Яков Кротов

И С ЭТОЙ ЖЕНЩИНОЙ

Я ЖИВУ!..

Предисловие

Эта книга находится и на моём сайте: krotov.info. Все авторские права (на текст и фотографии) принадлежат мне.

Москва, 12 февраля 2022 года.

(Первый вариант был подписан 30 декабря 2020 года)

8 марта

— И ты, брют! — воскликнула жена, увидев меня с шампанским.

Крохоборчество

— Надо бы сделать феминный вариант «Что такое хорошо». Типа «Крошка дочь к отцу пришла И спросила кроха»...

— Девочки — не спрашивают! — отрезала любимая женщина и договорила:

— И сказала дочка: «Папа, я пойду гулять, И на этом точка».

Имяславие

— На самом деле, мушкетёров звали Этос, Спортос и... и...

— Арматурис, — не задумываясь, отрезала любимая женщина.

1966 год. Любимая женщина в мушкетёрском наряде.

Вопрос вопросов

— Опять проснулся в пять утра, какие-то пьяные под окном, и один мощно так орал, как заведённый, одну фразу: «Ты что, умнее всех!» А что ему отвечали, слышно не было.

— Потому что никакие это не пьяные, а это к тебе ангел с небес был послан с вопросом от Бога... — сонно ответила любимая женщина.

Медико-диссидент

Читаю записные книжки Венедикта Ерофеева, в основном, выписки. Многое поражает меня точно так же, как Ерофеева, но у меня не блокнот, а жена.

— Послушай: император Александр лично ставил клистир Аракчееву!

— А Сперанский уклонился от этой чести и за это был сослан в Сибирь? — ответила любимая женщина.

1804 год. Джеймс Гилрей. Карикатура: британское казначейство отбивается от просящих денег.

Занимательная геометрия

— Смотри, смотри, у этого мужика кубики на животе! — тычу я пальцем в экран.

— А у тебя шарики в голове, — утешила любимая женщина.

Наш монастырь

— Ты у меня иромонах.

— А ты тогда кто?

— Монъяшка!

В поисках лимонада

— С утра всё сбилось, — жалуюсь жене, — написал незапланированный текст о политике, не выдержал. Там, правда, есть одна свежая мысль о заклинательной природе речи...

— У тебя незапланированный текст как незапланированная беременность, — отвечает любимая женщина. — Аборт сделать нельзя, приходится искать что-то симпатичное в фотографии на узи.

Неукротимое смирение

— Положил очки в холодильник. Ну какой же я балда!

— Ты прав как всегда!

Чет-нечёт

 — Очаровательная хохма! «Золушка вышла замуж за принца. Он усеял их комнату лепестками роз. Когда пробило 12 часов, они превратились в носки».

-— И носков оказалось нечётное количество.

Мыслёж

— Дворники имеют профессию и менеджеры высшего звена квалификацию, а я БОРЗ — человек Без Определённого Рода Занятий, — заигрываю я с любимой. Четыреста лет прошло, а женщины по-прежнему готовы пожалеть Отелло.

— У тебя очень определённый род занятий, — сухо отвечает жена.

— Это какое же?

— Мысление. Тьфу... Мыслительство. Мыслинг! Мыслёж!!.

— Дорогая, остановись!... Я омыслеваю...

Евангельская кулинария

— Всё-таки пост — мужское изобретение, — вздыхает любимая женщина, колдуя над чечевичной похлёбкой. — Не вам же готовить. Всё постное хлопотнее и обычно дороже.

— Ну что делать! — говорю я, — Спаситель постился сорок дней…

— Он не постился, Он нагуливал аппетит!

Первомай

Любимая женщина придумала лозунги к первомаю: «Фаст-фут, фаст-труд, фаст-блуд».

Возврату и обмену не подлежит

— Взялся за гуж, не говори, что не муж.

— Да ты же не знаешь, что такое гуж! - откликаюсь я.

— За кого взялся, тот тебе и гуж! Ну, та. . Та-та-та!

Антипраздники

— На «их» государственные праздники у вас что-то планируется? — спрашиваю я у жену, озабоченно запихивающей в сумку учебные планы и программы.

— Это антигосударственные праздники, — сердито отвечает любимая женщина.

Домоводство

— Дом быта… На храмах надо писать «дом инобытия», на Лубянке — «дом битья»… На магазине — «дом сбыта», на вокзале «дом убытия», на роддоме «дом прибытия»… реанимация – «дом забытья», крематорий – «дом небытия» …

Кво вадис?!

— «Quo vadis Domine» на сленге, — говорю любимой женщине, — будет «Господи, куда прёшь».

— Нет, — задумчиво отвечает жена. — Надо: «Господи, куда прёшь, а ещё интеллигент!»

Руссоматика

— Странно, — говорю я, — «русофоб» с одним «с», а «руссофилия» — с двумя...

— Один плюс два... — молниеносно подсчитала вслух любимая женщина. — И в результате «СССР» — с тремя «с».

Бой курантов

— Только в России о Новом Годе говорят как о войске: «наступающий», — ворчу я.

— Хорошо ещё, не «атакующий», - успокоила любимая женщина.

Толстоевщина

— Смотри, в кои веки отличная хохма, — говорю жене. — Чуть подредактирую, тогда будет так: «Если бы Достоевский и Толстой написали роман вдвоем, вышла бы «Война и идиоты».

— Или «Воскресение и наказание», — весело добавила любимая женщина.

Каждому своё

— Помнишь гигантское евангелие в Суздале? — говорю любимой женщине. — Она, оказывается, на 15 сантиментров длиннее — в высоту — чем самая большая европейская рукописная книга, это Библия XII века, «гигас кодекс», там 90 сантиметров.

— 15 сантиметров, — сказала любимая женщина, — заставляет вспомнить неприличный апокриф насчёт разницы в ширине между нашей железной дорогой и европейской...

— Колея-то шире всего на восемь с половиной, так что хвастаться Николаю Палычу было нечем. — Ответил я. — Зато в европейской рукописи есть портрет сатаны, очень милый...

— А может это автопортрет?

Предложение

— Как интересно, — говорю жене. — По-украински жена — «дружина», так «пожениться» выходит «одружиться».

— Ага, — отвечает любимая женщина. — А раз «муж» это «чоловик», то «выйти замуж», очевидно, «очеловечиться»?

— Нет, — говорю, — выйти замуж и на украинском «выйти замуж». Даже союз с украинцем не может сделать из женщины человека... Но вот с евреем...

— Я могу это рассматривать как официальное предложение руки и сердца, которое ты, между прочим, мне ни разу не делал?...

Вагоновожатые

— Через пятьсот лет кровавых завоеваний, истреблений разных народов и самих себя вдруг в России задумывались и начали напевать «может, мы обидели кого-то зря»... — ворчу я. — Веселенько эдак напевают... У них и этапирование на Колыму веселенький процесс — «катится, катится, дальний путь, стелется»...

— И вы, вагоны голубые, и ты, им преданный народ, — вздохнула любимая женщина, помешивая кофе.

Норма

На экране телевизора появляется женщина по имени Норма.

— Ужас какой, — говорю я со всей страстью радикала. — Если вдуматься, то что же это за имя такое — «Норма». Хорошо ещё, нет святой Нормы, хотя есть поклоняющиеся ей. Представь себе, что тебя звали бы «Норма»!!!

— Зато, — отвечает любимая женщина, — ты получил бы возможность иногда с полным основанием заявлять: «Я в норме».

Садоводческое

— И ты не будешь сердиться, что мы посмотрим не боевик, а комедию? — спрашивает любимая женщина. Не так чтобы серьёзно, но и не совсем в шутку.

— Ну как тебе не стыдно, я что, садист? Вот прямо-таки маркиз де Сад?

— Ну, никто не садист, а тут сад, там сад… «Я верю, город будет, я верю, саду цвесть, когда такие люди в стране советской есть»…

Пулака

— В Нигерии, — говорю, — господствует пулака, принцип, по которому все нигерийцы должны жить в соответствие с традициями предков, не перенимать западные ценности и тэпэ.

— Тоже мне, новости, — отвечает жена. — Пулака это просто подражение русаке.

Синоптическое

— Я хочу золотой осени, — сказала любимая женщина, с отвращением глядя в окно поезда. — А это — желтушная.

Пять минут апокалипсиса

— О, — радостно сообщаю любимой женщине, — нашёл! На музыку «Кукарачи» отлично поётся «Из—за острова на стрежень», даже лучше, чем «Вставай, страна огромная» на «В лесу родилась ёлочка».

— Великий пост, — укоризненно заметила жена. — Актуально заменить «пять минут, пять минут» из «Карнавальной ночи» на: «Страшный суд, страшный суд»:

Я вам песенку спою
про Страшный Суд,
И пускай её по свету разнесут,
Пусть летит она по свету
И зовёт людей к ответу,
Эта песенка про Страшный Суд.

Страшный Суд, Страшный Суд!
Бой часов раздастся вскоре!
Страшный Суд, Страшный Суд!
Помиритесь те, кто в ссоре!

Страшный Суд, Страшный Суд!
Разобраться, если строго,
Даже в эти пять минут 
Можно сделать очень много!

Синестезия

На ночь капаю нафтизин в нос. Днём капаю визин в глаза.

Беру визин и капаю в нос. Осознаю, что сделал, и кричу от ужаса перед близкой смертью. Судя по категоричности врачебных наставлений, всякое лекарство, будучи употреблено неверно, превращается в яд.

— Эскулап! — роняет жена с интонациями леди Макбет.

— Эксперимент! — перехожу я в наступление c интонациями алхимика. — Вдруг поможет...

— ...и нос будет лучше видеть, – соглашается любимая женщина.

Се эссеист

— Дай двадцать минут, запишу эссушку, сочинилась, пока ехали...

— Шла Яша по шоссе и несла эссушку... — сказала любимая женщина. — Эссе хомо ты мой!

Пещерная женщина

— Ты понимаешь, — говорю я со всей страстностью великопостного уныния, — и вот вся жизнь так и пройдет без следа… Всё бесполезно! Ну вот как в этой пещере Шове, которую недавно нашли, вот гениальные эти фрески… Сидел мужик, гений, и знал, что он гений, и все над ним ржали, что он рисует как-то по-дурацки, и тыкали в его фрески копьями… А старшой велел нарисовать богиню плодородия — ну, он гениально изобразил вагину и на этом застрял, и старшой озлился и бил его по голове… И назло не писал людей, чтобы канули в лету… И на десятки тысяч километров вокруг не было ни-ко-го, кто бы… И на десятки тысяч лет…

— А может это была женщина.

Коня на скаку — пффф! Картина всей истории человечества стала медленно оплывать и приобретать какие-то совершенно другие очертания. На месте бородатого угрюмого гения оказалась длинноногая гения вроде Софонисбы или Нади Рушевой, в перерывах между динамлением кавалеров рисующая зверушек…

— А вагина?

— Неоконченный автопортрет! — пожимает плечами жена. — Вспомни, как Анна Франк себя описывала…

Матушки! То есть, никакие это не палеолитические мадонны. Это девчачьи куклы, палеолитические Барби… Принцессы каменного века… Ну да, всё верно…

Мачистскую картину первобытной жизни жалко. Зато великопостное уныние рассеялось. 1972_4_Ir

На службе монархии

— Представляешь, — говорю жене, — оказывается Фрейд, когда началась Первая мировая, сказал: «Я впервые в жизни почувствовал себя австрийцем. Всё моё либидо на службе монархии!»

— Кто о чём, а вшивый о бане… — ответила любимая, снимая шкурку с банана. — Зачислить его личным обер-группен-сексопатологом его императорского кайзера и кёнига величества.

Интерлюдия. И с этой мамой я живу! Тюремная монополия.

Март 1989 года. Дневниковая запись. Ни о какой книге «И с этой женщиной я живу» речи не было.

По телевизору показывают чудо: выпустили российский аналог «Монополии». Мы ею наслаждались ещё в 1970-е: кто-то сделал на ксероксе копии французского варианта с парижскими улицами, раскрасил и игровое поле, и деньги, и карточки с предписаниями отойти на столько-то клеток назад, пропустить ход или отправиться на клетку «Тюрьма».

По телевизору показали, впрочем, не законную реплику, какие делают сейчас, а нечто вполне самопальное, с улицами Москвы.

— В нашем варианте, наверное, больше клеток с надписью «Тюрьма», — заметила мама.

Русская любовь по-немецки

Сижу, печатаю на машинке очередной самиздат. Жена подходит и трогает за плечо.

— Вас волен зи, — огрызаюсь я.

— Вас, — ответила любимая женщина.

Март 1989 года, дневниковая запись

Простить Пушкина

— Пушкину всё можно простить за улукоморье, но какая гадость, что нужно прощать, — жалуюсь любимой женщине. — Ну вот почему он написал «зачем стадам дары свободы» — теперь любой пыльный лоботряс прикрывает свой пофигизм-цинизм Пушкиным.

— Аристократизм Пушкина кажется мне сильно преувеличенным им самим... Всё-таки он не столько юнкер, сколько камер... — задумчиво роняет жена, зачищая кальмара. — Ты знаешь, если бы Наталья Николаевна нормально кормила Пушкина, он был бы похож на мистера Пиквика... Ну нельзя же сердиться на недокормленного Пиквика! Его только покормить хочется...

Сексуальный пацифизм

— Придумал замечательное средство победить милитаризм, причём в мировом масштабе. Довести лисистратегию до логического конца! Пусть женщины не выходят замуж за милитаристов!! За военных, за служивших в армии, за работающих на производство оружия — неважно, кем работают, физиками или уборщиками!!!

«Лисистрата» — это комедия Аристофана, в которой гречанки клянутся не спать с мужьями, пока те не образумятся.

— Мне кажется, — задумчиво протянула жена, — действеннее наоборот. Как-то так завлечь их постельными радостями, чтобы сточилась вся агрессивность...

Увидела моё, видимо, сильно скисшее лицо, и поспешно добавила:

— К тебе это не относится! У нас с тобой это просто так!

Через два часа я понимаю, что правота всё-таки моя, уж я-ли не агрессивен! Агрессивность не стачивается, она лишь затачивается. Но этого любимой женщине знать, пожалуй, не обязательно...

Атомизация

— Опять вспышка на солнце, — каюсь я любимой женщине Ире, Ирине, что на греческом означает «мир», на иврите Шаломе, Саломея. — Сорвался, нагрубил.

— Солнышко ты мое... — ласково ответила любимая женщина. — Каждый ядерный гриб считает себя протуберанцем. Срывайся на мне, я твоя личная и, главное, любящая тебя Иросима.

Кому много дано...

— Много дали!

Любимая женщина возмущена судьбой коллеги. Американскую учительницу посадили на двадцать два года за секс с учениками.

— Я её не оправдываю, — смущается жена, — но дали больше, чем убийце, куда это годится! А уж эти парни как себя вели!... Не по-мужски!

— Так они и есть не мужчины, — робко пытаюсь заступиться я за однополовчан.

— В семнадцать могли бы уже и понимать, что такое вести себя по-мужски… Больше надо книг читать!

— Ну да, если бы они ещё и Мопассана читали, в школе вообще бордель бы был.

— «Три мушкетёра» надо читать! — отрезает любимая женщина и замолкает.

Я живо представляю себе американских школьников, вооружённых мушкетами и шпагами, дуэлирующих на переменах, и умолкаю. Хотя осадок остался… Я думал, любимая женщина святая подвижница педагогики, а она, глядишь, Анна Австрийская, миледи и Констанция Бонасье в одной кровати… а я должен быть королём, герцогом, тремя мушкетёрами разом… И немножечко д'Артаньяном...

Да, любимая женщина в костюме мушкетёра.

Пределы сострадания

— Странно, — говорю любимой женщине, вслушиваясь в песню военных лётчиков, благо 9 мая, в Сокольниках гуляют по полной программе, — как можно повесить курносый нос? «Что же ты, милая, курносый нос повесила»? Не разумнее ли, да в виду борьбы с фашизмом и не уместнее ли было бы «что же ты, милая, горбатый нос повесила»?

— Мы, конечно, боролись с фашизмом, но не до такой же степени, — ответила любимая женщина.

Предпасхальное

— У нас масло на исходе, — говорит жена.

— А у фараона евреи на исходе, — отвечаю я.

На вершинах власти

С недоумением зачитываю жене вслух заголовок новости: «Сотрудники римского зоопарка принесли крокодила на аудиенцию к Папе Римскому». Любимая женщина:

- Для обмена опытом?

Пан Шлагбаум

— Ой, — говорю жене, — ничего себе опечатался... Вместо «иудеев» — «мудеев».

— Значит, в Израиль не попадём, — спокойно отвечает любимая женщина.

Межвидовое скрещивание

— Если педолог женится на логопеде, кто родится?

— Подолог, — не задумываясь, ответила любимая женщина.

Межвидовое скрещивание

— Если педолог женится на логопеде, кто родится?

— Подолог, — не задумываясь, ответила любимая женщина.

Мечта идиота

Гуляем на ВДНХ. Каждое лето начинается игра: присматриваем, в каком домике хотели бы жить. Маленький, но симпатичный. Среди выставки-продажи дачных домиков я цепенею перед домом своей мечты и дрожащей рукой показываю на него любимой женщине, выдавливая «Оооо!».

— Дорогой, — участливо говорит она. — Это баня.

Семейная рознь

— Интересно, если я, как записано в военном билете, годен к нестроевой в военное время, то к чему я годен в мирное время…

— О, в мирное время ты годен хоть в маршалы, умеешь главное: пятки вместе, носки врозь. Опять остались только непарные.

Фотография с историей: отмечаем свадьбу у нас дома, в кадр попал мой отец (кстати, нос у меня сейчас совершенно такой же стал). Папа обмотал кулачок невестки платком, несколько взмахов карандашом, и получился пресмешной младенец. Через пять минут в дверь позвонили: пришёл участковый и стал скандалить, ведь отцу было запрещено находиться в Москве. Заверили, что больше не повторится.

Диагноз

Cмотрим в сотый раз «Собачье сердце». Красные названия красных газет.

— Интересно, — говорю я, — а а какое было бы название у газеты психиатрической больницы... Красный психиатр?

— Красная горячка, — отрезала любимая женщина.

Salo mea

— Евреи в эпоху Спасителя часто переводили свои имена на греческий, — сообщаю жене. — Как в России Файнберги превращались в Дивногорских. Например, «Саломея» ведь от «шалом», превращалось в «Ирина», а это «мир» на греческом...

— Шалунья с салом...

Один Х

У любимой женщины на уроке некий ученик выпендривался:

— А я знаю слово «монопенисуальный».

Интеллектуалы завели моду заменять этим звукосочетатнием фразеологизм «один хрен». Долго не удержалось.

На что жена ответствовала невегласу сему:

— Нельзя в одном слове соединять корни разных языков, надо говорить либо «монофаллосный», либо «унопенисуальный».

От винта!

— Поздравляю, — говорит любимая женщина. — Сегодня твой профессиональный праздник. World Press Freedom Day.

— Ты смотри, — сержусь я, — видишь слово «press». Ты помнишь в Историчке мою американку? Вот это был пресс, литеры прижимал к бумаге. А у меня нет ни бумаги, ни пресса. Я даже не «в стол пишу», а на винт. Винчу, так сказать. Cам Леонардо позавидует

— Остынь, — успокаивает меня любимая женщина. — Мы тебе сделаем профессиональный праздник «День Свободного Винта». И пусть будет стыдно тому, кто плохо об этом подумает!

Полейте Бога верой

— Все-таки никакой я не писатель, а я катехизатор, — говорю любимой женщине. — Писать мне не всегда хочется, а катехизировать я могу в любое время, в любом месте и в любом количестве.

Любимая женщина скептически бросает взгляд поверх книжки и запевает на мотив эстрадной песенки 1960-х годов, которую Юлий Ким перевёл чудесно на русский, заменив помидоры на макароны: «Люблю я макароны, Хоть говорят они меня погубят»:

— Люблю я катехизис, Хоть говорят, что он меня погубит!... Люблю я катехизис и что хотите делайте со мною!

Всю вечернюю прогулка она переделывала эти макароны в гимн миссионера:

«Полейте Бога верой, посыпьте ипостасью,

Смешайте с догматизмом, запейте всё вином.

И вы поймёте сердцем, какое это чудо,

Потом вам станет худо, но это уж потом»...

Спецбог

— Ну вот зачем было менять заголовок, — ворчу я на редакторов. — «День бессилия специальных операций» оптимистично, а «День гибели» непонятно и пессимистично.

— Вспомнилось из канона, — задумчиво говорит любимая женщина, — «Господи сил, с нами буди»... «Господь сил специальных операций, с нами буди»...

Что должен знать учитель

Урок. Любимая женщина... Перед ней мнётся ученик... Характеристика нужна для милиции... Чтобы условный срок дали... «А что там?» — «Да так, — мычит мальчик... — сотовый...». — «Статья 161, — как Козлевич молниеносно определяет жена. — А часть-то какая?»

А он не знает! Вопиющее невежество.

Учительница-крестьянка

Я полагал, что «связь времён» и в том проявляется, что любимая моя в детстве ещё жала лён серпом. Только после Горбачёва мы с нею узнали, что она жала лён серпом и предавалась прочим радостям осмьнадцатого эдак столетия ровно над ядерными ракетами. Под Бологим. Именно там разместили первые ракеты, нацеленные на США.

Если бы Хрущёв оказался чуть более Путиным, в её серп полетели бы первые американские ракеты. (Начать атомную войну ничуть не более иррационально, чем выехать на встречную полосу или укреплять вертикаль власти).

И вот любимая лежит со сломанной ногой и мучается, но монолог произносит вполне в духе бальзаковской крестьянки: «В какой я нас расход ввела!»

Может, у меня от вида её мучений отшибает чувство юмора, но мне кажется, что она не шутит, и хочется то ли реветь, то ли ругаться. Впрочем, в русском языке «реветь» — пространное слово-бумажник, куда вполне укладывается и ругань («боцман ревел» — он ведь не плакал).

Баллистика

Сидим в тёплой компании журналистов, зашла речь о корпоративной этике — что, к примеру, недопустимо публично критиковать коллегу по редакции.

- Действительно, — поддакиваю я, — лучше как во Франции сто лет назад, вызвать на дуэль.

- Однако, какая кровожадность! — роняет кто-то.

- Так у французов была традиция, что оба стреляют в воздух.

- А вдруг один промахнётся? — обеспокоилась любимая женщина.

Именины

 — Может, тебе именины передвинуть на великомученицу? Всё-таки то, сё...

 — То и сё это не то, а нано, — стоично ответила любимая женщина. Прислушалась к внутренним ощущениям и добавила. — Мелкомученица!

Уууу!

Гуляем. Я размышляю над тем, как обозначить пять граней личности, Big Five. Воля, ум, царь, пророк, судья, — очень уж архаично и тяжеловесно. В голову приходят Учёный, Учитель... Ага, тогда царь — Управляющий, отлично... Сердце, сердце... Ухажёр! Неплохо — напоминает, что любовь есть чувство, незамедлительно переходящее в действие. Но как обозначить работника, руки-ноги, плечо... Ну как?!

Делюсь с любимой женщиной, и та молниеносно, без раздумья, отвечает:

 — Умелец.

Мать, а ведь точно! Не просто чернорабочий, мотор, трудяга, а умелец! Он, может, не знает, а интуитивно — делает!

Не очень мягкий знак

— Кто бы мне сказал в девятом классе, что я буду спать в одной кровати с завучем, — комментирую я карьерный взлёт любимой женщины. – Хотя, конечно, мама же была завучем, а я с ней сколько спал в одной комнате… Очевидно, понравилось, и вот меня потянуло… Как некоторых женщин тянет на прапорщиков в надежде, что они станут со временем генеральшами.

— Мария Лазаревна была отличный завуч, мне есть, на кого равняться. Завуч без мягкого знака, — ответила любимая женщина.

— В каком смысле без мягкого знака?

— Завучи бывают с мягким знаком и без. Ты мог бы оказаться в одной кровати не с завучем, а с завучью.

Блаженства.ру

Сидим евангельской посиделкой, что-то там про заповеди блаженства, про этику, кто-то про множественность этик, я возражаю — мол, заповеди национальности не имут, и вдруг любимая женщина как пифия изрекает:

 — Блаженны кроткие сердцем русские... Блаженны нищие духом русские... Блаженны плачущие русские... Блаженны русские, когда их гонят и проклинают...

Жил-был у бабушки

По телевизору новости, бьётся в истерике несчастная таджичка, облыжно посаженная за тероризм, кричит: «Вы сделали из меня козла отпущения»...

 — Странно, — говорю любимой женщине, — в Израиле козёл отпущения это козёл, которого отпускают, отпускают на волю...

 — И не мечтай! — отрезала любимая женщина.

Библия в шампанском, шампанское в Библии

 — Идиотизм человеческий беспределен, — делюсь с женой приколом из монографии Даниэля Боярина об отношении к женщине в иудаизме. — Мало того, что в Библии запечатлелся совершенно дикарский обычай: если муж ревнует жену, то ведёт её к левиту, тот отрезает кусочек пергамена от Библии — ну, Торы — сжигает этот кусочек, пепел насыпает в воду и даёт Дездемоне пить. Если не пронесёт — невиновна, если пронесёт — берегись! Так палестинский раввин Без Азай во II веке утверждал, что, если женщина изучала Тору, то её нельзя наказывать даже, если она изменила мужу и это вскрылось таким вот образом. И что же? Это переиначили так в Средние века, что изучение Торы делает женщину наглой и склонной к распутству, а следовательно, нельзя допускать женщин к изучению Торы! Дошло до того, что высказывание Бен Азая сохранилось лишь в Палестинском Талмуде, а в Талмуде Вавилонском его просто вычеркнули, и когда Боярин в Израиле читал набожным еврейкам лекцию по этой теме и упомянул, что Бен Азай советовал учить женщин Торе, так эти, простигосподи, дуры возмутились и заявили, что он ошибается, что он не заметил предлога «не» — «не советовал». Сами себя выдрессировали!

 — Мы в семнадцать лет, — ответила любимая женщина, — на Новый Год с подругой писали на листочках заветные желания, а пока били куранты, сжигали листочки, пепел сыпали в шампанское и выпивали…

— А ты что написала? — неделикатно спросил я.

— Не помню, — ответила любимая женщина и покраснела.

Пронесло ли её, я спрашивать не стал.

Пародия

«Любимая, да ты и христианка!...»

Пародия на Игоря Иртеньева. Сочинила Ирина Кротова.

Время дорого

Зачитываю любимой женщине новости: из «17 мгновений» вырезали антицерковные реплики — диалог стукача с пастором Пляттом — и каждая минута окраски фильма стоила 3 тысячи долларов.

— В таком контексте особо звучит слова «не думай о секундах свысока», — бросает любимая женщина.

Похвала античности

- Ну ты посмотри, какая прелесть! Вторая четверть I века, римская копилочка, детям такие дарили. Музей Гетти.

- Спасибо, в другом месте щель не сделали, — ответила любимая женщина.

Фонтан электричества

Смотрим полицейский сериал. Ужас: в городе отключили электричество, сигнализации не работают, сирены не работают, даже автоматы по продаже кофе не работают в участке… В панике полицейские мечутся по городу в поисках то ли электричества, то ли грабителей…

 — Эге, — говорит любимая женщина. — А как это фонтан работает, если электричества нет?

Подумала и добавила:

 — Впрочем, лучше так, чем когда электричество есть, а фонтан не работает.

И посмотрела на меня с большим значением.

Облом

 — Если верить Гаспарову, Микеланджело утверждал, что статуя должна быть такой, чтобы скатиться с горы и ничто бы при этом не отломилось. Ну, Гаспарову не нравились барочные монументы, во все стороны торчат копья, перья, аркебузы... Но мне что-то кажется, что Микеланджело сам этому правилу не следовал. Вон, Давид...

 — А что Давид? — спросила любимая женщина.

 — Ну как «что»... Что ему фиговым листком прикрывали...

 — Да чему там обламываться-то, — ответила любимая женщина.
1979_4

Цена сантиметра

Полицейский сериал. Классика: запертая комната, мёртвая женщина на постели. «Это не самоубийство! — возглашает очередной Ватсон, — ведь она достала из шкафа парадное платье, вот висит, значит, собиралась на бал».

- Подумаешь, — говорит любимая женщина. — Попробовала надеть, убедилась, что оно стало мало, и покончила с собой.

О моя свежая утраченность!

- Грустно глядеть на заброшенные могилы, — говорю любимой женщине, глядя на сельское кладбище.

- Ну почему заброшенные! — ответила она. — Вот на этой свежие пластмассовые цветы...

Хоровод

Метро. Реклама: «Хор Турецкого. Мужской взгляд на любовь».

— Нелогично, — говорю жене. — Если «хор Турецкого», следует писать «Турецкий взгляд на любовь». Большой простор эротическим фантазиям.

— Не-ет, — отвечает жена. — Большой простор это когда «хоровой взгляд на любовь».

Тест на стервозность

— Стерва, курва, оторва, паства, — говорю любимой женщине, — какой странный ряд. Можно в тест вставлять: «Какое слово в этом перечислении лишнее».

— Скорее, «что общего у этих четырёх слов», — ответила любимая женщина.

Бухие святцы

— Никак не могу запомнить, что он Роман, всё время лезет в голову Вадим... — жалуюсь любимой женщине. — Как у Портоса, «кок на пок и нар на лен» меняются.

— А ты запомни, что литературный жанр.

— Ну, жанров много. Буду писать «дорогой Апокалипсис»... Надо было детей назвать, одного Апокалипсис, другого Апокриф!

— Ага, а третье поколение тогда было бы Эпитафия, Эпиталама и Панегирик... Эпитафия Апокалипсишна! Ты знаешь, а что-то в этом есть.

Соразмерность

Ремонт. Ну, ремонт!... Какой плёнкой укрывать и в какой цвет красить... Короче, за ужином делюсь:

— Публично сегодня покаялся в радиопрограмме, что я мелкий домашний деспот...

— Ну почему же мелкий? — ответила ласково любимая женщина и обняла.

Эксы и перименты

— Экс-гуманисты занимаются эксгумациями, — грустно шучу я, озирая деградировавшее интеллектуальное пространство.

— А экстрадициями — экстрадиционалисты! — весело добавляет любимая женщина.

Ириада

 — Троянский конь, между прочим, был примерно в одну эпоху с валаамовой ослицей... — Размышляю я вслух. На что любимая женщина отвечает:

 — Они встретились, полюбили друг друга и у них родился троянский осёл. Который теперь в Кремле. Царь-пушка, царь-колокол, царь-осёл.

Глубоко в ...

 — Вообще странное выражение «Средняя Азия», — изливаю я злость жене. — По отношению к чему средняя? Средняя школа — между детсадом и вузом, а Средняя Азия? Как будто Россия — не Азия... Начальная она Азия или Высшая — это надо подумать... Ничем высшим наш Мордор быть не может, а «начальная» тоже вздор, не детсадовский уровень, мягко говоря...

 — Россия — Глубокая Азия, — прекратила мою историку любимая женщина.

Надувательство

 — Конечно, — говорю любимой женщине, — у мужчин подростковый невроз: а вдруг завтра враг? Поэтому надо иметь ножик, спички, отвёртку, лупу… А у вас тоже невроз, только гостевой. Вот ты мне sне даёшь выбросить надувной матрас: а вдруг завтра гость, да не один, а два или даже три. Гостевые запасы гречки, соли, хлопьев…

 — Ага, — ответила любимая женщина, — но во Христе нет ни мужского, ни женского, а любовь к врагу есть. Значит, если завтра враг, то надуй матрас и уложи врага спать, покормив, конечно.

Бой курантов

— Только в России о Новом Годе говорят как о войске: «наступающий», - ворчу я.

— Хорошо ещё, не «атакующий», - успокоила любимая женщина.

Полная индукция

— Смотри-ка... ! При крушении самолета среди прочих погиб начальник казанских чекистов, — делюсь я с женой новостями из сети.

— На свой, значит, не успел натаскать... — равнодушно отвечает она, просматривая отчетность для методкабинета.

Поэзия денег

Глядя на другую рекламу, сочиняю:

— С кредитной картою Сбербанка

Вам даст любая куртизанка!»

Жена:

 — С кредиткой банка МКБ

Любая не откажет бэ.

За спичками

Идём по улице, обсуждаем импичпент президенту в одной европейской стране.

— Мне новое слово пришло в голову, — говорит любимая женщина. — Приспичмент. В других странах объявляют импичмент президентам, а в России президент объявляет приспичмент стране. Ты, мол, мне приспичила, берегись.

Уточнение любви

— Ой! — удивляюсь я и показываю на вывеску у торгового центра: «Точка любви». — А мне казалось, любовь это многоточие... Многоточие любви — роскошное название для секс-шопа.

— Длинно и неуместно, интеллигенции секс-шоп не нужен. Секс отдельно, шоппинг отдельно, — отвечает любимая женщина. — Можно одну букву заменить, уже будет выразительней. Например, «Тучка любви». Или, с учётом специфического контингента, «Течка любви». Или утечка...

А с этой женщиной я не живу

На телеэкране Ксения Собчак с каким-то клоуном, вполне расистски изображающим гастарбайтера.

 — Она ещё и актриса, — удивляюсь я чистосердечно.

 — И швец, и жнец, — добавляет любимая женщина. — И президец. Полный.

Священник с ножом

— Представляете, — рассказываю за завтраком жене и невестке, временно у нас обретающейся, — священник Лафатер, который пославился как психолог — тогда говорили «физиогномист» — однажды про некоего популярного священника сказал, что речи у того хороши, но лицо нехорошо. Через полгода выяснилось, что этот священник был сексуальный маньяк: стали находить трупы убитых им студентов, причём он ещё отсекал им гениталии и съедал. Ужас-ужас-ужас!!!

— Ну, Яков Гаврилович, это довольно классическое умопомешательство, — утешает невестка-медичка.

— Тем более! Это что ж, вот так вот идёшь себе по улице, размышляешь о горнем и вдруг на тебя набрасывается с ножом почтенный какой-нибудь протоиерей и... и...

— Твоим — поперхнётся, — отрезает жена, завершая обсуждение.

Жена в строгости

Жену я держу в строгости. Даю текст на прочтение — сперва восторгается, потом читает.

Могу я помечтать?

Половодье

Влезаем в автобус, где душно даже более, чем на улице. «О моя утраченная свежесть, буйство глаз и половодье чувств», — цитирую я.

— «Половодье» — это от «половой»? — интересуется она.

Государство-переросток

— Лидер нации предложил переименовать милицию в полицию, — сообщаю жене.

— Что ж, теперь можно будет обоснованно говорить, что у нас полицейское государство.

Приложение

Чаепитие после службы. Кто-то рассказывает о том, как императрица Елена проверяла, какой из обретённых ею крестов истинный: прикладывала к покойнику — на одном из них он ожил.

Я, конечно, тоже хорош...

— Было бы разумно, — говорю, — если бы всех умерших стали бы прикладывать к этому кресту... Конечно, только достойных... Они бы все воскресали, началась бы вечная блаженная жизнь...

— Ну, — говорит повествовательница, — видимо, воля Божия была такая, чтобы крест мог оживить лишь одного умершего...

Жена отреагировала одним словом:

— Демоверсия.

Рецепт святости

 — А почему нужно разрешение, чтобы молиться отцу Александру Меню? — спрашивает меня любимая женщина.

 — Потому что народ пропитался совковостью, — сердито отвечаю я, — скоро на почесать затылок будут спрашивать разрешения. Всего боятся. Всегда было так: сперва люди какому-то святому молятся, потом его вписывают в святцы. А теперь хотят наоборот.

 — А почему бы не вписать?

 — Потому что святцы составляются архиереями, и в итоге в святцах в основном высокие начальники, те же архиереи и князья. Либо монахи. Либо — это уж от древней христианской традиции осталось — мученики. Так что приходскому священнику в святцах места нет, разве что он бросит приход, поедет миссионерствовать и там его съедят дикари. И то это не гарантия попадания в святцы!

 — Ну хотя бы в кулинарную книгe попадёт, — прервала мою тираду любимая женщина.

Подписант

— Вот гад, — говорит жена, очищая киви и посматривая телевизор. — Даже договор с дьяволом подписывает чужой кровью!

Победа над куличами

Жена пришла потрясённая.

— В этом году на день победы управа подарила ветеранам куличи в упаковке с георгиевской ленточкой и надписью «С днём победы!»…

Помолчала и добавила:

— Мне кажется, было бы уместнее дарить стальные яйца. И надпись: «ХВ». Хотим войны.

Отпускное свинство

Отпуск. Прага.

 — Ветчину будешь? — спрашивает любимая женщина, сервируя завтрак. Она знает, что я стараюсь не есть свинину. Без фанатизма, но стараюсь, если нет особой нужды.

 — Буду! — твёрдо возглашаю я. — Я в отпуске!

 — А свинина нет… — заканчивает жена полемику.

Католические презервативы

Подарили мне набор — три металлических стаканчика в кожаной такой прихваточке. Гляжу — а на кожанке вытеснено изображение собора, мальтийский крест и вокруг него надпись: «Боже, милостив буди мне грешному». Слегка изумившись, показываю сие любимой женщине и скорбно замечаю:

— Скоро, знать, и на презервативах будут писать «Боже, милостив буди мне, грешному!»

И что же отвечает моя любимая женщина?!

— Ну, это будет у католиков.

Демоизмы

— Демократичные цены! — ворчу я. — Вот оно, демократиефобия, презрение к свободе — она, видите ли, дешёвка, а тоталитаризм роскошь, в которой мы будем купаться… И церковь им подавай с надменными попами, а потом сами и жалуются… Жалуются, но лезут колоться и похолопливаться, а демократичного священника неет, не надо… Вот и поэтому от меня шарахаются… И демонстрации у них демоническое что-то, и демоны, чай, воплощение демократии…

— Демопоп ты мой… — утешила любимая женщина.

До гробовой доски

— Ой, смотри, — показываю я любимой женщине пару наручников из розовой кожи с заклёпками. — Как это они сюда попали, это же не секс-шоп, а просто сувениры для офисного планктона!

— А что это? — с интересом спросила любимая женщина.

— Так это для эротических игр, самая голливудская примочка, на руки, на ноги, человек беспомощно распростёрт на кровати… Многие активные люди мечтают побыть беспомощными! Попрошу купить и со мною в гроб положить!

— Почему ж «положить»? Я тебя прикую ко гробовой доске. Будет забавно посмотреть, что произойдёт, когда ты воскреснешь!

2014 год, со священником Глебом Якуниным

Российские православные

Вероника Долина для жены — классика (я, грешен, не знаю наизусть всех песен, а она знает). И что же? Вдруг, гуляя по Пятницкой мимо магазина «Православное слово», жена выдаёт переделку песни Долиной «Нет, советские сумасшедшие...». Я от себя только в конце две строчки изменил.

Нет, российские православные —

Непохожи на остальных,

Пусть в учебники не вошедшие,

Сумасшедшее всех иных.

В гардеробе непереборчивы,

Всюду принятые в тычки,

Агрессивные, несговорчивые

И обидчивые дьячки.

Что ж, российские православные,

У вас крестика нет внутри?

Эх, российские православные,

В Бога веруйте, чёрт побери!

С Вероникой Долиной

Невозможности

 — Нельзя класть все яйца Фаберже в одну корзину. Так говорит Путин!

 — Нельзя дважды вступить в кооператив «Озеро», — посочувствовала любимая женщина непонятно кому.

Литва, 2012 год, со священником Станиславом Добровольским

Дюма-дочь

— Смотри-ка, — говорю любимой женщине, — оказывается, был Псковский мушкетёрский полк, его шефом был Кутузов... Есть в сочетании «Псков» и «мушкетёры» что-то макароническое...

 — Ага, — говорит жена, — капитан мушкетёров де Кутузиль, мушкетёры Иванов, Петров, Сидоров и Василий Пупкин. И с ними дерутся гвардейцы митрополита Филарета.

Кириллица против латиницы

Мы купили милого дедморозика на качелях (имиджа, придуманного великим Стейнергом) с плакатиком.

 — И надпись милая — «Хо-хо-хо», — говорю я.

 — Не хохохо, — отвечает любимая женщина, — а «но-но-но!»

Чудотворица

Идём по вечерней Москве и видим светящуюся огромную рекламу нового сериала — о Матрёне Московской. Название соответствующее — «Чудотворица». У меня отвисает челюсть, а любимая женщина произносит с неописуемой интонацией одно слово:

— Крючкотворица!...

Интерлюдия. Управление внучкой

Получив двухлетнюю внучку, пошёл с нею гулять, благо и погода разгулялась. На обратном пути из парка она засунула в ноздрю какую-то пластмассовую штучку. Внучка была тихая, только прикрывала носик рукой. В истерике был дед. В ста метрах платная поклининика для номенклатуры и приближённых к ней (три тысячи долларов в год абонемент) — я туда рванул, нас таки пропустили и отоларингологиня вытащила штучку. Уфф! Но всё-таки лечить людей на улице, которая называется Заморёнова, — оксюморон.

Только вышли из поликлиники — страшный ливень. Бегу домой. В одной руке внучка — однако, почти пуд! — и зонтик, в другой — коляска. Ветрище страшнее ливня...

Через пять минут дождь прекращается, воссиявает солнце. Опускаю внучку на тротуар, радостно идём к дому. Вдруг — бах, ба-бах — начинается ни много, ни мало град. Пять минут такого града, который я за всю жизнь раз десять видывал. Зонтик тут не спас бы, но по счастью рядом оказалась автобусная остановка.

Хорошо, прекратился. Мы дома. Накормил-напоил-уложил, обоих медведей уложили рядом, сам прилёг рядом. Вдруг внучка дрожит — и её тошнит! Немного обеда оказалось на подушке. Видимо, просто слишком много съела. Но это я сейчас так рассуждаю, а тогда-то я не рассуждал...

Матушки, как же я с двумя сыновьями управлялся-то! Впрочем, кажется, назвать это «управлялся» — гордыня...

Интерлюдия с внучкой. Борьба с буквализмом

— Ой, горячо! горячо!! — приговаривает дедушка, прихлёбывая невидимый суп с ложки, которую суёт ему в рот трёхлетняя внучка. Видимо, переборщил с выразительностью, потому что внучка успокаивает:

— Дедуська, ну это же не буквально!

Святость мест

— Папа пошёл по пути Ельцина, — говорю жене, предваряя новость об отречении Святейшего Отца от престола.

— Палил в курию из танков?! — с недоумённым ужасом спрашивает жена.

— Нет, — говорю я, — со Вторым Ватиканским собором он разобрался уже давно.

Перед глазами замаячило видение: здание итальянского парламента, эта помесь старинной пишущей машинки и свадебного торта, в пятнах пороховой гари. Толпы католиков на площади у собора св. Петра, призывающие дать отпор антиклерикалам. Арбалетчики на колонне Траяна и арке Тита…

А ещё вспоминается, как после смерти Черненко ошалевшая секретарша парткома на вопрос какой-то наивной девочки, кто будет следующий генсек, в сердцах ответила: «Свято место пусто не бывает».

Помянник демократии

— Однако! — говорю жене. — Докатились! Пикет с публичным чтением избранных статей конституции...

— За здравие или заупокой?

Интерлюдия с внучкой. Получка.

Два с половиной года — время великих побед. Десять минут я подставлял бумажки, внучка разрезала их маникюрными ножницами и каждый раз восклицала: «Полуцаеца!»

Интерлюдия с внучкой. Светлое будущее.

Ульяна с бабушкой гуляет по улице. Посередине улице стоит пустой троллейбус, вокруг него суетится водитель, токоприёмники болтаются.

 — Бабуська! Троллейбус сломался!

 — Что я могу сдедать!

 — Я его починю!

 — Починишь?

 — Починю.

Подумала и добавила:

 — Завтра.

Интерлюдия с внучкой. Кулинарный коан.

— Бабуська, посоли мне кашу сахаром!

Секрет семейного счастья

—Будь проклят день, когда я родился в этой стране! С умом и талантом! Засор в унитазе, Путин в Кремле, печатают всяких идиотов! Флешка номер три куда-то засунулась, не могу найти!...

— Ну, началось моё счастье! — привычным эхом откликнулась любимая женщина.

Интерлюдия с внучкой. Окольцованные

Едем втроем, играем в ассоциации. Жена: «Свадьба». Я: «Обручальное кольцо». Внучка: «Обручальное кольцо».

— Ты назови, с чем у тебя обручальное кольцо ассоциируется!

— Обручальное кольцо у меня ассоциируется только с обручальным кольцом! — твёрдо ответила внучка.

Интерлюдия с внучкой. Любовь через дверь

Уже второй раз с внучкой перед дверью дома её родителей, внучка пританцовывает от нетерпения и кричит: «Папа, я тебя люблю! Смотри, какая у меня кукла!!!» Второй раз папа открывает дверь после первой фразы, так что не слышит, что его любят, а слышит лишь про куклу.

Клетка для любимой

Смотрим за завтраком прямую трансляцию «Оскара». Рекламируют фильм «Любовь», на премию выдвинули 85-летнюю актрису, которая гениально сыграла главную роль выжившей из ума старухи, которую из любви, чтоб не мучалась, душит подушкой её старик.

— Всё равно, — говорю я жене, — омерзительный фильм, за такой надо отрубать кинообъектив. Ну вот я тебя подушкой задушу, когда ты заболеешь — и что, мне Оскара давать. Фильм с плохим концом не может быть хорошим. Ну что этим французам было жалко, сделать так, чтобы несчастная умерла самостоятельно, в расцвете сил… Ну там звонок, на пороге профессор их де сиянс академии с какими-нибудь чудодейственными стволовыми клетками для неё…

— Лучше не со стволовыми. С половыми… — роняет жена. 2016_09_16_Ir_SPb3

Политкосметологи

— А байкеры все голубые, даже путиноиды? — спрашивает любимая женщина.

— В каком смысле?! — ошарашенно отвечаю я.

— Ну вот про них пишут, что на границе у них всех с пристрастием досматривали косметички...

— Нууу, — говорю я, — у нас в автомобиле и бардачок, и бардак, но мы же не владельцы публичного дома!

Интерлюдия с внучкой. Интуиция

Выходим на крыльцо детсада.

— Я чувствую, — говорит трёхлетняя внучка, вглядываясь в даль, — что небо сегодня сиреневое... Тёмно-сиреневое.

Гляжу — точно, тёмно-сиреневое.

Она список кораблей прочёл до середины...

В сквере четыре девочки во что-то собирается играть. Стоят, и одна долго-долго декламирует считалочку. Считалочка незнакомая, король на фабрике рисует кораблики...

— Мне кажется, — говорю я, — что считалочка им важнее самой игры. Вот они и тянут, наслаждаются. Спрятался — нашли, игре конец, а тут илиада сочиняется целая...

— Илиаду, наверное, сочинили, когда выбирали, кому лезть в троянского коня, — ответила любимая женщина. — Никто лезть не хотел, страшно же, и Гомер чеканил, тыкая пальцами в шеренгу: «Гнев, о богиня, воспой, Ахиллеса...» Ну и дальше как у девчонок: царь, список кораблей... Менелай не выдержал и врезал так, что бедолага ослеп, отслоение сетчатки... Но не остановился!

Интерлюдия с внучкой. Топотливое утро

Внучка забирается к бабушке в постель на освободившееся место.

 — Я сразу поняла, что уже утро, — сообщает она, — потому что услышала на кухне топот клавиш.

Клавиатура у меня, действительно, очень мягкая.

Русофилия

Гуляя по Флоренции, читаем на очередном огромном палаццо, что строено оно в 1569 году.

— Ишь, — говорю я, — могли себе позволить отгрохать такую роскошную махину за нашими-то спинами, пока мы грудью защищали их... защищали их...

— ...от опричнины, — оканчивает любимая женщина.

Интерлюдия с внучкой. Новая хронология

 — Алиса, надвигается бабушка! Через десять минут она будет, а ты не оделась и не убрала кровать!

 — А ты мне дай минутомер!

Интерлюдия с внучкой. Человек недоразумный

 — Ты никак описалась?!

 — Бабуська! Это недоразумение!!!

Японизация России

— Путин освятил памятник Александру Первому в Александровском саду, — сообщаю любимой женщин. — В смысле, открыл. Тьфу, это ж не Америка. В общем, сдернул саван с имиджа покойника.

— Памятник патриарху, памятник золотой рыбке, памятник лошадям, памятник неизвестно кому, — сердито пробурчала жена, которая неделю назад лицезрела, как у фонтана в Александровском саду радостно кричат «Обама обезьяна!». — Там уже скоро ни одного деревца не останется...

Помолчала и добавила:

— Александровский сад камней.

Интерлюдия с внучкой. Попугаем!

— Самое необходимое в попке попугая это хвост!

У внучки период помешательства на попугаях.

Дурацкий обычай дарить подарки на Новый Год. Дарить подарки надо ежедневно. На Новый Год внучке припасено было три попугая — малыш, покрупнее и крупный, на руку надевается. С трудом убедил жену подарить хотя бы маленького сейчас.

На вопрос, чего бы она хотела от Дедмороза, внучка отвечает: «Жирафа. Не настоящего, конечно». «Конечно» — увы, детство проходит. О попугаях она даже не мечтает — это запредельно.

Главный вопрос: переходит количество в качество в случае подарков и в какое именно качество? Гипотеза: удовольствие от трёх подарков, полученных одновременно, меньше, чем от этих же подарков, полученных с интервалом хотя бы в один день.

Проверить просто: надо замерить уровень и высоту восторженного писка, издаваемый подаркополучателем. При получении попугайчика си-мажор достиг около 80 децибелл. Но как теперь замерить новогодний звук? Ведь попугайчик уже вручён. Подопытного менять нельзя. Попугайчика отбирать и присоединить к комплекту нельзя.

Видимо, придётся прибегнуть к лоботомии, чтобы подобный забыл о полученном подарке.

Остаётся технический вопрос: как произвести лоботомию, чтобы подопытный (подопытная) забыл попугайчика, но не забыл, что интересуется попугайчиками, да, кстати, не забыл и дедушку с бабушкой.

Полунощники

— Второй час ночи! - восклицает любимая женщина. — Похоже на слова великого покаянного канона, только наоборот: «Душе моя, душе моя, возляг, почто не спиши!» И не смей вставлять это в «И с этой женщиной я живу»!

Ожесточённо вырывает из тетради какую-то страницу и добавляет:

 — Ты вообще имеешь право писать одну-единственную книгу: «И с этой женщиной я жую!»

Интерлюдия с внучкой. Обломовщина

— Ничего он не хочет, он только лентяится.

О происхождении мусора

— Послушай, — растерянно говорит любимая женщина, стоя перед тремя разноцветными урнами для мусора, — а пакетики с заваркой это бумага или органика?

— Если не краснодарский, то органика.

— Остроумно, — отвечает любимая женщина. — То есть, если презерватив от Путина, то это бумага, а если от Медведева, то пластик... Послушай, а хасиды могут пользоваться необрезанными презертивами?

Интерлюдия с внучкой. Дружественное поглощение

 — Дедушка, я буду бедром попугая, а лемур будет лемуром и я к нему приду в гости!

 — Ты не боишься, что лемур тебя съест?

 — Пускай ест, бедро попугая дружит с желудком лемура!

Осторожно, религия

Смотрим чудесную израильскую мелодраму «Пять часов от Парижа», один из героев поёт Окуджаву «Тьмою здесь всё занавешено»...

О, ваш приход — как пожарище.
Дымно, и трудно дышать…
Ну, заходите, пожалуйста.
Что ж на пороге стоять?

— Как-то не стыкуется, — говорю я, — «приход» это действие, «пожарище» — это место...

— Значит, «приход» здесь не действие, а место. Православный приход — «О, ваш приход — как пожарище. // Дымно, и трудно дышать...»

Интерлюдия с внучкой. Анти-Питер Пэн

 — Бабуська, я не хочу быть взрослой!

 — Взрослой быть вовсе не плохо. Ты сама принимаешь решения...

 — Это я и сисась делаю!

Интерлюдия с внучкой. Под сенью дедушек в цвету

— Дедуська… У тебя борода так разрослась, что из ушей показывается.

Интерлюдия с внучкой. Свежесть и скудость

Пятилетняя внучка в монастыре у мощей преподобного основателя.

 — Вот он строил монастырь, на него палка упала, он и умер!

Это у неё вдруг наложились на мощи стихи из мультфильма «Пластилиновая ворона», где говорится и о необходимости носить каску на стройплощадке.

На пасху внучка со своим кузеном, на год её старше, потрясли заурядный московский храм восклицаниями:

Кузен:

 — Они боженьку убили!

Внучка:

 — Они его молотком, молотком!

Это не свежесть восприятия, это скудость выражения.

В языке кажется милым то, что в рисунке кажется скверным: схематически нарисованные человечки, условные птички и лошадки.

Удивительным образом, иногда среди конвейерного потока этих калямаляк вдруг — именно вдруг, из какой-то особой части души — что-то подымается, и тогда появляется рисунок удивительных очертаний, очень твёрдых и красивых линий, гармоничный, уравновешенный, фантастический, похожий на стиль «Книги Кельса», каталонских и лангедокских мастеров X-XI веков.

Войны полов

— Недурная острота, — и я цитирую жене запись в социальной сети: «У вас гражданская жена? — Нет, вторая мировая!»

 — Смешно, — отвечает любимая женщина. — А ты на такой вопрос должен отвечать: «Нет, Великая Отечественная!»

Венские параллели

Вена, кафе «Тео» на окраине центра, тихо, будний вечер, туристы сюда не доходят. В ожидании шницеля листаю путеводитель.

— Представляешь, — сообщаю жене, — «гендель», оказывается, на австрийском — «цыплёнок».

— Надо же, — говорит она, — а как торжественно звучит: «Гендель!» Интересно, а Моцарт родственно моцарелле?!

— Как ни странно, смысловая точка соприкосновения есть, потому что «моцарелла» восходит к латинскому «резать», а «моц» у германцев — «кастрированный баран». Прозвище было довольно обидное, как и «лошак», «хряк». Впрочем, ко временам Моцарта это мало кто помнил, а крестили его вообще, между прочим, Иваном — он ведь Иоганн Хризостом Вольфганг Теофил. Ну, «Теофил» это по-гречески, а на латыни «Амадей», что по-нашему Боголюб...

— Интересно, — обрывает поток сознания жена, — а Феофилакт и филактерии от одного корня?..

К счастью, тут принесли шницель. Венский. Одного с лихвой хватило на двоих.

Тест на веру

В 2011 году вышел плакат, на котором Пресвятая Богородица держит в руках полоску с позитивным тестом на беременность. Набожный плакат, призванный слегка освежить религиозное чувство.

Жена посмотрела сей плакат, удивилась:

— А почему испуганная? Радостной положено рисовать!

— А ты бы обрадовалась на её месте? Девушка — и залетела!

— Мда… Причём в буквальном смысле!

Зелёное православие

- Что за модернизм? Сегодня положен молебен «о сохранении творения Божия»... Какие-то зелёные экстремисты проникли в святое православие... Какое творение! От кого сохранять!

- Сохранять одно творение Божие от другого творения Божия, — ответила любимая женщина.

Интерлюдия с внучкой. Лифт

Разыгрались с подружкой, на лифте даже катались. Но под конец поссорились, и внучка решительно заявила:

 — Всё! Сажусь в лифт и уезжаю от тебя на другую сторону света!

Интерлюдия с внучкой. Гендер

Сама спускает детскую коляску — кукольную — по лестнице, от лифта до двери подъезда, и радостно вопит:

 — Ура! Я сделала мужскую работу!

Выкатывается на крыльцо, оглядывается и — видимо, на всякий случай, более для самой себя — так же громко возглашает:

 — Я — женщина!!!

А что: только женщина способна выполнить мужскую работу.

Три килограмма

— Мать! — говорю я в сердцах. — Тебе нельзя поднимать больше трёх кило, нельзя!

— Но я же на пять секунд, только переставила!

— Нет, ты понимаешь, что десять килограммов — это десять килограммов независимо от времени, на которое ты их поднимаешь?! Ты же учила физику!! На тебя Ньютон смотрит, Лейбниц смотрит, цвет мировой науки смотрит на тебя...

— Мне это льстит!...

Интерлюдия с внучкой. Спящая красавица

Внучка просыпается грустная.

 — У меня сегодня была бессонница!

 — Да ты что! — ахает жена, лично знакомая с проблемой.

 — Ну да, я ни одного сна не видела.

Интерлюдия с внучкой. Фабрика любви

Пасу больную четырёхлетнюю внучку.

 — Дедуска, давай играть, что мы спим и друг друга не знаем, а потом просыпаемся и выходим на улицу, встречаемся, полюбляем и женимся.

 — Давай.

 — Меня будут звать Фиалка, а ты, жених, будешь Алладин.

Значит, уже насмотрелась диснеевских мультфильмов. Однако, в дальнейшем звала меня исключительно «Эля». Представляю себе, что было бы, если бы я обратился к ней «Филя» или «Аля».

Я удаляюсь на кухню спать, через минуту выхожу. Предполагаемая невеста «гуляет по улице» в точности по А.С.Пушкину: «Выступает величаво, горделиво, слово пава». Руки за спиной, движения замедленные до невероятия, глаза подняты вверх, лицо вдохновенно-тупое, словно пытается в уме разделить двести на семнадцать... Мать честная, и ведь именно на это женихи и ловятся!

Познакомились. Невеста делится новостями.

 — Эля, моему жениху вчера вткнули в живот нож, а у меня в животе два дня был ребёночек и поэтому у меня живот болел.

Настоящий Алладин в этот момент отдал бы концы, но я держусь. Женщины, начиная с внучек, похожи на Библию — всякое истолкование их речей должно быть условно, безусловным должно быть лишь принятие их как целого. Во-первых, кто их знает, что они имеют в виду. Во-вторых, может, просто опечатка? Три раза внучка восхищённо тыкала в заколку, говоря: «Она класная!», три раза я возражал: «Она же зелёная!». Наконец, собралась с силами: «Дедуска, она же квасная!» «Аааа, — понял я. — Да, согласен, классная заколка».

 — А теперь, Эля, поедем на фабрику.

Ну, на фабрику так на фабрику. Садимся на сундучок в прихожей, изображаем ветер — очень быстро едем.

 — А что за фабрика? — спрашиваю я.

 — Дедуска, ну это же фабрика, где из мальчиков делают женихов, а из девочек невест!

Я чуть не врезался в туалет от восторга, но вовремя нажал на педаль — ручку туалетной двери.

До фабрики мы так и не доехали, надоело, переключились. Поиграли в набрасывание одеяла и ползание с визгом по полу (накрывал я, ползала она). Почитали «Царя Салтана». Не могу сказать, что я к старости стал сентиментален, но теперь, когда я знаю и другие русские стихи, на дешёвом контрасте слёзы наворачиваются от «В синем небе звезды блещут, В синем море волны хлещут; Туча по небу идет, Бочка по морю плывет».

Музыковедение

Стою у окна, любуюсь восходом, напеваю «Ну-ка солнце, ярче брызни, Часовым ты поставлен у ворот»... Любимая женщина с одра болезни: «Гимн апостола Петра...»

2016 год. Невидимость наизнанку

— А тебе попалось про то, как замели пикетчиков, которые лишь делали вид, что держат плакаты?

 — Ой, да-да, восхитительно, это ж прямо «Платье голого короля» наоборот! 2016_pustiye_ruki

Интерлюдия с внучкой. Употребители

Внучка играет в каких-то русых принцесс и лошадей по имени «Русинки».

 — Алис, ты, может, ещё и патриот? — осторожно осведомляется жена.

Алиса не менее осторожно, совершенно не понимая, прижмут её за ответ к сердцу или пошлют куда подальше, задаёт уточняющий вопрос:

 — А что я упатребляю?

Интерлюдия с внучкой. Жизнь в мгновение ока

Грохот на кухне. Восторженный вопль внучки:

 — Разбилась моя детская чашка! Теперь я буду пить из взрослой чашки, стану большой, состареюсь и сдохну!!!

Империалистическая позиция

— Смотри-ка, — говорит любимая женщина, открывая йогурт и поглядывая на телеэкран, — вроде бы и негритянки, и совсем чернокожие, а черты лица абсолютно европейские.

— Империализм! — говорю я. — В погоне за прибылью не брезговали... находили время и место...

— Да ладно тебе, — говорит жена. — Если бы это были империалисты виноваты, то миссионерскую позицию назвали бы не миссионерской, а империалистической... В тебе, конечно, сейчас заговорит цеховая солидарность... Не беспокойся — если бы ты был не миссионером, а империалистом, я бы тебя близко к себе не подпустила!

Интерлюдия с внучкой. Любовь и вечность

Внучка: есть игрушки, которые я всегда буду любить, а есть, которые я отлюблю...

Интерлюдия с внучкой. Караул!

Внучка ужинает. Уминает творог с малиной. Мы с любимой жеенщиной сидим и дуже харно спиваем. Сперва, по ассоциации, «Эх, калинка-малинка», потом «Вот цветёт калина». Красиво и задушевно выводим «Милый мой, хороший, догадайся сам».

Внучка взволнованно — очень взволнованно:

— А вдруг не догадается?!

Вечный прикол

Смотрим на Париж со смотровой площадки на высотке у вокзала Монпарнас. 200 метров, на 50 метров выше смотровой площадки Эйфеловой башни.

— А тут мы припарковаться не могли? — спрашивает жена, показывая вниз. Мы приехали в Париж на арендованной машине в будний день в час вечерних пик и сполна вкусили безумия с парковко и, особенно, с мотоциклистами в количестве, которых мы не встречали нигде в Европе.

— Это не автостоянка, а кладбище Монпарнас, жизнь моя, — отвечаю я.

— Тогда это вообще был наш христианский долг! — парирует жена.

Интерлюдия с внучкой. Человечество перед шкафом

Внучка научилась, наконец, открывать дверку книжного шкафа. Я ей помогал — там есть один момент, когда нужно чуть-чуть усилия приложить. Теперь она с ультра-серьезным видом стоит перед шкафом, время от времени открывает дверку, медитирует пару минут и закрывает.

И вот вся история человечества в глазах Божии — не более, чем такое открывание и закрывание дверки шкафа. С очень серьезным видом — пожалуйста, не читая — ну, бывает, но хотя бы без кровопролития бы...

Интерлюдия с внучкой. Пятый пункт

 — Алиса, что ж ты пишешь справа налево? Так пишут арабы и евреи. Ты арабка или еврейка?

 — Я русийка!

Группенсекс

Майнц. Парад секс-меньшинств на центральной улице. Весело, разноцветно, душевно...

— А что, дорогая, — говорю я, — не слиться ли нам в экстазе с сексуальными меньшинствами? Кого бы из этих демонстрантов ты бы выбрала в партнеры по групповому сексу?

— Партнеры по групповому сексу, — рассеянно ответила любимая женщина, скептически оглядывая процессию, — должны быть как минимум не моложе шестидесяти, чтобы после секса было о чем поговорить...

— Позволь, мне же пятьдесят восемь...

— А ты куда разлетелся? — укоризненно спрашивает жена. — Ты же священник, тебе на разврат нельзя... Не волнуйся, группу я и без тебя наберу...

Интерлюдия с внучкой. Ориентиры

Внучке пять с половиной. Языком овладела вполне, мысли выражает ясно.

 — Если он будет красивый, но злой, то я за него не выйду. Если он будет не очень красивый, но добрый и умный, то выйду. Ещё у него должны быть длинные волосы. И чёрная куртка с тигром на спине. И ботинки. Черные, кожаные. Дедушка, можно я не буду сырник, я же уже взрослая!

Год семьи

— Смотри, — говорю жене, — народ хохмит, что Путин объявил 2013 год годом семьи и — развёлся...

— Просто это Год Новой Семьи…

С отцом Глебом Якуниным

Прикладное искусство

Попали во дворик музея Декоративно-прикладного искусства. Это большая барская усадьба. Вот во дворе готовятся к вечернему какому-то представлению в честь дня музеев, а по всем четырём угла двора стоят неприлично большие бронетранспортёры (а может, боевые машины пехоты).  - Однако, — говорю я. — Ничего себе декоративное искусство!

— Это прикладное, — отвечает подруга сердца. — От слова «приклад».

Интерлюдия с внучкой. Нетовщина

 — Алиса, вот мне интересно, ты способна просто принять «нет»? «Ну немножечко во дворе. — Нет». И всё, и не клянчить. Способна?!

 — Дедушка!… Нету — нет!!!

Интерлюдия с внучкой. Между змеями и кокосами

Звонок жене. Через минуту зовет меня — сын в полиции, по его вине у человека черепно-мозговая травма. Ну, понятно — старший в Таиланде, попал в историю…

Я вырываю трубку, меня прошибает холодный пот, потому что я понял сперва так, что это у него черепно-мозговая травма… Но где-то через полминуты душа моя начинает петь — банальная разводка, мошенники и не подозревали, что сын в Таиланде.

Они даже имели наглость дать трубку «сыну» — поговорить со мной, человеком, у которого ухо за годы радиоработы так разработалось, что я по звучанию голоса могу определить не только, кто говорит, но и насколько искренен и пр. Катарсец полный…

В Таиланде, кстати, внучка узнала, что на улице две опасности: змеи внизу, кокосы вверху. И что же? Спокойно сказала: «Мама, мне нужны сапожки и каска».

На Синае

— Как я не люблю пошлостей! — сообщаю любимой женщине то, что она, скорее всего, во-первых, знает, во-вторых, явно имеет своё мнение о моих с пошлостью отношениях. Но мне-то что, продолжаю:

— Ну вот представь себе Создателя, нравоучащего Моисею: «Если у тебя есть лимон, сделай из него лимонад!». А Моисей эдак, почесывая в бороде: «А если у меня, по Твоей милости, только маца?»

— Сделай из неё моцареллу, — отпарирует Создатель, — отвечает жена за Бога.

Интерлюдия с внучкой. Аналитический ум

Шестилетняя внучка напросилась посидеть за столом, пока мы обедаем. А пока мы обедаем, мы смотрим сериал, сейчас — очередную серию «Монка». Вот оно, современное монашество («Монк» — «монах», как, впрочем, и Холмс целибатник, и Мейсон, и все-все-все, — начиная с самого первого, Дюпена; чисто римо-католическое представление о том, что чистый разум чист от семени). «Монк» хорош и тем, что по длине ровно как обед. Ничего из сюжета внучка явно не понимала, но не переспрашивала — знает, что не не ответим. Когда серия кончилась, она мечтательно произнесла: «Да… Любовь с первого взгляда…».

Это кто-то из героев мимоходом упомянул, что полюбил жену с первого взгляда. Выдернула, выцедила, запечатала, сохранила в сердце своем.

Разум в трусах

 — Когда моей маме, твоей прапрабабушке было семь лет, у них был такой юмор, — рассказываю я внучке, — они пели песню и после каждой строчки прибавляли по очереди «в трусах», «без трусов». Например, «В небесах, на земле и на море — в трусах! Наш напев и могуч, и суров — без трусов!»... «Сотня юных бойцов без трусов Из будённовских войск в трусах На разведку без трусов в поля поскакала в трусах»..

 — Веселее было бы так петь Интернационал, — перебивает душа моя.

 — Вставай, проклятьем заклеймённый в трусах,

Весь мир голодных и рабов без трусов!

Кипит наш разум возмущённый в трусах

И смертный бой вести готов без трусов.

Весь мир насилья мы разрушим в трусах

До основанья, а затем без трусов

Мы наш, мы новый мир построим в трусах, —

Кто был ничем, тот станет всем без трусов.

В общем, заповеди блаженства по-русски: «Блаженны в трусах как без трусов и без трусов как в трусах!»

Профподотовка

— В Террачине, уверяю тебя, десятилетней девочке скучно не будет, — говорю я любимой женщине. — Доедем до парка развлечений с феями вингс, до виллы Тиволи, природные всякие красоты, художественный музей можно в Неаполе…

— Ну это всё как-то того… пассивное… — задумчиво отвечает любимая женщина. — Вот бы что-нибудь такое, чтобы кто-то провел занятие какое-нибудь, игровое такое, вживание в прошлое…

— Дорогая, но она же не знает итальянского! — осторожно замечаю я.

— Ну не всё же обязательно требует языка… Главное показать… Ну вот как там одевались весталки, какая у них была профессиональная подготовка… Хранить огонь, хранить девственность...

Нет контакта!

— Супер-Супермойка, супермойка, — я ворчу, проходя мимо этого заведения, потому что один раз в неё заехали помыть автомобиль и после этого стекло у правой двери неделю не двигалось. Потом, видимо, что-то отсохло и оно заработало. — Завели бы уж лучше какую-нибудь «Суперкойка»!

— Суперкойка это здорово! — подхватывает жена и, покатав что-то у себя в голове, добавляет: — За дополнительную плату — бесконтактная суперкойка.

И, засмущавшись своего невежества, спросила:

— Кстати, а как это — «бесконтактная мойка»?

Кошерный муж

— Свинина ладно, а вот имеет жена право поедом есть мужа? — спрашивает прихожанин.

— Ну, — отвечаю я неуверенно, — если у неё есть муж...

— Если у неё есть аппетит! — вмешивается любимая женщина.

Интерлюдия с внучкой. Как сделать уран

Сижу за компьютером, за спиною внучка играет.

— Дедушкаааа... А как сделать уран!

В моей голове за миг проносятся жутковатые картины. Может, она того... индиго... Я в её возрасте нашёл бы применение атомной бомбе...

Оборачиваюсь. Внучка возится с браслетиком, который вчера купили на Гоголевском бульваре — проволочки и бусинки сцеплены так, что можно сделать схемы-символы планет... Прилагается инструкция с картинками, но без объяснений, как делать.

Интерлюдия с внучкой. Антиконспирация

 — Бабушка, я не рисовала фломастером, где не надо!

И трехлетняя мордочка — кирпичом.

Искали минут десять. Это она простынь разрисовала.

Вообще отношение к внучке и вообще к детям с аналогичным возрастным разрывом отличается от отношения к своим детям — на уровне тела. Сыновья в этом возрасте (и юнее) умиляли. А внучкины пяточки и пальчики не очень умиляют. Не выискиваешь сходства так усердно, как выискивал в сыновьях. Умиляет психологическое, а не физиологическое, а в родных детях психологическое, скорее, как раз тревожило и напрягало. Правда, налицо рикошет: когда появились внучки, я стал к сыновьям относиться иначе — умиляться их психологическому. И это хорошо, а то физиологически они уже давно умиления не вызывают, только хочется в фитнесс пойти, чтобы показать им пример, а не пузо.

Орденоносец и орденоносица

— Угораздило и меня родиться в России с умом и с этим... как его... забыл!.. В общем, мне нужно дать медаль «За мужество»! — говорю я.

— А мне — «За замужество», — эхом откликнулась любимая женщина.

Капитан Кук

Вечер пятницы. Суббота, в определённом роде. Сидим, потягивает австралийский шираз «Капитан Кук». Чрезвычайно дешёвое по московским меркам (3 доллара), но оказалось не по цене приятным.

— Безобразие, — говорю я, — мало того, что они съели Кука, так ещё и посмели назвать его именем вино.

— Всё логично, — говорит любимая женщина. — Они его им запивали.

Интерлюдия с внучкой. Собственность как поглощение.

Четырёхлетняя внучка разглядывает, как я готовлюсь к литургии, грызя шоколадку. Я останавливаюсь и делаю вид, что хочу шоколадку отобрать:

 — Рррр! Это моя шоколадка!

 — А почему тогда её ем я? - флегматично ответила внучка, нимало не ускоряя процесс поедания. 2015_08_08_Ulyana2

Интерлюдия с внучкой. Утраченные иллюзии

Вчера у внучки впервые выпал молочный зубик. Под подушку! Утром шарит под подушкой, но спросонья как-то не нащупала банкноту и зарыдала:

— Зуба нет и денег нет!

Интерлюдия с внучкой. Счастье

— Бабушка, дедушка, счастье! Счастье! У нас в саду жаба!!!

По Сеньке и шапка

Смотрим сериал «Кандис Ренуар», очень симпатичный по главной героине — блондинке-француженке в провинциальном Сете, с четырьмя детьми, комиссаре полиции, милая такая крокодилица. Стрельба в лицее имени Франсуа Трюффо.

 — Странно, — говорю я жене, — по моим представлениям Трюффо не того масштаба деятель, чтобы в его честь школу называть...

 — Не расстраивайся, — отрезала любимая женщина, — в твою честь тоже что-нибудь назовут, например, ясли. Яшины ясли — звучит!

И вот я думаю: в яслях был Господь Иисус Христос, бык и осёл... Впрочем, я не предполагаю, что я Иа-Иа, а уверен. Это у нас изначально повелось...

Обрезанные булочки

— Смотри-ка, — говорю любимой женщине, — какие булочки пекут парижские евреи! Обрезанные!

— Интересно... — вгляделась любимая женщина, — не разберу, это пасхальные или ханукальные...

Самоотвод

— Ура! — говорю любимой женщине в мае 2014 года. — Наши отвели войска от нашей епархии!

— Куда? — без малейшей радости спрашивает любимая женщина, копаясь в ненавистных школьных бумагах.

— Ну... — Мои представления о географии очень смутные, я знаю только, что на епархиальный съезд в Харьков езжу через Белгород... — Главное, отвели!

— А!... В ресторан они их отвели... Господи, отведи министерство образования от образования! А то я возьму самоотвод.

Интерлюдия с внучкой. Лидакция

— Тебе, бабушка, нужна лидакция! — объявляет четырёхлетняя внучка, глядя, как любимая женщина бежит за мячиком, брошенным внучкой куда-то подальше от людей.

— Редакция? — переспрашиваю я в недоумении: в детском саду вроде бы журналистов нет, сын с невесткой тоже вращаются в более культурных сферах.

— Ну да, лидакция, — подтверждает внучка. — Она же не поймала мяч! А тебе, дедушка, лидакция не нужна, ты и так мячик всё время понимаешь.

— Конечно, — беззлобно отвечает бабушка. — Дедушке реакция не нужна, дедушка у нас за прогресс, мир и права человека!

Люди стали хуже

Едем на похороны. Жена пошла на пять минут раньше - купить цветы. Договорились встретиться у входа в метро. Дописал, оделся, вышел. Стоит грустная...

— Хотела тебе позвонить...

— Что случилось?!

— Я телефон забыла, хотела тебя попросить его взять, а позвонить не могу, забыла!..

С минуту проникаюсь сложностью ситуации, потом пытаюсь внести конструктивную ноту, идиот:

— Попросила бы у кого-нибудь...

— Люди недоверчивые стали.

Соглашаться, скорее соглашаться!!! Утешение — в соглашении со всем и вся

— Что и говорить! Не помню, чтобы в семидесятые или даже в восьмидесятые кто-нибудь ответил отказом на просьбу дать позвонить по сотовому!

Интерлюдия с внучкой. Еда Мёбиуса

 — Дедуська, можно мне большой кусочек той маленькой шоколадки?

Яичная энтропия

— Ты представляешь, - говорит любимая женщина, - сегодня врач не мог найти на УЗИ один из моих яичников.

— Как ты легко об этом говоришь! Ничего себе!! Да если бы я утром проснулся и не мог бы найти одного своего яйца!!!

— Я бы не удивилась, - ответила любимая женщина. - Исчезновение носков тогда можно было бы рассматривать как успешную тренировку...

От субботы до понедельника и обратно

Любимая женщина пришла взволнованная.

— Захожу, — грит, — в Перекресток на Шмитовском, а там Баркан Шираз, который мы в Цфате за 25 шекелей покупали регулярно — рублей 700 — аж две с половиной тысячи.

— За морем телушка полушка... — устало отбрёхиваюсь я.

— Что-то не видела я в Цфате, — ядовито отвечает любимая женщина, не купившая, естественно, столь вздорожавшего ширазу, — шампанского московского завода хотя бы за 20 шекелей, не что за сто. Видимо, от Израиля до России как от понедельника до субботы, а от России до Израиля как от субботы до понедельника!

Интермедия с внучкой. Ой-ёй-ёй!

— Ульяна, ну что же ты хлеб на пол бросаешь? — негодует жена.

Двухлетняя девица с восторгом:

— Ой-ёй-ёй!

— Нет уж, Ульяна, это не ой-ёй-ёй, это очень плохо!

Ульяна мгновенно меняет интонацию и текст:

— Ай-яй-яй!

Жена, поднимая кусок, горестно:

— Ну кто бы этим в Кремле объяснил, что война это не ой-ёй-ёй, а ай-яй-яй!

О чём речь!

— На похоронах убитых карикатуристов спели «Белла, чао!», — рассказываю жене. — Видимо, у них это гимн сопротивления темных силам. Мне один батёк написал, что те большего не заслужили, я разозлился, ответил, что дай Бог на наших похоронах хотя бы «В траве сидел кузнечик» спели. И стал думать — а что бы спели на похоронах всяких великих людей. Ну, придумал про Путина «Я был когда-то странной игрушкой деревянной», а дальше ничего в голову не приходит.

Жена, не задумываясь:

— Никакая не чебурашка, а «Вовка-морковка, спереди винтовка, сзади автомат, тысяча солдат».

— Так это ж не песня, — ошарашенно вымолвил я.

— Музыку я ему лично напишу! — с леденящей душу жёсткостью пообещала жена и зажгла конфорку как Торкмемада — костёр. Поставила кастрюлю и добавила:

— А ведь я в детстве не понимала, о чём идёт речь. Думала, действительно о винтовке. 2017_Praga

Сверхверующие

Показываю жене киевские фотографии.

— А это, — объясняю загадочный кадр, — в Михайловском монастыре такая странная фреска, что ничего не изображено, а только белое пространство в рамочке... Вроде черного квадрата Малевича, только наоборот...

— Черный квадрат Малевича тут ни при чём, — задумчиво говорит любимая женщина. — Это новое платье короля... Это самая главная икона, и кто не видит, что на ней изображено, тот либо неверующий, либо сверхверующий...

Ангеловедение

Смотрим за обедом чудесный израильский сериал «Шабабники» о четырёх студентах ешивы. Один из них объясняет, почему нельзя давать милостыню ночью: одному раввину, который благотворительностью занимался именно ночью, явился демон и сказал не нарушать границ. Ночь — время злых сил.

— Но зачем же слушаться демона? — удивилась любимая женщина.

— Ну меня ты же слушаешься, — коварно сказал я.

— Ты не демон, ты ангел, — сказал любимая женщина, не поддавшись на провокацию и даже порозовев от удовольствия.

— Так и демоны ангелы, только падшие, — возразил я.

— А ты демон, до ангела поднявшийся! — подытожила дискуссию любимая женщина.

Мужжевельник

Зашёл разговор о реабилитации суффиксов — мол, вовсе они не лишние, не признак дикости, если в каком языке отмирают, это ещё не означает, что и в русском нужно с ними прощаться. В общем, «реабилитация чувств», как выразился один человек.

 — Тогда логично сказать «реабилитюшечка», — заметил я.

 — Лучше «реабилиталище», — вступила в разговор жена.

Действительно, лучше. Если «реабилитюшечка», то можно отделаться докладиком на ХХ съездочке компартеички (тогда, правда, родили слово «реабилитанс»). А если «реабилиталище», тогда изволь уплатить, вернуть, осудить палача, выплатить штраф, вместо комнаты в коммуналке выдать дом, где можно реабилитать в своё удовольствие.

Более яркий пример богатства русского языка, достигаемого через использование суффиксов и окончаний, — слово «муж». Собственно, в русском языке нет слова «муж». Есть муженёк, мужище, мужач, мужак, мужейро, мужичинька, мужочек... Чмуж. Перемуж. Недомуж. Мужник. Мужевщик. Мужильник. Мужжевельник. Мужон.

Мужитация, мужение, мужешение, мужактор, мужестройка, мужелитация, мужегония, мужолюция, возмужие, андронный мужлайдер, мужинг, мужевозка, мужорка, мужепотам, премужедеяние, мужмат, мужильность, мужить, смужение, возмужение, размужевание, отмужёвываться, если ударили мужа — подставь другого. И наконец: мужахед! Пишется с использованием и кириллицы, а латиницы: мужаhead. По-английски наоборот, сперва латиница, потом кириллица: husbandглав. Конечно, православнее будет по апостолу Павлу: женоглав, еже есть глава жены.

Поношение

Лето, пытаемся худеть. Не очень получатся.

— Не расстраивайся, — говорю я. — Ну, похудеем, и что? Будем лежать в гробу стройненькие, подтянутые?…

— Надо же и о людях подумать, — отвечает любимая женщина, решительно отодвигая пакет с сушками.  — Им будет легче нести.

Перископ

Любимая женщина, которая носила мини-юбки, какие ультра-ортодоксам всех религий даже в самых горячечных их фантазиях не снились, узнав про их попытки закрыть женские ноги, сказала:

— А нужно как на выставке «Запретное искусство» в центре Сахарова — юбка длинная, но с маленькой дырочкой, чтобы туда на свой страх и риск желающие заглядывали».

Слов нет

1 января 2019 год гуляем по Никольской, метя пространство, и вдруг видим кафе «Рыбы нет».

 — Не понял, — говорю я.

 — Это мясной ресторан, — объяснила любимая женщина.

Прищурился: да, мелким шрифтом подписано именно это.

 — Так что же, винный ресторан называть «Воды нет»?

 — Да. А публичный дом будет «Добродетели нет».

 — Министерство обороны — «Мира нет».

 — А Лубянка — «Свободы нет». А уж на скольких храмах или как минимум на архиерейских резиденциях надо бы писать «Бога нет»…

Фоменковщина

— Манера Собянина ставить фанерные триумфальные арки с лампочками это ведь типичное барокко, осьмнадцатое столетие… Только тогда были плошки вместо лампочек… Кстати и Путин похож ведь на покойного государя Павла Петровича! И физически, и политически, только что он явно не даст себя придушить, учёл… Фоменко бы сказал, что Павел I — это подлог, это нафантазировали Путину двойника. А Ельцин тогда — Екатерина Великая! И ведь похож, клуша эдакая, и опять — телом и политикой!

— Пётр III, выходит, Горбачёв, — стала соображать любимая женщина (историки бывшими не бывают), — Елизавета это Леонид Ильич, верно, долго сидела… Анна Иоанновна — Никита Сергеич, совпадает по замятне в начале царствования… Но Пётр II… Катенька...

— А Маленковы всякие и Кагановичи?

— Верно, верно! Пётр I — Сталин, разумно, но Ленин, выходит, Алексей Михайлович — как-то обидно за Алексея Михайловича…

— Нечего, нечего! Вот как раз и схож с Лениным — кажется, что во всём Пётр виноват, хотя всё начал именно папаша. Кстати, Феодор Алексеевич — это же выходит Троцкий!

— А царевна Софья — Надежда Константиновна Крупская. Что ж, появилась надежда на отмену крепостного права лет через 60!

Сексуальная бухгалтерия

— Интересно, — спрашиваю любимую женщину, — приличные деньги это сколько?

— Всё, что больше тридцати серебреников, — отвечает любимая женщина.

— А тридцать серебреников неприличные деньги?

— Непристойные.

Подумала и добавила:

— Когда мы работали в Историчке, моя зарплата была эротичная, а директорская — порнография. 2017_09_06_Ir_Ia_1

Апокалипсис на сопельке

— Старческий пессимизм понятен, но не простителен, — гружу жену ворчанием. — Конечно, есть искушение видеть вокруг один упадок и близкое торжество варварства, конец света и начало болота. Один Трамп чего стоит, а ведь ещё и Путин, и ты лично явно не успеешь с этим справиться, а кто, кроме тебя, такой умный и сильный!... Вспоминается, однако, Гаспаров, который свой оптимизм основывал на цитате из одного советского поэта, который посмел переложить Еврипида и написал трагедию о пожаре Коринфа, так там в конце выходит Язон и возглашает: «Но не в последний раз горит Коринф!» Утешение не в том, что зло слабо, а в том, что зло сильно, но буксует. Собственно, поэтому и в Апокалипсисе конец света повторяется, повторяется, семь раз происходит, но — не в последний раз горит Коринф!...

— Апокалипсис на сопельке, — ответила любимая женщина, — помнишь, как в детстве оттягивали: апокалипсис на верёвочке, апокалипсис на ниточке, апокалипсис на сопельке, три четверти апокалипсиса, семь восьмых конца света...

И через полчаса мы вдруг оказываемся вот у такой афиши...

Как крестили Путина

 — Что Трамп трижды вопросил Путина, не врёт ли тот, и Путин трижды сказал, что не врёт, ни на что влиять не пытался... — говорю я любимой женщине, — напоминает то ли троекратное вопрошание Петра, любит ли тот Спасителя, то ли что-то из народных сказок, то ли вообще анекдот про «Гиви, докажи, что треугольник равнобедренный» — «мамой клянусь, равнобедренный» — «садись, пять»...

 — А мне из чина оглашения троекратное: «Отрицаешься ли от сатаны и всех злых дел его», — весело ответила любимая женщина. — Трамп, небось, потом ещё и крестил Путина — ну, макнул во что-нибудь трижды... где ему было проще всего встретить Путина? наверное, в сортире, он у нас ведь там охраняет отечество?..

Не надо бояться ангела с ружьём

— Перу, школа Куско, — показываю любимой жене, — Напомнили невьянскую того же времени. Буйство глаз и половодье чувств. Ангелы-аркебузиры. Но у некоторых по старинке копья, хотя с аркебузами прикольнее. Кружавчики главное очарование! Вот этих самых ангелов Иисус и не позвал на помощь, когда Его арестовывали. Как они взлетят с этими аркебузами, да ещё и кружавчики нужно не измять!
— Ангелы, в отличие от насгрешных не парят в эмпиреях, а уверенно стоят на земле, этим и хороши, — ответствовала она. — И не стреляют из ружей, а только чистят ружья, которые отбирают у людей, чтобы повесить на сцену в последнем акте.

Мимы

Проходя вдоль, видимо, больницы видим сквозь ограду здание барачного типа, омерзительно выкрашенное, и на двери казённая же табличка, стекло с золотом: «Православный храм». А сбоку пришпандырен листок с неровной надписью от руки: «Служебный вход».

— «Богослужебный вход» надо было бы написать, — заметила любимая женщина.

— С тобой остаётся только руки расставить, как в финале «Ревизора», и представлять живую картину. Ты эдак гоголем-курьером возвещаешь, а я городничим балдею...

— Боюсь, теперь мы годимся только на полуживые картины, — меланхолически ответила любимая женщина.

Докторское

— Пупкину дали звание почётного доктора Капуанского университета, а он фрик и невежда, — сообщаю жене.

— Не ной, — хладнокровно отвечает жена, наливая чай, — допишешь свою великую историю, и тебе дадут звание почётного пациента Сорбонны.

Пандемическая религиозность

 — Том Хэнкс выздоровел! Вот что православие-то делает! — говорю я любимой женщине.

- А Трамп даже и не заболел, — ответила любимая женщина, — выходит, протестантизм-то посильнее нашего Христа будет.

Интерлюдия c внуком. «Такой я есть»

Который из полудюжины санта-клаусов сделан человеком по фамилии Кротов? А которая картинка со свечкою его же? У них в детсаду образчики висят, только наш не воспроизводит эти образчики в точности. Учение Платона о первообразах ему не указ. Диссидент! Гулливер-паук на конклаве лилипутов. Давеча трындим по зуму, отец его что-то там внушает потомству про то, каким надо быть, на что потомство спокойно отвечает: «Такой я есть».

Посреднички

— Это вообще реклама или угроза? — я за рулём и поэтому ограничиваюсь взмахом бороды в направлении вывески: «Купим ваш автомобиль!» Покрепче обхватываю руль нашего собственного атомобильчика, чтобы его не купили, и ворчу: — Продадим ваш автомобиль... Отдадим в кабалу ваших детей... Устроим в публичный дом вашу жену...

— Свергнем ваше правительство, — сказала жена. Вздохнула и добавила: — Недорого...

Плюс электрификация

— Забавно, — говорит любимая женщина. – Ты покупал и эту картину, и эту подушку, а они так непохожи.

— Подушка это мои мечтания, а картина мне сразу напомнила папу, как он доживал последние годы, после концлагеря, счастлив был, что у него есть собака, кура, свой сарай… А ты бы где хотела жить, в подушкинском или в картинном?

— В картинном, — без колебаний ответила любимая женщина. – Там электричество и муж.

Пригляделся: в самом деле, на подушке чистый семнадцатый век, никаких проводов.

На свободу с чистой совестью

— В бразильских тюрьмах заключённым, если они вяжут по заказам известной дизайнерской фирмы, выплачивают 75% минимальной зарплаты, — радостно сообщают новости. — Программа реабилитации предусматривает также снижение срока заключения на четыре дня за каждую прочитанную книгу…

— Вот это да! — восторженно говорит жена. — Четыре на десять сорок, сорок на десять четыреста… Ты же вышел бы на свободу через месяц!

Я так и не решился спросить, по какой статье и какой срок он высчитывала.

2016 год, Иерусалим, Пурим.

Каторга

— Хе-хе, по закону об иноагентах меня могут приговорить к неким обязательным работам. Хочу в археологическую экспедицию, по старой памяти скелетик почистить!

—Размечтался, - ответила любимая женщина. - Будешь для Рашитудей статьи писать.

Кухонная аскетика

— Как же сложно готовить постом, когда нужно внучке одно, себе другое, тебе третье!

— Ну что делать, пищевая цепочка... - пытаюсь я утешить шуткой.

— Это не пищевая цепочка, это пищевые вериги.

Порядок действий

Проходим мимо упорно не разоряющегося секс-шопа «Точка любви», который уже у нас побывал и кочкой, и дочкой, и бочкой.

— Плодотворно ещё принять точку как математическое понятие, — говорю я любимой женщине. – Плюс любви, равенство любви…

— Задача любви, незадача любви, любовь в квадрате, любовь в скобках, — подхватывает она. – Любовь в скобках очень правильно, ведь действие в скобках выполняется самым первым.

Неявления

— Продукция не является вином, — возмущаюсь я при виде странной надписи. – Небось, на своих фальсификатах такого не пишут, а на итальянском мартини можно! Тогда уж надо последовательно: советское шампанское не является советским и шампанским…

— Конституция Российского федерации не является основным законом Российской федерации, — подхватила любимая женщина.

— Российская федерация не является федерацией!

— Молоко любимой женщины не является молоком, Пречистая Дева не является любимой женщиной!

— Явление Христа народу не является явлением Христа народу России…

Прощение с упреждением

Какой-то похмельный завтрак. Смурная голова. Неужто после вчерашнего Прощёного воскресенья? Евроньюс скармливают в качестве новости, что власти Флоренции попросили у потомка Данте графа Алигьери прощения за то, что в XIV веке флорентийский судья Габриэлли приговорил Данте к изгнанию. Потомок же Габриэлли позвонил в мэрию Флоренции и сказал — как он утверждает, в шутку: «По какому праву вы приносите извинения за действия моего предка? В конце концов, если бы он не изгнал Данте из Флоренции, то Данте никогда бы не написал «Божественную комедию».

— Ну, положим, он бы её всё равно написал, только без скучного «Рая», — комментирую я. — А вообще, конечно, стрёмно — вот представь, что через семьсот лет за мои литературные подвиги будет просить прощения какой-нибудь наш потомок.

— Или потомица, — отполиткорректила любимая женщина. — Да, это будет неприятно.

Просветлела лицом и добавила:

— Так может так и появилось прощёное воскресенье? Чтобы потомков не грузить?

Половина о половине

— Самоуверенность не мешает, а, возможно, даже и помогает неуверенности в себе. Очень уж часто я слыхал о людях моего возраста «старпёр». Это ещё ничего, а у Чапека Швейк одного такого старпёра определяет словом «полупердун».

— Ну, ты такого не заслужил. С такой причёской, с такой сединой… Полуперун!

Спаривание

— Прекрасная самоирония, — говорю я, показывая на вывеску столовой «Гиви-сациви» рядом с Новодевичьим монастырём. – И годится для сетевого бизнеса. Шалва-халва…

— Сулико-Клико., — откликнулась любимая женщина.

— Коба-сдоба. Такси «Сосо-колесо»…. Сосо – кровавое колесо…

— Ну что ты опять в политику! Ты же священник. Пусть лучше будет... Пусть лучше будет... — любимая женщина задумалась и выдала:

— Гога-синагога.

Интерлюдия с внучкой: почти свобода

8-летняя внучка внимательно прочла грозный перечень того, что запрещено на детской площадке, хмыкнула и взялась за цветные мелки. Одуванчик, солнышко, и призыв: «Внимание! На площадке всё можно!» Потом подумала и вписала: «Почти».

Гармонизация брака

— Послушай, — говорю я любимой женщине, — этот декан теологической семинарии в Нэшвилле не так прост. Вроде антилиберал, за нормы, за социум, а мастурбацию и даже гомосексуальную активность допускает,  и это в Техасе-то в 1980 году, но главное насчёт прелюбодейства — ну прямо Эммануэль в чистом виде: «Двое партнёров могут открыто договориться, что для них приемлемы сексуальные отношения с другими, возможно, в пределах каких-то границ, которые они заранее оговорят. Почему бы и нет? Мы видим, что многие браки были спасены благодаря открытию (иногда сделанному благодаря помощи профессионала), что в браке не хватает сексуальности, и благодаря процессу открытия, с помощью сексуальных партнёров, с которыми человек в браке не состоит, что может обогатить и развить сексуальность». То есть, если с ведома друг друга, так гуляй, рванина! Я чувствую себя консерватором!

— А я консерваторией, — ответила жена.

Крестоносец

В Хорватии, в Дубровнике. Мы, православные, часто жалуемся, что крестоносцы напали на Константинополь, но ведь они по пути в Иерусалим и на совершенно римо-католическую Хорватию напали, изрядно тут покуролесив. Поэтому, увидев что-то неработающее, я ворчливо говорил: «Вот они, крестоносцы-то», пока любимая женщина не выдержила и не положила этому конец, сказав:

— Сам крестоносец.

И была, как всегда, права: да, я не снимаю наперсного креста, благо лёгкий.

Интерлюдия с внучкой: не торопи счастье!

9-летняя внучка, домашнее задание, 2 класс. Царевна Лебедь: характеристика. Благодарная, подарила Гвидону целый город. Красивая. И, последнее по месту, но не по значению: терпеливость. «Ждёт свадьбы».

Авелево танго

— Реклама предлагает послушать танго в исполнении какого-то монаха, — говорю любимой женщине. — Видимо, от шока я прочёл «монаха Тель-Авива», но оказался «Авель».

— К монаху Авелю, поющему танго, возможен лишь один вопрос, — ответила любимая женщина. — Брат Авель, где твой настоятель Каин.

Носконосность

Сидим, смотрим милейшую израильскую комедию «Свадебный месяц в Иерусалиме». Там прямо про первую брачную ночь, именно в Иерусалиме. Новобрачные изводят друг друга всеми мыслимыми и немыслимыми способами.

— Вот, — говорю любимой женщине, — люди начинают с притирки. А мы с тобою только сейчас до неё добрались! А в начале-то никаких попрёков...

— Потому что количество твоих носков за полвека из количества перешло в качество.
Сижу и думаю: праведный Иосиф, да и Господь Иисус Христос — они разбрасывали носки? Ирод Великий точно разбрасывал, но у него было кому подобрать; за каждый свой найденный носок Ирод платил тетрадрахму. А за каждый ненайденный убивал по младенцу. Мощи убиенных таким образом младенцев покоятся в Кельне, 40 тысяч.

Руси-Руси!

— Смотри-ка, а красивый домик, хоть и новорусский. Всё-таки в Муроме как-то умеют вписаться! — говорю любимой женщине.

— Вот странно, — ответила моя любовь, — была Червонная Русь,  была Белая, Малая, Великая, а Новая Русь есть, но её нет... Наверное, чтобы замкнуть круг, её стоит именовать по внутреннему содержанию — Червивая Русь.

В Муроме увидели такую вот надпись! Писал не я, но подписуюсь всем! А в одном муромском храме одна работница другую звала «Иринка», но с ударением на первый слог. О как!

Интерлюдия. И с этой невесткой!…

— У испанцев есть в некоторых городках странный обычай, — рассказываю за праздничным столом. — Богородичный праздник, несут на паланкине статую Богоматери в храм и, когда уже остаётся недалеко до церкви, вдруг переходят на бег, словно итальянские берсальери, прямо изо всех сил бегут с этим тяжеленным сооружением…

— Спешат занять лучшие места, — предположила невестка.

Любовь на халяву

— Послушай-ка, так день святого Валентина сегодня? Что ж ты меня не поправила, когда я вчера поздравлял? Ну я-то вечно даты путаю, а ты?.. Значит, и сегодня пьём?

— Поливалентинность! — ответила любимая женщина и спросила: — А как ты понял, что сегодня?

— Сбербанк прислал рекламу своей аптеки: «Найдете свою пару и получите призы!»

— О, бесплатные презервативы! — восхитилась любимая женщина.

Звуки вечности

— Для православного человека, — говорю я, поправляя подушку поудобнее, — критерий счастливого брака один, если по большому счёту: готовы ли супруги вместе спать вечным сном. А, душа моя? Ты готова со мной спать вечным сном?

— С твоим вечным храпом? — спросила любимая женщина. — Не готова, но согласна!  

Интерлюдия с внучкой. Топология бардака

— Дедушка, какой ты смешной, когда на видео и лезешь в экран и нос такой большой-большой.

— Ах так! Дедушка смешной! Голову оторву!

— Дедушка, где твоё чувство юмора?

— В бардачке вчера оставил.

— Твой бардачок слишком маленький для твоего чувства юмора!

Фактическая экзистенция

— Я не понимаю, сколько времени оформляют загранпаспорт, — говорю любимой женщине, у которой загранпаспорт истекает, и я полез в интернет изучать вопрос. — Тут какая-то диковинная классификация бытия: «Если вы подадите заявление на получение загранпаспорта в ГУВМ МВД (центр «Мои документы») по месту жительства, загранпаспорт вам сделают в течение месяца, если по месту пребывания или фактического проживания — в течение 3 месяцев».

— «Жительство» — это как мы с тобой тут, — объяснила любимая женщина. — «Место пребывания» — это когда мы в Муроме отдыхали или в Питере. «Фактическое проживание» — это если бы мы с тобой развелись, но продолжали жить под одной крышей. Но ты поищи опцию «по месту жития» — ты же священник. Или, на худой конец, «по месту экзистенции» — как мыслитель с мыслительницей.

— Мыслительница звучит как мыльница...

— Так и ты мыслитель типа Мойдодыра, так что всё соответствует.

Караул!

— Сегодня подхожу к Белому дому со стороны стадиона, а там суматоха: натягивают ленту жёлтую с косыми полосами, стоят автоматчики, с настоящими автоматами, не космонавты, а что-то такое прям крутое… Мне один замахал — мол, обогни, обогни там… Может, переворотик? Твой кротик хочет переворотик!

— Их система опознавания лиц на тебя среагировала.

Разгадка истории

— Где мои ключи? — спрашиваю я вселенную.

Девятилетняя внучка:

— Дедушка, вот ты всё разбрасываешь, а потом не можешь найти.

— Вот! — говорю я любимой женщине. — Она у тебя уже этой манипуляции научилась! А до тебя моя мама мне это говорила точно такими же словами! Так что это даже не научение, а на генном уровне.

— Это разбрасывать у вас на генном уровне! Библиотеку Ивана Грозного до сих пор не могут найти!

Иван Грозный с единственной книгой, уцелевшей от его библиотеки

Отношения, которые нас имеют

Смотрим сериальчик голливудский. Всю серию герои только и делают, что обсуждают, есть у них отношения или нет у них отношений. А вроде серьёзные люди, детективы, уже четвёртый сезон бок о бок, пистолет к пистолету…

— А у нас с тобой есть отношения? — спрашиваю я любимую женщину. — Деловые или тёплые? Глубокие или не очень?

— Международные, — отрезала любимая женщина.

«Спокойствие, только спокойствие!»

— Байден совсем, — жалуюсь любимой женщине (у которой сегодня юбилей, многая лета!), — решил идти на второй срок! Кво вадис, старче!

— Зато практикантки будут спокойно ходить на работу в Белый Дом, не то, что при Клинтоне.

Заветам Берии верны

— Сколько можно возиться с фуксией! — тороплю я жену.

— Как говорил Лаврентий Павлович, мы в ответе за тех, кого посадили.

Отбросы эротики

За чаепитием с друзьями пытаюсь в очередной раз сформулировать отличие интеллектуала от интеллигента:

— Интеллектуал это тот, кто бросает жену, а интеллигента бросает жена.

— А если живут и не бросают никто никого?

Пока я думаю, вклинивается любимая женщина:

— Образованщина!

Кухонные амини

— Тебе должно понравиться, — и я зачитываю любимой женщине хохму: «Девяносто процентов людей заканчивают мытьё посуды фразой: «Бл...дь, ещё и сковородка!».

— Да, мы, женщины, такие. Оставшиеся десять процентов это мужчины, которые по каким-то причинам вдруг решили помыть посуду. Их последние слова: «Ё.. т...ю мать, ещё и сковородка!».

Задание от Деда Мороза

— Пусть Дедмороза нет, но зачем об этом говорить, — пеняет 11-летняя внучка маме, которая рассказывает, как внучка наконец-то обнаружила присутствие отсутствия этого персонажа.

— Как это нет Деда Мороза? — спрашиваю я.

— Нету, дедушка, нету, — грустно отвечает внучка. — А домашка есть...