы неправильно сводить содержание этого понятия к распространению греко-македонского господства и греческой культуры на Востоке, изображая греко-македонских завоевателей носителями активного, «цивилизаторского» начала и противопоставляя их «инертным» массам Востока.
Завоевания Александра Македонского действительно были исходным пунктом небывалой по своим масштабам колонизации. Массы населения Македонии, Греции, Фракии, Иллирии, островов Эгейского моря хлынули на Восток. Греки и македоняне несли с собой свои государственные и правовые нормы, свои производственные навыки, обычаи, религию и культуру. Освоение завоёванных территорий они осуществляли в привычных для них формах, основывая новые полисы и поселения военных колонистов. Но существовало значительное различие между ранним периодом греческой колонизации и новым, «эллинистическим» периодом: тогда колонии представляли собой отдельные, в известной мере изолированные греческие поселения, окаймлявшие прибрежную полосу Средиземноморья и Чёрного моря и соприкасавшиеся по большей части с племенами, жившими ещё в условиях первобытно-общинного строя; теперь греки и македоняне столкнулись с рабовладельческими обществами, насчитывавшими многие столетия самостоятельного экономического, политического и культурного развития, создавшими свою самобытную и зрелую цивилизацию.
Чтобы сохранить и укрепить господство над этими обществами, завоеватели вынуждены были частично приспосабливать свои институты к существовавшим здесь социально-экономическим отношениям, ко всему жизненному укладу восточных стран. В области экономической и политической жизни многое из того, что несли с собой греки — античные формы рабства, полисная структура и т. п.,— сравнительно быстро прививалось в эллинистических странах или в отдельных областях, поскольку близкие формы вызревали в Западной Азии, как мы видели, ещё накануне греко-македонского завоевания. С другой стороны, сами завоеватели многое восприняли из общественно-политической практики и идеологии восточных деспотий (формы эксплуатации широких масс сельского населения, некоторые черты государственного строя и т. д.).
Таким образом, в данных исторических условиях завоевания, как и колонизация, сыграли роль толчка, ускорителя тех процессов, которые и ранее происходили в недрах обществ, имевших при всём различии их исторических судеб однородную социальную основу. Наличие ряда сходных черт развития не исключало, разумеется, того, что и в этот период каждая из стран Восточного Средиземноморья сохраняла свои особенности, а общие процессы приобретали в условиях отдельных стран значительное своеобразие.
Монархия и полис. Союз греко-македонских завоевателеи и местной знати
В новых исторических условиях нет уже прежнего резкого различия двух типов рабовладельческого государства — восчной деспотии и античного полиса. Эллинистическая монархия сохраняет многие черты деспотических империи: верховную собственность на землю, организацию податной системы и др. Но вместе с тем она вбирает, включает в себя и полис, который утрачивает при этом свой прежний характер политически независимого города-государства.
В самой Элладе при всём разнообразии правового положения отдельных полисов общим для большинства из них была потеря независимости во внешней политике, а также большей или меньшей доли самостоятельности во внутренних делах. В эллинистических же государствах Востока полис с самого начала — не свободная республика рабовладельцев и землевладельцев, а лишь городская община, которая хоть и обладает автономией, различными политическими и экономическими привилегиями, но находится под контролем главы обширного государства, служит проводником политики центральной власти, зависит от неё.
Такое положение полисов определялось не только общей обстановкой, но и изменениями в их собственной социально-политической структуре. Полис эллинистического времени уже не мог самостоятельно выполнять свои классовые функции: осуществлять эксплуатацию рабов и зависимого земледельческого населения, удерживать в повиновении городскую «чернь». Для этого он нуждался в сильной военно- монархической власти. Торговым и ростовщическим верхам полиса эта власть нужна была и для того, чтобы завоёвывать и удерживать внешние рынки и торговые пути, обогащаться за счёт «варварской» периферии.
Политика основания новых полисов или превращения в полисы старых городских центров была в той или иной мере свойственна всем эллинистическим правителям. Однако размещение полисов показывает, что они прививались в первую очередь там, где развитие товарно-денежных отношений достигло уже сравнительно высокого уровня, как это было в Месопотамии, Сирии, Малой Азии. Основой для новых полисов служили иногда и поселения военных колонистов (катэкии), особенно в тех случаях, когда они располагались вблизи оживлённых торговых путей.
Местная знать — крупные рабовладельцы, купцы, ростовщики охотно воспринимали полисную организацию и связанные с ней греческие обычаи, право и культуру, так как принадлежность к гражданам полиса была условием получения определённых привилегий, главной из которых было право частной собственности на землю. Полисы были противопоставлены остальной территории страны — так называемой хоре. В понятие хоры включались и сельские поселения, и города, не имевшие полисного устройства. Противоположность полиса и хоры обусловливалась не только различием в их правовом положении: привилегированное положение полиса давало возможность его гражданам принимать участие в эксплуатации населения хоры и в качестве владельцев приписанной к городу царской земли, и с помощью неэквивалентного обмена, ростовщических и откупных операций и т. д.
Для всех эллинистических государств, в большей или меньшей мере, характерно развитие крупного землевладения служилой знати, в первую очередь греко-македонской, а также местной эллинизированной знати и жречества. С течением времени термин эллин утратил на Востоке свой этнический характер и стал применяться для обозначения представителей всех привилегированных слоев общества в противоположность широким массам разноплемённого и эксплуатируемого населения.
Социальный строй. Формы эксплуатации
Возникновение эллинистических государств ускорило развитие рабовладения во всём Восточном Средиземноморье. Непрерывные воины эллинистических царей и династов, греческих полисов и союзов сопровождались, особенно с конца III в. до н. э., массовым обращением людей в рабство. Причём в ряде случаев захват рабов был не только последствием войн, но и непосредственной целью военных экспедиций и походов.
Характерная черта этого времени — рост работорговли, соединённой с пиратством, возникновение международных рынков рабов. Рабовладельческие отношения развиваются не только в старых греческих государствах, но и в тех государствах Балканского полуострова, которые сравнительно недавно вышли из недр первобытнообщинного строя (Македония, Этолия, Эпир, Иллирия и др.), а теперь стали играть особенно активную роль в войнах за захват рабов.
В восточных эллинистических странах увеличивается как численность рабов, так и удельный вес их труда в хозяйстве. Крупнейшими рабовладельцами являются сами эллинистические цари. Труд рабов используется на самых тяжёлых, изнурительных работах — в горных и лесных промыслах, а также и в сельском хозяйстве и ремесле (чему обязан, в частности, своим подъёмом Пергам). Рост денежных отношений и торгово-ростовщического капитала способствовал развитию рабовладельческих отношений, что выражалось в дальнейшем распространении античных форм рабства преимущественно в крупных торгово-ремесленных городах и в консервации, а в отдельных случаях, возможно, и в усилении его старых, примитивных форм, упорно сохранявшихся на Востоке (долговое рабство, рабство в результате самопродажи и продажи детей и др.).
Именно это многообразие форм рабовладения делало крайне условной грань между рабами и зависимым населением, накладывая общую печать рабства на все формы эксплуатации. Основной массой эксплуатируемого населения в восточных эллинистических странах оставались общинники, именуемые в источниках этого времени — лаой («люди»). Они были прикреплены к общине и были обязаны обрабатывать земли царя, знати, храмов, городов и военных колонистов; на них ложилось главное бремя денежных и натуральных'налогов и всевозможных повинностей. Хотя лаой могли иметь свой дом и другое имущество и вступать в правовые сделки, фактически они были полностью беззащитны перед властью царя и знати и находились в руках царской администрации, творившей над ними суд и расправу.
Историческое место эллинизма
Установление господства над новыми территориями и масcoй трудящегося населения, захват рабов и громадных богатств, возникновение новых полисов и расширение торговых связей, колонизация и втягивани&в денежные отношения стран с натуральным хозяйством — всё это дало новый толчок экономическому развитию Восточного Средиземноморья.
В начале эллинистического периода наблюдался некоторый экономический прогресс. Распространяется применение более усовершенствованных орудий труда и приёмов обработки земли (унаваживание, трёхпольная система и пр.), широко развиваются садоводство и виноделие, пастбищное скотоводство, происходит важный для хозяйственной жизни ряда стран обмен сельскохозяйственными культурами и ценными породами скота. Более интенсивно разрабатываются месторождения цветных металлов, железа и других ископаемых. Ряд технических усовершенствований был сделан в ремесленном производстве, в особенности в деле изготовления тканей, обработки кожи, металлов, в строительной и военной технике и пр.
В основе всех этих экономических сдвигов лежал рост разделения труда, специализация отдельных областей, развитие производства на рынок. Одним из наиболее важных проявлений этого процесса было возникновение новых центров ремесленного производства и посреднической торговли в Западной Азии и Египте. Некоторые из них, прежде всего Александрия и Селевкия на Тигре, далеко оставили позади старые, эллинские торгово-ремесленные города. Именно в сфере обмена различие по сравнению с так называемым классическим периодом выступает особенно наглядно. Связи между отдельными частями древнего мира неизмеримо расширились, причём огромное значение приобрела морская и сухопутная торговля средиземноморских стран с далёкой Индией и другими странами Юго-Восточной Азии.
Экономическое оживление, охватившее восточно средиземноморский мир, было бурным и ярким по своим внешним проявлениям, но лишённым вместе с тем прочной внутренней основы. Огромные для того времени массы продуктов, поступавшие на рынок, извлекались путём беспощадной эксплуатации рабов и лаой, непомерного роста всякого рода государственных поборов и широчайшего применения откупов, роста ростовщичества и долговой кабалы и в конечном счёте истощения всех жизненных соков эллинистических стран. Агрессивные войны, разорение целых областей и крупнейших очагов культуры, разгул расточительства, роскоши и паразитизма узкой правящей прослойки — всё, чем отмечена история эллинистических государств, с неизбежностью порождалось их рабовладельческой природой. Поэтому решающей чертой их развития является обострение внутренних противоречий и классовых антагонизмов, которые со второй половины III в. до н. э. выступают всё с большей силой и приводят к широким движениям, охватывающим различные слои населения.
Во II в. до н. э. происходят восстания рабов прежде всего в тех областях, где рабский труд применялся особенно широко — в Аттике, в Пергаме, а также на Делосе, который стал крупнейшим рынком рабов. Борьба между демосом и олигархией выливается в Греции в широкие социальные движения, направленные на передел земель, ликвидацию долгового гнёта, расширение гражданства.
В восточных эллинистических странах одной из наиболее характерных форм классовой борьбы являлся анахоресис, т. е. оставление места жительства и работы и бегство под защиту храма, в другой округ или густо населённую столицу, где легче было укрыться от репрессий царской администрации. Но и здесь с конца III в. до н. э. угнетённые переходят к активной массовой борьбе. Борьба происходила под разными лозунгами, но её социальная направленность очевидна: лаой восстают против «эллинов», представителей богатого и привилегированного класса общества. В городах кипит классовая борьба между богачами и городской беднотой. Не затухали и противоречия между греко-македонскими завоевателями и коренным населением эллинистических стран —противоречия, которые были иной формой того же основного социального антагонизма.
Процесс эллинизации был двойственным по своему характеру и результатам. Известная нивелировка местных и племенных различий, постепенное, хотя и далеко не всеобщее, преодоление прежней религиозной, полисной, общинной замкнутости, расширение экономических и культурных связей были неотделимы от факта завоевания, от подчинения иноземному господству, распространявшемуся на громадные территории, населённые многочисленными народами и племенами. Эллинистическая культура, способствовавшая как распространению крупнейших достижений греческой философии и греческого искусства, так и культурному обмену между Востоком и Элладой, была по преимуществу культурой рабовладельческих и торговых городов, культурой господствующих классов. В массе же эксплуатируемого земледельческого населения продолжали стойко держаться местные культурные и религиозные традиции, хотя религиозный синкретизм и получил широкое развитие.
Завоевания Александра Македонского и образование эллинистических государств оказали сильное воздействие на развитие племён как на территории эллинистических государств, так и за её пределами. Эта многообразная по уровню своего общественного развития племенная периферия так или иначе втягивается в сферу товарного обращения. Арабы и жители Средней Азии, скифы и геты, эфиопы и ливийцы участвуют в международной торговле.
Возникновение и усиление новых государств (Греко-Бактрийского царства, Парфии, Скифского царства в Крыму, Армении, Понтийского царства и пр.) были вызваны, в первую очередь, внутренними причинами — процессом классообразования и развитием рабовладельческих отношений. Эллинистические государства играли в ряде случаев лишь роль своего рода катализаторов, ускорявших эти процессы. Своей завоевательной и грабительской политикой они содействовали внутренней консолидации племён, которые наносили им, в свою очередь, ответные удары.
С течением времени приходит в движение вся периферия средиземноморского мира — от великих пустынь, граничащих с Китаем, до западной оконечности Европы. Без учёта этих громадных экономических, социальных, политических сдвигов нельзя понять ни упадка эллинистических монархий, ни той исторической обстановки, в которой происходит в дальнейшем поглощение их Римом.
Социально-политическое устройство эллинистического Египта по сравнению с другими эллинистическими государствами известно значительно лучше, главным образом, благодаря многочисленным греческим и демотическим папирусам, сохранившимся до нашего времени. Греки задолго до македонского завоевания познакомились с Египтом, куда они проникали в качестве воинов-наёмников и торговцев уже во времена Саисской династии (VII—VI вв. до н. э.). Поход Александра в Египет открыл им ещё более широкий доступ в эту страну.
Египет в конце IV - начале III в. до н. э.
При первом разделе сатрапий управление Египтом, как уже упоминалось выше, досталось Птолемею Лагу. Искусный политик и талантливый организатор, он стал основателем новой династии, правившей в Египте почти три столетия. Птолемей был единственным из диадохов, умершим естественной смертью. Ему наследовал его сын Птолемей II (283—246), впоследствии прозванный Филадсльфом.
В царствование первых двух Птолемеев складываются своеобразные формы отношений между завоевателями и местным населением, намечаются основные принципы экономической и социальной политики нового эллинистического государства, оформляются податная организация и административный аппарат. Все эти разнообразные стороны хозяйственной и социальной жизни Египта регулировались целым рядом постановлений и указов. Некоторые из этих документов дошли до нас, например важное постановление 261 г., касающееся рабовладения, и так называемый «Податной устав» (257 г.).
III в. до н. э. (примерно до 20-х годов) был временем наивысшей политической мощи царства Птолемеев. В это время Египет являлся могущественной империей, господствовавшей в Эгейском морс и в восточной части Средиземного моря. Уже Птолемей I помимо Египта владел Киренаикой, Кипром, Палестиной, Южной Сирией. При его ближайших преемниках господство Птолемеев распространяется на южную и западную части Малой Азии, побережье Фракии и Геллеспонта, на острова Эгейского моря. Одна из особенностей птолемеевского Египта состояла в том, что полисы играли здесь значительно меньшую роль, чем в монархии Селевкидов, которые основали множество греческих полисов.
Наиболее привилегированное положение в эллинистическом Египте занимали высшие сановники, владельцы дарственной земли, военачальники наёмных отрядов. К ним примыкали местная египетская знать и жречество. Наряду со светской знатью и жречеством большую роль играли дельцы всякого рода, торговцы, судовладельцы, богатые откупщики, а также именитые граждане Александрии.
Развитие сельского хозяйства и ремесла
Во все периоды истории древнего Египта основным условием развития и процветания хозяйства в этой стране являлось орошение. От ежегодных разливов Нила зависели благополучие или, напротив, тяжёлые бедствия египетского населения. Создание и развитие ирригационной сети было одной из важнейших функций деспотической власти фараонов и эллинистических царей. Первые Птолемеи, заинтересованные в расширении вывоза хлеба и других сельскохозяйственных продуктов, а также в обеспечении греко-македонских колонистов (клерухов) землёй, с большой энергией берутся за расширение и улучшение оросительной системы и увеличение посевной площади. Мелиорационные работы приняли наиболее широкий размах в Фаюмском оазисе, где болотистые пространства были превращены в плодороднейшие земли. В Фаюме были вынуты тысячи кубометров земли, сооружены новые каналы и плотины, основаны десятки новых поселений.
В технике сельскохозяйственного производства Египта этого времени наблюдается известный прогресс. Помимо старинных приёмов орошения, ручным способом и при помощи шадуфа, появляется более сложное приспособление — сакие. Оно представляло собой сооружение, состоявшее из вращающегося вертикального вала, с которым было скреплено несколько зубчатых колёс. На этих колёсах укреплялись бадьи, которые при вращении вала зачерпывали воду и выливали её на более высоко расположенную террасу. Вал приводился во вращение тягловой силой животных. Возможно, что в Египте появляются и ещё более сложные приспособления для подъёма воды.
Среди сельскохозяйственных культур всё большее и большее значение приобретала пшеница, составлявшая около 80 % зерновых культур. Тщательная прополка посевов, постоянное наблюдение за ирригацией, подбор лучших сортов семян и пр. давали возможность в некоторых местностях собирать два раза в год высокие урожаи. Практиковалась также смена культур, правильный севооборот (при двух- и трёхпольной системе), в котором большую роль играли бобовые растения: арак, чечевица, горох, бобы. Энергичные мероприятия были проведены для подъёма культуры масличных растений и виноградников, расширялись посадки плодовых деревьев. Значительное развитие получило в эллинистический период скотоводство (особенно в царском хозяйстве).
Наряду с сельским хозяйством в Египте продолжало развиваться ремесло. Ремесленная техника в ряде отраслей производства улучшилась, усилилось разделение труда, изменились формы его организации. Ведущими остались те отрасли ремесла, которые имели в Египте многовековую историю развития: ткачество, обработка металлов, керамическое производство, обработка кожи, изготовление папирусов, служивших материалом для письма, выделка стеклянной посуды, начинающей частично вытеснять глиняную. Большого мастерства египетские ремесленники достигли в изготовлении льняных, а также шерстяных и шёлковых тканей. Крупными центрами ткацкого ремесла были города Александрия, Мемфис, Коптос, Гераклеополь, Крокодилополь, Панополь, Фивы. Замечательны резные камни (камеи) эллинистического времени. Алзксандрийская стеклянная посуда, цветная и прозрачная, получила широкую известность за пределами Египта. Кузнечная мастерская. Рельефное изображение на мегарсноп чаше. III в. до н.
Рост обмена и денежного обращения
Хозяйственный подъём в странах Восточного Средиземноморья в конце IV — начале III в. привёл к оживлению обмена и развитию денежного обращения. Египет занял ведущее положение в торговле наряду с царством Селевкидов и островом Родос. В обширных земельных владениях и многочисленных мастерских, принадлежавших царю и знати, производилось огромное количество продуктов, в значительной мере направлявшихся на рынок. Александрия — крупнейший центр городской жизни— нуждалась в снабжении продовольствием и, в свою очередь, вывозила изделия своих ремесленников. Ввоз и вывоз товаров строго регламентировались правительством.
Каждое из крупных эллинистических государств стремилось завоевать преимущественное положение в международной торговле. Египет нуждался в строевом лесе Финикии, в рабах Сирии, в металлах Малой Азии и в изделиях Эллады Архив Зенона, доверенного лица Аполлония — крупного сановника времён Птолемея II,— знакомит нас с ростовщической и торговой деятельностью представителей придворной знати во внешних владениях Птолемеев (Палестине, Сирии, Малой Азии). Оттуда в Египет направлялись большие партии рабов, строевой лес, медь, пурпурная краска, мрамор, вино, мебель, скот и пр. С другой стороны, на изделия египетских ремесленников — стеклянную посуду, прекрасные льняные материи, мази, папирус и зерно — был большой спрос во всех средиземноморских странах. Издавна Египет поддерживал обмен с югом: Эфиопией (Нубией), Суданом. Птолемеи систематически посылали в Эфиопию особые экспедиции для охоты за слонами. Оттуда же везли ценные сорта дерева, золото, рабов. Торговля сопровождалась нередко набегами, захватом добычи.
Одновременно развивается морская и караванная торговля Египта с Аравией и Индией, в особенности в годы правления Птолемея II, когда канал вновь соединил Средиземное море через Горькие озёра с Красным морем. На побережье Красного моря были основаны новые гавани (Миос-Гормос, Береника). Тогда греки ещё не решались пересекать это море и выплывать в открытый океан. Поэтому посредниками в торговле Египта с Индией были южноарабские купцы, доставлявшие оттуда слоновую кость, ароматические вещества, ткани и другие товары.
Развитие обмена требовало налаженного монетного дела Птолемеи чеканили монеты из золота, серебра и меди. В начале своего правления Птолемей I чеканил монету по аттическому образцу, но потом перешёл к чеканке монет родосского и финикийского типа, так как торговля с Родосом и Финикией играла для Египта особенно большую роль. Главной единицей в денежной системе Египта была серебряная тетрадрахма. Внутри страны в широком обращении была и медная монета. Хозяйственному обороту способствовала целая сеть государственных трапез (касс) в Александрии, в административных центрах номов (округов), даже в комах (деревнях).
Рабовладение
С развитием товарно-денежных отношений был тесно связан рост рабовладения, несомненно, имевший место в птолемеевском Египте. Значение рабства в Египте определялось не численным превосходством рабского населения по сравнению со свободным, но тем влиянием, которое организация рабского труда оказывала на положение земледельцев и ремесленников в различных отраслях производства. Рабский труд применялся в горном деле и в известной мере в ремесле и в сельском хозяйстве. Особенно тяжела была участь рабов, работавших в рудниках и каменоломнях. В сходном с ними положении находились государственные должники и преступники. Труд рабов применялся также в больших имениях, как, например, в известном нам хозяйстве Аполлония или представителя местной знати — Петосириса. У собственников средней руки — чиновников, военных колонистов и др.— число рабов также было довольно велико: так, например, некий воин Лептин владел не менее чем 16 рабами. Крупными рабовладельцами были храмы, которые получали значительные доходы от эксплуатации труда храмовых рабов (гиеродулов). Сохранились, к сожалению, в крайне фрагментированном состоянии, специальные указы Птолемеев о регистрации рабов, запрещении вывоза их из Египта, о розыске беглых рабов, наказании рабов и др. В завещаниях и в брачных контрактах рабы упоминаются как вид имущества. Работорговля занимала видное место в торговых операциях. Крупными работорговцами были сами Птолемеи.
Для Египта, как и для других эллинистических государств, было характерным сохранение наряду с развитым рабовладением старинных форм рабства: самопродажи свободных людей, долгового рабства и пр. Представители господствующего класса Египта обращали в рабство в Сирии и Палестине множество лаой. Это явление приняло настолько крупные масштабы, что вызвало вмешательство правительства, заинтересованного в сохранении налогоплательщиков. Птолемей II издал указ, запрещавший покупать или брать в залог лаой (261 г.).
Формы земельной собственности. Царские земледельцы
Для Египта на протяжении всей его истории определяющее значение имела верховная собственность государства на основные средства производства, главным образом на землю. Птолемеи в этом отношении являлись преемниками фараонов. В документах эллинистического времени земли делились на несколько разрядов по степени их плодородия, по доходности и с точки зрения владельческих прав. По характеру владения основной разряд составляла «царская земля», находившаяся в непосредственном ведении царской администрации. Юридически царь являлся единственным собственником всей земли, и, в сущности, вся земля Египта была царской, но из неё выделялись категории земель, отличавшиеся от собственно царской земли. Это были земли «уступленные»—в их состав входили земли храмов, клерухов, «дарственная земля». Земля храмов считалась принадлежащей богу, но государство сохраняло верховные права и на эту землю так же, как и на участки воинов. Дарственными землями владели высшие представители знати. Наконец, по отношению к некоторым земельным участкам устанавливалось более прочное владение, например в тех случаях, когда частные лица на необработанной ранее земле производили посадки плодовых деревьев или виноградной лозы. Процесс развития земельных отношений шёл в направлении роста уступленной земли, её постепенного выделения и расширения за счёт царской земли.
Основными работниками в сельском хозяйстве были лаой, или «царские земледельцы», как их называли в Египте. Крупное землевладение сочеталось с мелким землепользованием. На царской земле, в крупных имениях частных владельцев и храмов практиковалась раздача мелких участков земли царским земледельцам. Их отношение к государству и к частным лицам формально представляло собой наследственную аренду, определявшуюся арендным договором. Но эта форма была лишь видимостью свободного договора: за ней скрывалось совершенно зависимое положение царских земледельцев; вместе с тем она открывала широкую возможность усиления эксплуатации лаой далеко за пределы сложившихся испокон веков норм. Все сельскохозяйственные работы контролировала и регулировала царская администрация, которая указывала, чем и когда крестьянин должен засевать свой участок, и следила за выполнением работ. Когда урожай был собран, царские земледельцы должны были прежде всего уплатить государству так называемую арендную плату натурой и все другие причитавшиеся с них сборы.
Земледельцы сохраняли ещё общинную организацию, в существовании которой правительство было заинтересовано по фискальным соображениям: община отвечала за исправное несение её членами государственных повинностей. Члены общины не имели права оставить свою работу и переселиться в другую местность: покинувшие свои комы подлежали принудительному возвращению. Занятие земледелием обычно передавалось от отца к сыну. Царские земледельцы в принудительном порядке привлекались к ежегодным работам по ремонту каналов и плотин. За счёт местного населения происходило снабжение царя и его многочисленных чиновников во время их поездок. Царские земледельцы не подлежали обычной юрисдикции: их дела разбирала местная администрация в лице так называемых экономов. На условиях жизни и труда лаой отразились и вековая практика восточной деспотии, и развитие рабовладения в период эллинизма.
Население комы не было однородным. Рядом с земледельцами, арендовавшими участки царской земли, жили бедняки, которые не вели никакого самостоятельного хозяйства, работали подёнщиками и использовались на государственных работах, рядом с бедными египетскими воинами (махимой) жили сравнительно зажиточные катэки.
Положение ремесленников, работавших в царских мастерских, во многом напоминало положение царских земледельцев. Они также подлежали административной юрисдикции, были прикреплены к мастерским, в которых работали, их деятельность на каждом шагу тщательно контролировалась администрацией. В египетском ремесле применялся преимущественно свободный труд, но «свобода» эта, как правило, оказывалась призрачной: в тех отраслях, которые составляли царскую монополию (например, изготовление льняных тканей), средства производства принадлежали государству, и фактически ремесленники полностью зависели от царской администрации.
Наряду с крупными мастерскими, которые находились в руках царской администрации, жрецов и владельцев дарственных земель и в которых иногда использовались рабы, существовало много мелких ремесленников, работавших в небольших мастерских или бравших работу на дом. Ремесленники объединялись в союзы, члены которых сходились на общие обеды, имели своего бога-покровителя, платили взносы в общественную кассу.
Государственное хозяйства
Унаследованная от фараонов система государственного хозяйства была расширена и усовершенствована эллинистическими царями. Для Птолемеев и их окружения Египет был прежде всего источником обогащения и наживы. Извлечение и присвоение прибавочного продукта — результата труда всего трудового населения страны — такова была цель государственного хозяйства, служившего одновременно формой организации господства рабовладельческого класса. Система государственного хозяйства охватывала различные сферы экономики Египта. Наибольшее значение и в этом отношении имело сельское хозяйство.
В казну шли многообразные денежные и натуральные поступления от населения царской земли и от населения других категорий земель. Всем землям и тому, что производилось на них, вёлся строгий учёт с фискальными целями. Ежегодно составлялись обширные земельные описи, в которых отмечались состояние земель, размеры участков, их качество, имена владельцев, доходность, характер культур и пр. Особенно строго регламентировались зерновое хозяйство и посевы масличных культур. Назначались специальные лица — генематофилаки («стражи урожая»), которые следили за тем, чтобы ни один колос не ушёл от государственного обложения. Собранное зерно поступало в царские склады и затем отправлялось по Нилу в Александрию, откуда в громадных количествах вывозилось почти во все средиземноморские страны. Другой доходной статьёй была сдача в аренду земледельцам царского скота и пастбищ.
В государственном хозяйстве огромное значение имела система откупа, т. е. аренды у государства частными лицами тех или иных доходных статей. Эта система применялась в сельском хозяйстве и в ремесле, в использовании различных доходных должностей и при организации сбора податей. Предпочтение отдавалось тому, кто предложит большую сумму. Нередко образовывались целые компании откупщиков, соединявших для этой цели свои средства. Царские чиновники зорко следили, чтобы деятельность откупщиков не принесла какого-нибудь ущерба казне.
В птолемеевском Египте несравненно большее значение, чем в фараоновском, приобрели государственные монополии, позволявшие царю концентрировать в своих руках доходы многих отраслей ремесленного производства.
Наиболее точные сведения сохранились о монополии на производство растительного масла. При введении этой монополии Птолемеи отобрали оборудование у всех мелких маслоделов. Теперь масло изготовлялось в царских эрга'стериях, об организации и снабжении сырьём и рабочей силой которых должны были заботиться государственные чиновники •— экономы. Продажа масла была строго монополизирована. Право продажи масла по определённым ценам отдавалось на откуп мелким торговцам, которые должны были выручку доставлять эконому. Монополизированы были также трапезы (кассы), рудники и каменоломни, производство сукна, папируса, пива, пряностей, парфюмерии, поташа, золотых вещей, приготовление красок и пр.
Эксплуатация населения посредством податной системы достигла в государстве Птолемеев громадных размеров. Податная система была очень сложной, существовали различные группы налогоплательщиков, заметно отличавшиеся друг от друга по своему хозяйственному и юридическому положению. Были налоги, общие для всех, и налоги, выплачиваемые сравнительно узкими категориями населения, налоги постоянные и временные, прямые и косвенные. Налоги взимались как в натуральной, так ив денежной форме, причём постепенно увеличивалось значение денежной формы налога. В этой системе резко проявлялась классовая структура эллинистического Египта: главными налогоплательщиками были люди, занятые физическим трудом, т. е. земледельцы, ремесленники и прочие. От поголовной подати были освобождены лишь привилегированные группы — «эллины» и жрецы.
Главный доход с земли поступал в форме арендной платы с царских земледельцев. Но были и собственно земельные налоги и ряд мелких сборов, связанных с земледельческими работами: особые сборы на поддержание в исправности ирригационных сооружений, за использование гумна, за просев муки в царском амбаре, за измерение земли и пр. Сбор с виноградников и плодовых посадок в размере 1/6 части урожая поступал в денежной форме. Он носил название апомойры. Ткачи, кожевники, золотых дел мастера, красильщики и другие ремесленники платили за право занятия ремеслом, а также процент с выручки. Был ряд налогов местного и специального характера: например, в Фаюме собирали налог для кладбища крокодилов (крокодил считался здесь священным животным). Население содержало обширный бюрократический аппарат Птолемеев: существовали особые сборы на оплату расходов канцелярии, на содержание стражников и пр.
Все подвластные Птолемеям территории уплачивали в их казну значительные суммы налогов и податей в денежной и натуральной форме. Кроме прямого обложения обильным источником доходов служило косвенное обложение. На севере — в Пелусии и Александрии и на юге — в Элефантине были устроены таможенные станции: товары, ввозимые в Египет и вывозимые из него, облагались нередко высокими сборами. Существовали также внутренние пошлины: в некоторых пунктах, например в Гермополе, стояли отряды, следившие за провозом товаров. Податная система тяжёлым бременем ложилась на население государства Птолемеев, а произвол и злоупотребления чиновников ещё более увеличивали это бремя.
Крупные хозяйства знати
На эксплуатации рабов и лаой основывались крупные хозяйства аристократии, владельцев обширных дарственных имений. Широкую и яркую картину хозяйственной и социальной жизни крупного имения в Египте 60—40-х годов III в. до н. э. дают многочисленные письма упомянутого выше Зенона, который был управляющим имением Аполлония в Фаюме. Аполлоний владел большими земельными богатствами: у него было 10 тыс. арур дарственной земли около Филадельфии, столько же около Мемфиса и ещё третье имение такого же размера в Палестине. Одновременно Аполлоний вёл разнообразные торговые операции и внутри Египта и особенно за его пределами, имея в своём распоряжении крупный морской и речной флот. Архив Зенона лучше всего освещает порядки и организацию имения около Филадельфии, а также даёт возможность познакомиться с общим характером и масштабами деятельности Аполлония и его ближайших помощников.
Филадельфия была одним из новых поселений, возникших на землях Фаюмского оазиса. Руководство её застройкой было поручено тому же Зенону. В окрестностях Филадельфии были расположены наделы клерухов. Часть территории имения Аполлония обрабатывалась, повидимому, рабами или наёмниками; большая же часть отдавалась местным земледельцам (лаой) в аренду. Эти земледельцы вносили плату за землю натурой. Главную роль в хозяйстве играли зерновые культуры. Часть зерна шла на оплату работникам и на другие расходы, часть — на продажу. Большое значение имела культура масличных растений: сезама, кротона и др. Особое внимание уделялось виноградникам и таким плодовым деревьям, как маслина, айва, смоковница и др. В имении проводилась очистка участков, поросших кустарником и тростником, приобретались лучшие сорта винограда, пшеницы, а также лучшие породы скота. Скота было много; его держали для полевых работ, для транспорта, для убоя, для получения шерсти, кож и т. п.
Зенон развил многообразную деятельность: он давал деньги взаймы под проценты, продавал, покупал, устраивал в имении ремесленные мастерские, возводил постройки и пр. Вся эта деятельность была основана на огромном напряжении сил трудившихся в имении людей. И свободные и рабы подвергались беспощадной эксплуатации. Работники нередко лишь с трудом добивались получения платы и пропитания. Условия заключённых договоров часто не соблюдались. Земледельцы хотя и подавали жалобы, но большею частью безуспешно; нередко они бросали работу и уходили из своих ком. Но иногда в результате массового анахоресиса, как об этом свидетельствует один из документов ррхива Зенона, им удавалось добиться некоторых уступок со стороны царской администрации.
Клерухи
В постоянных военных столкновениях и политических событиях конца IV — начала III в.. до н. э. огромную роль играла армия. По сравнению с другими эллинистическими государствами Египет находился в довольно выгодном положении: воинов привлекали сюда надежда на хорошее вознаграждение, перспектива приобретения земельных наделов в богатой стране и пр. Основным средством обеспечения военной службы в Египте была земля. Система наделения воинов земельными участками применялась в Египте и государствах Передней Азии ещё во II тысячелетии до н. э. Участки предоставлялись воинам не в полную собственность, а лишь как временное и условное владение. Основы этой системы сохранились и в эллинистическом Египте, хотя и с некоторыми изменениями. Прежде всего изменился этнический состав воинов: местные воины — махимой — потеряли прежнее значение и очутились в худшем, чем прежде, положении. Наделение воинов различных разрядов землёй было тесно связано с социальной и экономической политикой Птолемеев. Крупные военачальники получали в качестве дарственных земель большие имения, военачальники низших рангов и простые воины лись наделами от 5 до 100 арур. Если клерухи с наделами в 5-7 арур являлись теми же крестьянами, то катэки, составлявшие высший слой военных колонистов, были владельцами сравнительно крупных участков и нередко применяли в своём хозяйстве труд царских земледельцев. Одним из центров военной колонизации был Фаюм, далее шла линия военных поселений от Мемфиса к югу. Земля, предоставляемая воинам за их службу, в III в. оставалась в принципе царской и могла быть отобрана царём. Помимо земли воины обычно получали скот и семена. Размещались они в домах местных жителей. Вопрос о постое стоял очень остро и приводил к столкновениям между воинами и местным населением. Вообще военные колонисты вносили элемент насилия и произвола в жизнь египетской деревни.
Роль жречества
Главной опорой Птолемеев были крупные землевладельцы, наемники и военные колонисты, к ним по своим социальным интересам примыкало и египетское жречество, обладавшее землями и другими видами богатства. Значение жречества в эллинистическом Египте, его социальное и политическое влияние основывались на экономической мощи храмов, на прочной организации жрецов, на их власти над умами населения. Птолемеи в некоторых отношениях урезывали самостоятельность жречества, но поддерживали его, как социальную силу, проявляя по отношению к нему исключительную щедрость. Надписи неоднократно сообщают о даровании Птолемеями земли вместе со всеми доходами местным божествам. Уже при Птолемее I был установлен культ нового бога —• Сараписа, который соединял в себе черты важнейших божеств греков и египтян. Почитание Сараписа вскоре широко распространилось среди египетского и греческого населения.
Храмы были крупными хозяйственными центрами. Областью крупного храмового землевладения была Фиваида: храмы Гора вЭдфу, Исиды на острове Филы и др. располагали тысячами арур. Кроме «священной земли» храмы использовали и ту землю, которую верующие (например, клерухи) посвящали богу, и иногда ещё приарендовывали более или менее крупные участки •о.арс.кож'ае'шта. 'Х.ра'шл обяадалж некоторыми привилегиями и в области ремесленного производства (например, правом на выработку сезамного масла, считавшегося монополией государства, на изготовление особых тканей). Жрецы получали денежное пособие из казны и собирали с верующих обильные приношения.
Жречество в эллинистическом Египте составляло многочисленную и стройно организованную корпорацию. Во главе храма стоял архиерей, или эпистат, представлявший местное жречество в сношениях с правительством. Жрецы периодически собирались на съезды (синоды). Храмы сохраняли некоторые особые права, как, например, право убежища.
Обеспечивая Птолемеям свою поддержку, жрецы требовали определённых уступок от центральной власти. По отношению к выступлениям народных масс жречество занимало резко враждебную позицию.
Птолемеи быстро усвоили государственные традиции царства фараонов, использовали их налаженный аппарат и учение о божественном характере их власти. Уже при первом Птолемее культ Александра распространился по всему Египту. Вторым этапом в развитии царского культа было обожествление жены Птолемея Арсинои, умершей в 270 г. Культ Арсинои поглощал упомянутую выше денежную подать— апомойру. Последующие Птолемеи приобщались к богам вскоре после вступления на престол. Но царский культ не только восходил к традиционному культу фараонов, унаследованному новыми правителями Египта. Отчасти он был сознательным политическим приёмом правительства, при помощи которого легализовалась и укреплялась власть династии.
Царство Птолемеев было сильным централизованным государством. Царь обладал всей полнотой власти. В организации управления вековая египетская
Государственная система
Птолемеи быстро усвоили государственные традиции царства фараонов, использовали их налаженный аппарат и учение о божественном характере их власти. Уже при первом Птолемее культ Александра распространился по всему Египту. Вторым этапом в развитии царского культа было обожествление жены Птолемея Арсинои, умершей в 270 г. Культ Арсинои поглощал упомянутую выше денежную подать— апомойру. Последующие Птолемеи приобщались к богам вскоре после вступления на престол. Но царский культ не только восходил к традиционному культу фараонов, унаследованному новыми правителями Египта. Отчасти он был сознательным политическим приёмом правительства, при помощи которого легализовалась и укреплялась власть династии.
Царство Птолемеев было сильным централизованным государством. Царь обладал всей полнотой власти. В организации управления вековая египетская бюрократическая традиция сочеталась с греко-македонскими принципами управления. Птолемеи, опираясь на греческое право, развивают интенсивную законодательную деятельность. Поражает обилие и мелочность дел, подлежавших решению царя, обширность канцелярской переписки. Крупные и мелкие чиновники усердно писали, переписывали и рассылали законы, распоряжения, жалобы и пр. Делопроизводство велось на греческом языке, выработался особый канцелярский стиль и сложная терминология. При дворе Птолемеев сохранились традиции времени Александра: здесь тщательно вели «царский журнал» и обширную царскую корреспонденцию. Существовал ряд высших придворных должностей: «родственников», «равных по почёту родственникам», «первых друзей», «равных первым друзьям», «друзей», «преемников» и пр.
Все представители царской администрации старались использовать вкгоды своего положения и получить как можно больше с населения. Множество людей стремилось в Александрию, поближе ко двору — источнику обильных доходов и милостей.
Вершиной административной иерархии была должность диойкета, управляющего хозяйством и финансами. Он ведал царской казной, учётом хозяйственных ресурсов, учётом и сбором поступлений, контролем расходов. Вся его деятельность была подчинена чисто фискальной цели: пополнению царской казны. Диойкет был первым сановником в государстве, и если это был способный и энергичный человек, то он становился почти всемогущим, как показывает пример не раз уже упоминавшегося Аполлония в правление Птолемея II.
За исключением трёх греческих городов, весь Египет представлял собой хору, т. е. это были сельские местности и поселения городского типа, не имевшие самоуправления. В управлении хорой не было отчётливой и стройной системы. Хора сохранила древнее деление на номы, которые во многом удержали прежнюю обособленность. Ном делился на несколько топархий, в состав топархий входили как низшая единица комы. Функции прежних номархов перешли к стратегам, которые стали во главе управления нома. Секретарь, ведавший всем делопроизводством нома, назывался царским секретарём. Соответствующие должностные лица были также в топархиях и в комах. Назначение на все эти должности зависело от диойкета.
Деятельность всех этих должностных лиц в номах была тесно связана с деятельностью финансовых чиновников, которые также подчинялись диойкету. Главным должностным лицом по финансовому управлению в номе был эконом. Дошедшая до нас «Инструкция эконому» III в. до н. э. прекрасно рисует его обширные полномочия. Они охватывали, в сущности, всю хозяйственную жизнь нома. Эконом должен был заботиться об увеличении царских доходов, об улучшении сельского хозяйства, о благоустройстве царских земледельцев, выслушивать их жалобы, следить за состоянием ирригации в номе, проводить ремонт каналов и плотин. На него же возлагался контроль за работой ткацких мастерских и маслоделен, за торговлей, за сдачей доходных статей на откуп и др. Проверять деятельность эконома должен был контролёр.
В административном центре находилась касса (трапеза) во главе с трапезитом, выполнявшая очень разнообразные денежные операции и прежде всего принимавшая поступления от плательщиков налога, от откупщиков и пр. Там же находился и номовый склад зерна (тесавр), которым ведал ситолог. И трапеза и тесавр имели отделения в номах и в местечках. Трапезиты и ситологи, как и весь многочисленный административный персонал, представляли собой людей, целиком зависевших от царя и получавших из казны плату деньгами или натурой.
Наличие групп населения с различными правами, резко противостоявших друг другу, отразилось на судебной организации. Наряду с греческим правом сохраняло отчасти своё действие и право древнеегипетское. Существовали различные суды для египетского и греческого населения, для полисов и хоры; тяжбы, в которых участвовали и египтяне и греки, решались в общем судилище. Громадное значение и развитие получила в царстве Птолемеев административная юрисдикция, распространившаяся на значительную часть населения.
Полисы. Александрия.
В эллинистический период продолжали существовать древние административные и религиозные центры: Мемфис, Фивы, Гермополь, Гераклеополь и др. Многие египетские города были также торгово-ремесленными центрами. Однако они не пользовались правом самоуправления. В Египте было лишь три полиса — Александрия, старая греческая колония Навкратис и основанная Птолемеем I в Верхнем Египте Птолемаида. Эти полисы не принадлежали к хоре и не входили в управление нома. Граждане их — привилегированный слой наиболее зажиточного городского населения — составляли городскую общину и объединялись в филы и демы. В Навкратисе и Птолемаиде они выбирали совет города и ряд должностных лиц. В Александрии — столице государства — городского совета не было. Здесь помимо македонян и греков жили также фракийцы, критяне, иранцы, выходцы из Малой Азии, иудеи, сирийцы и, наконец, египтяне. Это многочисленное разноплемённое население, за исключением египтян, лишённых каких-либо политических прав, объединялось по этническому признаку в своеобразные общины с некоторыми органами самоуправления— политевмы, независимые друг от друга и подчинённые царской администрации. Степень самоуправления политевм была неодинакова.
Александрия была крупнейшим эллинистическим городом, резиденцией царского двора,центром ремесла, торговли, культуры. Она была расположена на важных путях сообщения. «Это единственное во всём Египте место и для торговли на море, благодаря его превосходной гавани, и для торговли сухопутной, потому что всё легко свозится по реке и собирается в таком пункте, который представляет наибольший в мире рынок»,— писал географ Страбон. В гавани Александрии заходили сотни кораблей со всех концов эллинистического мира, грузились и выгружались разнообразнейшие товары.
На острове Фарос, с которым Александрия была соединена длинной насыпью, был выстроен зодчим Состратом Книдским знаменитый маяк вышиною более 100 м. Этот маяк в древности считался одним из чудес света. По улицам Александрии двигалась разноплемённая толпа, слышался говор на разных языках. Нередко в город прибывали посольства, иногда из отдалённых стран: из Италии, с северного побережья Понта. Город был построен выдающимся архитектором Дейнократом из Родоса по стройному плану. Его длинные прямые улицы не были похожи на улицы старых греческих городов. Александрия делилась на пять кварталов. В царском квартале были расположены дворец Птолемеев, театр, МуСейон, библиотека, гробница Александра. В городе было множество садов, храмов, парков, бань. Далеко за стенами города тянулись сады, огороды и усадьбы богатых александрийских граждан.
Александрия была величайшим культурным центром эпохи эллинизма. В ней жили и работали выдающиеся учёные, поэты, художники и архитекторы того времени.
Царство Селевкидов в начале III в. до н. э.
Самым большим из эллинистических государств было царство Селевкидов. Первоначальным ядром его была Вавилония, доставшаяся Селевку при распределении между диадохами наследства Александра Македонского. В последующие годы Селевк, принимавший самое активное участие в бурных событиях конца IV — начала III в., значительно расширил размеры своего царства.
В состав царства Селевкидов уже до 303 г. вошли все верхние сатрапии, т. е. Мидия, Персида, Сузиана (Элам), Бактрия и Парфия, а после битвы при Ипсе — Северная Месопотамия, Северная Сирия и значительная часть Малой Азии. Для Селевка было важно урегулировать отношения со своим восточным соседом — Чандрагуптой, правителем обширного царства Магадхи в Индии. Селевк уступил Чандрагупте территории в Пенджабе, завоёванные Александром, а также Гедросию, Арахосию и Парапамисады, получив от него несколько сот боевых слонов. Заключение мира с Чандрагуптой позволило Селевку сосредоточить все силы для борьбы за расширение своих владений на западе; оно имело также и большое экономическое значение — пути, связывавшие западные области с Индией, в течение полувека ещё оставались в руках Селевкидов.
В столицу царства Магадхи — город Паталипутру был отправлен послом грек Мегасфон, составивший потом подробное описание Индии, её природы, хозяйства, своеобразных социальных отношений, политического строя, обычаев и нравов.
Распад царства Антигона Одноглазого (301г. дон. э.) ещё больше увеличил могущество Селевка, а после победы над Лисимахом при Курупедии (281 г. до н. э.) казалось, что Селевк сможет объединить почти все территории, входившие в империю Александра, за исключением Египта. Однако последовавшие после смерти Селевка события — утверждение на македонском престоле Антигона Гоната и вторжение в Малую Азию кельтов (галатов) — заставили его наследника Антиоха I отказаться от притязаний на гегемонию в эллинистическом мире.
Развитие сельского хозяйства, ремесла и торговли
Главными, наиболее развитыми в экономическом отношении областями царства Селевкидов были Северная Месопотамия, Вавилония и Северная Сирия. Для этих областей было характерно сочетание развитого сельского хозяйства в плодородных речных долинах и многолюдных торговых городов, являвшихся гаванями или узловыми пунктами караванных путей. Исключительное плодородие почв в долинах Тигра и Евфрата позволяло собирать обильные урожаи. «Страна эта производит ячмень в таком количестве, как никакая другая»,— писал про Вавилонию Страбон в конце I в. до н. э. Развитие земледелия в Месопотамии зависело от состояния ирригационной системы. Регулирование разливов Тигра и Евфрата требовало больших усилий: надо было постоянно следить за состоянием каналов, поддерживать или сооружать новые плотины и водоёмы. Почти столь же плодородны были долины Сирии. Сирийская пшеница славилась за пределами этой страны; семена этой пшеницы вывозились даже в Египет. В Вавилонии, Сирии и других сатрапиях царства Селевкидов применялся правильный севооборот, производились посевы бобовых и масличных растений: кунжута, льна и др. Большое распространение имели культура винограда и виноделие (Сирия). Земледелие было нередко связано со скотоводством. В больших хозяйствах разводили коней, быков, верблюдов, овец и другие виды скота не только для удовлетворения потребностей данного хозяйства, но и на продажу. Но особенно широкое развитие скотоводство получило в Мидии, Армении и некоторых областях Малой Азии, где были превосходные луга и можно было разводить самые лучшие породы коней.
В многочисленных старых и вновь основанных городах государства Селевкидов быстро возрастало число ремесленников и торговцев. В отдельных областях местное производство развивалось ещё с IV в. до н. э. В некоторых из них издавна существовали центры того или иного ремесла: в Вавилонии, например, изготовлялись льняные ткани, Малая и Средняя Азия славились обработкой металлов. Некоторые изделия начинают изготовляться лишь в период эллинизма, и страна освобождается от их ввоза из-за границы (керамическое производство во внутренних областях Малой Азии). Широко использовались также богатства недр и лесов (Сирия была богата строевым лесом). Основными экономическими центрами державы Селевкидов были Селевкия на реке Тигре, экономическое и политическое значение которой выступает особенно отчётливо по сравнению с положением «угасающего» Вавилона, Антиохия и Селевкия в Пиерии (на побережье Средиземного моря).
Развитие товарного производства сопровождалось установлением более тесных отношений между отдельными областями. Возрастает значение прежних, давно налаженных торговых связей. Особенно важна была дорога, соединявшая побережье Эгейского моря (Эфес) с Месопотамией (Селевкия на Тигре) и далее с Персидой, Мидией, Бактрией, Согдианой, Индией. Селевкиды в течение долгого времени удерживали контроль над этой дорогой. По ней продвигались на далёкий Запад ценные товары Востока — шёлковые ткани, благовония, а изделия искусных ремесленников Сирии, Месопотамии и Эллады попадали в Среднюю Азию и Индию. Селевкиды, как и Птолемеи, стремились захватить в свои руки торговлю с Индией, с богатой Магадхой. Но в то время как Египет мог вести эту торговлю лишь морем, прибегая к посредничеству аравийских купцов, Селевкиды до отпадения Парфии и Бактрии господствовали над всей сухопутной дорогой в Индию. Интересы Селевкидов и Птолемеев сталкивались также в Финикии и Малой Азии. Поэтому и здесь размеры, направление и значение торговли зависели в значительной мере от политической ситуации. Транзитная торговля, осуществлявшаяся по важнейшему торговому пути от побережья Малой Азии через Междуречье в глубь Ирана и Средней Азии, а также по караванному пути из Аравии, по побережью Сирии через пустыню в Вавилонию, имела большое значение в хозяйственной жизни царства Селевкидов. Однако немалое место в торговых оборотах селевкидской монархии занимали и изделия местного производства.
Города и катэкии
В основе эллинизации Востока лежит процесс греко-македонской колонизации, связанный с основанием новых городов и поселений, с переменами в хозяйственной жизни, в методах эксплуатации широкой массы местного населения. Селевкиды своей политикой оказали сильное воздействие на этот стихийный процесс. При первых двух Селевкидах колонизация, начало которой было положено при Александре, развёртывается во всю ширь. Возникает множество поселений, среди которых далеко не все были городами в греческом смысле слова. Между полисами также существовали немаловажные различия: это были или крупные торговые города, или крепости, занимавшие важные стратегические пункты, или города, образовавшиеся на месте святилищ.
Главной ареной колонизации являлись западные области: Малая Азия, Сирия, Месопотамия. В плодородной и необыкновенно выгодно расположенной в отношении торговых путей Северной Сирии, в долине реки Оронта, возникли Антиохия, вскоре превратившаяся в крупнейший центр мировой торговли, Селевкия в Пиерии — порт Антиохии, Апамея, военная столица Селевкидов, Лаодикея. На среднем течении Евфрата были расположены Эвропос (Каркемшн) и Дура-Эвропос. В Месопотамии также были основаны новые полисы: Эдесса, Селевкия Эрифрейская, Антиохия Харакс и др. Селевкия на Тигре, наряду с Антиохией наОронте, стала главным городом всего царства, с более чем полумиллионным населением, разноплемённым и разноязычным, в значительной мере переселённым из Вавилона. Много крупных полисов появилось и в Малой Азии: Антиохия (Таре), Сарды, Апамея Киботос (Келены) — бывшая столица царства Антигона Одноглазого. Сравнительно с этими областями, в которых преимущественно оседали колонисты с запада, в северных и северо-восточных сатрапиях городов было меньше; здесь они носили иной характер, являясь опорными пунктами Селевкидов среди местного, нередко враждебного населения, как, например, Эпифания (Экбатаны) в Мидии, Гекатомпил и Сотейра в Парфии, Антиохия Маргиана (бывшая Александрия Маргиана) в Средней Азии и многие другие.
Большая часть новых полисов представляла собой старые поселения и города, которые получили теперь устройство греческого полиса: народное собрание (не всегда), совет избираемых гражданами должностных лиц, филы и демы. Города владели землёй, имели свои денежные средства, издавали законы, сооружали гимнасии, театры и другие общественные постройки, устраивали празднества и состязания. Правами граждан (правом выбирать магистратов, участвовать в управлении и пр.) пользовалось лишь привилегированное меньшинство. Земледельческое население, жившее на территории, приписанной к городу, находилось в зависимости от города, а следовательно, от городского привилегированного меньшинства, сосредоточившего в своих руках материальные ресурсы, влияние и власть.
Изучение структуры и роли городов в царстве Селевкидов позволяет понять различие между этими городами и греческими полисами предшествующей эпохи. Многочисленные полисы в государстве Селевкидов не были теми суверенными городами-государствами, какими были греческие полисы V—IV вв. до н. э. Они были лишь одним из элементов (правда, очень важным) в политической структуре государства.
Наряду с греческими полисами в царстве Селевкидов существовали большие восточные города, имевшие иное устройство. Это были храмовые города: Вавилон, Урук и др. Полноправное население этих городов группировалось вокруг храмов. Так же как в полисах, оно составляло имущее меньшинство. Граждане были освобождены от налогов и пошлин, обладали рядом привилегий, владели землёй. Жречество и городская знать пользовались вниманием Селевкидов, которые, подобно некоторым ассирийским царям, вели по отношению к этим городам покровительственную политику. Предоставляя как греческим, так и восточным городам известное самоуправление, Селевкиды сохраняли над ними контроль, осуществляя его при посредстве особых должностных лиц — эпистатов. Фактически не только города, платившие форос (дань), но и так называемые «свободные» города находились в полной зависимости от центральной власти.
Наряду с полисами одним из существенных элементов в структуре государства Селевкидов были катэкии. Иногда это были поселения воинов в важных стратегических пунктах тех областей, в которых было неспокойно, или вдоль границы. Состав колонистов был смешанный: македоняне и греки, местные жители, наёмники различного происхождения. Воины получали наделы средней величины; участок служил обеспечением военной службы. Иногда же они получали пустоши на условии льготной аренды. Но военные колонии составляли только часть поселений этого типа: термин «катэкия» имел более общее значение, и в состав на |
